Всё, что было вчера

    Некоторые люди чертовски предсказуемы. Если ты знаешь их дольше трёх дней, считай, знаешь о них всё - их цели, желания, страхи… Потому что они болтают о них, не затыкаясь.       Вот, к примеру, Красавчик Джек.       Всякий, кто потрудился бы заглянуть чуть дальше впечатляющего фасада с его тягой к роскошной жизни, обнаружил бы там человека, который до смерти боится умереть. И немножко мазохизма: редко кто, боясь смерти до такой степени, будет прямо-таки нарываться на пулю в голову.       Парадоксально: когда этот человек умер, его верные подчинённые и фанаты не смогли вернуть его обратно. Тимоти не сомневался, что уж до десятка способов Джек точно предусмотрел, но то ли Хендерсон подчистил концы, то ли Искатели предусмотрительно воткнули в систему какой-то вирус, то ли Риз со своей самодеятельностью постарался…       Да, Риз. Ещё один показательный пример.       На момент смерти Джека Риз был слишком далеко, чтобы что-то изменить, но если бы спустя годы он каким-то чудом занял место директора компании, то наверняка воспользовался бы шансом и перелопатил всю систему в поисках цифровых следов. С его талантом датамайнера это сделать - раз плюнуть. Друзья Риза, зная о его преданности, ничуть не сомневались, что так он и поступит. И если им и хотелось упрекнуть его за то, что он согласился на предложение ИИ-Джека о совместном управлении Гиперионом, то вслух никто этого не высказал. Во-первых, не до того было, а во-вторых… Так в разговоре за спиной между друзьями порой сквозит лёгкая горечь, когда дело оказывается с гнильцой, но ты знаешь, что из-за присущих человеку слабостей твой друг не сможет поступить иначе.       ИИ-Джек смог искоренить эту слабость за считанные часы. Настоящий талант. Чуть не убив Риза в момент разговора по душам, а потом перестреляв пару десятков работников в попытках до него добраться, он вырвал этот огонёк нездорового обожания из сердца Стронгфорка, который смог вовремя взять себя в руки, добраться до контрольного пункта и вычистить Джека из системы. Никто не знал, как это ему удалось, но Джек был готов прихватить Риза с собой, и если бы к тому моменту накрылся генератор, то Гелиос наверняка упал бы на Пандору, частично сгорев в атмосфере.       Этого не случилось, и Риз, как и многие люди до него, объявил, что опасность миновала, директором отныне будет он сам, и все, кто не пострадал, могут возвращаться обратно на Гелиос и продолжать работу.       Наиболее параноидальные личности могли бы заподозрить, что Риз каким-то образом договорился с ИИ и вернул Джека обратно себе в голову, либо даже предположить, что Джек полностью захватил Риза и контролирует его, но Тимоти точно знал, что это не так.       Во всяком случае, не в буквальном смысле.       Сам Тимоти появился на станции позже. Протокол защиты двойников, созданный Джеком, предписывал ему отправиться в казино «Джекпот» вместе с прочими двойниками и защищать их – и себя – сколько потребуется. Тим был лично знаком с огромным роботом-убийцей в форме Джека, присутствовал при его сборке, и пожалуй, являлся чуть ли не единственным человеком, кроме основного хозяина, которого Джекпот не стал бы трогать.       Риз об этом не знал. Он вообще не различал двойников, по крайней мере первое время. Но добравшись до ресурсов компании и обнаружив казино в его активах, он, разумеется, не мог этим пренебречь. Прибыв туда и обнаружив, что там происходило, он покончил с этим, забрав со станции всех, кто там находился, а потом с помощью Тима запечатав вход навсегда, или, во всяком случае, до лучших времён.       Двойники, за небольшим исключением, обрадовались возможности избавиться от гнёта своего прошлого. Большая половина из них не прошла полную трансформацию – оставалось только хирургическим путём удалить высокотехнологичные импланты, модуляторы голоса и внешности – и эти люди, наконец-то свободные, получив от Гипериона в лице Риза щедрые выходные пособия, разлетелись по всей Галактике, возвращаясь домой или начиная новую жизнь.       Оставшихся «настоящих» двойников можно было пересчитать по пальцам, тем более, что многие погибли ещё в казино от рук бандитов. После первой смерти Джека Гелиос перестал быть алтарём Красавчика, и только казино оставалось единственным напоминанием о его высокомерии и жажде внимания. Риз с затаённой надеждой уговорил Тимоти пробежаться вместе по самым памятным местам «Джекпота». Экскурсионные голограммы по интеллекту не дотягивали даже до Железяки, хотя и щедро сыпали типичными фразочками Джека, от которых сердце сжималось и у Тимоти. Новый директор Гипериона не удержался и забрал с собой на Гелиос здоровенную тележку сувениров, одарив Тимоти таким красноречивым взглядом, что тот чуть не проглотил язык, так и не задав вопрос.       Риз не хотел видеть вокруг напоминания о человеке, которые причиняли ему боль, особенно ходящие и дышащие, поэтому… нет, не расстрелял их, как сделал бы Джек, если бы они ему надоели, а с готовностью оплатил обратную операцию всем пожелавшим того двойникам.       Тимоти отказался. Он знал Джека слишком давно, чтобы можно было надеяться вытравить его из ДНК, из своей манеры двигаться и говорить. Даже знаменитая маска – и та приросла к нему почти намертво, каждое утро горькой усмешкой из зеркала напоминая о самом невыносимом и самом важном человеке в его жизни. Он пообещал Ризу, что не будет болтаться под ногами, но за время их невольного сотрудничества директор «Гипериона» как будто привык видеть его поблизости, и Тимоти вскоре с удивлением понял, что тот начинает искать его общества.       Раньше так же поступал и Джек. Отправляя своего Искателя на задания, он постоянно донимал его смс-ками, голосовыми сообщениями, демонстрациями звуков из нового джакузи (Тимоти мог только надеяться, что это действительно были они) и набросками дурацких рекламных буклетов, для которых Тиму по возвращении на базу приходилось сниматься. Непонятно, как у него хватало времени на всех Искателей, потому что он умудрялся одновременно и мутить с Нишей, и обсуждать с Вилом планы по уничтожению врагов компании, и даже заниматься в спортзале, что при его пристрастии к пончикам было почти необходимо.       Риз вёл себя не так. Он просто заходил к Тимоти с утра, просил его пройтись вместе, а потом приглашал его то на обед в столовой, то на совместную инспекцию какого-нибудь отдела, хотя Искатель в этом совсем не разбирался, то, сев за компьютер в кабинете, принимался обсуждать новую стратегию развития компании. Иногда он казался достаточно увлечённым, но чаще – отрешённым, а порой его глаза замирали, будто глядя в никуда, но на траектории этого «никуда» почему-то частенько оказывалось его, Тима, лицо. Друзья Риза, которые иногда мелькали поблизости и пытались расшевелить новоявленного директора, говорили, что их друг изменился, стал более замкнутым. Из его сердца как будто пропал огонь, который прежде заставлял его двигаться дальше и совершать самые безумные поступки.       Скагу понятно – ему нужен был Джек.       Раньше Джек с Ризом не общались лично, поэтому последнему было более-менее легко пережить смерть своего кумира, особенно учитывая тенденцию новых директоров идти по головам старых. Это открывало ему возможность пробиться в директорское кресло без конфликтов. Однажды Лоуренс даже поймал себя на мысли, что они с Красавчиком наверняка поладили бы – настолько похоже они иногда поступали. Ризу тоже нравилась слава, прежде он мечтал о пьедестале, но предательский ИИ буквально разбил ему сердце. Лишённый души компьютер оказался такой задницей, что парень больше не мог просто выбросить его из головы и насладиться сбывшейся мечтой.       Никто не называл Тимоти персональным ассистентом официально, но фактически двойник стал им. В его компании Риз немного раскрепощался, и за примерно полгода их общения Тим немало о нём узнал. Стронгфорк тоже мог пить кофе литрами, мог проводить бессонные ночи, увлёкшись интересным проектом, обладал впечатляющими инженерными и программистскими навыками и блестяще выступал на публике. Он нравился людям, как когда-то нравился Джек.       Но, хотя Риз не отличался покладистым характером и умел принимать трудные решения, он был гораздо мягче. Никакой склонности к садизму. А спустя некоторое время Тимоти узнал кое-что ещё.       Это случилось во время корпоратива по случаю выпуска нового продукта. Несмотря на всем известные скандальные события и значительные перестановки в управлении, Гиперион оставался компанией, которая должна зарабатывать деньги. Собрав группу из опытных сотрудников отдела разработки – старых и новых – Риз поручил им создать новую серию оружия, которая покорила бы рынок по меньшей мере на полгода. По сравнению с прочими корпорациями Маливан настолько вырывался вперёд, что ставку следовало либо делать на элементальный урон, либо изобретать что-то совершенно новое. Никто не хотел скучных пушек Гипериона, пусть даже они имели опасный «пчелиный» дизайн и точность, которая позволяла мочить врагов и монстров из парных пистолетов-пулемётов чисто за счёт физического урона.       В своё время Джек проводил эксперименты над людьми (и не только), и склады «Гипериона» ломились от эридиумного шлака. Его-то и решили использовать в качестве поражающего материала. Невысокая токсичность (по сравнению с основным ресурсом) позволяли модифицировать его и проводить эксперименты, не опасаясь, что учёные покроются язвами или превратятся в супермутантов. Поблагодарив предыдущего директора и его команду за качественную работу, инженеры создали снаряды, которые, воздействуя на щит солдата, на долгое время выводили его из строя, не позволяя продолжать бой – и щиты против этого оружия. Они, разумеется, остались секретной технологией, которой компания пока не собиралась делиться или отправлять в продажу. Первые публичные испытания произвели настоящий фурор. Конечно, другие компании должны были вскоре подсуетиться, совершенствуя свои щиты, но, как любую новинку на рынке, эридиумные пушки ждал успех, и значительные финансовые потоки потекли в «Гиперион», позволив отремонтировать сломанное и провести модернизацию в отдалённых филиалах.       Риз не желал поддерживать торговлю оружием с бандитами на Пандоре. Красавчик Джек превратил планету в испытательный полигон, в свою личную эридиумную шахту, сколотив на этом целое состояние, но мирные жители были недовольны. У Риза там имелись знакомые, и он пообещал себе, что будет продавать усовершенствованное оружие только государственным организациям с других планет, в действиях которых нет признаков тотальной диктатуры. Ясно, что такое положение не могло продолжаться вечно, борьба с незаконной торговлей оружием была примерно такой же безнадёжной, как борьба с пиратством, но Гипериону всё равно удалось заключить несколько очень выгодных контрактов, суливших астрономические суммы.       Джек в прошлом обычно выбирал для корпоративов какой-нибудь здоровенный зал, где была ложа для короля – парочка пафосно выглядящих обтянутых кожей полукруглых диванов, где можно было с комфортом расположиться, потягивая виски со льдом и пригласив кого-нибудь для беседы. Иногда такая ложа даже закрывалась чем-то вроде балдахина, чтобы за приватной беседой не наблюдали посторонние. Громкая музыка, танцы и мельтешащие вспышки света от диско-шара в темноте, за полминуты сводящие с ума любого эпилептика, Красавчика не напрягали – ему нужен был только бар и приятная компания, а в обществе он чувствовал себя как рыба в воде. Будучи помоложе, Джек даже пускался во все тяжкие, закинувшись грибной пылью и занимаясь сексом чуть ли не публично. Тимоти такие мероприятия всегда бесконечно напрягали, но как выяснилось, Риз тоже не поклонник бесконтрольной разнузданности, поэтому в зале установили только подиум для диджея, сцену для караоке, бар с лёгкой выпивкой и танцпол.       Вообще-то, устроить корпоратив его убедили друзья, надеясь немного развлечь и вытащить из депрессии. Но, сказав пару напутственных слов и велев сотрудникам повеселиться, Риз не знал, куда себя деть. Иветт пригласила его на танец, потом он пропустил пару стаканчиков с коллегами, спел с несколькими из них в караоке… А потом Тим обнаружил его с собой на диване, когда он неожиданно плюхнулся рядом.     - Скучаешь? – поинтересовался Риз весёлым голосом пьяного человека.       Тимоти оглянулся на зал. Диван, где он сидел, стоял высокой спинкой к залу, и она закрывала его и от человеческой суеты, и от шума, так что ему почти ничего не удалось рассмотреть, учитывая стоящий в зале полумрак.     - Да нет, всё в порядке, - откликнулся он. – Просто не очень люблю корпоративы.     - А я раньше любил, - признался Риз. – С Джеком это было очень весело…       Он замолчал и посмотрел в окно – большое, овальное и вертикальное, с видом на космос. Тим хотел поддержать его, но не знал, что ещё сказать. С Джеком это и правда было весело. И безумно. Иногда даже больно, и оборачивалось жестоким похмельем, если веселье заходило слишком далеко.     - Можно тебя кое о чём попросить? – неожиданно спросил Риз. Тимоти вопросительно посмотрел на него. Лицо у парня было серьёзное, как будто он собрался делать предложение, и Тимоти совершенно не ожидал, что тот, наклонившись к нему, прикоснётся к его губам своими.       Это был мягкий поцелуй. Тимоти ответил прежде, чем успел подумать, и ощутил на языке привкус виски. Совсем как в старые времена.       Он отшатнулся, словно его облили ледяной водой, и уставился на Риза во все глаза. Тот засмеялся, но вместо того, чтоб отстраниться, повторил свой манёвр. Теперь он оказался слишком близко, почти приперев Тимоти к бортику, поставив руки по обе стороны от него и мешая ему сбежать, и двойник почувствовал, что заливается краской – жаркая волна смущения обожгла его шею и лицо. Взяв себя в руки, он торопливо отстранил от себя Риза за плечо, подумав «домогательства на работе», а вслух спросив пересохшими губами:     - Что ты делаешь?     - А на что это похоже? – неизвестно, сколько стаканов выпил Риз, и сколько градусов было в его выпивке, но он определённо был пьян. Не в хлам, конечно. Тимоти подумал о том, что алкоголь не подбрасывает людям желаний, которых у них нет, а просто раскрепощает, заставляя забыть о барьерах.     - Похоже, будто ты… соблазняешь меня, - пробормотал Тимоти, посмотрев в сторону.     Директор «Гипериона» снова засмеялся, горько и немного истерично.     - Так и есть, - сказал он наконец. – Ты сможешь… побыть Джеком ещё разок?     - Нет, - твёрдо сказал Тим, на самом деле думая о том, что не переставал.     - Тогда побудь собой, - сказал Риз. – Только пойдём отсюда… На сегодня мне уже хватит.     - Да уж заметно, - пробормотал двойник, выскальзывая из его рук и поднимаясь.       Он собирался всего лишь довести Риза до его комнаты и дать проспаться, но на самом пороге тот обнял его за шею и затащил внутрь, и сопротивляться стало намного сложнее. В конце концов они оба рухнули на кровать, и Тимоти оказался сверху. Пьяный секс – не лучшая идея, но пьяный Риз явно так не считал.     - Тимоти… Давай сделаем это, - попросил парень. Его глаза блестели в свете автоматически включившейся настольной лампы. Тим смотрел на него и думал, что Риз вообще не задаётся вопросом, а сможет ли его визави это сделать. Желание не возникает по щелчку пальцев… Или он просто считает себя по умолчанию привлекательным?       На самом деле он таковым и был. Несмотря на некоторые недостатки, Риз нравился Тиму как личность, и хотя он никогда не думал тащить его в постель, стройная фигура и все прилагающиеся черты не оставляли его равнодушным. И Джека тоже не оставили бы… Конечно, если бы он захотел достаточно долго разговаривать с выскочкой, а не просто расстрелять его за наглость. Впрочем, Джек любил забавных людей.       Взяв руки Риза и с силой прижав их к подушке на несколько секунд, Тимоти выпрямился и уселся у него на бёдрах, медленно потянувшись к молнии на чёрном корпоративном жилете. Если бы Риз уснул, проблема решилась бы сама собой, но он и не думал засыпать, расслабившись в вызывающе беспомощной позе. Когда Тимоти впервые прикоснулся к его животу, Риз вздрогнул, хотя кожа двойника была почти такой же горячей, как у оригинала. Особенно сейчас.     - Ты об этом пожалеешь, - предупредил Тим, стаскивая собственный свитер через голову.       Риз вызывающе облизнул губы и сказал:     - Нет.       Их близость была лихорадочной и быстрой. Тимоти сам удивился, что возбудился во время возни на кровати – видимо, он слишком давно воздерживался от контактов с другими людьми. Но ему самому казалось, что с каждой минутой он всё сильнее перевоплощается в Джека, вспоминая его неистовый жар, неудержимую ярость, желание доминировать и держать контроль в своих руках на протяжении всего процесса… Риз выгибался и плавился под ним, обхватив его ногами за талию и издавая тихие, сводящие с ума стоны. Его бледная кожа, сперва прохладная, теперь потеплела и даже покрылась испариной, пальцы рук, прижатых к подушке над головой в безжалостном захвате смуглой руки, слегка дрожали, а пальцы ног поджимались при каждом толчке. Тим этого не видел, но чувствовал, когда обнимающие его голени сильнее прижимались к нему. Возбуждение достигло пика и схлынуло, оставив после себя ощущение приятной усталости в мышцах. Риз обмяк и расслабился, шумно дыша и смотря в потолок. Тимоти, подавив желание рухнуть на него и так и остаться, откатился в сторону и прилёг рядом. Потом, помедлив, притянул любовника к себе, уткнувшись лицом ему в шею.       Наутро Риз вёл себя как ни в чём не бывало. Растормошив двойника, он попросил его сходить в душ и привести себя в порядок, после чего наведаться в столовую для сотрудников и принести кофе. Тимоти в основном молчал и чувствовал себя неловко, а маска Джека из зеркала сегодня ухмылялась особенно паскудно. Отправившись за завтраком, двойник мучительно прокручивал в голове воспоминания, размышляя над тем, что это всё могло значить, и изменятся ли теперь их отношения. Во всяком случае, Риз не разозлился и не сделал вид, что всё забыл, значит, действительно не жалел. Когда он вернулся, директор Гипериона уже поправлял одежду перед зеркальной дверцей шкафа. Обернувшись, он благодарно кивнул, взяв кофе с небольшого подноса и мимоходом уклонился от руки Тима, потянувшегося пригладить его волосы, всё ещё немного взъерошенные после сна.     - Послушай, - сказал он, отпивая кофе. – Всё, что было вчера…     - Останется во вчера, - не поднимая глаз, кивнул Тим. Он уже слышал эти слова раньше.     - Не надо было мне пить, - Риз неловко улыбнулся ему. – Знаю, я не должен был так поступать по отношению к тебе. У вас с Джеком были сложные отношения и всё такое…     «Ты себе даже не представляешь, насколько», - подумал Тим, но вслух этого не сказал, и, отпросившись по делам, отправился к себе. Одного утреннего душа не хватило, чтобы смыть все воспоминания.