Sevda başka aşk başka

Демир

      Он был монстром. Демир ясно осознал это, лежа на дне этой проклятой ямы. Всё его тело болело, грудь будто сжимали невидимые тиски, но сильнее всего болела его душа. Он наставил пистолет на любимую женщину. Наставил и обещал убить её, если она собиралась стать очередной любовницей очередного Албора. Он видел и не видел Зеррин перед собой: воспоминания о том, как в последние полгода перед самоубийством, Шейда нехотя отвечала на его сообщения, а на назначенные встречи вообще не приходила, вставали перед его глазами. Демир списывал это на то, что ей стало сложнее выбираться из особняка, что злобная старуха Садакат усилила контроль над передвижениями Шейды. Но, стоя на краю ямы, наблюдая за тем, как женщина, ради которой он бросился под пули, защищает своим телом того, кто не стоит даже её мизинца, Демир впервые подумал, что, возможно, слова Наре были правдивы: каждая из тех, кого он безумно любил, предпочла ему Албора.        От этих мыслей боль делалась невыносимей, но Демир упорно продолжал размышлять об этом. Должен ли он был навязываться Зеррин, считавшей его жалким и никогда не любившей его? Предстояло ли ему пройти этот путь вновь и самому закончить своё жалкое существование, как и предрекал Джихан? Был ли Демир способен только на это?       Демир сжал зубы и зажмурился. Две слезинки выкатились из его глаз и прочертили влажные следы по вискам. Он всего лишь хотел быть любимым. Хотел, чтобы у него была семья. Хотел хоть в раз жизни быть нужным кому-нибудь. Быть первым вариантом выбора для кого-нибудь… Но стоило ли ради этого терять всё человеческое, ускользать всё дальше во тьму и угрозами привязывать к себе ту, которая его не хотела? Нужен ли ему был этот суррогат семьи? Суррогат любви? Если раньше Демир думал, что с течением времени Зеррин забудет о Кае и полюбит его, то сейчас, вспоминая, как она готова была рискнуть всем, даже не рождённым ребенком, ради этого ублюдка, Демир понял, что этого никогда не случится. Хотел ли он продолжать быть злодеем её истории? Демир прижал руки к неистово бьющемуся сердцу. Всё его существо кричало, что ему следует поехать и забрать свою жену из рук Албора, но Демир усилием воли подавил это желание. Он тяжело поднялся на ноги, а затем, напрягая все силы, вылез из ямы. Он достал телефон и набрал своего адвоката.       — Готовь бумаги для развода. Я заеду через пару часов и подпишу всё, что нужно, а затем ты передашь их моей жене. — Хрипло проговорил он, не дав мужчине даже поздороваться.       Демир надеялся, что его голос не дрожал и казался спокойным.       — Хорошо, Демир бей, как пожелаете. — Его люди никогда не задавали лишних вопросов и за это Байбарс уважал их.       — Спасибо. — Выдохнул Демир, завершил звонок и побрёл к своей машине.       Сейчас он как никогда хотел, чтобы Джихан или этот проклятый Кая закончили начатое и Демиру не пришлось продолжать страдать. Он не раз возвращался к этой мысли после. Когда взял билет на прямой рейс до Стамбула, лишь бы быть подальше от этих отравленных земель, когда безвылазно сидел в худших и лучших павильонах, барах и кабаках большого города, напиваясь до бессознательного состояния. Бино, который не отпустил его одного и, словно тень, следовал за ним, не раз спасал его из крупных переделок.       В один из дней, впрочем, верного помощника не оказалось рядом и Демир обнаружил себя, стоящим у перил моста, с бутылкой виски в обнимку. Он бездумно смотрел на ленивые волны Босфора и всё никак не мог решиться закончить эти муки. В конце концов, он назвал себя трусливым подонком и ушёл прочь, едва переставляя ноги. В ту ночь ему в первый раз за долгое время приснилась Шейда. Она виновато улыбнулась ему, попросила прощения, а потом нежно коснулась его щеки и сказала, что у него всё будет хорошо.       Фантомное тепло её ладоней грело его вплоть до того момента, когда адвокат позвонил ему и сказал, что Зеррин подписала документы. Суд был назначен через месяц. Демир спокойно выслушал его, снова поблагодарил, попрощался, а затем разбил телефон об стену. Прикрикнув на Бино, который вновь хотел пойти с ним, Демир выскочил из гостиницы, будто за ним гнались черти, и пошёл куда глаза глядят. Так он оказался в задрипанном баре в неблагополучном районе Стамбула.       Вторая бутылка виски определённо была лишней. Та девчонка – барменша с огненно – рыжими кудрявыми волосами была права. Она то и дело бросала на него внимательные взгляды, вероятно полагая, что он умрёт прямо здесь, за её барной стойкой, но Демир не собирался доставлять ей проблем. Он даже пожалел, что нагрубил ей. В конце концов, она не была виновата в том, что у него паршивая жизнь. В качестве извинений он оставил денег больше, чем положено, надеясь, что рыжая будет знать, что с ними делать.       Это и стало ошибкой. Кто-то в баре внимательно следил за Демиром и последовал за ним в тёмный переулок, куда он забрёл по пьяни.       — Эй, братец, а с нами своими деньгами ты поделиться не хочешь? — Вроде бы миролюбиво, но с долей угрозы прозвучало за спиной у Демира. Он, слегка покачиваясь, повернулся.       Их было двое. Рослые парни подходили к нему с двух сторон, исключая возможно побега. Демир и не собирался бежать. Он расставил ноги пошире, уперся в землю, чтобы быть устойчивее, и хрипло проговорил:       — Попробуйте заберите, kurmiler.       Дальнейшее превратилось в огненный шар боли и крови. Его били недолго, он тоже успел пару раз влепить нападающим кулаком в лицо, но в конечном итоге проиграл. Демир едва ли смог бы выстоять против двоих амбалов и в свои лучшие времена, а будучи пьяным – и подавно. Спустя несколько минут его обокрали и оставили лежать в переулке. Перед тем, как уйти, один из обидчиков пнул его под рёбра и вспышка острой боли наконец погрузила сознание Демира в благословенную тьму.       Всё, что было потом, он помнил фрагментами. Реальность была смазана и расфокусирована. Он услышал, как кто-то зовёт его и просит встать. Пару мгновений ему понадобилось, чтобы узнать голос. Это была Зеррин!.. Но как она оказалась здесь? Она назвала его любимым и буквально взвалила на себя, помогая идти. Он хотел ей возразить, но при каждом вздохе его рёбра болели так остро, что он посчитал нужным молчать. Кровь и пот заливали его глаза, но он был рад, что любимая рядом и что она помогает ему. Он извинялся перед ней всю дорогу, а потом вновь провалился в беспамятство.       Пробуждение принесло с собой волну тупой боли, прокатившейся по всему его телу. Демир зажмурился и застонал. В его голове кто-то будто бил в огромный колокол, нос практически не дышал, а его грудь словно сковали обручи из раскалённого металла.       — Как ты себя чувствуешь? — Раздался над ним обеспокоенный женский голос и Демир резко открыл глаза, которые сразу же заслезились от боли.       Сквозь пелену слёз Демир увидел лицо той, что склонилась над ним. Длинный рыжий локон коснулся его израненного лица и незнакомка торопливо заправила его за ухо.       — Это ты? — Хрипло спросил Демир, узнавая острую на язык барменшу, с которой познакомился вчера. — А где?..       — Зеррин? — Рыжая хмыкнула, а затем аккуратно взяла его за руку и поддержала за спину, помогая сесть. У Демира тут же выступил холодный пот – болело невыносимо. — К сожалению твоей жены здесь нет, господин. Ты бредил.       — Откуда ты знаешь, что она – моя жена? — С подозрением в голосе спросил Демир, опираясь на спинку дивана и внимательно глядя девушку.       — Ты плакал и просил у неё прощения, а на твоём пальце кольцо. Кто ещё это может быть? — С усмешкой спросила барменша. Демир с раздражением глянул на неё из-под густых бровей. Что ещё он успел наговорить в присутствии этой болтливой девчонки? Девушка, тем временем, села рядом с ним и протянула ему белую таблетку на раскрытой ладони. В другой руке она держала стакан с водой, который взяла с подноса на столике, стоявшем рядом с диваном. При взгляде на стакан Демир осознал, насколько сильно хотел пить. — Что это? — Тем не менее, подозрительно спросил он, не торопясь принимать дары.       — Лекарство, которое поможет тебе справится с болью. — Терпеливо, как маленькому ребёнку, пояснила она.       — И почему я должен тебе верить? — Продолжал настаивать Демир. Девушка закатила глаза, а потом вдруг улыбнулась, и махнув рукой на ближайщую стену, сказала:       — «Trust me, I am The Doctor!»       — Что, прости? — Демир тоже взглянул на стену, но не смог разобрать, что написано на дипломах в рамках, висящих на ней.       — Ничего, — тяжело вздохнула девушка. — Просто возьми это и выпей. Поверь, если бы я хотела причинить тебе вред, то просто бы оставила тебя в той подворотне, в которой нашла.       Это был весомый аргумент. Помедлив ещё пару секунд, Демир всё же потянулся за таблеткой. Его рука слегка дрожала и поэтому, когда он закинул таблетку в рот и хотел взять стакан, девушка покачала головой. Она сама поднесла стакан к его губам. Демир бросил на неё недовольный взгляд, но принял помощь — таблетка начала растворяться и горчить на его языке и её срочно следовало запить.       — Подействует через пару минут. Тебе лучше пока сидеть и не двигаться, чтобы не провоцировать новую волну боли. — Посоветовала девушка, а затем поднялась и направилась прочь.       Демир ничего не ответил, но продолжил следить за ней взглядом. Почему она не вызвала скорую, найдя его в бессознательном состоянии? Вместо этого она притащила его к себе домой. А если бы он так и умер здесь, на её диване, так и не приходя в сознание? Демир осознал, что злится на незнакомку за то, что она подвергла его жизнь опасности, когда ему самому было на эту самую жизнь плевать. Он улыбнулся уголками губ, ощущая, как боль покидает его тело, а дышать становится легче.       — Ну, как ощущения? — Девушка вернулась, неся очередной полный воды стакан. Она будто прочитала его мысли.       — Лучше. — На этот раз со стаканом Демир справился сам, бросив на девушку предупреждающий взгляд. Он вытер рот тыльной стороной ладони, поморщившись из-за того, что дотронулся до едва начавших заживать ранок на губе. — Итак, как зовут ту, кому я обязан своей жизнью?       Девушка выразительно подняла брови, услышав иронию в его голосе.       — Твою спасительницу зовут Севда. Севда Демир. — Девушка гордо подняла свой аккуратный носик, глядя на него с практически нескрываемым высокомерием.       Демир рассмеялся, чувствуя, как вновь заныли потревоженные рёбра.       — Что в моём имени тебе показалось смешным? — Холодно спросила Севда.       — Ничего. Не обижайся, спасительница. — Демир улыбнулся и протянул её ладонь. — Я – Демир Байбарс. Приятно познакомиться.       Лицо Севды тут же расслабилось. Она захихикала. Девушка с готовностью пожала его ладонь. Её тёплые, тонкие пальцы на удивление сильно обхватывали его собственные. Рукопожатие затянулось. Они сидели, глядя друг на друга. Демир заметил, что в её карих глазах в обрамлении пушистых ресниц то и дело вспыхивают золотистые искорки. Это почему-то показалось ему невероятно красивым. Севда отодвинулась первой, разрушая магию момента. Она мягко высвободила руку и опустила глаза, разрывая зрительный контакт. Демир прочистил горло.       — Если позволено задать вопрос моей спасительнице: почему она не отвезла меня больницу, а привела к себе домой?       Севда фыркнула:       — Потому, что тебе приспичило нарваться на избиение в одном из самых неблагополучных районов Стамбула! Службы спасения не торопятся приехать сюда при свете дня, не говоря уже о глубокой ночи. А ждать приезда помощи в тёмном переулке – такое себе удовольствие. Рискуешь нарваться на ещё большие неприятности. К тому же, я осмотрела тебя и удостоверилась, что острых угроз твоей жизни нет.       Демир понимающе кивнул. Он не стал уточнять, почему девушка не вызвала скорую, когда они оказались у неё дома. Возможно, не хотела связываться с полицейскими, которых неизбежно привлекли бы к делу медики.       — Спасибо, что не бросила. — Искренне сказал Демир.       — Пожалуйста. — Девушка улыбнулась и протянула ему свой мобильный телефон, который вытащила из кармана. — Держи. Я не нашла твой, прости. Видимо, его тоже украли. Если тебе нужно кому-нибудь позвонить, то можешь воспользоваться моим.       Демир в очередной раз поблагодарил её и взял смартфон. Севда тактично покинула комнату, оставляя ему возможность вести необходимые разговоры в одиночестве. Демир набрал Бино. Тот ответил буквально через пару секунд.       — Бино, как дела? — Как ни в чём не бывало спросил Демир и впервые в жизни услышал, как его правая рука громко и внятно выругался. И ругательства эти были адресованы ему, Демиру.       — Бино, ты преувеличиваешь, — хохотнул Демир.       — Где вы, господин Демир?! Мы с ног сбились, прочесывая Стамбул улица за улицей! Привлекли ребят наших стамбульских партнёров. С вами всё в порядке?!       — Korkma korkma tirsonek! — Проговорил Демир. — Со мной всё в порядке. С этого номера тебе придёт адрес места, откуда меня нужно забрать. Остальное обсудим, когда встретимся.       Бино хотел сказать что-то ещё, но Демир уже прервал вызов. Он глубоко вдохнул и попробовал встать с дивана. К его удивлению, ему удалось. Тело опять отозвалось тупой болью, но он уже был на ногах. Прихватив телефон, Демир двинулся в направлении, в котором ушла Севда. Проходя мимо стены, на которую указывала его спасительница, Демир посмотрел внимательнее и удивлённо присвистнул. Девушка была психотерапевтом с множеством дипломов и благодарственными письмами. Интересно, почему же она коротает свои дни в каком-то вшивом баре? Демир тряхнул головой, избавляясь от подобных мыслей. Через какие-то пару часов он оставил и эту девушку, и этот дом в прошлом. Это было не его дело.       Севда обнаружилась на маленькой кухне. Она пила чай из большой оранжевой кружки, задумчиво облокотившись о кухонный стол.       — Закончил? — Спросила она, увидев Демира, возникшего на пороге.       — Почти. — Сказал он, возвращая ей мобильный телефон. — Ты не могла бы отправить свой адрес на этот номер телефона? Мой человек приедет и заберёт меня.       — Хорошо, — кивнула Севда, тут же выполняя его просьбу. — Только по дороге домой посети, пожалуйста, больницу. Тебе нужен более доскональный осмотр. Я практически уверена, что у тебя сломан нос и есть парочка трещин в рёбрах.       — Слишком подробный анализ моего состояния от госпожи психотерапевта. — Пошутил Демир. — Ты должна врачевать душу, а не тело, разве нет?       Севда вновь закатила глаза.       — Кажется, я начинаю понимать тех, кто избил тебя. Я практически уверена, что ребята вежливо попросили тебя отдать им деньги, а ты начал выпендриваться, не так ли?       Демир вновь расхохотался. Она была абсолютно права. Девушка сложила руки на груди, неодобрительно глядя на него, но в её глазах тоже плясали смешинки. Отсмеявшись, Демир потянулся к внутреннему карману пиджака, который так же успел надеть, направляясь к Севде, и извлёк свою изящную, кожаную визитницу. Она была единственной вещью, которые грабители оставили ему.       Демир достал одну из своих визиток и протянул её Севде.       — Держи. Это мои контакты. Если я понадоблюсь — звони. Как никак, у меня теперь есть долг жизни перед тобой, Севда Демир. И прости, что нагрубил тебе вчера вечером.       — Прощён. Ты мне ничего не должен, Демир Байбарс. Спасибо, конечно, но я этим никогда не воспользуюсь. — Севда приняла визитку и, не глядя, засунула её в карман своих широких домашних штанов.       Демиру почему-то захотелось, чтобы в этот раз она ошиблась.