А что, если я не хочу, чтобы это осталось в Вегасе?

Тишина в кабинке после её слов стала густой, звонкой. Драко не шевелился, лишь его пальцы медленно водили по краю бокала. — Заставили, — повторил он без определимой интонации, как констатируя факт. Потом налил ей ещё. — Знакомое чувство… Рассказывай. Угрозы, долги? Хотя… — его взгляд ещё раз оценивающе скользнул по ней, — на должницу ты не похожа. Слишком много скрытого высокомерия в осанке. Гермиона фыркнула, не удержавшись. Высокомерие! От него она такого не ожидала. — Никаких долгов. Глупая игра. С подругами. «Правда или действие». — Сделала ещё глоток, чувствуя, как алкоголь развязывает язык и притупляет острые углы паники. — Выпало «действие». А моя подруга… у неё очень специфическое чувство юмора. Драко медленно кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то понимающее. — Ага. Свадебные гулянки. Я здесь по той же причине. Мальчишник. — Он поморщился, как будто вспомнил что-то неприятное. — Мой друг, видимо, решил, что мне не хватает в жизни… культурного просвещения. И не придумал ничего лучше для знакомства с этим городом, чем поход в стриптиз. Неожиданно им обоим стало смешно. Абсурдность ситуации накрыла волной. Здесь сидят двое взрослых, успешных (ну, он-то точно) людей, и оба оказались в этой бархатной ловушке из-за дружеской «заботы» и шуток. — Значит, мы оба — жертвы праздничной тирании, — сказала Гермиона, и в её голосе впервые прозвучали нотки беззаботного, расслабляющего юмора. — Похоже на то. Выпьем за неугомонных друзей, — Драко поднял бокал. — Пусть их жизнь будет столь же богатой на сюрпризы. Они чокнулись. Лёд тонко звякнул. Какое-то напряжение спало. Малфой не давил. Не требовал продолжения «шоу». Просто… разговаривал. Возможно, это было обманчиво и опасно. девушка старалась об этом не думать. — Так что ты, Гера, делаешь, когда тебя не заставляют развлекать незнакомцев в Вегасе? — спросил он, откидывая прядь волос со лба. Этот жест был до боли знакомым, но теперь в нём не было прежнего щегольства, лишь привычная небрежность. Гермиона задумалась. Что может сказать выдуманная «Гера»? — Я… работаю с информацией. Систематизирую, анализирую. Почти правда. — Боже, звучит смертоносно скучно, — усмехнулся Драко, но без злобы. — Я представляю тебя в очках, с кипой бумаг. Угадал? Она чуть не поперхнулась. Слишком близко. — Что-то вроде того, — пробормотала, обращаясь, скорее к своему бокалу, чем к нему. — А я — в семейном бизнесе, — сказал парень, и его голос стал чуть более отстранённым, металлическим. — Наследственная обуза. Скучные встречи, бесконечные контракты, необходимость всегда быть на высоте. Иногда хочется всё бросить и… не знаю. Открыть паб где-нибудь на отшибе. — Паб? — не удержалась Гермиона. Образ Драко Малфоя, разливающего эль за стойкой, был настолько нелеп, что вызвал у неё непроизвольную улыбку. Хотя… белая рубашка, бабочка и черная жилетка смотрелись бы на нем невероятно сексуально. Спохватившись, девушка попыталась перенаправить невесть с чем сменивший направление поток мыслей. — Что, не веришь? — парень приподнял бровь, но в его глазах играли искорки. — У меня был бы самый лучший в мире виски. И я бы выгонял на хрен всех зануд, которые начинают говорить о политике после третьего бокала. — Звучит, как утопия, — сказала девушка, и её улыбка стала чуть менее напряжённой. — Единственный возможный вид утопии, — парировал он. — В маленьком, контролируемом пространстве. Как эта кабинка, например. Он обвёл взглядом тесное, зеркальное помещение, взгляд снова задержался на ней. Но теперь это был не оценивающий, а… заинтригованный взгляд. — Знаешь, что самое странное? — тихо сказал он, внезапно становясь серьёзней. — Я обычно ненавижу болтовню. Считаю бесполезной тратой времени. Но с тобой… неожиданно не хочется молчать. Гермиона почувствовала, как по спине пробежал лёгкий, тревожный трепет. Это было опасно. Это было слишком. — Может, потому что мы больше никогда не увидимся? — предположила она, пряча лицо за бокалом. — Легче говорить с призраком. — Призраком, — повторил он задумчиво. — Да. Возможно. Или… потому, что ты не пытаешься мне понравиться. Не льстишь, не строишь из себя роковую соблазнительницу. Ты просто… сидишь здесь. Раздражённая, неловкая и от этого чертовски настоящая. Сказал это так просто, так без прикрас, что у Гермионы перехватило дыхание. Настоящая. Под чарами маскировки, в лживой роли, он увидел в ней настоящую. Ирония ситуации была настолько горькой и острой, что её снова потянуло выпить. — Может, мне просто всё равно, что ты обо мне подумаешь, — выдавила девушка, и это тоже была правда. Настоящая Гермиона Грейнджер презирала его мнение. А Гера… Гере действительно было всё равно. — Боже, как же это освежает, — тихо рассмеялся он, и этот смех был низким, тёплым, совершенно не малфоевским. После вечных придворных игр и девушек, которые смотрят только на фамильный герб и счёт в Гринготтсе. А сейчас ещё и… на его предплечье. – Ты даже не знаешь, кто я. «О, знаю, — пронеслось в голове у Гермионы. — Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь». — А это важно? — спросила она вслух, глядя ему прямо в глаза. — Здесь, сейчас? Ты просто парень на мальчишнике. Я — девушка, которой не повезло в игре. Всё. Завтра мы разойдёмся и забудем. Драко замер. Его взгляд стал пристальным, почти физически ощутимым. — Вот в этом-то и вопрос, — медленно проговорил он. — Забуду ли? Тишина снова натянулась между ними, но теперь была другой — густой, тёплой, заряженной не паникой, а чем-то новым и тревожным. Он смотрел на её губы, на линию плеч, на руки, сжимающие бокал. И Гермиона ловила его взгляд, чувствуя, как старые стены ненависти и предубеждений дают трещину под напором этой странной, вымученной близости. — Ты сказала, что тебя заставили, — напомнил он, голос стал тише, интимнее. — Но ты всё ещё здесь. Игра закончилась? Гермиона вздрогнула. Золотая искра на её запястье слабо пульсировала, напоминая, что нет. Не закончилась. Она должна… она обязана… станцевать. Им не нужно ставить камеры или подглядывать в замочную скважину. У них были более надёжные… гарантии выполнения задания. Парень увидел её взгляд, полный внезапного смятения. — Ты хочешь… довести «действие» до конца? Он не двигался с места, но его присутствие вдруг заполнило собой всё пространство. Этот мужчина больше не был просто собеседником. Он был тем, для кого предназначался этот танец. Целью. И внезапно это перестало пугать её так же дико. — Да, — прошептала Гермиона, голос звучал хрипло от внезапно пересохшего горла. Драко медленно, давая ей время отпрянуть, протянул руку. Не чтобы схватить, а как предложение. — Тогда давай сделаем это по-другому. Без конвульсий. — Его пальцы почти касались её колена. — Просто… перестань бороться с телом. Позволь мне посмотреть на тебя. По-настоящему. И она, к своему ужасу и ошеломляющему любопытству, поняла, что хочет этого. Не потому, что заставляют чары. А потому, что этот новый, незнакомый Драко, возникший из пепла старого, интересовал её. Магия толкнула вперёд последний раз. А дальше – она сделала шаг сама.