Юность в путах желаний

К моменту их подхода к городу дождь усилился, обеспечивая прекрасное оправдание мокрым волосам и гарантируя, что люди на улицах будут слишком спешить, чтобы обращать на них внимание. Вэй Усянь с нетерпением ждал покупок, даже если это были лишь еда и лекарства. Может, если отвлечь Лань Ванцзи, он успеет купить сладостей? А вдруг здесь есть местные деликатесы? Логично же попробовать, пока есть такая возможность! Погружённый в весёлые мысли, Вэй Усянь почти прошёл городские ворота, не глядя на название города. Но один случайный взгляд вверх заставил его застыть на месте. Лань Ванцзи рядом тут же напрягся, рука потянулась к мешку с Биченем. Не обнаружив угрозы, он вопросительно посмотрел на Вэй Усяня. — Вэй Ин? Что случилось? Вэй Усянь всё ещё смотрел вверх. Над воротами красовались три иероглифа: «Город Сюйчан». — Мой дядя, — прошептал Вэй Усянь, сердце его бешено заколотилось. — Лань Чжань, мой дядя присылал вино из этого города. Лань Ванцзи удивлённо моргнул, затем тоже поднял взгляд. Помолчав, он осторожно сказал: — Я понимаю. Вэй Усянь встряхнулся. — Ах... нам нужно на рынок. Остальные ждут, а время не ждёт. Пойдём, Лань Чжань. Чем скорее вернёмся, тем лучше. — Вэй Ин. — Не дав мужу возразить, Лань Ванцзи взял его за руку и увёл в тень у ворот. — Если ты хочешь поискать... — Нет! — резко оборвал его Вэй Усянь. Лань Ванцзи явно удивился такой реакции. Выдохнув, Вэй Усянь попытался взять себя в руки. — Нет, я... нет. Я не могу... не сейчас. Пожалуйста, давай просто пойдём? Несмотря на вопросы в глазах, Лань Ванцзи лишь кивнул. — Хорошо. Вэй Усянь неловко рассмеялся. — Давай просто... — он показал в сторону главной улицы. — Мн. Они вошли в город без лишних слов. Вэй Усянь был благодарен, что Лань Ванцзи взял на себя инициативу, ведя его по улицам. Он не был уверен, что смог бы найти рынок самостоятельно. Ещё мгновение назад он с нетерпением ждал выхода на рынок, но теперь с каждым поворотом в животе у него сжималось тревожное предчувствие. Он невольно опускал глаза при виде прохожих, странно боясь, что если встретится с кем-то взглядом, то увидит в ответ незнакомца с собственным лицом. Рынок Сюйчана был обширным и предлагал множество товаров даже в такое раннее время. Торговцы наперебой расхваливали пряности и ароматные чаи, лотки с едой предлагали дымящиеся шашлычки и лепёшки с яйцом, а ремесленники демонстрировали красивую фарфоровую посуду с голубым отливом. Лань Ванцзи первым делом решил приобрести зонт. Пока Вэй Усянь ждал, когда его муж закончит разговор с продавщицей, его взгляд упал на соседний лоток с деревянными подвесками на пояс. Сердце ёкнуло, но продавец оказался седобородым стариком с морщинистым лицом — выглядел он слишком старым, чтобы быть ровесником его родителей. Всё равно он был рад, когда они оставили того позади. Лань Ванцзи вёл их от улицы к улице, никогда не покупая слишком много в одном месте, чтобы не вызвать подозрений. Небольшие пакеты с едой или связки трав можно было незаметно положить в мешочек-цянькунь. Чувствуя вину за то, что переложил все хлопоты на Лань Ванцзи, Вэй Усянь настаивал, чтобы ему позволили нести покупки, но зонт Лань Ванцзи так и не отдал. Поскольку они чётко знали, что им нужно, вскоре всё было куплено, и оставалось только вернуться в храм. С каждым шагом к городским воротам идти становилось всё тяжелее. Вэй Усянь хотел развернуться, едва осознав, где они оказались, но теперь, когда они действительно уходили, ноги сами замедляли шаг, а в животе скрутило странное чувство неправильности. Когда ворота оказались в поле зрения, он остановился совсем. Прямо перед ними, на фасаде небольшого здания, висела вывеска почтовой станции. — Какой же я трус, — пробормотал Вэй Усянь. Неужели он упустит этот шанс? Возможно, это лучшая возможность найти свою семью — с текущей политической ситуацией вряд ли он скоро сможет снова приехать в Цишань. — Лань Чжань, как думаешь... у нас ещё есть время? Лань Ванцзи внимательно посмотрел на него и кивнул. — Чэньши (07:00 – 09:00) ещё не наступил. — Он проследил за взглядом Вэй Усяня. — Ты хочешь зайти? — Они могут... что-то знать, верно? — объяснил Вэй Усянь. — Если мой дядя каждый год отправляет вино через эту станцию, они должны его знать. — Вероятно, — согласился Лань Ванцзи. Вэй Усянь глубоко вдохнул. — Я могу спросить о нём. — Мн. — Может, они даже знают, где он живёт. Тогда я смогу... или хотя бы отправить письмо. Будет хорошо просто знать, да? Тогда... тогда я смогу сказать шицзе, чтобы она прекратила поиски. — Мн. Стараясь не думать слишком много, Вэй Усянь улыбнулся в ответ на ожидающий взгляд Лань Ванцзи. — Ладно. Почему бы и нет. Зайдём. Почтовая станция Сюйчана оказалась пустой — вероятно, из-за раннего часа и погоды, но по состоянию помещения было видно, что дела здесь идут хорошо. Всё было аккуратно, вдоль стен стояли шкафы, а из-за двери, ведущей, вероятно, к голубятне, доносилось воркование птиц. За стойкой сидела молодая девушка и равнодушно протирала фигурку карпа. Увидев их, она сначала оживилась, но, разглядев их потрёпанный вид, насторожилась. — Чем могу помочь? — спросила она, снова уставившись на карпа. — Ждёте почту или хотите что-то отправить? Если вам нужно переслать что-то больше письма, придётся подождать до завтра. Все наши курьеры в пути. И предупреждаю, тарифы недавно выросли. — Спасибо, но мы просто хотели бы задать вопрос, если можно, — сказал Вэй Усянь, надеясь, что нервозность не слышна в его голосе. Девушка продолжила полировать фигурку, явно оставаясь подозрительной. — Видите ли, мы ищем одного человека, — поспешил сказать Вэй Усянь, прежде чем она решила, что они грабители. — Э-э, Вэй Синьжуна. Он должен был отправить вино с этой станции в прошлый Цинмин. На лице девушки мелькнуло удивление, затем она снова сузила глаза. — И вы ищете его потому что...? Вэй Усянь открыл рот, чтобы объяснить, что ищет дядю, но осознал, что такое признание вряд ли вызовет доверие. — Мы с напарником расследуем дело, связанное с совершенствованием, — выпалил он вместо этого и кивнул на Лань Ванцзи, пытаясь обратить её внимание на его безупречно надёжный вид. Уловка сработала — девушка подняла глаза и, разглядев лицо Лань Ванцзи, замерла, а потом с восхищённым выражением несколько раз моргнула. Её щёки слегка порозовели. — Мы приехали из Цзянлина на юге, — импровизировал Вэй Усянь. — Там недавно был оползень. Целые дома и даже конюшня были погребены, это было ужасно! — Вы... заклинатели? — спросила девушка, явно заинтересовавшись. — Да, но только бродячие, — улыбнулся Вэй Усянь. — Не чета этим важным господам из больших Орденов. Но в беде лишние руки никогда не помешают, верно? Девушка наконец улыбнулась в ответ и отложила тряпку. — Значит, оползень связан с тем, кого вы ищете? Вэй, говорили? — Да, именно, Вэй Синьжун, — подтвердил Вэй Усянь, стараясь не показывать разочарования, что имя дяди ей ни о чём не говорит. — Во время хаоса некоторые могилы были разрушены. Нам сказали, что старший Вэй поселился где-то под Сюйчаном лет десять назад. Поскольку родовое кладбище в Цзянлине повреждено, мы пытаемся с ним связаться. — О, это ужасно, — вздохнула девушка. — Но... не поймите неправильно — я бы с радостью проверила записи, но даже если этот человек пользовался нашими услугами, вряд ли я смогу помочь вам его найти. — Вы не фиксируете, откуда ваши клиенты? — озадаченно спросил Вэй Усянь. Она покачала головой. — В этом нет нужды — все расчёты производятся на месте. Нам не нужно разыскивать людей для взыскания долгов. Прежде чем Вэй Усянь успел понять, что чувствует — разочарование или облегчение, дверь в голубятню распахнулась. В комнату решительно вошла пожилая женщина. — О, хозяйка! — оживилась девушка за стойкой. — Эти даочжаны ищут одного из наших клиентов! — Я слышала ваш разговор изнутри, — сказала женщина, уже оценивающе разглядывая Вэй Усяня и Лань Ванцзи. — Добро пожаловать на мою почтовую станцию, даочжаны. Вэй Усянь вежливо поклонился, Лань Ванцзи последовал его примеру. — Хозяйка, можете ли Вы что-то нам рассказать? Женщина улыбнулась, видимо не найдя в них ничего подозрительного. — Вообще-то, да. Имя, которое вы назвали, мне знакомо. — Она повернулась к девушке с блеском в глазах. — Цзин-эр, ты ещё не работала здесь достаточно долго, но старший Вэй приходит каждый год отправлять кувшины с вином. Дождись следующего Цинмина — он высокий, вежливый и очень приятный на вид! Хотя... хах, пожалуй, уже слишком стар для тебя. А-Цзин приподняла брови и сдержанно хихикнула. Вэй Усянь не был уверен, стоит ли ему чувствовать неловкость из-за того, что какая-то женщина восхищается его дядей, но хозяйка уже продолжала, не нуждаясь в поощрении: — Обычно он платит монетами, но несколько раз приносил товары для обмена. Я делаю поблажки, когда клиент того стоит! — Она приложила руку к щеке. — Всего пару лет назад он принёс нам солёные горчичные листья и такой прекрасный кусок вяленой баранины, что я почти пожалела, когда у него снова нашлись деньги для оплаты доставки в Цзянлин! Вэй Усянь моргнул, осмысливая её слова. Когда он понял, что именно она имеет в виду, его накрыла волна стыда. Если его родственники действительно с трудом могли позволить себе оплатить услуги курьера для небольшой посылки раз в год, то что это говорило о нём? Вот он, притворяется бедным заклинателем, в то время как в Гусу его ждёт целое хранилище сокровищ с его именем. В тот же миг все его сомнения насчёт поисков семьи дяди исчезли. Какое значение имели его собственные трусливые опасения перед таким знанием? — Хозяйка, не подскажете, как его найти? Он местный? — спросил он, мысленно перебирая всё, что когда-либо получал от Орденов за свои талисманы: золото, серебро, дорогие товары, шёлк. Может, его семье нужна новая одежда? Или редкий чай, хорошая бумага и качественная соль? А может, они предпочтут просто деньги? — Хм, не думаю, что он из города, — задумалась хозяйка. — У нас нет фермерских участков в Сюйчане. И люди часто приезжают за письмами издалека. Всё-таки мы единственная курьерская станция в радиусе четырёхсот ли к северу и западу! — Фермер? — переспросил Вэй Усянь, нахмурившись. — О да! Видите ли, даочжан, я как-то спросила его, где он взял тот кусок баранины, и он сказал, что всегда забивает животных сам. — Она разочарованно вздохнула. — Увы, он ничего не мог сказать об уксусе, в котором были замаринованы листья, потому что их готовила его жена. — Какая трагедия, — усмехнулась А-Цзин. Вэй Усянь озадаченно взглянул на Лань Ванцзи и увидел, что тот выглядит задумчивым. — Согласно нашим данным, господин Вэй — плотник, — взял инициативу в свои руки Лань Ванцзи. — Плотник? А, может, он сменил профессию после переезда? Разнообразил занятия? — предположила хозяйка. — Бывало и не такое. О! — Её глаза загорелись, и она указала на резного карпа, которого А-Цзин полировала ранее. — Он однажды заплатил мне этой рыбкой. Думаете, это его работа? Вэй Усянь с удивлением уставился на деревянного карпа. Хотя его выразительные глаза спокойно смотрели в ответ, фигурка не выдавала никакой информации, кроме красивого узора чешуи. — Есть ли поблизости поселения, известные разведением овец? — поинтересовался Лань Ванцзи. — Хм... возможно, городок Яньлин к востоку отсюда? Там много ферм. Да, теперь я вспомнила — четыре года назад в тех краях были сильные наводнения, — нахмурившись, проговорила хозяйка, притягивая к себе резного карпа и ласково поглаживая его. — И что бы вы думали? В тот год он опоздал — я уже боялась, что его ограбили разбойники! Но потом, когда я уже собиралась закрывать лавку, он всё-таки пришёл, выглядел очень уставшим. На мой вопрос он извинился, что вода вынудила его сделать крюк. Довольная своей догадкой, она торжествующе заключила: — Он определённо живёт где-то к востоку от Сюйчана! Вот вам и ответ, даочжан, что скажете? Мысли путались, но Вэй Усянь всё же сумел улыбнуться, поднять руки в благодарственном жесте и поклониться. — Спасибо, хозяйка. Тогда мы отправимся на восток. — Ай-я, поосторожнее со своей улыбкой, парень, старушкам вроде меня сложно устоять! — рассмеялась хозяйка, размашисто махнув рукой. — Когда найдёте его, передайте привет. И если будет возможность, спросите его жену о рецепте маринования овощей, а потом вернитесь и расскажите мне. — Обязательно. Ещё раз спасибо, — пообещал Вэй Усянь. Попрощавшись, они с Лань Ванцзи собрались уходить. Но прежде чем переступить порог, Вэй Усянь вдруг остановился. Достав последний оставшийся у него листок бумаги для талисманов, он быстро начертал на нём несколько иероглифов, опираясь на собственное бедро, и вернулся к стойке. — Не могли бы вы передать это послание господину Вэю, когда он придёт в следующем году? — попросил он, протягивая записку. Хозяйка с любопытством приняла её и сразу же прочла написанное: «Напишите в поместье Му города Цайи, Цзяннань, о потерянном младенце». — Младенце? — удивилась она. — А, да, оползень потревожил могилу маленького ребёнка, — солгал Вэй Усянь, надеясь, что его невинная улыбка отвадит её от дальнейших вопросов. — Если мы сами его не найдём, господин Вэй сможет связаться с нами через хозяйку поместья, упомянутого в записке. Он был почти уверен, что Му Лицзюань не возражала бы против использования её адреса. Хотя хозяйка всё ещё выглядела заинтригованной, в итоге она лишь пожала плечами и сунула записку в карман. — Хорошо. С удовольствием передам ему, когда он придёт. Благодарно кивнув, Вэй Усянь попрощался во второй раз и поспешил к Лань Ванцзи, терпеливо ожидавшему его у двери с уже раскрытым зонтом. Покидая курьерскую станцию и проходя через городские ворота, Вэй Усянь не удержался и оглянулся. Он надеялся, что его послание было достаточно ясным. Находясь на вражеской территории Вэней, он не осмелился оставить своё имя или упомянуть Облачные Глубины — единственной прямой отсылкой к нему, помимо связи с семьёй Му, был иероглиф «младенец», тот же, что использовался в его детском имени. Иероглиф, который, как он надеялся, его родственники узнают. Хотя Вэй Усянь был им незнаком в любом случае, А-Ин — это тот, о ком они когда-то спрашивали сами. И хотя было заманчиво оставить с запиской немного денег, чтобы дяде не пришлось беспокоиться о стоимости отправки письма, Вэй Усянь прекрасно понимал, что — как бы доброжелательно ни выглядели женщины на станции — он не мог доверять незнакомцам в вопросах денег. Он заставил себя снова смотреть вперёд. Возможно, у него ещё будет шанс найти свою семью до следующего Цинмина. А если нет, то оставалось лишь надеяться, что у его дяди ещё остались овцы, которых можно забить ради оплаты доставки письма в Гусу.