Юность в путах желаний

Молодая женщина охотно повела их прямо к дому своей семьи и примыкающей к нему лавке, небольшому строению, где продавались красивые гребни и резные изделия из корней. Там их сразу же встретили её благодарные родители. Вэй Усянь поручил Мин Чжэну вести беседу с семьёй и наказал больше слушать и задавать свои вопросы только тогда, когда требовались уточнения. В целом мальчик справился неплохо, хотя то и дело поглядывал на Вэй Усяня, словно не мог удержаться от поиска одобрения. Как и с Лань Юйханем ранее, Вэй Усянь был уверен, что он скоро научится полагаться на собственное мнение, и каждый раз ободряюще кивал. В целом ситуация казалась довольно простой. Маленькая фигура, которую видели и слышали горожане, походила на ребёнка, который, помимо того что пугал всех своим странным танцем у берега, за неделю наблюдений не совершил ничего зловредного. Вэй Усянь всё же был осторожен — детские призраки могли быть очень сильными и непредсказуемыми, но чем больше он слушал, тем больше казалось, что они имеют дело со слабым духом, возможно, ребёнком, который ещё не осознал свою смерть или хочет исполнить безобидное последнее желание. Они поблагодарили девушку и её родителей за подробный рассказ и пообещали сделать всё возможное. Затем отправились искать остальных, в конце концов, обнаружив Лань Линсиня и Лань Юйханя выходящими из чайного дома. Те двое услышали то же самое от опрошенных горожан: маленькая призрачная фигура, часто описываемая как смеющийся ребёнок, появлялась ночью, чтобы танцевать и бегать вдоль определённого участка берега реки Чан. Единственной странностью было то, что никто из родственников ребёнка не объявился, да и детей в городе недавно не пропадало. Вэй Усянь, у которого уже было несколько теорий, предложил остальным троим выдвинуть свои. В итоге все сошлись на том, чтобы попытаться установить контакт с беспокойным, но, скорее всего, безобидным духом. И, если возможно, мирно выяснить, что мешает ему отправиться в загробный мир. Поскольку им определённо придётся заночевать в городе, а до вечера было ещё далеко, Вэй Усянь велел найти комнаты на городском постоялом дворе — независимо от того, как быстро удастся разобраться с духом, он хотел, чтобы младшие хотя бы отдохнули перед обратным полётом. Однако когда они наконец добрались до постоялого двора и Вэй Усянь с Лань Юйханем спросили о комнатах, хозяин извиняюще вздохнул: — Мне очень жаль, молодые господа, но у меня не осталось свободных комнат. Боюсь, я ничем не могу помочь. Вэй Усянь очень удивился. Хотя город и был оживлённым, он не казался местом, кишащим приезжими гостями, да и сам постоялый двор выглядел совершенно пустым. — У вас нет ни одной свободной комнаты, господин? Мы не против разместиться вместе и заплатим дополнительно, если нужно убраться. Хозяин снова покачал головой. — Я действительно говорю правду — мой постоялый двор полностью занят. Кто-то арендовал все комнаты как минимум на неделю вперёд и за хорошие деньги! Молодой господин, мне, правда, жаль, но мои руки связаны. Я не могу спорить с гостями, уже взяв плату. Вэй Усянь тоже вздохнул, проклиная богача, которому понадобился целый постоялый двор для себя. — Я понимаю. Может, вы посоветуете нам другое место, где мы могли бы переночевать, господин? Хотя бы сарай или что-то подобное. Хозяин задумчиво почесал голову. — Хм, в таком случае… дайте мне спросить жену. Может, в каретном сарае найдётся место… Хотя это займёт время, если молодые господа не против подождать? Получив согласие, он удалился. — …Неужели нам, правда, придётся спать в сарае? — широко раскрыв глаза, спросил Лань Юйхань, выглядел он крайне ошеломлённым. Вэй Усянь рассмеялся и положил руку ему на плечо. — Эй, не будь привередой. Мы здесь, чтобы помочь этим людям, а не провести приятный отпуск. Любое сухое и безопасное место, которое они могут предложить, уже благо. Лань Юйхань с сомнением хмыкнул, но всё же покорно кивнул. Вэй Усянь с улыбкой покачал головой. Сколько бы правила Гусу Лань ни проповедовали скромность и бережливость, похоже, молодые господа из великих Орденов всё равно ожидали определённого уровня комфорта. Даже его бывшие младшие боевые братья из Пристани Лотоса ворчали, когда во время ночных охот им не удавалось переночевать на постоялом дворе, а ведь они проводили куда больше времени на природе, чем юные ученики Гусу Лань. Сам Вэй Усянь мог заснуть буквально где угодно, едва закрыв глаза, но, видимо, не всем это давалось так легко. Они уже некоторое время ждали возвращения хозяина постоялого двора, и Вэй Усянь начал слегка беспокоиться, как вдруг сверху донеслись приглушённые голоса. Через мгновение на балконе над входом в постоялый двор появились две фигуры. Они сели за один из столов, наполовину скрытые за большими вазами с цветами. — О, это же… — пробормотал Лань Юйхань, с удивлением глядя на пару. Вэй Усянь уже напрягся. Нет, он не ошибался. На одном из них явно были бело-красные мантии ученика Ордена Цишань Вэнь. Прежде чем он осознал, что делает, он уже схватил Лань Юйханя за руку и оттащил за колонну в передней части зала, скрыв его белые одежды Гусу Лань от посторонних глаз. Он строго прижал палец к губам, когда мальчик растерянно открыл рот. Тот, кто сидел за столом с человеком в мантии Вэней, был одет в тёмный плащ, и хотя они говорили слишком тихо, чтобы Вэй Усянь мог разобрать слова с первого этажа — настолько тихо, что это казалось неестественным, и он заподозрил использование талисмана приватности, — в голосе закутанного человека было что-то… знакомое. Что-то слегка раздражающее. Лань Юйхань нервно наблюдал за Вэй Усянем, явно ожидая указаний, а тот отчаянно жалел, что не пошёл за комнатами один — его тёмные мантии были куда менее узнаваемы, чем униформа младших учеников Гусу Лань. В этот момент закутанный человек принялся оживлённо жестикулировать, и его голос на мгновение стал громче, прорвавшись сквозь странную приглушённость разговора. И вдруг Вэй Усянь понял, почему голос показался ему знакомым. Он крепче схватил Лань Юйханя и, мысленно извинившись перед хозяином постоялого двора за внезапное исчезновение, потащил мальчика наружу так быстро и тихо, как только мог. Он всё время оглядывался и осмелился перевести дух лишь тогда, когда они оказались за пределами постоялого двора. Ни закутанный человек, ни ученик Вэнь так и не взглянули вниз с балкона, будучи слишком поглощёнными беседой. — М-молодой господин В-Вэй? Что случилось? — начав слегка паниковать, спросил Лань Юйхань. Мин Чжэн и Лань Линсинь тоже подошли с обеспокоенными лицами, они ожидали у входа на постоялый двор. — Молодой господин Вэй? Возникли проблемы? Не нашлось комнат? — широко раскрыв глаза, спросил последний. Вэй Усянь посмотрел на их невинные лица, и его сердце забилось чаще. — За мной, — приказал он и поспешил прочь от постоялого двора, благодарный, что они, хотя и с удивлёнными выражениями, без вопросов последовали за ним. Младшие с трудом поспевали за его широким шагом. Лишь почти у городских ворот он осмелился замедлить шаг и достать из мешочка-цянькунь бумагу, чтобы дрожащими пальцами написать сообщение Лань Ванцзи. «Предупреди дядю. На постоялом дворе Яньчэна ученик Вэнь разговаривает с Су Шэ». * * * Лань Ванцзи ответил немедленно, от имени Лань Цижэня приказав немедленно прекратить ночную охоту. Вэй Усянь передал сообщение остальным троим, после чего строго велев Лань Линсиню сразу же вернуть младших в Облачные Глубины. Те выглядели разочарованными и сбитыми с толку, но всё же покорно вскочили на мечи, чтобы улететь домой. Вэй Усянь надеялся, что Мин Чжэн и Лань Юйхань справятся с полётом без отдыха, но даже если нет, это всё равно лучше, чем оставлять их рядом с каким-то странным учеником Вэнь и, хуже того, с Су Шэ. Оставшись один, он принялся расхаживать взад-вперёд за группой деревьев у городских ворот. Что Су Шэ делал в Цзяннани? Он явно знал, что ему здесь не место — иначе зачем бы скрываться под плащом? Зачем он рисковал? О чём он говорил с тем учеником Вэнь? Он перешёл на сторону Цишань Вэнь? И вообще что ученик Вэнь делал в Яньчэне? Их было больше, или тот парень действовал в одиночку? Хотя Су Шэ и изгнали из Ордена Гусу Лань, он всё ещё мог рассказать Ордену Цишань Вэнь то, чего те не должны знать — сведения, которые могли поставить орден Гусу Лань под удар. И если Вэй Усянь был в чём-то уверен, так это в том, что Су Шэ без зазрения совести предаст Гусу Лань потенциальному врагу. Такой человек, как он, наверняка жаждал любого шанса отомстить своему бывшему Ордену за наказание и изгнание. Вэй Усянь пока не мог вернуться в Облачные Глубины. Помимо тревожного факта общения Су Шэ с учеником Вэнь, оставался ещё и призрачный ребёнок, которого он обещал жителям Яньчэна устранить. Он не мог просто бросить их на произвол судьбы после того, как местный клан заклинателей уже проигнорировал проблему. Приняв решение, он снова достал кроличью печать и нацарапал Лань Ванцзи ещё одно послание. «Сообщали ли из бюро в Юси о появлении Вэней возле Яньчэна в последнее время?» Отправив вопрос, Вэй Усянь тут же вернулся в город, бдительно оглядывая каждое лицо. Ему нужно было вернуться на постоялый двор. Может, Су Шэ и ученик Вэнь всё ещё разговаривают в холле? Вэй Усянь был уверен, что сможет подслушать их. Как раз тогда пришёл ответ от Лань Ванцзи. «Бюро в Юси сообщало о нескольких появлениях Вэней за последние недели, но всегда одиночных учеников. Дядя приказал дежурным ученикам доложить ему, но они пока не ответили» Это заставило Вэй Усяня нахмуриться. Ученики, находящиеся в бюро связи, должны были патрулировать окрестности во время своей смены, но хотя бы один человек всегда должен был оставаться внутри на случай, если поступят указания из Облачных Глубин. То, что они не ответили немедленно на прямой приказ самого великого учителя Гусу Лань, было весьма странно. Может, ему стоит проверить и бюро связи? Ещё один импульс энергии донёсся из его мешочка-цянькунь. «Вэй Ин, ты возвращаешься домой?» Ах, Лань Ванцзи, наверное, недоумевал, почему он может писать, когда должен лететь. Вэй Усянь быстро юркнул в узкий переулок, чтобы, прислонившись к стене здания, написать ответ. «Нет, ещё нет. Я отправил остальных троих обратно без меня, хочу разузнать больше и разобраться с призраком в Яньчэне. Буду быстр». Только он отправил сообщение, как что-то блеснувшее слева привлекло его внимание. Вэй Усянь инстинктивно прижался к стене, скрывшись глубже в переулке. Двое мужчин пробирались сквозь вечернюю толпу в Яньчэне, оба в чёрных плащах с капюшонами, но при каждом их шаге мелькали бело-красные одеяния, выдававшие мантии, скрытые под верхней одеждой. Оба несли мечи, украшенные рукояти которых заметно блистали в лучах заходящего солнца. Люди шарахались при виде них, осторожно уступая дорогу. И не зря — один из мужчин резко крикнул на пожилую женщину, когда та не успела посторониться достаточно быстро. Значит, в Яньчэне определённо было больше учеников Вэнь. Вэй Усянь недоумевал, зачем они переодевались. Они явно не привыкли маскироваться и делали это не очень хорошо. Он внимательно осмотрел толпу и, убедившись, что других учеников Вэнь поблизости нет, выскользнул из переулка и последовал за двумя мужчинами. Ещё один слабый импульс донёсся из мешочка-цянькунь, но Вэй Усянь не решился проверить ответ Лань Ванцзи сейчас, боясь потерять Вэней из виду. Вместо этого он держался в тени, не сводя глаз с их закутанных фигур. * * * Ученики Вэнь отошли недалеко. Покинув город, они остановились у той же группы деревьев, за которой Вэй Усянь недавно ходил взад-вперёд, и, казалось, чего-то ждали. Вэй Усянь сидел, спрятавшись за кустом, и наблюдал за ними сквозь ветви, пока солнце медленно скрывалось за горизонтом. Ещё один импульс энергии только что поступил из мешочка-цянькунь, но отвлечься от двух учеников Вэнь было слишком рискованно, как и шуршать бумагой. Он мысленно пообещал извиниться перед Лань Ванцзи, как только выяснит, кого или чего они ждут. Спустя некоторое время его терпение было вознаграждено, когда один из учеников Вэнь что-то сказал своему спутнику, и оба повернулись в одном направлении. К ним приближался колеблющийся свет, вскоре оказавшийся фонарём в руках третьего человека. Вэй Усянь осторожно отодвинул ветку, загораживавшую обзор. Это был мужчина в ничем не примечательной одежде, без меча или каких-либо знаков принадлежности к Ордену. Однако он без колебаний подошёл к двум заклинателям Вэнь, даже не поклонившись и не поприветствовав их, прежде чем начать говорить. Вэй Усянь напрягся, ожидая негативной реакции от учеников Вэнь, и надеялся, что появившийся мужчина не был местным жителем, который, заметив двоих с мечами, хотел потребовать, чтобы они разобрались с призраком у реки, как это ранее с ним и Мин Чжэном сделала девушка. Вэй Усянь был почти уверен, что ученики Вэнь отреагируют менее любезно, чем они. Однако негативной реакции не последовало. Вместо этого третий мужчина продолжил говорить, затем достал из рукава свиток и передал его одному из переодетых учеников Вэнь, который, в свою очередь, без колебаний принял его. Даже выглядело всё так, будто он ожидал чего-то подобного. Вэй Усянь прищурился, когда тот тут же развернул свиток, бегло просмотрел его, покачал головой, что-то сказал остальным и снова свернул, убрав в рукав. Мужчина в ничем не примечательной одежде поднял руку в странно фамильярном прощальном жесте и исчез в направлении, откуда пришёл, по тропе, ведущей мимо поместья Хунмэй и дальше на восток. Ученики Вэнь тоже развернулись, покинули группу деревьев и направились обратно к городским воротам Яньчэна. Вэй Усянь пригнулся ещё ниже за кустом, стараясь не шевелиться. Хотя солнечный свет уже погас, заклинатели могли уловить малейшие звуки или движения, их зрение и слух были куда острее, чем у обычных людей. Лишь когда ученики Вэнь прошли мимо и скрылись из виду, он расслабился и тут же покинул укрытие, чтобы последовать за ними обратно в город. Что это был за свиток? Эти двое явно пришли сюда только ради него, ожидая человека, который его передаст. Кто он такой? Что ученики будут делать теперь? Они кому-то докладывают? Темнота раннего вечера хорошо скрывала Вэй Усяня, но толпа поредела, и он двигался абсолютно бесшумно, следуя за двумя переодетыми заклинателями Вэнь глубже в Яньчэн. Он не мог затеряться среди горожан, поэтому, как только они пересекли большую площадь, слишком открытую для его комфорта, запрыгнул на крышу ближайшего дома и продолжил преследование сверху. Вскоре стало ясно, что они направляются прямиком на постоялый двор Яньчэна. Значит, скорее всего, это Орден Цишань Вэнь арендовал все комнаты. Вэй Усянь бесшумно перепрыгнул на следующее здание, не выпуская из виду учеников Вэнь, идущих по улице внизу. Сколько их здесь? С какой целью они находятся в Яньчэне? Почему скрываются? Постоялый двор был одним из самых больших зданий в торговом районе города, уступая лишь огромному дубу, росшему прямо рядом с ним, его старые ветви нависали над покатыми крышами. Как только ученики Вэнь скрылись на постоялом дворе, Вэй Усянь разбежался и легко запрыгнул на одну из ближайших ветвей, благодарный за густую листву. Он карабкался по дереву всё выше и выше, и вскоре получил возможность обозревать весь постоялый двор и внутренний двор в его центре. Несколько ветвей тянулись прямо над ним, и, убедившись, что некоторые определённо достаточно толстые, чтобы выдержать его вес, а их листва достаточно густая, чтобы скрыть его, он осторожно продвинулся вперёд по одной из них, огибая ветви и стараясь оставаться как можно тише. Звуки его движений заглушались шелестом листьев на ветру. Более чем в половине инь* ниже него мощёный двор, скрытый за стенами постоялого двора, был ярко освещён, фонари заливали его тёплым пламенным светом. П.п.: * инь (寻) — это древняя китайская мера длины, равная примерно 1,6–1,8 метра (точное значение варьируется в зависимости от династии). На ступенях, ведущих в главное здание, сидел мужчина. Вэй Усянь замер, осторожно ухватившись за ветку у бедра и медленно приседая, чтобы лучше рассмотреть. Мужчина держал на коленях алебарду, прекрасную фантянь цзи*, его руки тщательно смазывали маслом блестящие двойные лезвия в форме полумесяца. Какая-то золотая скульптура украшала наконечник алебарды, и Вэй Усянь прищурился, пытаясь разглядеть её форму. П.п.: * Фантянь цзи (方天戟) — это разновидность алебарды с дополнительным копейным навершием и лезвием в форме полумесяца. Название переводится как «Небесное остриё» или «Клевец, рассекающий небо». Через мгновение мужчина слегка наклонил алебарду, и стала видна голова с изогнутым клювом и перьями, а ниже — три вороньих лапы с блестящими когтями. Это была саньцзуу*, понял Вэй Усянь, трёхногая солнечная птица. Мужчина наклонил голову, чтобы поднять, вероятно, банку с маслом для оружия, и Вэй Усянь увидел высокий гуань в его аккуратно уложенных волосах. П.п.: * Саньцзуу (三足乌) — это мифическая трёхногая ворона, важный символ в китайской мифологии и космологии. Её также называют «Янъу» (阳乌, «Солнечная ворона») или «Цзиньу» (金乌, «Золотая ворона»). Согласно древним китайским преданиям, на Солнце живёт десять трёхногих воронов, олицетворяющих солнечную энергию. Легенда гласит, что когда все десять воронов одновременно поднимаются в небо, наступает смертельная жара (так миф объяснял засухи). Герой И (后羿) подстрелил девять из них, чтобы спасти Землю. Вэй Усянь провёл взглядом по замысловатым узорам пламени, струящимся по его белым плечам и рукавам. Было не так много учеников Вэнь, которые могли владеть таким уникальным оружием или носить такой высокий гуань, и хотя Вэй Усянь не узнавал лица мужчины, он совсем не удивился, когда один из учеников Вэнь, за которым он следовал, появился во дворе в этот момент, теперь без капюшона, и глубоко поклонился. Он напряг слух, чтобы чётко расслышать его слова. — Молодой господин Вэнь, — услышал он. — Этот ничтожный ученик явился с вечерним докладом. Подозрения Вэй Усяня подтвердились, когда мужчина спросил: — Были ли новые приказы от моего отца? — Нет, молодой господин Вэнь. Глава Вэнь не присылал других указаний, — вежливо ответил ученик Вэнь и протянул свиток. Мужчина — явно Вэнь Сюй — нейтрально хмыкнул и аккуратно поставил масло для оружия, прежде чем пренебрежительно махнуть рукой, побудив ученика сразу же убрать свиток. — Хорошо. Тогда мы скоро покинем это место. Вэй Усянь нахмурился, гадая, как эти два утверждения связаны. — Есть новости от моего брата? — затем спросил Вэнь Сюй. — Пребывание второго молодого господина в Инчуане завершено, и он вернулся в Безночный город. Он планирует доложить главе Вэнь об улучшениях в клане Ван. Вэнь Сюй встал. — Мой младший брат — безнадёжный дурак. Неужели он думает, что такое подхалимство хоть немного возвысит его в глазах отца? Взяв фантянь цзи, он сделал несколько шагов по двору, его новое положение делало его менее скрытым листьями дуба, в котором прятался Вэй Усянь. Он казался довольно высоким, хотя, возможно, не таким высоким, как Вэнь Жохань. — Все знают, что ему просто нужно было время вдали от дома после заслуженного унижения на турнире по стрельбе из лука. Он, наверное, провёл всё время в Инчуане, топя горе в вине и утешаясь между ног своей новой любовницы. Отец знает это лучше всех. Его не волнуют эти детские надежды. Брови Вэй Усяня слегка приподнялись. Хотя тон Вэнь Сюя звучал странно бесстрастно, его слова выражали явное презрение к младшему брату. После встречи с Вэнь Чао, он даже не знал, почему сейчас удивлён. Ученик Вэнь поклонился, соглашаясь со словами наследника. Вэнь Сюй ловко взмахнул алебардой, резко рассекая воздух её лезвиями. Золотая саньцзуу сверкала в свете фонарей. — А как насчёт того человека из клана Чжао? — спросил он, вращая оружие над головой, прежде чем сменить стойку, резко выбросив алебарду вперёд и пронзив невидимого врага вороньим наконечником. — Он оказался полезным? Он всё ещё приставлен к моему брату? Вэй Усянь задумчиво прищурился. Разве Лань Цижэнь не говорил, что Чжао — это фамилия, от которой отказался тот самый Вэнь Чжулю? — Да, молодой господин Вэнь. Этот ничтожный даже слышал, что он превосходит ожидания главы Вэнь, — покорно ответил слуга. — Превосходит? Неужели? — задумчиво произнёс Вэнь Сюй, перебрасывая цзи из руки в руку, рассекая воздух вокруг себя. Он идеально контролировал собственные шаги. Его движения выглядели почти как танец — смертоносный и завораживающий. — Этот ничтожный не осмеливается утверждать, что услышанное им полностью достоверно, поскольку это лишь информация из вторых рук. Этот ничтожный просит молодого господина Вэнь сурово наказать его за бесполезность. — Хм, — равнодушно отозвался Вэнь Сюй, звуча незаинтересованным в подобном. Его взгляд оставался прикован к точке в конце двора, пока он вращался и искусно ударял ногой по воздуху, следуя контролируемым ударам цзи. Вэй Усянь почти ничего не знал о бое с древковым оружием, сам он практиковал только меч, но он не мог не восхищаться его очевидным мастерством. — Пассивность, которую тот человек демонстрирует в своих манерах, подозрительно контрастирует со зрелищем, которое мы случайно увидели на бывшем месте клана Чжао, — спокойно заключил Вэнь Сюй, снова вращая алебарду перед последним ударом и останавливаясь. Ни единый волос не выбился из его причёски. — Распространение мести на скот и слуг говорит об иррациональной эмоциональности. Возможно, поэтому отец временно приставил его к моему брату. Он протянул руку, и слуга поспешил вручить ему изящный сосуд из тыквы-горлянки. Вэнь Сюй сделал глоток, затем опустил его и впервые показал выражение, отличное от бесстрастия — недовольную гримасу, направленную на сосуд. — Если он может вытерпеть службу и сдерживать этого труса, он сможет вытерпеть многое. Если нет и позволит раздражению взять верх, то он не более чем обуза — независимо от того, насколько полезны могут быть его проклятые руки. Отец явно испытывает его. — Молодой господин Вэнь мудр, — согласился ученик Вэнь. Вэнь Сюй вернул ему сосуд. — Вода в этом регионе пресная. Это негативно скажется на моих результатах, — сказал он и достал платок, чтобы промокнуть губы, вероятно, чтобы избавиться от остатков той самой пресной воды. Вэй Усянь удержался от насмешки. Ученик Вэнь низко склонился. — Этот никчёмный ученик найдёт для молодого господина лучшую воду уже сегодня вечером. Вместо ответа Вэнь Сюй молча протянул ему использованный платок, затем быстро направился к зданию. Как раз в этот момент мешочек-цянькунь на поясе Вэй Усяня издал ещё один слабый импульс энергии. Рука Вэй Усяня рефлекторно сжала ветку, на которой он балансировал, его концентрация нарушилась, и крошечный кусочек коры откололся. Он упал и через мгновение приземлился во дворе. Вэнь Сюй резко развернулся и уставился на него. Затем его голова резко поднялась. Вэй Усянь замер — он не смел даже дышать, пока Вэнь Сюй тщательно изучал тёмный полог дерева, в котором он прятался, его глаза сузились в щёлочки. — Молодой господин Вэнь. Что-то не так? — осторожно спросил слуга Вэнь, в замешательстве следуя за взглядом своего господина. Ещё один мучительно долгий момент Вэнь Сюй продолжал смотреть вверх, прежде чем опустить глаза и покачать головой. — Возможно, ночные грызуны, — размышлял он. — Я удалюсь в свои покои. Слуга снова поклонился. — Ваша ванна готова, молодой господин Вэнь. Я позабочусь, чтобы вам сразу же подали лёгкий ужин.