Боевой континент. Дитя Времени 2

Тёмный лес расступился, и впереди показалась заброшенная деревня — вымершая, как будто смерть здесь задержалась надолго и не спешила уходить. Бай Ченсянь шла спокойно, рядом всегда был Нуар — тёмная тень, чья верность была тише любого клятвенного слова.  В самой середине мёртвых хижин стояла таверна. Её вывеска висела на одной петле, подрагивая от ветра. Запах разложения смешивался со стойким металлическим запахом крови, будто кто-то недавно заплатил за своё вино не монетами, а жизнью.  Перед разрушенным селом, где стояла таверна, порог Града Убийц, Тан Хао остановился и сказал коротко:  — Здесь тебя будут помнить только под именем Тан Сянь. Зови меня так, будто мы просто спутники. Не говори о костях. Не демонстрируй духи без необходимости. Поняла?  — Да. — ответ был ровный.  Запах села — кровь, плесень, дым. Ни одного живого звука, кроме шагов.  Таверна называлась «Жила». Внутри грязно, темно и тесно. Бармен поставил перед ними мутные, густые напитки. Тан Хао сказал:  — Две «Кровавые Мэри».  Жидкость едва не сворачивалась в стакане, как живая. Тан Сянь выпила залпом. Лицо не дрогнуло, только брови слегка сдвинулись. Тан Хао отметил это взглядом:  — Держишься лучше большинства.  Один мужчина за столом ухмыльнулся и подошёл слишком близко.   — Новенькая, покажи кольца, и я подумаю, оставлять ли тебе…  Он не закончил.  Её рука даже не поднялась полностью. Хлопок. Пуля между глаз. Он упал на колено и рухнул лицом вниз. Шесть других решили «проверить» её. Шесть выстрелов. Шесть тел на полу. Никакого шума. Один вдох — семь трупов.  Бармен моргнул.  — Ты можешь пройти.  Тан Хао встал.  — Дальше ты идёшь одна. Жди его там, как обещала. Он пройдёт позже.  Она кивнула:  — Я поняла, дядя.  Они не обнимались. Это место не принимало жестов.  Тан Хао вышел. Двери закрылись.  Страж спросил формально:  — Имя?  — Тан Сянь.  — Нарушала порядок?  — Порядка там не было. — она прошла, не ожидая разрешения.  Город Убийц начинался тёмным коридором, ведущим вниз. Воздух там был вязким — перемолотые крики, кровь, дух смерти.  Первый страж у внутреннего прохода сказал почти тем же тоном, что и Тан Сану у книге:  — Здесь нет законов. Здесь есть плата. Ты живёшь, пока можешь платить за жизнь кровью, своею или других. Иначе — тебя выпьют так же, как ты пила в таверне.  Она посмотрела прямо:  — Я умею платить.  Двое перекрыли дорогу:  — Правило входа: убийство. Выбирай любого.  Она шла мимо, выбирая не глазами, а ощущением. Нуар, хищной тенью в её сознании, произнёс:  «Второй справа. Он быстрее всех. Убей его, остальные не решатся».  Выстрел. Лоб. Глухой удар тела о камень. Стражи отступили, не задав ни одного вопроса.  Двое в масках встретили её на входе у большого здания:  — Имя для арены?  — Холод Тишины.  — Твоё число 1037. Бои начинаются сегодня. Хочешь сразу?  — Да.  Они посмотрели на неё ещё раз. В глазах — мелькнуло непонимание: зачем она так уверена?  Сотни глаз. Круг крови. Каменные стены, впитавшие крики старых смертей.  Круг арены был залит древней, почерневшей кровью. В центре — десять человек. Девять мужчин, одна девушка.  Судья бросил взгляд на новенькую, отметил: слишком спокойная. Он не придал значения.  — Десятый бой. Выживший один. Начали.  Слово «начали» ещё не успело отразиться от стен как Тан Сянь уже двигалась.  Она не делала рывка — просто исчезла из центральной точки. Выхлоп пистолета — глухой, почти беззвучный, усиленный её духовной силой.  ПЕРВЫЙ — пуля между глаз. ВТОРОЙ — грудная клетка, сердце. ТРЕТИЙ — выстрел в висок, прежде чем он понял, откуда атака.  Остальные семеро одновременно обернулись, но её убийственное намерение ударило в них, как холодный нож. У шестерых кровь в жилах на мгновение застыла — достаточно, чтобы они потеряли реакцию.  ЧЕТВЁРТЫЙ — шея. ПЯТЫЙ — под углом, под ключицу, в сердце. ШЕСТОЙ — упал, не успев крикнуть.  Двое оставшихся всё же попытались контратаковать — угадали направление. Это были мастера с рефлексами.  Один прыгнул вперёд с ножом, второй метнул копьё. Она не отступала. Она прошла между ними.  Хлопок. Седьмой — пуля в горло. Восьмой — в позвоночник. Девятому в солнечное сплетение.  Последний, десятый, стоял на коленях, не в силах поднять руку. Он видел, что она движется быстрее, чем он моргает.  Он прошептал:  — Кто… ты…  Пуля вошла ему в лоб. Он упал назад.  Тишина.  Даже дыхание толпы остановилось — никто не успел понять, что произошло.  Судья, бледный, не сразу нашёл голос.  — …Победитель… Холод Тишины.  — Время боя… — он сглотнул. — Пять секунд.  Это был новый рекорд Города Убийц. Без крика. Без всплесков. Без следов движения. Только тонкий запах пороха и тончайший ледяной иней, который лёг на камни под её ногами.  Она убрала пистолет, не взглянув ни на одну из жертв, и спокойно вышла с арены.  Толпа расступалась, не понимая, каким рангом может быть эта девушка, но чувствуя: перед ними прошёл хищник, который даже не стал рычать.  Она нашла свободную каменную комнату. Села на холодный пол.   «Ты не взволнована?» — спросил Нуар.   — Нет.  «Не боишься?»  — Нет.  «Зачем ты здесь?»  Её ответ был коротким, как удар:  — Чтобы тот, кого я жду, не потерял себя, когда придёт сюда.  Город слушал её тишину. Утром поползут слухи: пришла та, кто убивает без звука и имя ей — Холод Тишины.  Тан Сянь сделала первый шаг к Адской Дороге.