Юность в путах желаний

Су Шэ с растрёпанными волосами и летящей слюной, словно загнанный в угол дикий пёс, выкрикивающий оскорбления. Вэй Усянь же остался совершенно невозмутим. Хотя надо отдать должное — отчаянные попытки Су Шэ вырваться были раздражающими. Даже связанный верёвкой, которую Лань Ванцзи достал из мешочка-цянькунь, он продолжал пытаться сбежать в лес. В конце концов, Су Шэ затащили на старую мельницу, где его было удобнее удерживать. Су Шэ сопротивлялся на каждом шагу — его дёргания и крики стали ещё яростнее, когда они пересекли порог мельницы и оказались в помещении, погружённом в мучную пыль и тьму. Ло Цинъян осталась снаружи с младшими. Вэй Усянь был благодарен, что пока она, кажется, доверяла им достаточно, чтобы считать их враждебность оправданной, не требуя подробностей. — Ублюдки! Кем вы себя возомнили?! — визжал Су Шэ, привязанный к старому главному валу мельницы. Вэй Усянь почувствовал искушение заткнуть его, затолкав в рот кусок какой-нибудь грязной ветоши. Только мысль о том, что Лань Ванцзи хочет допросить негодяя, удержала его от этого. — Ты действуешь по приказу Ордена Цишань Вэнь? — спросил Лань Ванцзи. Су Шэ залился безумным смехом. — Думаешь, я что-то тебе скажу, Лань Ванцзи?! Вижу, ты всё такой же высокомерный зазнайка! Ничего ты от меня не получишь!!! — Не смей осквернять имя Лань Чжаня своим грязным ртом, — предупредил Вэй Усянь. — И тебе я не подчиняюсь! — тявкнул Су Шэ. — Вы оба омерзительные извращенцы! Проваливайте от меня!!! Сосущие члены вырожденцы!!! Хруст сломанного носа от удара кулаком Вэй Усяня был весьма приятен. К сожалению, вместо того чтобы наконец заткнуться, Су Шэ теперь вопил от боли. — Вэй Ин, — предостерег мужа Лань Ванцзи, вероятно, почувствовав его сохраняющуюся жажду крови. — Не убивай его. Вэй Усянь заставил себя отойти на несколько шагов от жертвы. Будь его воля, он бы уже пронзил сердце этого паразита Суйбянем — но не раньше, чем заставил бы его прочувствовать всё, что он натворил. Вэй Усянь запомнил каждый синяк и царапину, оставшиеся на коже Лань Ванцзи после нападения Вэнь Сюя. Было бы легко воспроизвести эту картину в точности. У Су Шэ не хватило бы пальцев, чтобы искупить смерть каждого ученика Лань, но, так и быть, хватило бы и десяти. Но за родителей Лань Чуаньли он должен был отдать всю руку — до самого плеча. Вторую руку — за учителя меча Цая и Се Цзюань. Кости в его ногах должны были искупить мёртвое лицо Лань Линсиня — до последней косточки. Впрочем, возможно, Вэй Усянь оставил бы последний удар Лань Ванцзи — за его отца. — Ты всё ещё верен Ордену Цишань Вэнь? — спросил Лань Ванцзи. — Вэнь Жохань раздавит вас, как клопов! — голос Су Шэ стал ещё более противным из-за крови, хлынувшей из сломанного носа. — Отвечай на чёртов вопрос, или я перережу тебе глотку, что бы там ни говорил Лань Чжань, — рявкнул Вэй Усянь. — Ты не можешь убить меня! Не подходи!!! Вэй Усянь вздохнул и потер виски. Они никуда не продвигались. Ему хотелось немедленно выполнить угрозу, но он заставил себя подумать. В конце концов, Лань Ванцзи разочаровался бы, если бы они не вытянули из Су Шэ ничего полезного, чего Вэй Усянь, конечно, не мог допустить. Может, стоило попробовать другой подход? Если память не подводила, Су Шэ реагировал на хорошо направленные провокации. — Знаешь, я отчётливо помню, как ты вёл себя святее праведника, когда ещё был в Облачных Глубинах, — задумчиво произнёс он. — Разве не ты трепался, что Лань Чжань — наследник великого Ордена? Интересно, куда делось твоё моральное превосходство, когда ты примкнул к величайшему Ордену из всех? Реакция была мгновенной. — Что ты понимаешь?! Ты не знаешь, через что я прошёл! Ты никогда не поймёшь, каково это — быть изгнанным, как пёс, без денег, без меча! Вы, ублюдки, выпороли меня!!! Ты знаешь, сколько времени мне понадобилось, чтобы залечить раны?! — Значит, боли и неудобств хватило, чтобы твоя праведность рассыпалась. Надо отдать тебе должное, Су Шэ — после того, как тебя бросили, ты, ценой твоих же так называемых принципов, вилял хвостом перед первой же рукой, которая соизволила тебя накормить. Очень удачно, что ты сам назвал себя псом. — Ты…! — Интересно, почему ты больше не с Вэнь Сюем и его людьми? Что, новый хозяин не захотел тебя оставить? Унижение на лице Су Шэ говорило больше любых слов. — О. — Вэй Усянь фыркнул. — О, вау, серьёзно? Я попал в точку, да? Ты был достаточно хорош для какой-то информации, но не более того, верно? Су Шэ забился в путах, его лицо пылало. — Заткнись! Не смей разговаривать со мной свысока!!! Ты не лучше меня! Ты всего лишь сын слуги!!! — Почему я должен заткнуться? Мне нравится говорить. И, между нами, думаю, очевидно, кто лучше. Лучше устроен, то есть. — Посмеявшись над собственной шуткой, Вэй Усянь повернулся к Лань Ванцзи. — Лань Чжань, я понял, почему он ничего нам не говорит. Готов поспорить, Вэнь Сюй даже не удостоил его личной встречи — тогда он говорил с каким-то рядовым учеником Вэнь. Этот тип не знает ни одной полезной вещи! — Со мной говорил заместитель Вэнь Сюя! — завизжал Су Шэ. Вэй Усянь фыркнул. — Думаешь, говорить с заместителем — это впечатляюще? Смирись, Вэнь Сюй просто использовал тебя, он даже не потрудился показать лицо. Он не считал тебя достойным стать одним из его людей и не доверял тебе никаких секретов. Именно так и было, не так ли, Су Шэ? Как и надеялся Вэй Усянь, в глазах паразита вспыхнуло возмущение. Это был взгляд человека, отчаянно пытающегося доказать врагам, что они ошибаются. — Какие секреты? Я всё слышал! Эти Вэни постоянно болтали между собой! Я даже оставался в усадьбе Хунмэй с остальными! Я ушёл с ними после нападения, я целых две недели был с войсками Вэнь Сюя в Цишане! И поэтому я могу сказать: вам никогда не победить Орден Вэнь! Вэй Усянь на мгновение потерял контроль над своим равнодушным выражением лица, вспомнив резню, устроенную Орденом Вэнь в Яньчэне, маленькое призрачное лицо Вань Бина. Су Шэ захихикал. — Я даже рад, что мне больше не нужно притворяться, будто я соблюдаю ваши напыщенные правила Гусу Лань! По крайней мере, я не умру, когда Вэнь Жохань прирежет вас всех! — Даже Вэнь Жохань — всего лишь человек. У него нет шансов против всех остальных Орденов вместе взятых, — сказал Вэй Усянь. — Всех Орденов? — Су Шэ фыркнул с видом превосходства. — Если ты думаешь, что соберёшь все Ордены, ты ещё тупее, чем я думал! Вэнь Жохань уже выдвинул ультиматум Цзинь Гуаншаню! Орден Цзинь точно вам не поможет! И у Вэней есть Рука, Плавящая Ядра! Вам никогда не победить его! Все ваши ядра будут раздавлены в пыль, и тогда вы увидите, какие вы жалкие ничтожества! — Какой ультиматум получил глава Цзинь? — спросил Лань Ванцзи. — Хе! Вэнь Жохань вызвал его в Безночный город после провала атаки Вэнь Сюя. Сказал, что он должен выбрать, хочет ли он быть врагом! — Су Шэ злорадно усмехнулся. — Цзинь Гуаншань не присоединился к альянсу, который пытаются создать твой «идеальный» брат и Не Минцзюэ, да? Как вы победите без Ордена Цзинь? Значит, недостаточная вовлечённость Цзинь Гуаншаня в обсуждение альянса отчасти была делом рук Вэнь Жоханя? Вряд ли Су Шэ знал больше на эту тему. Его информация явно ограничивалась сплетнями низкоранговых учеников Вэнь. Обменявшись кивками, Лань Ванцзи рванулся вперёд и вырубил Су Шэ одним точным ударом по шее. К тому времени, как они покинули мельницу с безжизненным телом Су Шэ, перекинутым через плечо Вэй Усяня, терпение Ло Цинъян, казалось, иссякло. Лань Ванцзи смог удалиться, чтобы написать брату, но Вэй Усяню пришлось столкнуться с её подозрительным беспокойством. — Ладно, можешь, пожалуйста, объяснить, откуда, чёрт возьми, ты знаешь этого типа? А заодно, было бы прекрасно, если бы ты прояснил, что именно он сделал, чтобы заслужить это… — она неопределённо махнула рукой в сторону обмякшего тела Су Шэ и хмуро посмотрела на кровь, капающую из его явно сломанного носа, — …это было бы просто замечательно. — Он был учеником Ордена Гусу Лань. Пока его, ну, в общем, не выгнали за нападение на меня, — признался Вэй Усянь, всё ещё чувствуя лёгкую неловкость из-за той истории. — Оказалось, он завидовал мне. Или Лань Чжаню? Не совсем понятно. В любом случае, позже мы обнаружили его снова на территории Ланей, хотя он был изгнан. Он снабжал Вэнь Сюя информацией об Облачных Глубинах. Её удивление было очевидным. — Какой именно информацией? — Точным расположением зданий Ордена, среди прочего. Вэнь Сюй сказал, что маленькая птичка подсказала ему, куда именно его людям стоит целиться, чтобы сжечь всё дотла. А во время атаки его люди напали на секретные места, о которых могли знать только ученики Гусу Лань. Как, например, место затворничества Цинхэн-цзюня. Ло Цинъян всё ещё хмурилась, но последние следы подозрений, казалось, покинули её. Удовлетворённый тем, что она больше не считает, будто они с Лань Ванцзи просто избили случайного бродячего заклинателя, Вэй Усянь перекинул безжизненное тело Су Шэ поудобнее через плечо и взглянул за её спину, где нервно переминались младшие. — Се Пэн. Широко раскрыв глаза, Се Пэн шагнул вперёд. — Молодой господин Вэй! — Как старший ученик после меня и Лань Чжаня, ты отвечаешь за то, чтобы отвести всех обратно в амбар на ночь. Утром навестите фермера Чэня и сообщите, что бродячий заклинатель больше не будет беспокоить деревню. Затем сразу же возвращайтесь в Облачные Глубины. Могу я доверить тебе это? Плечи Се Пэна расправились. — Да, молодой господин Вэй! — отчеканил он. — Помнишь, как вернуться в Гусу? — Помню, молодой господин Вэй! — Если столкнётесь с проблемами в пути, не пытайтесь быть героями, понятно? И доложите Цзэу-цзюню, как вернётесь. — Да, молодой господин Вэй! — Хорошо. Тогда вперёд. Младшие собрались весьма похвально быстро. Выстроились в идеальную линию и последовали за Се Пэном по тропе, ведущей к поселению. — Значит, вы сразу же повезёте молодого господина Су обратно в Облачные Глубины, — заключила Ло Цинъян, вновь хмуро глядя на Су Шэ. — Ага. Не думаю, что брат Сичэнь примет иное решение. — Разве Цзэу-цзюнь не спит? Ведь уже больше хайши. Вэй Усянь с нежностью улыбнулся. — Бедный брат Сичэнь хронически перегружен работой. Я очень удивлюсь, если он уже спит. В этот момент вернулся Лань Ванцзи, подтвердив слова Вэй Усяня. — Су Миньшаня следует немедленно доставить в Облачные Глубины. — Видишь, он ещё не спит! — рассмеялся Вэй Усянь. — Ах, Лань Чжань, я велел младшему боевому брату Се отвести ребят отдохнуть на ночь. Они бы уснули на своих мечах, если бы мы заставили их лететь домой сейчас. — Мн, — одобрил Лань Ванцзи, затем обратился к Ло Цинъян. — Вы готовы к немедленному возвращению? — А, да. Я справлюсь. Вэй Усянь был рад, когда Лань Ванцзи взял тело Су Шэ. Тащить его по земле было несложно, но он не был уверен, что смог бы удержать его, летя на Суйбяне. С гордостью он наблюдал, как легко Лань Ванцзи балансировал тело на своём широком плече, как без усилий призвал Бичень и вставал на его лезвие. — Что будет с молодым господином Су, когда мы вернёмся? — поинтересовалась Ло Цинъян, когда все трое поднялись в воздух. Вэй Усянь и сам не был уверен — он никогда не интересовался протоколом Гусу Лань в отношении предателей. — Его казнят, — ответил Лань Ванцзи. Ло Цинъян выглядела шокированной. — Я думала, убийство запрещено в Облачных Глубинах? — Правила не абсолютны в особых случаях, — лаконично ответил Лань Ванцзи. — Су Миньшань нарушил изгнание и отверг всю честь, сознательно раскрыв информацию о своём бывшем Ордене тому, кто стремился его уничтожить. Чтобы почтить павших от рук сил Вэнь Сюя, нет иного праведного пути. * * * Ночные перелёты всегда проходили как в тумане, всё казалось размытым и странным, когда чувствуешь скорость движения, но не получаешь достаточных сенсорных подтверждений. Леса и горы под ногами сливались в чёрную, неразличимую бездну. Когда они прибыли, Облачные Глубины тоже были почти полностью погружены в темноту, если не считать одинокого фонаря, ожидавшего их у ворот и освещавшего фигуру Цзэу-цзюня, которого сопровождали два старших ученика. Бледно-жёлтый свет подчёркивал усталые черты прекрасного лица Лань Сичэня, но его глаза стали твёрдыми и бдительными, как только они упали на того, кого нёс его младший брат. Ученики Лань за его спиной явно ахнули, когда свет фонаря выхватил безжизненное лицо Су Шэ. Не теряя времени, Лань Сичэнь немедленно приказал отнести его в минши для заточения. Как только двое старших поспешили прочь с Су Шэ, он повернулся к Ло Цинъян, соблюдая все формальности: поблагодарил за помощь в таком неприятном деле и искренне извинился за её вовлечённость, прежде чем наконец повёл всех на территорию Ордена. — Как неожиданно, что Су Миньшань всё ещё находился на наших землях, — сказал Лань Сичэнь. — Я был уверен, что он остался с Орденом Вэнь. Ванцзи, ты выяснил, почему он пришёл в Молин один? Лань Ванцзи покачал головой. — Он терроризировал местных фермеров, — вставил Вэй Усянь. — Но раз это перестало быть проблемой после того, как мы его забрали, мы с Лань Чжанем не сочли важным, почему он выбрал именно Молин для своих выходок. — Понятно. — Лань Сичэнь вздохнул. — Мы допросим его завтра. Мне нужна эта информация для официального приговора. Лань Ванцзи опустил глаза: — Ванцзи проявил невнимательность. — Ах, нет, всё в порядке. — Лань Сичэнь улыбнулся младшему брату, словно желая потрепать его по голове. — Ты прекрасно справился с его задержанием. Благодаря тебе этот незавершённый вопрос наконец будет решён. — Мн. Они шли некоторое время молча, пока не показался минши, и Лань Сичэнь остановил группу. — Боюсь, мне нужно откланяться, чтобы удостовериться в надёжном заточении Су Миньшаня. Идите отдыхать. Ночь выдалась долгой. — Он повернулся к Ло Цинъян. — Ещё раз искренне извиняюсь, что вы оказались вовлечены в эту неприятность. Если я могу как-то загладить... — Как я уже сказала, Цзэу-цзюнь, всё в порядке, — ответила Ло Цинъян, почти с оттенком весёлости. Лань Сичэнь сумел ответить ей улыбкой. * * * Вэй Усянь надеялся проспать всё следующее утро. По обычаю после ночной охоты и он, и Лань Ванцзи должны были иметь хотя бы полдня свободного времени. Однако всего через полшичэня после маоши, вскоре после того, как голова Вэй Усяня была нежно перенесена с груди мужа на бесконечно менее комфортное ложе, в цзинши прибыло сообщение от Лань Сичэня с просьбой о помощи в боковых покоях минши, как только Лань Ванцзи сможет её предоставить. Вэй Усянь был крайне недоволен. Разве Лань Сичэнь не мог попросить кого-то ещё? Полусонный, он не видел причин отказываться от альтернативных планов, которые строил на утро. Вэй Усянь ещё не решил, стоит ли заманивать Лань Ванцзи обратно в постель с помощью невинного зевка и искусного соскальзывания мантии с обнажённого плеча или потянуться так, чтобы ночная рубашка задралась, открывая уязвимую полоску живота. Но, к несчастью, единственной силой, превосходящей желания Лань Ванцзи, было его чувство долга. Громко ноя, чтобы выразить разочарование, Вэй Усянь выполз из постели в поисках мужа и тепла, полный решимости не отказываться от своих прав на колени Лань Ванцзи во время завтрака, даже если утреннее соблазнение провалилось. После того, как его немного утешили объятиями и поцелуями, Лань Ванцзи напомнил, что сегодня у него нет занятий, а значит, ничто не мешает ему отправиться в минши вместе с ним, ещё раз доказав, что он не только самый удивительный, красивый и идеальный муж на свете, но и самый умный. Настроение Вэй Усяня было спасено. Они закончили трапезу, оделись и вместе покинули цзинши. Каким-то образом, несмотря на общее неодобрение сплетен в Гусу Лань, новость о прибытии Су Шэ распространилась среди всех учеников и слуг Ордена быстрее, чем прошли ночь и утро. Даже неодобрительный взгляд Второго Нефрита не остановил учеников Гусу Лань от перешёптываний о том, что изгнанный за клевету и насилие против главного клана ученик, тот самый, кто вступил в сговор с врагом, теперь вернулся, чтобы получить по заслугам. — Я слышал, как старший боевой брат говорил, что ему отрубят голову! — шёпотом сообщил младший ученик трём своим товарищам. — Говорят, в Облачных Глубинах не казнили уже десятилетия! — Думаешь, нам придётся на это смотреть? — прошептал в ответ другой мальчик, в голосе которого смешались ужас и возбуждение. — Сплетни запрещены. Идите в классы, — Лань Ванцзи положил конец этим диким предположениям. Мальчики вздрогнули, услышав голос второго молодого господина Ордена, и тут же отступили, кланяясь в извинениях через каждые несколько шагов. Однако, как только они скрылись из виду, по коридору возле руин Павильона Дисциплины прошли три старейшины, за которыми следовали старшие ученики с грудами свитков в руках. — Это необходимо сделать, — проворчал один из старейшин. — Подобное отклонение нельзя терпеть. — Сыновья Цинхэн-цзюня наконец смогут отомстить за него, — согласился второй старейшина. — Поступить иначе было бы нарушением сыновнего долга. Без предательства Су Миньшаня Вэни никогда не нашли бы хижину их отца. Он мог бы и сам поджечь её своими руками. — Ты знаешь кого-то, кто дружил с этим Су, когда он был здесь? — прошептал один из учеников соседу. — Я видел его лишь раз или два издалека, но сразу почувствовал, что с ним что-то не так. Группа свернула за угол, и их голоса стали приглушёнными, но не раньше, чем Вэй Усянь успел расслышать, как третий старейшина назвал Су Шэ «грязным отребьем» — неслыханная вульгарность для Ордена Гусу Лань. К этому моменту рот Лань Ванцзи сжался, а между его прекрасными бровями залегла глубокая складка — верные признаки раздражения. Вэй Усянь поспешил увести его подальше от болтливых членов Ордена. Достигнув бокового зала минши, они обнаружили Лань Сичэня среди бумаг, размышляющего над изысканным нефритовым контейнером. Тёмные круги под глазами выдавали его усталость — Вэй Усянь надеялся, что он хотя бы немного поспал. — Сюнчжан. — Дабо, доброе утро. Можно мне тоже войти? — О, Ванцзи, вот ты где. И А-Сянь, конечно, заходите, — Лань Сичэнь пригласил их жестом присоединиться к нему у стола. Он начал объяснять, как будут развиваться события: оказалось, Лань Цижэнь решил, что казнь Су Миньшаня состоится через несколько дней, чтобы успеть провести допрос и тщательно изучить детали его преступлений. Как глава Ордена Лань Сичэнь должен был задокументировать все преступления Су Миньшаня и составить официальный приговор, но, как он признался, чувствовал он себя неуверенно. — Ты всегда был лаконичнее меня в письме, Ванцзи, — сказал он с усталой улыбкой. Лань Ванцзи склонил голову. — Ванцзи поможет. С очевидным облегчением Лань Сичэнь показал им старые документы, которые он планировал использовать в качестве примера, поскольку в них был указан последний случай вынесения смертного приговора в Ордене. Они датировались более чем пятидесятилетней давностью — внешний ученик был признан виновным в изнасиловании жены своего кузена. Женщина позже покончила с собой. Признание преступника было записано, свидетельские показания тщательно задокументированы, а в заключительном вердикте мужчину приговорили к обезглавливанию. В качестве обоснования нарушения первого правила на Стене Послушания в отчёте упоминался Четвёртый Пункт Лань И, что вызвало любопытство Вэй Усяня. Он спросил об этом Лань Сичэня, когда тот повёл их на луг позади минши. — Ах, да, — Лань Сичэнь улыбнулся ему. — Как ты знаешь, А-Сянь, сам Лань Ань постановил, что ни одно живое существо не должно быть убито в пределах Облачных Глубин. — Угу. Став на колени, Лань Сичэнь осторожно опустил нефритовый контейнер, который принёс с собой. Вэй Усянь уже очень им заинтересовался. — Однако через два поколения Орден столкнулся с внутренними раздорами, — продолжил Лань Сичэнь. — Предок Лань И, правившая в то время, сформулировала поправки к некоторым правилам, чтобы усмирить недовольных. Большинство из них были отменены при смене руководства, но Четвёртый Пункт остаётся в силе по сей день, позволяя выносить смертный приговор, если тяжесть преступления требует этого, и разрешая ученикам сражаться и убивать в Облачных Глубинах в случае справедливой самообороны. Вэй Усянь понимающе хмыкнул и с любопытством заглянул через плечо Лань Сичэня, когда тот открыл крышку контейнера. Внутри лежала пара белоснежных перчаток и одна длинная струна, настолько тонкая, что её можно было принять за волос, если бы не её странный белый блеск. — Это струна циня, которую сама Лань И использовала в бою, и единственный инструмент, допустимый для исполнения смертных приговоров. Даже сейчас она сохраняет духовную печать Лань И, — сказал Лань Сичэнь, осторожно надевая перчатки. — Почему бы просто не использовать меч? — поинтересовался Вэй Усянь. Руки Лань Сичэня замерли. — Меч может промахнуться, — объяснил за него Лань Ванцзи, заставив брата слегка поморщиться. — Убийство Струной гарантирует успешное обезглавливание, даже если преступник будет сопротивляться. С такой осторожностью, будто струна могла порваться от малейшего прикосновения, Лань Сичэнь поднял её из контейнера. — Крайне важно проверить струну перед использованием, чтобы убедиться, что она не затупилась со временем. Хотя приговор — смерть, излишних страданий следует избегать. Он отошёл на несколько шагов, сосредоточенно глядя на луг. В следующий момент неуверенность в его движениях исчезла. Привычным движением запястья он обмотал струну вокруг правой руки в перчатке, левой - держа оставшуюся часть. Вспышка синей духовной энергии стала единственным предупреждением перед тем, как Лань Сичэнь резко взмахнул струной, и та с громким свистом рассекла воздух. Как змея, она обвила один из камней на берегу реки у края луга. Едва цель была захвачена, Лань Сичэнь дёрнул руку назад. Оглушительный хруст сопровождал раскол камня на две идеально ровные части. Прикрыв глаза от солнца, чтобы лучше разглядеть, Вэй Усянь восхищённо присвистнул. Кто бы мог подумать, что струны циня, когда они не натянуты на инструмент, могут быть таким смертоносным оружием в дальнем бою? — Лань Чжань, скажи, что ты тоже так умеешь! — воскликнул он с энтузиазмом. Лань Ванцзи утвердительно хмыкнул. — Каждый наследник Ордена изучает эту технику, поскольку именно глава Ордена должен исполнять смертные приговоры, — сказал Лань Сичэнь. Он уже осторожно собирал струну обратно в контейнер. Закончив, он снял перчатки и с чрезмерной аккуратностью вернул их на место, убедившись, что они лежат идеально ровно. Затем последовала нефритовая крышка, снова скрывшая содержимое от глаз. — Сюнчжан? — Лань Ванцзи нахмурился. Лань Сичэнь резко выпрямился. Он выглядел пойманным. Вэй Усянь растерянно перевёл взгляд с одного на другого. За долю секунды между братьями произошёл безмолвный разговор. Лань Сичэнь первым отвёл взгляд. — Я не могу притворяться перед тобой, да, Ванцзи? — Он вздохнул. — Просто... Я всё думаю, можно ли было этого избежать. Хотя бы на время, Су Миньшань был нашим учеником. — Каждый ответственен за свои постыдные поступки, — возразил Лань Ванцзи, всё ещё хмурясь. — Да, но Ванцзи, это Гусу Лань изначально одобрил его. Как внешний ученик он успешно прошёл нашу проверку. И... Я не могу выбросить из головы слова девы Ло, — признался Лань Сичэнь, глядя на крышку, которую касался пальцами. — «Всем известно, что Гусу Лань принимает только тех, у кого чистая внешность». Разве это общеизвестно? Я и не подозревал, что мир считает нас столь поверхностными. Вэй Усянь и Лань Ванцзи обменялись встревоженными взглядами, а Лань Сичэнь снова вздохнул, и его плечи слегка поникли. — Что она теперь подумает, узнав, что бывший ученик нашего Ордена получил такой приговор, пока она здесь гостья? Она и так казалась недовольной нашим гостеприимством. — Ты говорил с дядей? — спросил Лань Ванцзи. Уголки губ Лань Сичэня разошлись в слабой улыбке. — Слова дяди — твои слова, Ванцзи. Он говорит, что иногда зло дремлет в человеке, оставаясь незамеченным. В его глазах виноват только сам Су Миньшань. Я знаю, что должен быть этим удовлетворён. Но теперь я глава Ордена Гусу Лань. — Он покачал головой и встал, взяв нефритовый контейнер. — Если есть причины подозревать изъяны в работе Ордена, моя обязанность — исправить их, не так ли? Выражение лица Лань Ванцзи стало противоречивым. Вэй Усяню же было легко согласиться. — Может, тебе стоит снова поговорить с девой Ло? — предложил он. Лань Сичэнь поднял глаза в недоумении. — Зачем мне... Вэй Усянь пожал плечами. — Если хочешь найти изъяны, нужно знать, что именно её беспокоит, верно? Так почему бы не спросить напрямую? На мгновение Лань Сичэнь просто моргнул. Затем задумчиво поднёс руку к подбородку. — Хм. Она действительно казалась честной и наблюдательной. Но... будет не совсем правильно, если я внезапно вызову её... Смеясь, Вэй Усянь обвился вокруг Лань Ванцзи. — Мы с Лань Чжанем можем быть вашими сопровождающими! Лань Сичэнь заёрзал на месте. — Верно. Но я не... стоит ли пригласить её в ханьши? Или это слишком самонадеянно? Будет ли это уместно? В смысле... вчера она уже была там, но только потому, что мой кабинет сгорел... — Почему бы не выбрать нейтральное место? Например, на улице? — предложил Вэй Усянь, уютно прижимаясь к плечу Лань Ванцзи. — На улице. Хм, да... о, я знаю! — лицо Лань Сичэня озарилось улыбкой. — За лазаретом есть маленький летний павильон. Он достаточно уединён и оттуда открывается прекрасный вид на холмы! Лань Ванцзи дёрнулся, и Вэй Усянь почувствовал это, прижавшись к нему. Подняв глаза и увидев в его взгляде ужас, Вэй Усянь ещё раз обдумал предложение Лань Сичэня. Затем напрягся сам. Как оказалось, они с Лань Ванцзи были очень хорошо знакомы с этим павильоном. — Или это плохая идея? Ванцзи? А-Сянь? — Лань Сичэнь явно расстраивался из-за отсутствия у них энтузиазма. — А, нет-нет! Отличная идея! — быстро воскликнул Вэй Усянь. — Да, Лань Чжань? — Он многозначительно толкнул Лань Ванцзи в бок. Признаваться в своих «преступлениях» не было никакой нужды — были вещи, о которых старший брат точно не должен был знать! Ночное осквернение общественных мест младшими братьями из-за добрачных любовных утех определённо входило в их число! Лань Ванцзи сумел кивнуть. — Уверен, деве Ло понравится вид! — добавил Вэй Усянь. — Леса сейчас прекрасны, а-ха-ха-ха! К счастью, Лань Сичэнь, казалось, был слишком поглощён своими мыслями, чтобы заметить их напряжённые плечи, и легко поддался на уговоры. Вэй Усянь выдохнул. Им с Лань Ванцзи стоило тщательно вымыть тот павильон, прежде чем Лань Сичэнь успеет пригласить туда Ло Цинъян.