Научный метод

«Похоже, вы во многом полагаетесь на отдел по расследованию убийств. Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?» – Китти, журналистка, которая готовила материал о докторе Море Айлс, протянула Море микрофон, и та, стараясь не обращать внимания на камеру, вежливо улыбнулась. «Конечно. Работа детективов неоценима для нашей лаборатории. Их помощь неизмерима, как и моя, по их словам, для их работы». Мора легко ответила на вопрос, подробно рассказав о командной работе и профессионализме. Она отвечала на этот вопрос сотни раз, но тот, что последовал за ним, поставил её в тупик. В тупик? В замешательство? Мора не была уверена. «Нетрудно заметить, что вы особенно сблизились с детективом Риццоли… может быть, между любимым бостонским дуэтом борцов с преступностью зарождается новый роман?» Китти ухмыльнулась, увидев почти незаметное удивление на лице Моры, и доктор просто не знала, что делать. Она открыла рот, чтобы всё отрицать, но от этой мысли у неё сдавило грудь. Отрицание казалось ложью. Она не могла солгать, иначе у неё началась бы крапивница и она упала бы в обморок прямо в эфире национального телевидения. Однако и подтверждение не было бы правдой, и Мора растерялась из-за того, что не могла ответить на вопрос, на который нужно было просто сказать «нет». Она заставила себя снова улыбнуться профессиональной улыбкой, прежде чем наклониться вперёд и произнести последние два слова своего интервью. «Без комментариев».

***

Мора сидела в своем домашнем офисе с несколькими открытыми вкладками исследований на своем ноутбуке и настольном компьютере. Она никак не могла собраться с мыслями. Редко бывало, чтобы она не могла рационализировать свои чувства, и еще реже – чтобы она не могла их разделить. Она ни за что на свете не могла выбросить интервью из головы. С какой стороны ни посмотри и как бы она ни пыталась объяснить свою реакцию на вопрос Китти, Мора не могла смириться с тем, что вопрос Китти вселил в неё надежду. Когда Мора чего-то не понимала или не могла дать этому количественную оценку, она знала, что всегда может обратиться к исследованиям. Отсюда и множество бесполезных вкладок, которые насмехались над ней с экрана. Прошло шесть часов с тех пор, как закончилось её интервью, но Мора всё ещё была на взводе. Исследования не помогли ей найти ответ на вопрос: Почему Мора не могла дать однозначный ответ? Она потёрла лицо и вытянула руки, как делала всегда после вскрытия, и, фыркнув, выключила оба монитора. Она допила вино и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на ореховых нотках, но была обречена отвлекаться из-за отсутствия гипотезы. Она получила два невероятно бесполезных варианта: Она не могла ответить, потому что просто не знала ответа. Или Она не могла ответить, потому что знала ответ. Обе эти идеи привели её в ещё большее замешательство, чем до того, как она решила попытаться объясниться. Мора усмехнулась над парадоксальной чепухой, которой её завалил интернет. Она никогда ещё не была так разочарована двусмысленностью человеческого разума. Она закатила глаза, встала из-за стола и сердито проворчала в сторону Басса: «Вот почему я предпочитаю общество мёртвых... и твоё». Басс оставался равнодушен к её бедственному положению, и она завидовала тому чистому дзену, который, должно быть, испытывает черепаха. Мора покачала головой, глядя на своего компаньона, и убедилась, что его любимое место под её столом завалено кактусами и листьями, которые он может грызть. Она прошла в свою ванную, чтобы насладиться привычным вечерним ритуалом. К тому времени, как она забралась под одеяло, у неё хватило сил лишь на то, чтобы мысленно прокрутить последнюю мысль перед тем, как начать медитировать, чтобы уснуть. Несомненно, завтра Джейн собиралась допросить её. Мора не могла предугадать, как отреагирует её лучшая подруга.

***

Войдя в участок, Мора сразу заметила, что разговоры стихли, как только она прошла по коридору. Даже посетители кафе хранили молчание, пока она заказывала свой обычный латте. Это было странное чувство: последние несколько лет она упорно трудилась, чтобы не быть в центре внимания или объектом насмешек в здании, и была рада, что ей это в основном удавалось. Помимо ярких прозвищ, Мора надеялась, что и в этом она будет успешна, но, похоже, её последнее интервью только подлило масла в огонь. Она узнала свой голос, доносившийся из телевизора в углу комнаты, и внутренне содрогнулась, слушая себя. «Без комментариев». Эти слова уже начали преследовать её. Несколько человек повернули головы, чтобы посмотреть на Мору, но она не обратила на них внимания, расплачиваясь за свой напиток. Она не поддалась желанию опустить подбородок и прикрыть лицо волосами. Мора уже переросла такую трусость и быстро приняла решение вести себя с изяществом и самообладанием, над которыми она так усердно работала, даже когда не чувствовала этого. Это не сделало ее равнодушной к взглядам, провожавшим ее, когда она уходила, или к приглушенному шепоту, который последовал слишком быстро после того, как она прошла мимо своих коллег. В одном Мора теперь была абсолютно уверена: Джейн будет взбешена.   Мора накинула лабораторный халат поверх угольно-чёрной юбки-карандаша и зелёной блузки. Она бы никогда в этом не призналась, но лабораторный халат придавал ей некое подобие смелости и авторитета. Желая повысить уверенность в себе, она выбрала пару туфель на очень высоком каблуке, и это сработало, как и всегда, но та сила, которую она ощущала, надевая лабораторный халат, была подобна кевларовому жилету, защищающему её от насмешек. «Доброе утро, доктор Айлс», — поздоровалась Сьюзи Чанг, выглянув из-за одного из лабораторных микроскопов. Мора оценила улыбку, которой та ответила на её короткий кивок, и была рада, что Сьюзи, похоже, не хочет говорить о её интервью. Или вообще о чём-либо. Мора хотела полностью погрузиться в красоту науки, ожидая неизбежного гнева своей лучшей подруги. В целом ей это удалось, хотя Мора и считала минуты до того момента, когда услышит характерный звук шагов Джейн, приближающейся к стеклянным дверям морга. Один час и семнадцать минут. «Без комментариев? Серьезно? Мора!» — воскликнула Джейн. Мора поморщилась и подняла глаза как раз в тот момент, когда Джейн вскинула кулаки. Напряжение волнами исходило от Джейн, и Мора посмотрела налево, чтобы заручиться поддержкой Сьюзи, но там стоял только вращающийся табурет. Он скрипнул, словно насмехаясь над Морой, она была в этом уверена. Она снова посмотрела на Джейн, которая сверлила её взглядом, провоцируя защищаться, прежде чем Джейн сказала: «Подожди, дай угадаю… у тебя нет комментариев?» «Джейн...» — Мора попыталась привести доводы, но с её губ не сорвалось ни слова, кроме имени подруги. «У тебя есть хоть малое представление о том, что это сделало с моей матерью?» – Сказала Джейн, ее плечи опустились в классической манере Риццоли, она неторопливо подошла к свободному табурету и со вздохом плюхнулась на него. «Ты взорвала ее мозг, Мор. Она потеряла его». «Джейн, прости, я не хотела, чтобы Анджела негативно реагировала, я просто...» «О нет! С этим я могла бы справиться!» Джейн подняла палец, и Мора поняла, что ей следует подождать с ответом. «Если бы она злилась, это было бы нормально. Я привыкла к её разочарованиям! Но она просто чертовски счастлива!» «С-счастлива?» — повторила Мора. «В грёбаном восторге! Я даже не успела вставить ни слова, чтобы поправить ее! Она спросила меня, когда мы собираемся усыновить ребенка, Мора. Или, как ты думаешь, нам стоит прибегнуть к ЭКО? Потому что, видимо, я совсем забыла о том, что МЫ ВСТРЕЧАЕМСЯ!» Джейн закрыла глаза руками и застонала, глядя в потолок. «Не думаю, что хочу детей, Джейн», — слова сорвались с губ Моры прежде, чем она успела их обдумать, и Джейн резко подняла голову. Пронзительные карие глаза сверкнули. «Абсолютно не то, что я хотела донести…» — проворчала Джейн, прежде чем встать и подойти так близко, что их разделяла только гладкая чёрная столешница. — «Почему ты сказала: «Без комментариев?» «Я... я не знаю!» — Мора хотела, чтобы Джейн поняла простую истину. «Что значит ты не знаешь? Ты всё знаешь!» — возразила Джейн. «Я не знаю, что произошло! Честно, Джейн, я клянусь. Китти задавала обычные вопросы, а потом она вывела меня из оборонительной позиции, и это было похоже на то, что мой разум... отключился», — Мора виновато посмотрела на подругу, и Джейн смягчила взгляд, а её плечи расслабились. «Ты отключилась?» — повторила Джейн, и её резкий тон сменился привычным низким голосом. «Я просто не знала, что сказать, и я не знала, что ты хотела бы, чтобы я сказала, а я не могла сидеть и молчать, поэтому я...» «Да, остальное я знаю», –Джейн закатила глаза и обречённо вздохнула, а затем проворчала: – «Кто-то повесил радужный флаг на мой стол, Мора…» «...по крайней мере, кажется, что все тебя поддерживают?» — виновато предложила Мора, и Джейн фыркнула в ответ. «Да, слава Богу, что все благословляют наши ненастоящие отношения». «Чем я могу помочь?» — спросила Мора, обошла стол и начала успокаивающе поглаживать руки Джейн. «Мы закажем самую жирную пиццу, которую я смогу найти, и тебе нельзя жаловаться», — начала Джейн, и, когда Мора выжидающе посмотрела на неё, Джейн продолжила перечислять свои требования. «И я буду выбирать оба фильма, и я не поделюсь с тобой своим шоколадным мороженым». Джейн надула губы, как ребёнок, и Мора начала успокаиваться. Она могла справиться с этим списком требований. Джейн по-прежнему хотела зайти к ней после работы, и это было самое главное. «Значит, ты меня не ненавидишь?» — спросила Мора, и Джейн на мгновение расслабилась, а затем вздохнула. «Нет, я тебя не ненавижу... но я чертовски злая и хочу, чтобы на следующем месте преступления ты сказала: «Кровь». «Ну, это уже перебор, Джейн...» «Ты убедила весь Бостон, что мы тайные любовницы-лесбиянки, Мора. Думаю, я заслужила право увидеть, как ты смутишься», — возразила Джейн, и Мора поджала губы. «Хорошо, я могу предположить, что это может быть неизвестное красновато-коричневое пятно, которое может оказаться кровью...» «Ох, ради всего святого, ладно, знаешь что? Просто купи мне пиццу. Просто купи мне пиццу, и тогда все забудут об этом, и мы сможем вернуться к нормальной жизни, да?» Джейн подняла руки в знак капитуляции, и Мора кивнула. «Если ты так хочешь...» — согласилась Мора, и Джейн повернулась, чтобы уйти. Обычно уверенная в себе Джейн шла как-то робко и замешкалась в дверях. Казалось, Джейн хотела что-то добавить, но она просто тряхнула копной кудрявых волос, словно приводя мысли в порядок, и решительно направилась к лифту. Именно эта нерешительность, которую Мора заметила в своей подруге, заставила её задуматься, не смущают ли Джейн их отношения так же, как и её саму.

***

Прошло несколько часов, прежде чем Мора получила результаты по делу и, стараясь сохранять невозмутимый вид, решила сообщить их сама. Мора проигнорировала взгляд Сьюзи и взяла папку с результатами, после чего несколько минут расхаживала по комнате, тихо бормоча себе под нос. «Будь черепахой», — сказала Мора, не обращая внимания на ухмылку Сьюзи, и, глубоко вздохнув, решительно вышла из комнаты. Когда Мора вышла из лифта и направилась по коридорам к своему отделению, она не могла не слышать громкие голоса, доносившиеся из комнаты отдыха. Она остановилась в нескольких метрах от двери, когда услышала, как детектив Кроу сказал: «Куини». «Я вам уже много лет твержу! Я знал, что Риццоли – лесбиянка, но не думал, что Доктор Смерть окажется такой смелой… это довольно горячо». «Фу, что за хрень, Кроу? Это же мои сёстры!» — возмутился Фрэнки, и несколько человек рассмеялись. «Да ладно тебе, Фрэнки, ты же наверняка знал, что они вместе, так почему бы тебе не рассказать нам подробности?» «Они не вместе, Мейсон, и это действительно не наше дело, ясно?» Фрэнки спорил с кем-то, и сердце Моры слегка дрогнуло от того, что он её защищает. Мора никогда не думала, что найдёт кого-то, кто будет так открыто называть её своей семьёй. «Я думаю, что это стало всеобщим достоянием, когда она сказала это в интервью…» Кроу снова заговорил. «Я имею в виду, то, как они ходят здесь, всегда прикасаясь друг к другу и обмениваясь тоскующими взглядами над мертвыми телами...» «Да», — вмешался кто-то ещё, — «и Риццоли всегда её защищает, когда мы называем её как-то иначе, кроме как доктор Айлс». «Да, потому что моя сестра – хороший человек! Почему бы тебе не попытаться стать таким же?» — возразил Фрэнки. «Нет, это потому, что Куини её выпорола», — заметил Кроу, и в комнате раздались смешки. «Вы все безнадежны», — пробормотал Фрэнки и вдруг вышел из комнаты, столкнувшись с Морой. — «О! Э-э, привет, Мора! Хороший день, да? Это результаты расследования возможного убийства-самоубийства?» — Фрэнки убедился, что Мора стоит ровно, а затем неловко замер, поглядывая в комнату, чтобы убедиться, что разговор окончен. «Да, но, похоже, расследовать нечего, поскольку вскрытие показало, что оба покончили с собой. Все указывает на то, что это было групповое самоубийство», — поправила его Мора, и Фрэнки громко кашлянул, чтобы заглушить шутку, которую кто-то только что отпустил в гостиной. Мора взглянула на дверь, а затем снова на взволнованное лицо Фрэнки. «Ты ведь слышала, да?» — спросил он. «Всё в порядке, Фрэнки. Я уверена, что они скоро об этом забудут», — сказала Мора, когда они начали удаляться от двери в сторону рабочего места Джейн. «Да, но это не даёт им права так говорить о тебе или Джейни». «Я ценю то, что ты заступился за неё... и за меня. Джейн гордилась бы тем, что ты дал отпор своим коллегам-мужчинам», — похвалила Фрэнки Мора, и он скромно отмахнулся от её слов, хотя Мора знала, как много для него значило одобрение Джейн. «Ты думаешь, эти тупицы и есть превосходящие самцы?» – Пошутил Фрэнки, чтобы скрыть свое смущение от комплимента, и Мора рассмеялась. «Не в этом смысле, я просто имела в виду стаж работы». «Я знаю, я просто шучу», — Фрэнки толкнул её локтем, и она улыбнулась ему. — «Хочешь, я передам это Джейн? Кажется, она сейчас допрашивает подозреваемого по другому делу. Можешь вернуться в морг и не обращать внимания на всех этих идиотов». «Очень мило с твоей стороны. Спасибо, Фрэнки». — Мора протянула ему папку, и он похлопал её по плечу, как часто делал с Джейн, прежде чем развернуться и уйти. Мора вернулась в лабораторию с двумя новыми мыслями в голове. Во-первых, несмотря на то, что многие в здании, казалось, были заняты сплетнями о ней, людей, которые были важны для Моры больше всего, слухи совершенно не волновали. Она была невероятно счастлива от осознания того, что, впервые в жизни, пусть она и оставалась изгоем, у неё наконец-то появилась группа близких людей, которые поддержат её в любой ситуации. Сьюзи вела себя в лаборатории как обычно, что, вероятно, было её способом оказать молчаливую поддержку, а Фрэнки открыто защищал её от своих коллег. Вторая мысль была связана с комментариями, которые она подслушала в гостиной. Похоже, многие заметили, что Джейн ведёт себя с Морой не так, как с другими. Это заставило Мору беспристрастно оценить поведение Джейн. Она надеялась, что если другие люди считают, что поведение Джейн по отношению к Море выходит за рамки дружеских отношений, то, возможно, именно поэтому она не смогла ответить на вопрос Китти. Таким образом, у Моры возник собственный вопрос, и она решила использовать научный метод, чтобы попытаться объяснить свои отношения с Джейн и прояснить ситуацию, в которую она их втянула. Вернувшись в лабораторию с новым чувством целеустремлённости, Мора смогла абстрагироваться от тревоги и сосредоточиться на работе. Она решила провести новое исследование, когда вернётся домой.

***

Мора налила себе бокал вина и села за кухонный стол, открыв ноутбук. Первым шагом в научном методе является определение цели или постановка вопроса. Мора рассудила, что её неспособность ответить на вопрос Китти связана с тем, что она не до конца понимает свои отношения с Джейн, а значит, цель состоит в том, чтобы... понять их отношения. Вторым шагом было проведение исследования, которое помогло бы получить знания, необходимые для ответа на вопрос. Помня об этом, Мора начала собирать как можно больше рецензируемых статей о сложных отношениях между подругами и о том, где проходит грань между дружбой и близостью или романтическими отношениями. Третьим шагом научного метода было выдвижение гипотезы на основе полученной информации. Пока Мора читала статью за статьёй, у неё сформировалась только одна обоснованная гипотеза: их с Джейн отношения выходили за рамки обычной дружбы. Когда Мора определилась с гипотезой, у неё в животе всё перевернулось, а щёки покраснели от того, какую теорию она выдвинула. Взяв бокал с вином, она провела пальцами по липкой ладони. «Дофамин, окситоцин…» Мора начала перечислять химические вещества, которые бурлили в её теле при мысли о лучшей подруге, и ахнула, осознав, что смесь, циркулирующая в её организме, указывает как на эмоциональное, так и на физическое влечение. Мора посмеялась над собой за то, что была так слепа к своим чувствам. Только услышав, как Кроу и его банда неандертальцев указывают на очевидное, Мора поняла, что испытывает романтическое влечение к своей лучшей подруге. Но как Мора могла это знать? Раньше у неё никогда не было друзей. «По крайней мере, теперь я знаю, почему не смогла ответить на вопрос Китти…» — пробормотала Мора и сделала глоток вина, чтобы успокоиться. Конечно, Мора всегда считала Джейн великолепной и не стеснялась говорить ей об этом, но ей и в голову не приходило думать о чём-то большем, чем просто восхищение её внешностью, потому что она считала Джейн гетеросексуальной. Однако теперь, когда она проанализировала поведение Джейн за эти годы и сравнила его с тем, что узнала из своих исследований, Море стало спокойнее от мысли, что Джейн тоже может испытывать к ней влечение. Мора закрыла окна с результатами своих исследований и пошла в кабинет, чтобы найти чистый блокнот и записать всю информацию, которую она узнала в тот вечер. Она написала о вопросе Китти и о том, что не смогла на него ответить. Она написала о том, как узнала причину своей неспособности ответить, и перечислила несколько источников, на которые ссылалась в тот вечер. Мора написала свою новую гипотезу в верхней части первой страницы и просто подписала обложку «Джейн». Она пролистала несколько написанных ею страниц и решила начать новый раздел в дневнике, где она могла бы описать четвёртый этап научного метода: эксперименты. Мора знала, что, если она напрямую спросит Джейн, та, скорее всего, пошутит на эту тему или просто убежит. У Моры не хватило бы духу смириться с любым из этих сценариев, поэтому она начала думать о том, что Джейн делала такого, что выходило за рамки дружеских отношений, чтобы Мора могла это повторить. Она решила начать с чего-то незначительного. Если она будет слишком навязчивой, то наверняка отпугнёт Джейн. Не успела она ничего придумать, как зазвонил её телефон. Джейн: Работа выполнена. Если ты хочешь заказать пиццу сейчас, я, скорее всего, приеду как раз к её доставке. Мора: Договорились... Фильм? Джейн: Может, посмотрим «Опасность»? Мора: Читаешь мои мысли. Мора улыбнулась, глядя на экран телефона, и убрала свой новый исследовательский журнал в верхний ящик стола. Она позвонила в любимую пиццерию Джейн и убедилась, что нигде не оставила следов своей новой гипотезы, чтобы Джейн их не нашла. Как только она допила свой бокал вина и наполнила второй для Джейн, входная дверь отворилась. «Угх, я голодная», — протянула Джейн, закатив глаза и растягивая последнее слово. Мора улыбнулась ей и протянула бокал с вином. «Пицца будет здесь с минуты на минуту», — сказала Мора, когда они вошли в гостиную. Мора улыбнулась, когда Джейн сняла ботинки и плюхнулась на диван. Джейн закинула ноги на кофейный столик, взяла пульт и включила сериал, который они хотели посмотреть, сделав глоток вина. Джейн заметила, что Мора смотрит на неё, и Мора была уверена, что выражение её лица можно описать только как глупое, но она ничего не могла с собой поделать. Джейн вела себя как в своей стихии и была очень милой. Мора никогда не ожидала, что между ними завяжется такая дружба, не говоря уже о возможности чего-то большего. «Что?» — возмутилась Джейн, надув губы, несмотря на улыбку Моры. «Ничего, я просто... я рада, что ты здесь», — призналась Мора, и Джейн приподняла бровь. «Я всё время здесь, Мор, сколько ты уже выпила?» — пошутила Джейн. «Ты что, решила подмазаться ко мне?» Мора рассмеялась и была благодарна за стук в дверь. Она бы воспользовалась любым предлогом, чтобы не отвечать на этот вопрос. Она щедро отблагодарила доставщика и передала пиццу Джейн, которая тут же отвлеклась на еду и перестала задавать вопросы. Мора была рада, что они могут просто сидеть вместе, как всегда, и притворяться, что спорят о том, кто лучше разбирается в фильме. Мора знала ответы на большинство вопросов по истории, этимологии и науке, но Джейн могла ответить на вопросы о спорте, фильмах и актёрах. Мора, с удовольствием уделявшая шоу половину своего внимания, часто бросала взгляды на профиль Джейн. Глаза Джейн загорелись, когда прозвучал вопрос, и она выронила кусок пиццы с сыром на рубашку, крича в телевизор. Джейн победно вскинула кулак, когда оказалась права, но её победная улыбка померкла, когда она увидела, что Мора уже смотрит на неё. «Ты что, смотришь на меня с каким-то особым умыслом, Мор?» — спросила Джейн. «У тебя сыр на рубашке, Джейн», — перевела тему Мора, и Джейн опустила взгляд. Она стряхнула сыр с рубашки, пожала плечами и всё равно его съела. Мора никогда в жизни не была так очарована.