Юность в путах желаний

Известие о помолвке Не Хуайсана с девушкой из знатной семьи стремительно, словно дикий огонь, разнеслось как по светскому миру, так и по миру заклинателей. Жители городка Цайи с восторгом обсуждали то, как юная госпожа Му так часто появлялась на рынке, наверняка в надежде украдкой увидеть своего возлюбленного! Один особенно болтливый слуга даже утверждал, что видел, как молодые влюблённые однажды пили чай в компании друга! Женщины вздыхали, сочувствуя стойкой любви госпожи Му и её терпению перед жестокостью ужасного сводного брата. Многие шептались, что всегда находили в Му Шуне что-то странно холодное. Молодого господина Не, который возведёт Му Лицзюань в блеск жизни жены наследника великого Ордена, восхваляли цветистыми словами за то, что он не отказался от неё, несмотря на трудности. Это, несомненно, был союз, созданный самими небесами! Пока городок Цайи ликовал из-за того, что теперь две местные девушки выйдут замуж за наследников великих Орденов, знатные семьи из других мест начали задумываться, не стоит ли и им попытаться устроить судьбу своих дочерей. К сожалению, если верить слухам, и второй молодой господин Лань, и выдающийся молодой господин Вэй из Юньмэна оказались склонны к мужской любви, но разве первый молодой господин Лань и молодой наследник Ордена Цзян всё ещё не свободны? (Никто не осмеливался задуматься о продолжительном холостячестве самого Чифэн-цзуня.) Остальные главы Орденов, получившие известие в виде краткого послания от самого Чифэн-цзуня, пребывали в смятении. Некоторые ещё не оправились от похожего, хотя и куда более странного послания, которое Орден Гусу Лань недавно разослал относительно необычной помолвки второго молодого господина Ланя. Другие не могли не заметить укрепляющихся связей между Цинхэ и Гусу. Разве Чифэн-цзунь не присутствовал, когда Ордену Гусу Лань удалось одолеть водяную бездну? Слухи о самом событии казались невероятными, но разве эта часть была ложной? И разве он не был близким другом детства Цзэу-цзюня? Более того, из Нечистого Царства просочились слухи, что Чифэн-цзунь заключил с Орденом Гусу Лань выгодные сделки, которые оставили его в необычно приятном настроении. Когда спустя несколько месяцев повсюду стали распространяться любопытные истории о том, что в Цинхэ и Цзяннани строятся революционные учреждения, позволяющие двум дружественным Орденам мгновенно общаться друг с другом, мир заклинателей даже не пытался понизить голос. Очевидно, молодой Вэй Усянь, который должен был жениться на Лань Ванцзи из Ордена Гусу Лань, не только пользовался благосклонностью Цзэу-цзюня и даже Лань Цижэня, но и оказался обладателем пугающего интеллекта. Говорили, что именно он стоял за блистательной победой Ордена Гусу Лань над водяной бездной, а также за новым методом связи с Не! Более того, оказалось, что девушка, на которой решил жениться Не Хуайсан, воплощала в жизнь изобретения Вэй Усяня, и, по слухам, они трое прекрасно ладили! Разве все эти новости не были неоспоримыми признаками того, что два великих Ордена сотрудничают так, как мир заклинателей не видел уже давно? Главы мелких Орденов поспешно советовались со своими помощниками и старшими учениками, не стоит ли пересмотреть свои союзы. Учитывая тревожные слухи о недавних махинациях Ордена Цишань Вэнь, которые уже привели к ужасной судьбе многих мелких Орденов, каждому было ясно, что укрепление отношений с Ланями и Не может быть мудрым шагом в такие времена. Другие великие Ордена отреагировали на новости по-разному. Глава Ордена Юньмэн Цзян отнёсся к этому спокойно, в то время как его жена была охвачена рвением устроить выгодный брак для своего сына, а также яростью из-за наглости Орденов Лань и Не, исключивших Орден Юньмэн Цзян из революционного метода, который, по её мнению, должен был принадлежать Юньмэн Цзян, ведь именно они воспитали изобретателя. Ещё большее недовольство исходило от Башни Кои в Ланьлине. Цзинь Гуаншань был в ярости — сначала он услышал шёпот о том, что Гусу Лань бесстыдно заполучили золотого гуся, обручив второго сына с этим бастардом Цзян Фэнмяня. Затем ему пришлось узнать, что глава Ордена Юньмэн Цзян вёл себя крайне глупо, позволив Гусу Лань забрать этого гения, даже не моргнув глазом и не потребовав достаточной компенсации. Учитывая планы Ланьлин Цзинь на Юньмэн Цзян — А-Сюань, казалось, находил странное удовольствие в переписке с той простой девушкой, с которой был обручён — Цзинь Гуаншань был крайне раздражён своими будущими союзниками. Даже возможность в будущем увидеть новую невесту Не, которая, по слухам, была редкой красавицей, не могла его развеселить. Госпожа Цзинь, со своей стороны, была удивлена новостями. Она считала, что младший брат Не Минцзюэ был капризным и незрелым, и потому сомневалась в его любви к той девушке, за которой он якобы ухаживал. Её мнение о мальчике Вэй было основано на жалобах лучшей подруги и её собственных опасениях относительно чувств дорогой А-Ли к нему. Однако новая симпатия Цзысюаня к А-Ли успокоила её, и теперь она пришла к другим выводам. «Он, наверное, вовсе не бастард Цзян Фэнмяня, раз от него так легко отказались», — подумала она с лёгкой завистью. По крайней мере, помолвка второго молодого господина Ланя с мальчиком — сколь бы странной она ни была — положила конец его раздражающей близости к А-Ли, что было как никогда важно, теперь, когда госпожа Цзинь была уверена, что Вэй Усянь и Цзян Яньли не были родственниками. Её муж не тратил времени на размышления о происхождении Вэй Усяня. Его больше волновали слухи о новых учреждениях связи, которые создавали Лани и Не. Как посмел этот сын слуги вдруг изобрести нечто, соперничающее с секретной техникой связи Ордена Ланьлин Цзинь? Это было крайне оскорбительно! Учитывая, что некоторые давние союзники Ланьлин Цзинь проявляли большой интерес к усиленному сотрудничеству между Ланями и Не, у Цзинь Гуаншаня были все основания злиться на последние события. Респектабельный глава Ордена Цзэн из Жичжао даже осмелился вежливо сообщить Ордену Ланьлин Цзинь, что не будет продлевать с ними контракты. Когда вскоре после этого стало известно, что этот самый глава Ордена отправился в Облачные Глубины для торговых переговоров, Цзинь Гуаншань в ярости опрокинул стол. Затем он сбежал из Башни Кои и от жены в ближайший бордель, чтобы снять стресс. Несмотря на множество слухов и спекуляций, которыми обменивались Ордены, один значительный угол мира заклинателей оставался совершенно безмолвным. Ни единого намёка на мнение Вэнь Жоханя о последних событиях не покинуло высоких стен Безночного города. * * * Лекции для приглашённых учеников Ордена Гусу Лань завершились в туманный весенний день. Вокруг Облачных Глубин нежные побеги усеивали тропы, воздух был наполнен энергией нового года, птицы пели, а леса радовали молодой зеленью. Массы снега растаяли, наполнив горные ручьи, и на одной особенно живописной поляне можно было наблюдать толпу белых кроликов, с жадностью поедающих молодую растительность, к большому недоумению большинства учеников Гусу Лань. Вэй Усянь был весьма позабавлен, когда они с Лань Ванцзи впервые обнаружили их всего через несколько дней после того, как последний неохотно расстался со своими двумя кроликами на той же самой поляне. Поскольку, кроме самого Вэй Усяня, только Лань Сичэнь знал, что его младший брат беспокоился, что его кроликам может быть одиноко на улице, он явно никого не обманул тем, что внезапное появление стайки кроликов было его рук делом. Лань Сичэнь усердно работал последние месяцы, чтобы вернуть расположение своего младшего брата. После того как Вэй Усянь получил травму во всей этой печальной истории с семьёй Му, Лань Ванцзи молча, но твёрдо демонстрировал брату холодность, что приводило последнего в отчаяние. Очевидное расстройство Лань Сичэня достигло новых высот в день рождения Лань Ванцзи, когда тот, впервые в жизни, отказался провести вечер, играя музыку со старшим братом. Вэй Усянь, наконец, не выдержал. Он отчитал Лань Ванцзи за детское поведение и сказал, что затаённая обида никому не поможет, и что им стоит, наоборот, больше поддерживать брата Сичэня. С помощью множества подкупающих поцелуев Лань Ванцзи позволил себя уговорить. Сначала Лань Сичэнь беспокоился, что они перегружают себя, помогая ему с обязанностями, которые должны лежать на нём, как на наследнике Ордена, но вскоре стало очевидно, что, используя их как звучащий резонатор, он может справляться с бумажной работой куда эффективнее, чем раньше. Вэй Усянь и Лань Ванцзи успешно уговорили его быть менее снисходительным к многочисленным главам Орденов, присылавшим в Облачные Глубины письма с жалобами на всё подряд. Это также позволило освободить время, которое Лань Сичэнь раньше тратил на успокоение ленивых глав Орденов, и посвятить его ответам на просьбы простых людей, нуждающихся в помощи Гусу Лань. Сердце Лань Сичэня было слишком мягким для этого мира, пришёл к выводу Вэй Усянь, но некоторым людям действительно иногда нужно говорить, чтобы они заткнулись и делали свою работу сами! Некоторые старейшины Лань ворчали, поскольку Лань Сичэнь за последние месяцы стал менее восприимчив к их влиянию, постепенно обретая больше уверенности и стойкости, но они ничего не могли поделать, так как Лань Цижэнь, казалось, одобрял эти изменения. Вэй Усянь же был просто рад помочь облегчить ношу Лань Сичэня. Ведь для этого и существуют братья, не так ли? Даже Лань Ванцзи смягчился, увидев, как усердно его старший брат работает над улучшением своего суждения. Стайка кроликов в итоге помогла ему полностью отпустить обиду, и Лань Сичэнь явно почувствовал облегчение, когда его младший брат снова взглянул на него с теплотой. Не Минцзюэ в последнее время тоже часто приезжал в Облачные Глубины — сначала чтобы уладить всё, связанное с помолвкой Не Хуайсана, а затем потому, что темпы разработки как багровых печатей, так и запланированных пунктов связи значительно ускорились, теперь, когда Му Лицзюань наконец могла работать на них на своих условиях. Не Минцзюэ был доволен, когда первые учреждения были построены и начали функционировать сразу после Нового года. Сам Вэй Усянь часто навещал поместье Му в эти недели, так как Му Лицзюань искала его совета, а Лань Ванцзи, как обычно, молча сопровождал его. Последний, похоже, не возражал против долгих обсуждений Вэй Усяня и Му Лицзюань деталей изготовления его изобретений, если только мог усадить своего жениха к себе на колени, когда хотел. Не Хуайсан тоже часто бывал там, хотя, казалось, совершенно не интересовался работой Вэй Усяня и своей невесты, а вместо этого бродил по поместью и, после того как каким-то образом в одиночку завоевал расположение всей прислуги, заставлял их переделывать интерьер по своему вкусу. Ему потребовалось всего несколько недель, чтобы заполнить один из садов большими и красивыми клетками с птицами — хуамэями*, разноцветными попугаями и голубями, иволгами и канарейками всех возможных расцветок. П.п.: хуамэй (画眉, лат. Garrulax canorus) — китайский соловей или кустарница, популярная певчая птица в Китае. Это небольшая птица (около 20–25 см) с коричневым оперением и яркими белыми «бровями», за что она и называется хуамэй, что переводится как «подведённые брови». Когда лекции для приглашённых учеников наконец подошли к концу, Не Хуайсан стал немного мрачным, громко сетуя, что не вынесет разлуки с Му Лицзюань в Облачных Глубинах, и громко жалуясь, что вскоре его снова заставят тренироваться с саблей. Вэй Усянь, смеясь, утешал друга, стараясь изо всех сил игнорировать собственные опасения по поводу приближающейся даты. Вечером перед приездом глав Орденов за своими детьми он уже попрощался со всеми друзьями и лежал в объятиях Лань Ванцзи в цзинши, чувствуя лёгкую тоску. Однако Лань Ванцзи вскоре умело отвлёк его, целуя в губы, пока они не стали пухлыми, а разум — приятно затуманенным, а затем переключился на другие части тела, так что Вэй Усянь не мог ничего поделать — его тело расслабилось, следуя за разумом в состояние блаженной истомы. И так получилось, что утром, когда приглашённые ученики покидали Облачные Глубины, он всё ещё блаженно спал в постели Лань Ванцзи, его голая кожа была покрыта великолепными новыми синяками, а тело укутано в мягкое постельное бельё, пропитанное ароматом Лань Ванцзи. Следующие несколько месяцев, к счастью, были настолько насыщенными, что у Вэй Усяня почти не оставалось времени, чтобы чувствовать отсутствие друзей. Между уроками Лань Цинчжао, занятиями по боевым искусствам у мастера Цая, редкими встречами с Лань Фаном и собственной работой с Му Лицзюань Вэй Усянь был настолько занят, что не заметил, как весна почти прошла. Приближалась большая дискуссионная конференция. Пока Лань Ванцзи был занят строгими тренировками по стрельбе из лука для младших учеников, готовя их к соревнованиям, Вэй Усяня часто задерживала Лань Цинчжао, чтобы обсудить его представление учёным, которые посетят собрание исследователей мира заклинателей. В целом, Облачные Глубины в последнее время были весьма активны — хорошо, что лекции для приглашённых учеников хотя бы закончились, так как у Лань Цижэня тоже было полно дел: он получал отчёты как от Ланей, так и от Не о деятельности Вэней. Кроме того, несколько глав мелких Орденов недавно посетили Гусу, чтобы выразить желание установить более тесные связи. Прибытие одного конкретного главы Ордена с восточного побережья Ланьлина, чей Орден располагался прямо у богатого морского порта города Жичжао, вызвало настоящий переполох. Жичжао Цзэн всегда был великим союзником Ланьлин Цзинь, и то, что их глава теперь решил разорвать эти связи, было крайне необычно. Сам мужчина, хоть и напыщенный, и гордый, не скрывал причины своего визита — по-видимому, в его гаванях в последнее время стало появляться всё больше людей из Ордена Цишань Вэнь, что его крайне беспокоило. Чтобы усугубить ситуацию, его бывший деловой партнёр Цзинь Гуаншань отказал ему в помощи. Глава Ордена Цзэн прямо заявил, что, если Цишань Вэнь попытаются узурпировать его Орден, он не сможет им противостоять, так как большинство его людей более искусны в торговле, чем в бою. Однако он заметил, что Гусу Лань и Цинхэ Не в последнее время проявили замечательную стойкость и способности, что вселило в него надежду, что они не поддадутся могуществу Цишань так легко, как, по-видимому, поддался Цзинь Гуаншань, и поэтому он хотел приобрести два великих Ордена в качестве союзников на случай, если Вэни когда-нибудь перейдут границы на его территории. Он также намеревался приобрести талисманы-приманки Вэй Усяня, о которых слышал великие истории — поскольку его богатство росло благодаря морской торговле, лёгкий способ избавиться не только от водяных гулей, но и от грозной угрозы водяных бездн был действительно хорошей инвестицией. Взамен он предложил поделиться дорогими лаковыми изделиями, шелками и прочной бумагой, которые Орден Жичжао Цзэн импортировал из Дунъина, а также любой литературой, которую его люди уже нашли или ещё найдут при торговле с иностранцами. Это последнее предложение заставило Лань Цижэня удовлетворённо положить руку на плечо Вэй Усяня после того, как глава Ордена Цзэн покинул Гусу, успешно получив согласие и Ланей, и Не на свои условия. Со своей стороны, Вэй Усянь в последнее время боялся заглядывать в свою комнату в хранилище сокровищ Ордена Гусу Лань. Когда погода стала по-настоящему тёплой и конференция приблизилась, его удивили новые ящики, появившиеся в его гостевых покоях. К полному ужасу Вэй Усяня, они были доверху заполнены летними одеяниями, которые Лань Ванцзи, по-видимому, заказал за последние месяцы. Мастера и мастерицы Цзяннаня явили истинное искусство - на драгоценных тканях цвета ночи, сотканных из шелка и парчи, их искусные руки вышили причудливые узоры: цветы, что вот-вот распустятся, и облака, застывшие в вечном танце. Каждый стежок был обрамлён серебряными и золотыми нитями, мерцающими при малейшем движении. Роскошные пояса и кушаки, украшенные тончайшей вышивкой, дополняли наряды. С воротников, высоких и низких, ниспадали изящные кисти с переливающимися стеклянными жемчужинами, обрамляя плечи, рукава и подолы, превращая каждое одеяние в истинное произведение искусства. И на этот раз вся одежда была зачарована, с защитными талисманами, вшитыми в ткань. Там также были новые сапоги, уютные домашние тапочки и несколько изящных головных украшений, которые Вэй Усянь должен был носить поверх своей ленты — нефритовые цветы, распускающиеся из золотых и серебряных виноградных лоз, чтобы вплетаться в его волосы и удерживать их. Похоже, Лань Ванцзи счёл возможным полностью игнорировать правило против роскошной одежды, когда дело касалось его жениха, с радостью облачая Вэй Усяня в самые экстравагантно дорогие вещи. Сам Вэй Усянь громко негодовал целую неделю, смущённый и возмущённый ненужными тратами, но втайне он испытывал тихое удовольствие, надевая новые вещи и неизменно видя, как светлые глаза Лань Ванцзи вспыхивают собственническим удовлетворением, неизбежно сопровождаемым рукой, ложащейся на его бедро или притягивающей его за талию. В конце концов, если это делало Лань Ванцзи счастливым — видеть его нарядным, он не будет слишком жаловаться. По крайней мере, у него будут хорошие вещи для того, чтобы облачиться в них на эту годовую дискуссионную конференцию. Ведь нельзя же позорить Лань Ванцзи. * * * Цишань была красивой и плодородной провинцией — высокие красные горы и огненная земля, покрытые буйной растительностью, глубокие воды, текущие через каньоны и древние леса. Вэй Усянь никогда здесь раньше не бывал. Когда Пристань Лотоса получила приглашение на дискуссионную конференцию Цишань Вэнь в прошлом году, он был в восторге от возможности поехать, возглавить младших учеников Ордена Юньмэн Цзян в объявленных соревнованиях и сделать Цзян Фэнмяня гордыми за всех них. Он выбрал бы самых перспективных лучников среди своих младших боевых братьев, тренировал бы их усердно, чтобы ученики Юньмэн Цзян показали себя с лучшей стороны перед глазами мира заклинателей. Теперь он не знал, кого могли выбрать для участия, не знал, сколько воздушных змеев подстрелил Цзян Чэн на тренировках, удалось ли шестому младшему боевому брату наконец не оказаться последним хотя бы раз. Вместо этого он сейчас летел с Лань Ванцзи и Лань Сичэнем вслед за старейшиной, остальная часть делегации Лань — на несколько шагов позади, безмолвные белые тени, мелькающие в голубом небе Цишани. Дискуссионная конференция продлится четыре дня, начиная с банкета, за которым последуют несколько небольших соревнований для младших учеников и возможности для глав Орденов обсудить межорденские дела. Главное событие — большое соревнование по стрельбе из лука — состоится на второе утро. Сам Вэй Усянь не будет участвовать — ведь он приехал в основном, чтобы сопровождать Лань Цинчжао. Он уже громко пообещал обоим братьям Лань подбадривать их и оживлённо обсудил с Лань Сичэнем всё, что предстояло, пока они летели в Цишань. Старший рассмеялся, когда Вэй Усянь торжественно поклялся бросать Лань Ванцзи цветы во время индивидуальных соревнований. Тихо хихикая, Вэй Усянь подлетел ближе к Лань Ванцзи и дёрнул за его лобную ленту, чем заработал хмурый взгляд, от которого в груди вспыхнуло знакомое тёплое чувство. Хотя он и с нетерпением ждал встречи с друзьями из других Орденов, если быть честным, больше всего Вэй Усянь хотел увидеть, как Лань Ванцзи будет соревноваться. — Лань Чжань, как думаешь, сможешь победить? — крикнул он, ухмыляясь. Освободив концы лобной ленты от шаловливых рук Вэй Усяня, Лань Ванцзи вновь устремил взгляд вперёд. — Да, — ответил он, никогда не отличавшийся ложной скромностью. Вэй Усянь хихикнул и крикнул другому брату Лань: — Ах, брат Сичэнь, ты слышал? Какая самоуверенность! Как бы нам подразнить его за зазнайство? Думаешь, заставим его раскаяться? Лань Сичэнь рассмеялся на ветру и с нежностью посмотрел на них. — А-Сянь, я верю, что только ты способен убедить Ванцзи сделать что угодно. — Он ухмыльнулся. — Но я обещаю сделать всё возможное на соревнованиях. — Лань Чжань, слышишь? Уверен, что сможешь победить старшего брата? Лань Ванцзи задумчиво моргнул, на этот раз не ответив. Вэй Усянь самодовольно улыбнулся. — Думаю, вы оба одинаково талантливые лучники. Ай-я, Лань Чжань, вот дилемма! Если твой брат окажется лучше, я, возможно, не смогу поздравить тебя так, как хотел бы. Я думал позволить тебе выбрать, как ты хочешь, чтобы я наградил тебя, если займёшь первое место. — Усянь! — рявкнул летящий впереди Лань Цижэнь, даже не оборачиваясь. Лань Ванцзи сузил глаза на Вэй Усяня. — Помни свои слова. Плечи Лань Цижэня поднялись и опустились в уже знакомом раздражении. Вэй Усянь громко рассмеялся. Несмотря на уверенность Лань Ванцзи, победить в соревнованиях по стрельбе из лука будет не так-то просто. Судя по тому, что Вэй Усянь видел до сих пор, Цзинь Цзысюань, скорее всего, окажется самым серьёзным соперником среди их поколения, помимо самих братьев Лань и, возможно, Цзян Чэна. Да и всегда есть шанс, что на таких соревнованиях появится какой-нибудь неизвестный талант. Ведь на конференции соберутся представители самых разных Орденов со всего мира заклинателей. Прошло много времени с момента последней конференции такого масштаба, и делегация Ордена Гусу Лань уже обогнала множество групп по пути. Разноцветные знамёна и повозки усеивали дороги по мере приближения к цели, другие группы заклинателей летели в строю и вежливо приветствовали Ланей издалека. Безночный город Цишани был не только резиденцией Ордена Цишань Вэнь, но и настоящим городом — как по размеру, так и по населению. Даже издалека он производил впечатление: двенадцать скатов крыши Дворца Пылающего Солнца возвышались над всем вдали, явное свидетельство могущества Вэней — огромное и властное, как спящий дракон. Прибывающие Ордены встречали в одном из внешних районов Безночного города. Гостевые покои, где они будут жить, располагались вдоль широкого и медленного канала среди роскошных и прекрасных садов. Прошло уже несколько десятилетий с тех пор, как какой-либо посторонний ступал во дворец. Вэнь Жохань проводил аудиенции и разбирал межорденские дела исключительно в других частях Безночного города. То же самое будет и в этом году. Едва делегация Гусу Лань приземлилась на площади, где собирались Ордены, как кто-то окликнул их. Не Хуайсан стоял у одного из флагштоков и отчаянно махал им веером. Как только они приземлились, он сразу поспешил подойти, казалось, он явно испытывал облегчение от того, что нашёл знакомые лица. Нервно поприветствовав Лань Цижэня и Лань Сичэня и сообщив, что делегация Цинхэ Не прибыла час назад и уже разместилась в гостевых покоях, Не Хуайсан подбежал к Вэй Усяню и Лань Ванцзи и, слегка запыхавшись, произнёс: — Вэй-сюн, Лань-сюн! Наконец-то вы здесь! Вэй Усянь ухмыльнулся ему, а Лань Ванцзи церемонно поклонился. — Не-сюн! Как дела? — Ах, Вэй-сюн, я точно заблужусь здесь! — воскликнул Не Хуайсан, схватившись за бока. — Безночный город такой огромный! Я только что видел, как три конные повозки разъехались на улице! Одновременно! Пока Лань Цижэнь разговаривал с важным на вид заклинателем Вэнь, который, по-видимому, занимался регистрацией, к ним подошёл другой, чтобы проводить их в гостевые покои. Пока они шли за ним, Вэй Усянь с любопытством озирался по сторонам и думал, что Не Хуайсан прав. Они были едва ли на окраине Безночного города, а улицы уже были достаточно широки, чтобы вместить целые толпы. Воздух был наполнен суетой процветающей столицы: торговцы криком рекламировали свои товары на каждом углу, здания были высокими, хорошо освещёнными и в отличном состоянии. — Не-сюн, твой брат такой высокий, что тебе достаточно просто посмотреть поверх голов, чтобы найти его, если потеряешься, — весело предложил Вэй Усянь. Не Хуайсан нервно уклонился от группы проходящих учеников Вэнь, и его лицо стало несчастным. — Но старший брат всё ещё в ярости, что я не буду участвовать в турнирах! Он так ругал меня за пропуск тренировок, что даже запретил видеться с Юань-Юань целый месяц! Ты же знаешь, как я плохо переношу разлуку с ней, Вэй-сюн, у меня будет язва от стресса! Вэй Усянь утешительно похлопал друга по спине, пока тот хлюпал носом. Заклинатель Вэнь, которому поручили их проводить, не проронил ни слова за весь путь и не заговорил, даже когда они достигли гостевых покоев. Безмолвно проведя их по нескольким коридорам, он наконец кивнул в сторону дверей и удалился. Лань Ванцзи сузил глаза на его спину, недовольный такой неучтивостью, а Вэй Усянь просто схватил его и Не Хуайсана за руки и втащил в одну из комнат. Она была относительно небольшой, хотя и не крошечной. Всё равно некоторые главы Орденов могли бы обидеться, хотя поделать они ничего не смогли бы. Вэй Усянь быстро проверил стены, шкафы и украшения, пока Лань Ванцзи обходил комнату, оценивая половые доски. Не Хуайсан плюхнулся за стол, обмахиваясь веером и наблюдая за ними. — Кажется, ничего подозрительного нет, — заключил Вэй Усянь через некоторое время, осмотрев потолок и фонари. Для этого он даже специально забрался на подоконник. — И я ничего не чувствую. — Мн, — согласился Лань Ванцзи, закончив проверку кровати. — Ну, я бы удивился, если бы они утруждали себя таким, но бережёного бог бережёт, — задумчиво пробормотал Вэй Усянь, спрыгивая с подоконника на пол. Были определённые способы, которыми комнату можно было оборудовать, чтобы подслушивать через стены или как-то иначе воздействовать на гостей. Хотя и Лань Цижэнь, и Не Минцзюэ считали маловероятным, что Цишань Вэнь будут действовать так открыто, они всё же проинструктировали учеников тщательно проверять гостевые покои, прежде чем говорить свободно. — Вэнь Жохань недавно захватил три устоявшихся клана в Бэйцзяне, — заметил Не Хуайсан, наблюдая, как Лань Ванцзи, теперь, когда они убедились в безопасности комнаты, начал раскладывать вещи Вэй Усяня по шкафам. — Мы со старшим братом услышали об этом в трактире по дороге сюда. Выражение лица Вэй Усяня стало мрачным, пока он на всякий случай ещё раз проверял курильницу. — Ты знаешь что-то ещё? Кто-то выжил? Не Хуайсан покачал головой, нервно помахивая веером. — Две семьи сразу сдались и были подчинены, третья оказала сопротивление, и пролилась кровь. Старший брат думает, что они все мертвы. Сыновья иногда позволяют людям уйти, но Вэнь Жохань куда более тщателен. И ходят слухи, что он приобрёл нового страшного ученика, который был с ним в этот раз. — Мы должны оставаться бдительными, — решил Лань Ванцзи, вставая после того, как аккуратно разложил одежду Вэй Усяня. Вэй Усянь решительно кивнул. Последние месяцы ясно показали, что Цишань Вэнь считает себя венцом мира совершенствования и уже предпринимает шаги, чтобы сделать эту власть абсолютной. Ученики Лань и Не не сидели сложа руки. Они патрулировали свои территории и сообщали друг другу о каждом признаке активности Вэней. Орден Гусу Лань получил подробные и гневные отчёты о разведчиках Вэней, проникших глубоко на территорию Не, которые утверждали, что преследуют добычу на ночной охоте, и насмехались, когда ученики Не потребовали, чтобы они ушли. Пока что до драки не дошло, но лишь чудом. Не Минцзюэ был убеждён, что единственная причина этого — Вэнь Жохань ещё не отдал приказ. Орден Гусу Лань наблюдал похожие сцены на своей территории, но они не раскрывали себя Вэням и потому могли видеть, как те разведывают северные горные перевалы Цзяннани гораздо более открыто, ведя себя так, что это определённо не имело ничего общего с ночной охотой. Большинство старейшин Лань всё ещё настаивали, что Орден Вэнь не посмеет нарушить мир между великими Орденами, но их аргументы звучали всё более пусто с каждым новым подозрительным появлением Вэней, о котором сообщали из пунктов связи. Старейшина уже совсем истрепал свою бороду от постоянного беспокойного поглаживания и теперь полностью соглашался с Не Минцзюэ, что нападение Цишань Вэнь на один из великих Орденов, к сожалению, не маловероятно. Признаки были слишком очевидны, чтобы их игнорировать. Вэнь Жохань демонстрировал все признаки человека, считающего себя вправе претендовать на их земли. И сила, которой он командовал, была настолько велика, что у него были реальные шансы получить желаемое. Лани и Не договорились ничего не выдавать в ближайшие дни, а вместо этого использовать эту возможность, чтобы понаблюдать, как поведёт себя Вэнь Жохань. Даже если два Ордена объединятся, Цишань Вэнь легко превосходил их и числом, и мощью. Если они хотели шанса противостоять ему, им нужно было действовать разумно. Даже Не Минцзюэ, который явно рвался в бой, согласился, что безрассудно было бы предпринимать что-то без дополнительной информации. Наденет ли Вэнь Жохань маску учтивости? Или даже не потрудится скрывать свою враждебность?