«Alone» in Dunkeltaler

В этот раз сон был совсем не кошмаром, но и обычным его никак не назовёшь. Пейдж оказалась у себя в квартире — в однокомнатной студии у не самого благополучного района, но это был дом. Она лежала в своей кровати, была накрыта своим любимым одеялом. Ей было комфортно, впервые с момента как её высадили рядом с комплексом среди ночи. Вот этот сон её устраивал, пускай всё ещё и оставался выдумкой. Уличный фонарь заливал комнатку рыжеватым свечением — единственный источник освещения. Пейдж бы так и осталась лежать в кровати, если бы не услышала какое-то копошение на балкончике. Её тянуло на балкон, но ненавязчиво, что бы то ни было, оно могло подождать столько — сколько нужно. И всё же, ей было интересно — что так сильно хочет привлечь внимание? Девушка встала с кровати, подмечая что была одета в свою же уютную пижаму. Возможно, балкон немного подождёт, совсем чуть-чуть. Пейдж пошла на кухню, шлёпая босыми ногами по паркету и старалась не смотреть на балкон, чтобы не портить себе сюрприз. Это явно было что-то особенное, тем более она точно понимала что находилась во сне. В холодильнике нашлась бутылка ещё свежего молока, в шкафчике детский растворимый какао, который доставался только в особо стрессовые дни. Она достала свою любимую кружку, положила две ложки какао, залила молоком и отправила в микроволновку. Ей стоило взять какао с собой, может всё бы изменилось? — Вряд-ли… — она поправила очки, ни с того, ни с сего взявшиеся на носу. И как линзы не разбила до сих пор? — Тот полёт с квадроцикла явно был лишним. — С балкона послышался тёплый смешок, заставляющий Пейдж с недоверием покоситься в сторону звука. Это был родной смех, но ей не хотелось делать выводы раньше времени, нужно было видеть. Микроволновка пискнула, закончив свой цикл явно быстрее, чем следовало. Пускай, это был сон. Девушка взяла кружку, ещё раз хорошо перемешала содержимое и пошла на балкон — пора встречать гостью. На балконе стояла девушка примерно возраста Пейдж с чёрными кудрявыми волосами. Она стояла у открытого огня и курила ментоловую сигарету. Как только Пейдж оказалась у порога комнаты, она развернулась, глядя на шатенку с улыбкой. Её серые глаза отдавали родным теплом — таким, которое просто невозможно подделать. Это была Алекс, теперь без всяких сомнений. Совсем не понятно каким образом, почему сейчас, а не раньше? Но Пейдж это как-то мало волновало. Она просто вышла на балкон и поставила кружку на подоконник, совсем не понимая как начать разговор, поэтому решила зайти с самой очевидной вещи. — Ты же бросила курить. — Не, — Алекс махнула рукой. — Просто стала делать это реже и перешла на ментол, чтобы запах так не раздражал мою любимую сестру. — Если бы я знала что ты соскочишь с сигарет на дурь, сама бы тебе их покупала — сколько хочешь. — Хах, — брюнетка затушила сигарету о пепельницу, которой на балконе точно не было и виновато глянула на Пейдж. — Ты поди терпеть меня не можешь, да? — Подожди, ты торопишься! — шатенка взялась за кружку и сделала глоток чересчур сладкой, но такой приятной жидкости. — Я в домике — пока не допью какао, окей? И я тебя всё ещё люблю, ясно? — Ага… — старшая горько усмехнулась. — Может наколдуешь мне кофе? Ты же здесь повелительница — сон-то твой. — Ничего не знаю, пошли на кухню как нормальные люди. — Чем тебе балкон не понравился? — Тем что я не хочу смотреть вниз! Очередной нервный срыв мне сейчас не нужен. — Ну тогда на кухню, да, — Алекс сделала виноватое лицо, она никогда не умела в разговоры по душам, кажется это никак не изменилось. Сёстры прошли на кухню и Пейдж начала заниматься кофе, всё ещё помня какое нравилось Алекс. И какая удача — в шкафчиках было всё нужное! Логика сна? Её собственное влияние? Кого это волновало вообще? У неё в жизни не было гейзерной кофеварки, но она видела такую у Эны и даже знала как ей пользоваться. Алекс переносила только кофе из кафе, ведь у них не было денег даже на кофемолку, не говоря уже о кофемашине, а кофе во френч-прессе совсем не устраивал старшую. — Ты пьёшь кофе? — Нет, терпеть не могу. Из стимуляторов я только сахар жалую, после тебя я решила что у меня не будет зависимостей. Представь мою лицо, когда я поняла что уже была зависима от сахара! — Ох, бедная ты моя! — Алекс засмеялась с интересом оглядываясь вокруг. — Так вот где ты живёшь. Знаешь, а не так всё и плохо. — Это точно, мне здесь даже нравится. Одним из основных критериев было чтобы ночью было не темно. И так даже цена оказалась поменьше, ведь нормальных людей бесит свет прямо в окне, прикинь?! — Например меня, да. Твой этот дурацкий ночник в комнате невероятно бесил! — И поэтому я подарила тебе маску для сна. — И как оказалось — их я тоже терпеть не могу! — Но ты же привыкла, так? — От части, мне же нужно было как-то высыпаться. Я так мечтала об отдельной комнате, чтобы и тебе комфортней было, подросткам нужно личное пространство. — Не будем говорить как ты это исправила, мне очень не понравилось, — Пейдж поставила перед ней чашку кофе. — Я тоже не планировала, знаешь ли. — Мне сказали что это была передозировка. — Нихрена, я не такая наркоманка как ты думаешь, — Алекс покачала головой. — Просто плохой состав, потому что из-за ломки я не захотела ждать новую партию и траванулась… Боже, давай не будем об этом, хорошо? Просто знай что я не специально, хорошо? Не знаю станет тебе проще от этого или нет, но я не специально. — Я догадалась, да, — младшая покачала головой и отпила немного всё ещё горячего какао. — Я вот только не понимаю как ты здесь оказалась. Призраки существуют? — Не бери в голову, тебе знать не обязательно. Но я могу выдвинуть теорию, которая тебя удовлетворит, — она попробовала кофе и с удивлением уставилась в кружку. — Ты запомнила какой мне нравится. — Естественно запомнила! Ох, сестрёнка… — Пейдж улыбнулась и закатила глаза. — Ты лучше о своей теории расскажи. — Хорошо-хорошо, — Алекс сделала ещё несколько глотков и зажмурилась от удовольствия, но всё же продолжила. — В твоём месте работы очень тонкая грань между миром живых и мёртвых, поэтому эта встреча оказалась возможной. Ты… Ты оказалась очень близка к этой границе. — Я не стеклянная, Алекс. Ты можешь называть вещи своими именами! И я принимаю эту теорию, так уж и быть. Почему во сне получается мыслить яснее? Я будто… Счастлива? — Пейдж глянула на сестру, не в силах сдержать несколько грустной улыбки. — Мы сможем видеться во снах и дальше? — Эм, нет. Боюсь, это разовая акция, — Алекс потупила взгляд в кружку. — И не спрашивай как это работает, пожалуйста. Лет через шестьдесят сама всё узнаешь, плюс-минус лет пять, не смей умирать раньше восьмидесяти пяти, ясно? — Я… — Пейдж схватилась за кружку обеими руками и сделала большой глоток шоколадного напитка. — Я постараюсь, но… Сама знаешь. И ты нарушила правило! Пока не закончим с напитками — никаких разговоров о произошедшем! — Всё равно не сбежишь от этого, Пэй-Пэй, знаешь же. — Да, но дай мне хоть немного насладиться компанией старшей сестры! — Ты уже старше чем я. — И плевать! По сравнению с тобой я до сих пор ужасная развалюха. — Тебе никогда не нужно было подделывать улыбку, — отрезала брюнетка и сделала несколько глотков бодрящей жидкости. — И у тебя есть хорошие друзья, даже животные тебя любят. — Ноктуа не простая, она нечто совсем другое. Может, демон какой, но я её осуждать не буду, вне зависимости от её происхождения — мы друзья. Не знаю зачем говорю тебе это… — Мне интересно послушать что угодно от тебя, вообще услышать твой голос ещё раз — главное сокровище в жизни. Ты так выросла, стала такой взрослой, а я осталась той же, навсегда останусь. Я ведь всегда наблюдаю за тобой, знаешь? — Окей, мы вообще игнорируем правило, хах? — Нам правда нужно поговорить и к большому сожалению — время не бесконечное. Тебе придётся вернуться в реальность, а этот сон частично забудется. Ну, не будь у тебя отклонений в этом плане. — Я никогда не забываю вещие сны или кошмары, да. Думаешь, у меня нарколепсия? — Сходи к врачу, сестрёнка. Не спрашивай призрака своей мёртвой сестры. — Подожди, так загробный мир реален?! — Не совсем, не в том плане как ты думаешь и не в том как хочется людям. И это весь ответ что ты получишь до конца своей жизни. — Так бог существует? — Пейдж! — Хех, всё так же раздражаешься! — Ты была той ещё болтушкой и порой мне приходилось заставлять себя слушать твои бесконечные разговоры. Я не хотела тебя расстраивать, но иногда после работы мне ужасно хотелось тишины. — Да я знала это, точнее уже знаю, пусть и поняла потом, — Пейдж сделала ещё глоток какао, с досадой подмечая что он был последним. — Ладно, я готова настолько, насколько могу. Можешь начинать. — О, спасибо, госпожа, — Алекс закатила глаза. — Да и начинать нечего… Если бы я могла хоть как-то помочь тебе найти выход из ситуации, я бы это сделала, но у нас есть только этот один единственный сон. Поэтому я сделаю то, чего никогда не смела. — Старшая отставила кофе в сторону и подошла к сестре, минуя барную стойку. Её ладони легли на плечи Пейдж. — Сестрёнка, не знаю значат ли для тебя мои слова хоть что-то после всего того ужаса через который тебе пришлось пройти из-за меня, но я умоляю тебя — не выбрасывай свою жизнь зря! Сейчас ты будешь не одна, я уверена в этом. Пожалуйста, живи! Ради всего святого! Я тебя люблю, я всегда рядом с тобой, всегда переживаю с тобой неудачи, всегда радуюсь твоим свершениям и всегда разделяю с тобой боль, ты никогда не была одна и никогда не будешь! — Алекс говорила эти слова сквозь слёзы, трогая Пейдж до глубины души. Младшая никогда не видела слёзы старшей, даже не могла представить что Алекс хоть когда-то заплачет, но вот она — душу на изнанку выворачивает, умоляя её жить дальше. — К-как после этого я могу сказать хоть что-то против, а? — Пейдж сама слёз не сдерживала, но по несколько другим причинам. — Поверь мне — я совсем не хотела этого, н-но… Это место, оно доконало меня. Я не чувствовала себя так с самой твоей смерти. Эта апатия, как плесень… Паразит у меня в мозгу, шепчущий ужасные вещи. Самое ужасное — мне становилось лучше, я могла заставить себя встать с кровати, вытащила себя из нищеты и думала что больше никогда не вернусь в то тёмное страшное место, но я вернулась. Всплыли старые болячки, старые мысли… Мне нихрена не лучше, Алекс! Я закопала всё это в такую глубокую яму, что заставила себя поверить в выздоровление. Но потом я упала в эту яму и решила покончить со всем, потому что сил моих не осталось! А сейчас меня спасла чуть ли не главная проблема всего моего пребывания в Альпах. Мне кажется — я совсем не поняла её намерений. Я хочу с ней познакомиться, узнать лучше, но что если она снова ушла, чтобы продолжить терроризировать меня. Что если спасла специально, чтобы сама меня прикончить? — Ты накручиваешь себя, — сказала Алекс, внимательно выслушав. — Я думаю, что она никуда не денется, если имеет сердце. Она же оставляла йогурт взамен, так? Думаю, тут всё куда проще, чем ты думаешь. И знаешь что? Я в тебя верю! Иди приручай ту инопланетянку! Ты же всегда мечтала о подобном, разве не так? Я помню твои рисунки, у тебя был один персонаж… — Нет! Замолчи! — Пейдж резко закрыла ей рот ладонями. — Тебе не нужно это вспоминать, забудь! — Но ехидные глаза сестры говорили всё что нужно знать. Она без особых проблем убрала руки со своего лица. — Инопланетянка с нежно зелёной кожей и кошачьими чертами, у неё ещё эти антенки были, как у клишированных зелёных человечков. Я помню, даже на твой скетчбук как-то наткнулась, — Алекс продолжала говорить, игнорируя все попытки Пейдж закрыть ей рот. — Как там её звали? Мира? — Замолчи! Я уже давно забыла об этом! Ну зачем?! Зачем ты достала чёртову Миру из мёртвых?! — Ну, у инопланетянки точно есть хвост, думаешь у неё есть зелёная кожа? — Алекс! Хватит! — Пейдж покраснела и отвела взгляд. — Она полнейшая хулиганка и воришка, у меня к таким нет симпатии. — Ой, а то ты еду не воровала! — Это была необходимость, а у неё был чёртов йогурт и возможность попросить, я бы поделилась! Но нет, она сделала это абсолютно без разрешения! — Она тебе понравится сразу же после первого разговора, ты всегда быстро и по уши влюблялась. — Я не думала об этом уже кучу лет, мне не до отношений, особенно с пришельцами! Вдруг она уродливая под этим костюмом?! — Я точно знаю что моя сестрёнка не судит книги по обложке, — Алекс откровенно смеялась над ней, но Пейдж не могла долго огрызаться на сестру. — Это не честно… — грустно заключила Пейдж. — Ты должна быть со мной, а не под землёй! Ну почему ты умерла?! Почему я осталась одна?! Это несправедливо! И ты вернулась, только чтобы снова меня бросить! — На глаза вновь наворачивались слёзы, но Алекс начала аккуратно вытирать их большими пальцами. — Да, это несправедливо, но знаешь что? Я ужасно горжусь тобой, не смотря на все проблемы и проколы — ты замечательная. И я всегда буду рада называть тебя своей сестрой, ни смотря ни на что. С нашей первой встречи в детском доме и до конца вселенной, всегда. Не сдавайся, не дай им победить, хорошо? Я тебя люблю, Пейдж. — Я т-тоже тебя люблю! — Пейдж кинулась к ней в объятия, крепко сжимая и вдыхая родной запах в последний раз. — Тебе правда нужно уходить? — К сожалению, но я всегда рядом, всегда слушаю, — Алекс так же крепко обняла её в ответ. — И когда ты успела стать выше? — Я сильно старалась, — усмехнулась Пейдж сквозь слёзы. — Оно видно. — Я буду скучать! Да я уже скучаю! — Я тоже, Пейдж. Я тоже… — Алекс обняла её как можно крепче. — Готова двигаться дальше? Кажется, пора просыпаться. — Нет, но кто меня спрашивал? — Увидимся через шестьдесят лет минимум. — Ага… Д-до встречи… — До встречи, сестрёнка. Сон резко завершился, но Пейдж всё ещё чувствовала тепло объятий сестры. Пускай, впереди ждала неизвестность, но девушке казалось, что она всё же могла двигаться дальше. Как минимум, ей хотелось жить хотя бы ради Алекс, но не только ради неё, ведь были ещё Кел с Эной, Ноктуа и быть может — инопланетная гостья? Но для этого нужно было открыть глаза, что она и сделала, встречая новый день…