Ночь у набережной

Поздняя ночь на набережной Москвы. У всех свои заботы: кто-то спешит домой, кто-то идёт на сведение, но у Славы были другие планы. Он сидел на каменных плитах, опершись на холодный камень, и смотрел на темную воду, отражающую мерцающие огни города. Огни небоскрёбов Москва-Сити переливались в реке, а вдалеке слышался редкий гул машин и приглушённый звон трамвайных рельсов. Мысли Славы были заполнены контрактом, который он провалил, и навалившимися долгами. В голове было лишь одно «25 лет, а уже долги, которые не можешь покрыть… Как я довёл себя до такого?» И чтобы решить это, у него была одна идея — спрыгнуть с этого грёбаного моста. Всё забудется: долги исчезнут, контракт разорвётся, а шумный город останется лишь фоном его исчезновения. — Слава? — кто-то окликнул сзади. «Видимо, не сегодня», — пронеслось у Славы в голове. Но вместе с этим пришло острое осознание: голос знакомый, родной, тот, кого он не ожидал услышать. — Слава, это ты? — снова раздался голос. Слава узнает его из тысячи, но верить не хотел. Его хватают за плечи и стягивают с бетонной плиты. Секунда — и он видит Алишера: человека, с которым проработал три года, три года бок о бок. Сердце Славы забилось быстрее. Он не знал, чего ждать: злость, облегчение, страх или радость — всё смешалось. — Неужели… — Алишер не мог поверить. Человека, которого он не видел целый год, с которым не переписывался и не созванивался, он узнал со спины. — Слава, мать твою! Где ты был? Ты пропал! Просто исчез! — у Алишера смешались паника и злость. — Мне нужно было тишины, — тихо сказал Слава, смотря в пол. Он не хотел объяснять, не хотел оправдываться. — Ты едешь со мной! — Алишер хватает Славу за предплечье и ведет к машине. — Нет, я не… — не успев договорить, его перебили. — Отказы я не принимаю! Ты просто исхудал, с мешками под глазами. Азиз, поехали! — подав команду охраннику, они сели в машину. Алишер смотрел в окно, Слава — на него, наблюдая, как его друг волнуется и напряжён. — Ты меня напугал. Ты просто исчез, не написав, не позвонив. Даже Андрей не знает, где ты, — голос Славы дрожал от чувства вины. Дальше они ехали в тишине. Азиз уже зевал, но до дома оставалось всего 3 километра. Слава пытался вспомнить, когда последний раз видел Алишера. Воспоминания нахлынули — студия, совместные проекты, мелочи, которые казались важными тогда. И всё это снова может стать настоящим, хотя нарядили. Сквозь окна машины он наблюдал город: подсветка домов отражалась в реке, фонари освещали пустые улицы, а лёгкий холодный ветер задувал по проспектам. Даже поздней ночью Москва не спала полностью — в её тенях всегда можно было почувствовать жизнь, шум и движение. Подъезжая, Алишер вышел первым, за ним — Слава. — Азиз, ставь машину на стоянку, можешь ехать домой. Завтра даю тебе выходной. Удачи и спокойной ночи, — пожелал Алишер и закрыл двери Кадиллака. Они были в Москва-Сити. Слава знал, что Алишер живёт здесь. Догадывался, что они идут к корпусу «Федерация» — самой высокой башне. Поднявшись на 66 этаж, они вошли в квартиру. Слава мялся в пороге, наблюдая, как Алишер привычно перемещается по квартире. Кинув ключи на кухонный стол, тот сказал: — Гостевая там. Полотенце, вещи и всё необходимое дам. Слава прошёл в гостевую. Всё было спокойно: чистое постельное бельё, панорамные окна, огни Москвы внизу мерцали, тишина казалась почти болезненной. Он сел на край кровати, уткнулся лицом в ладони. «Что я здесь делаю? Я не заслуживаю этого…» Откинувшись назад, он лёг на кровать. Вдруг услышал шаги за дверью — тихие, осторожные. Алишер постучал и чуть приоткрыл дверь: — Вот тебе все вещи. Выйдя, он закрыл дверь, но ещё несколько минут Слава слышал его движения за стеной. — Если хочешь поговорить, можешь выйти, — тихо сказал Алишер. Слава не ответил. Не потому что не хотел, а потому что боялся. — Ладно, спокойной ночи, — на этот раз Алишер точно ушёл. Переодевшись, Слава провалился в сон, ощущая впервые за долгое время — лёгкое чувство безопасности.