Две стороны риска

      Просыпаться каждое утро в одной постели с любимым совершенно непередаваемое ощущение. Я уже забыла, что когда-то было по-другому. Он заполнил собой все пространство в моем сердце, душе и квартире, без него для меня нет света, воздуха и жизни.       Даже раненое плечо Тобиаса не мешает нам засыпать в объятиях друг друга. Несмотря на его браваду и бурчание, что он не нуждается в помощи из-за ранения, мне нравится заботиться о нем. По нему видно, что ему тоже доставляет удовольствие мое внимание. Это выражается в мелочах, например, он всегда благодарит меня за завтрак поцелуем, от которого я забываюсь. Мне кажется, что когда-нибудь мы опоздаем на работу, если слишком увлечемся друг другом.       Тобиас быстро идет на поправку, моему герою не терпится вернуться к заданиям, но, мне кажется, ему все еще лучше поберечь руку. Только он очень упрямый и давно рвется в гущу событий, даже упросил Макса и Джанин позволить ему участвовать в следующей операции, и они согласились. Задание пустяковое и не очень опасное — скопировать электронный ключ главного инженера ракетостроительного завода. Кайл Пресли недавно занял эту должность, он молод и любит развлекаться, это и является его слабым местом. Он часто бывает в одном приватном клубе под названием «Сладкий поцелуй». Там мы и подловим его, чтобы добыть его ключ-пропуск.       Устроиться в этот клуб нам с девочками не составило труда. Они часто ищут девушек для работы: официанток, новые лица для стриптиза и приватных танцев, а так же тех, кто готов оказывать интим-услуги. Нас взяли официантками и дали весьма откровенную форму — почти прозрачная блузка, короткие черные шорты и туфли на безумно высоком каблуке. Парням тоже нашлось место в штате клуба. Фора взяли барменом, Эрика — охранником, а Зик занял место за диджейским пультом.       Мы с девчонками ходим между столиками и разносим выпивку другим посетителям клуба, когда Пресли, наконец-то, появляется и занимает свой обычный столик напротив сцены. Кристина, кивнув нам, идет обслуживать его столик.       Пока Фор наливает моим клиентам очередную порцию выпивки, я стою, облокотившись о стойку, и наблюдаю за подругой. Крис заигрывает с Кайлом, гладит его по щеке, тем самым отвлекая, и осторожно вытаскивает у него из кармана пиджака электронный ключ. Она улыбается ему, принимает его заказ и направляется к бару, незаметно передает карточку мимо проходящей Шоне.       Эрик стоит у черного входа в ожидании, когда ключ перейдет в его руки, а он уже передаст его Юрайе и Марлен. Они сидят в фургончике в переулке недалеко от клуба. Копия пропуска будет готова через несколько минут, и его можно будет вернуть ничего не подозревающему владельцу.       Все проходит быстро и естественно, не очень наблюдательный человек даже не заметил бы, что на его глазах произошло что-то необычное. Мы привыкли работать слаженно и четко. Пока наши гении работают, мы следим, чтобы наш клиент не ушел раньше времени.       Я подаю напитки мужчинам за столиком неподалеку от Пресли, но краем глаза замечаю, что он поднялся со своего места и собрался уходить.       — Марлен, кажется, он уходит, когда будет готов ключ? — спрашиваю подругу, едва шевеля губами.       — Еще минута, — отвечает она. — Задержи его, как хочешь.       Я судорожно соображаю, но в голову приходит только одна мысль.       — Зик, поставь мне музыку, пожалуйста, — прошу его, но тут же в ухе слышу голос Фора:       — Трис, что ты задумала?       — Пытаюсь задержать Пресли, — отвечаю ему, расстегиваю еще пару пуговиц на блузке и подымаюсь на сцену, с которой только что упорхнула стриптизерша.       Играет музыка, и я, плавно покачивая бедрами, иду по подиуму. Луч прожектора выхватывает Кайла, и он останавливается, смотрит на меня. Я игриво маню его пальчиком, и он, как завороженный, продвигается к сцене ближе. Я двигаюсь в эротичном танце, приседаю, раздвигаю ноги и веду по ним руками, снова свожу их вместе. Становлюсь на колени, соблазнительно глажу свое тело, выгибаюсь, как змея, медленно поднимаюсь и поворачиваюсь к нему боком, наклоняюсь, эротично отставив попку, и уже весь зал, наполненный похотливыми мужиками, начинает свистеть. Встряхиваю волосами и резко выпрямляюсь, поднимаю руки вверх, покачиваю бедрами, потом разворачиваюсь спиной, расстегиваю блузку и резко распахиваю ее, мужчины ликуют и ждут, что я повернусь к ним лицом, но я оборачиваюсь и подмигиваю Пресли, посылаю ему воздушный поцелуй, снимаю рубашку и бросаю ее на пол, оставаясь в кружевном бюстгальтере. Становлюсь на четвереньки, подползаю к краю сцены и притягиваю его за галстук к себе.       — Все готово, Трис, сейчас Шона передаст тебе ключ, и ты положишь его в правый карман пиджака, — говорит мне Марлен.       Продолжая извиваться в такт музыке, кладу руки за голову Пресли и сажусь на край сцены, а он становится у меня между ног. Как только чувствую в своей руке гладкий пластик, я медленно веду свою ладонью по его груди, а другой опускаю ключ в его карман, а потом кладу ладонь на его лицо и игриво отталкиваю. Музыка заканчивается, и я, схватив свою рубашку, сбегаю за барную стойку и там одеваюсь.       — Хорошая работа, Трис, — говорит Кристина.       Все наперебой меня поздравляют и хвалят мою сообразительность. Застегнув блузку, поднимаю взгляд на Фора, что стоит передо мной, скрестив руки на груди. Он единственный, кто не в восторге от моей выходки, Тобиас невероятно зол, из ноздрей, кажется, сейчас повалит пар, но он молчит, лишь испепеляя меня взглядом.       — Любимый, главное, что работа сделана, — улыбаюсь ему и хлопаю глазами. Стараюсь поскорее удалиться с его глаз, пока его не «прорвало», и он не высказал все, о чем думает. Не хочу ссориться прямо сейчас.       Возвращаемся в офис, сдаем аппаратуру и нашу «добычу», потом расходимся по домам до завтра.       Всю дорогу до квартиры Тобиас молчит, переваривая все, что произошло, и я ему не мешаю. Он должен понять, что это часть моей работы, и ситуаций, подобной сегодняшней, не избежать.       Я люблю свою работу. Мне нравится примерять на себя разные роли: неопытная официантка, глупая секретарша, жена миллионера и многое другое. Я будто проживаю несколько жизней, но есть одна — моя собственная, которая нравится мне больше остальных. В ней я люблю и любима, мои друзья дарят мне вкус к жизни, а любимая профессия не только приносит доход, но и ощущение значимости.       Каждый раз, когда мы выходим на дело, по моим венам разливается адреналин, он бурлит во мне, заполняет меня до краев, и я чувствую себя неуязвимой. Больше не существует той глупой и доверчивой девочки из приюта, обманутой ее первым парнем, есть сильная женщина, способная на многое ради любимого, друзей и своей страны. И я бы не променяла такую жизнь на другую.       Напряжение между нами неприятно зудит на коже, а молчание царапает горло, хочется обнять Тобиаса, но он должен перебороть свою ревность, ведь я не сделала ничего плохого.       Я принимаю душ и иду спать, но через некоторое время рядом со мной прогибается матрац. Тобиас в эту ночь не обнимает меня, как делал раньше, поэтому я засыпаю под его нервное сопение, согреваемая лишь одеялом.       На следующее утро мы продолжаем вести себя отстранено, и даже мои подруги это замечают. Я делюсь с ними своими переживаниями, и они подбадривают меня, говоря, что он придет с извинениями, как только все переосмыслит.       Позже Макс отправляет Шону и Зика на новое задание, в котором им будут помогать Марлен и Юрай, а Крис и Эрик отпрашиваются, сославшись на неотложные дела, но по их лицам видно, что это время они проведут вместе.       Мне не хочется маяться без дела, и я иду в тир, чтобы пострелять; проходя мимо спортзала, слышу глухие удары по груше и понимаю, что это тренируется Фор, поэтому иду дальше.       Выпустив пар и отстреляв пару обойм по мишеням, я, наконец, снимаю наушники и только сейчас замечаю, что Тобиас стоит у меня за спиной. Я оборачиваюсь и ловлю его взгляд, он улыбается, наблюдая, как по моей шее скатывается капелька пота и теряется в декольте тяжело-вздымающейся груди. Я отворачиваюсь и перезаряжаю пистолет.       — Ты простишь меня, идиота? — Тобиас подходит, обвивает меня рукам, и я замираю, а потом выдыхаю. — Я знаю, что ты профессионал в своем деле, и на заданиях мне нужно отключать в себе твоего бойфренда и оставлять только напарника. Впредь, обещаю, я буду разделять эти понятия.       — Ты сам до этого додумался или кто-то помог? — интересуюсь я, разворачиваясь к нему лицом.       — Отчасти сам, а отчасти благодаря тому, что парни промыли мне мозги, — признается Тобиас, и я смеюсь, а потом тянусь к нему за поцелуем. Наши тела прижимаются друг другу, губы неотрывно скользят по губам, руки путаются в волосах. Мы так поглощены друг другом, что ничего не замечаем вокруг, уверенные в том, что нас никто не побеспокоит. Но голос Макса звучит как гром среди ясного неба:       — И как вы прикажете это понимать?       Мы с Тобиасом резко отстраняемся друг от друга, тяжело дыша, но молчим, не зная, как объяснить. Наши боссы смотрят на нас разочарованно.       — Как давно вы скрываете свои отношения? — спрашивает Джанин с металлом в голосе.       Тобиас смело берет меня за руку, потому что нет больше смысла отнекиваться.       — Это долгая история… — начинаю я, но Тобиас меня перебивает.       — Не имеет значение, как долго мы вместе, сути это не меняет.       — Ты прав, это действительно не важно. Вы прекрасно знали, что мы против личных взаимоотношений между членами команд. Вы отстранены от работы, пока мы не решим, что делать дальше.       Макс и Джанин выходят из зала, а я стою и пытаюсь осознать случившееся.       — Думаю, они искали нас не для этого, а нарвались на частный показ, — вздыхает Тобиас, снова обнимая меня. — Когда-нибудь правда все равно бы выплыла наружу.       — Думаешь, нас уволят? — задаю мучающий меня вопрос.       — Не знаю, возможно. Главное, что они пока не знают про остальных. Думаю, им не понравится, что все мы их обманывали, — говорит любимый. — Пойдем домой.       Я позволяю ему увести меня. Мы не заходим в центр управления, чтобы попрощаться с Марлен и Юраей, просто проходим через опустевший офис к выходу. Сейчас у нас нет настроения говорить с друзьями, они обо всем узнают завтра.