Юность в путах желаний

Этой ночью Вэй Усяню снилось, как он парит в бесконечном голубом небе, облака проносятся мимо его лица, а Суйбянь ликует под его ногами. Глубокое чувство удовлетворения в животе заставляло его громко смеяться в ответ рёву холодного ветра. Позади него ощущалось присутствие любимого человека, успокаивающее в своём неуклонном преследовании. Он просыпался медленно, постепенно осознавая, что прижимает к себе тёплое тело и сам удерживается в ответ, мягкие губы любовно целуют его веки. — Лань Чжань, — счастливо прошептал Вэй Усянь, притискиваясь ближе в поисках ещё более мягкой кожи под пальцами. — Мн, — в ответ прорычал Лань Ванцзи, прижимаясь ещё одним сладким поцелуем к его лицу. Вэй Усянь улыбнулся. — Ты всё ещё в постели? Не получив немедленного ответа, он медленно открыл глаза, разглядывая идеальное лицо Лань Ванцзи, едва видимое в темноте. — Который час? — Скоро начнётся маоши, — тихо сказал Лань Ванцзи, но не сделал движения, чтобы встать. — Уф. Почему я проснулся на рассвете? — посетовал Вэй Усянь, только сейчас заметив явное отсутствие одежды между их верхними частями тел. Казалось, Лань Ванцзи позаботился о беспорядке, который они устроили прошлым вечером, отказавшись от любой другой спальной одежды, кроме штанов, когда одевал их в постели. Таким образом, ничто не мешало Вэй Усяню провести пальцами по гладкой поверхности обнажённой груди Лань возлюбленного. — Ах, Лань Чжань... ты снова один всё убрал прошлой ночью? — пробормотал он, уткнувшись лицом в ложбинку между грудными мышцами Лань Ванцзи, вдыхая аромат сандала и чистой кожи. — Мн, — согласился Лань Ванцзи, лениво проводя тёплой рукой вверх и вниз по позвоночнику Вэй Усяня. Вэй Усянь вздохнул. — Я всегда засыпаю на тебе. — Я не против. Вэй Усянь с улыбкой слегка повернул голову и поцеловал плечо Лань Ванцзи. — Тогда хорошо. Они лежали в мирной тишине какое-то время, и Вэй Усянь почти снова заснул, когда внезапно раздался глухой удар по кровати рядом с их ногами. — Лань Чжань, что-то только что упало с потолка на твою кровать? — проворчал он, с некоторым усилием приподнявшись и повернув голову в сторону звука. Рядом с их ногами сидел белый кролик и нервно шевелил носом. Вэй Усянь уставился на него. — Лань Чжань, кролик! Лань Ванцзи согласно промычал, и его рука спокойно продолжила скользить вдоль спины Вэй Усяня. Второй белый кролик запрыгнул на кровать, столкнувшись с первым. Зверьки немного повозились, прежде чем, казалось, пришли к какому-то согласию мелких млекопитающих: один плюхнулся, а другой начал вылизывать его между ушами. — Лань Чжань, не могу поверить, что ты до сих пор не выгнал кроликов! — в восторге рассмеялся Вэй Усянь и скрестил руки на груди Лань Ванцзи, чтобы удобно положить на них подбородок и наблюдать за возлюбленным. — Они тебе ещё не надоели? Лань Ванцзи покачал головой, прядь тёмных волос упала ему на лицо, и Вэй Усянь, без раздумий отбросив её в сторону, нежно улыбнулся. — Они тебе так нравятся, да? — Хм, — ответил Лань Ванцзи. — Вэй Ин подарил их мне. — Ах, ты льстец, — запротестовал Вэй Усянь, слегка краснея от счастья. — Хотя я не планировал, чтобы они стали твоими постоянными гостями. Мягкий взгляд Лань Ванцзи скользнул за плечо Вэй Усяня, вероятно, остановившись на животных, в данный момент делящих с ними матрас. — Я выпущу их на улицу, когда наступит весна. Вэй Усянь вздохнул и устроился поудобнее на своих скрещённых руках. — Допустим. Но скажи мне, если тебе достанет убирать за ними, я помогу. За грубые слова его слегка ущипнули в бок, заставив взвизгнуть и отпрянуть от прикосновения. Два глухих стука позади означали, что кролики покинули кровать. — Ах, вот ты их и спугнул, так жестоко щипая меня! — Всё равно скоро придётся вставать, — ответил Лань Ванцзи. Вэй Усянь надул губы и пробормотал: — Несправедливо, что мы не можем просто валяться в постели весь день, Лань Чжань. Особенно в такую погоду. — Он уныло вздохнул. — Я вижу тебя только рано утром и поздно вечером — если так продолжится, я заболею и умру от недостатка Лань Чжаня. Лань Ванцзи издал тихий звук, который у любого другого был бы фырканьем. — Может, я улизну во время обеда, чтобы повидаться с тобой, — задумчиво произнёс Вэй Усянь, наполовину серьёзно размышляя, как им проводить больше времени вместе, и вдруг вспомнил. — Ах, Лань Чжань, помнишь, я обещал Чифэн-цзуню подготовить записи о талисмане-приманке? Лань Ванцзи согласно угукнул в ответ. Вэй Усянь немного неуверенно взглянул на него: — Ты не против снова помочь мне? Взгляд его возлюбленного стал ещё мягче. — Помогу. — Ты уверен? — Мн. Счастье переполнило Вэй Усяня, и его улыбка снова стала искренней. — Тогда ладно. Я придумаю что-нибудь хорошее в благодарность, Лань Чжань, вот увидишь. Лань Ванцзи обнял его за талию и прижимал к себе. — Не обязательно. — Знаю, — сказал Вэй Усянь, щурясь от улыбки. — Но я хочу. — Хм. — Лань Ванцзи протянул руку, чтобы убрать прядь волос с его лица. Вэй Усянь поддался желанию и наклонился, чтобы украсть быстрый поцелуй с его мягких губ. — Кстати, Лань Чжань. Тебе понравились сладости, которые я принёс? — спросил он, прижимаясь к идеальной щеке Лань Ванцзи. — Мн. — Ты попробовал их? Какие понравились больше всего? Лань Ванцзи на мгновение задумался, прежде чем ответить: — Не уверен. Вэй Усянь прищурился и уточнил: — Но тебе понравилось? — Да. — Ну, если вдруг найдёшь что-то особенно вкусное, обязательно скажи мне, ладно? Лань Ванцзи улыбнулся. — Хорошо. Вэй Усянь снова прижался к нему, наслаждаясь ощущением крепких объятий. Если так выглядят утра перед маоши, ему, возможно, придётся найти способ просыпаться в это нечестивое время отныне каждый день. * * * Когда позже в тот же день Вэй Усянь отправился на занятия, он всё ещё парил в блаженстве от времени, проведённого с Лань Ванцзи последние несколько шичэней. Они собрались вместе, как только утренний колокол прозвучал за пределами цзинши. Лань Ванцзи использовал оставшуюся мазь из лазарета, чтобы обработать следы от ленты на запястьях Вэй Усяня, но оставил другие синяки нетронутыми, заставляя Вэй Усяня трепетать от осознания, что они скрыты под его одеждой. Он цеплялся за Лань Ванцзи всю дорогу до обеденного зала, чтобы продлить их время вместе. Когда он громко сокрушался о предстоящей разлуке на занятиях, Лань Ванцзи сказал, что попытается присоединиться к нему на уроке фехтования, что сразу подняло Вэй Усяню настроение. Лань Ванцзи также велел ему принести записи о талисмане-приманке в цзинши как можно скорее, чтобы начать работу. Вэй Усянь был уверен, что сегодня будет хороший день. Даже ледяной ветер зимы в Гусу не мог омрачить его счастье. Поскольку это был последний день учебной недели, ученики курса талисманов представили свои работы перед одноклассниками перед обедом. Лань Цинчжао отпустила их на трёхдневный перерыв после завершения занятий. Перед уходом она спросила, успел ли он взглянуть на записи покойного мастера талисманов Пэна, снова напомнив о ящике, ожидающем его в хунши. Вэй Усянь размышлял, стоит ли изучить их сегодня перед уроком фехтования с Лань Ванцзи, но по пути от учебного корпуса его остановил ученик Лань. Тот вежливо поклонился и вручил короткое послание от самого Лань Цижэня, в котором старейшина сообщал, что завтра в конце вэйши Вэй Усянь должен ждать у поминального зала Ланей для оценки его игры на флейте. В груди Вэй Усяня вспыхнуло возбуждение, и он спонтанно решил вместо чтения записей покойного мастера потренироваться на флейте, подаренной ему Лань Цижэнем. В конце концов, бумаги никуда не денутся, а завтрашняя оценка решит, разрешат ли ему изучать музыкальное совершенствование! Вэй Усянь с энтузиазмом побежал в хунши, ухмыляясь встречным ученикам Лань. Привыкнув играть там, он вернулся в общежитие, забрал простую зелёную дудочку и забрался на крышу, устроившись на любимом месте. Он играл все мелодии, какие приходили в голову: народные песни Юньмэна, мотивы из чайных Пристани Лотоса и других мест, даже короткую мелодию, услышанную в Цайи вскоре после прибытия в Гусу. Остановился он лишь когда пальцы совсем замёрзли, опустил дудочку, но не спешил уходить, а вместо этого уставился в туманную даль гор и белый лес внизу. Как ни холодно, Гусу был прекрасен зимой. Вэй Усянь как раз подумывал уйти и всё же взглянуть на записи мастера талисманов, когда заметил внизу тёмное пятно, быстро движущееся по заснеженной тропе к общежитию. Через мгновение он узнал Не Хуайсана, бегущего к нему и размахивающего веером. — Вэй-сюн! — крикнул он, голос его был слегка приглушён расстоянием. Вэй Усянь ухмыльнулся и спрыгнул с крыши, гадая, что заставило Не Хуайсана так явно нарушить два самых известных правила Ланей. Неужели лекции для учеников-гостей уже закончились? Он приземлился во дворе перед зданием, как раз когда Не Хуайсан, задыхаясь, остановился перед ним. Тот казался совершенно выдохшимся, на лбу выступил пот. Вэй Усянь скрестил руки на груди. — Не-сюн, что случилось? Тебя что-то гнало? — Вэй-сюн! — хрипло выдохнул Не Хуайсан, и Вэй Усянь заинтересовался ещё больше, увидев блеск в его глазах. Тот выглядел взволнованным. — Вэй-сюн, ты не поверишь, что я услышал! — Мм? Не Хуайсан опёрся руками на бока, пытаясь отдышаться, затем приблизился к Вэй Усяню, широко раскрыв глаза. — В Цайи произошло убийство! — наконец прошипел он. Вэй Усянь ахнул от неожиданности. — Что? Убийство? Не Хуайсан энергично закивал. — Именно, Вэй-сюн! Я услышал об этом от Цинь-сюна, который видел, как старейшина Лань обсуждал это с братом Сичэнем сегодня утром перед лекциями! Озадаченный, Вэй Усянь склонил голову к плечу. — Почему об этом уведомили Орден Гусу Лань? Его друг огляделся, словно проверяя, не подслушивает ли кто, затем схватил Вэй Усяня за руку и оттащил его подальше от общежития, за полностью занесённые снегом кусты. — Вэй-сюн, погиб не кто-то случайный, — прошептал он, когда они укрылись. — Я слышал, это сын местного чиновника из Цайи! Брови Вэй Усяня взлетели к волосам. — Что? Серьёзно? В памяти всплыл образ молодого господина Яна. Что, чёрт возьми, произошло? Не Хуайсан напряжённо кивнул, теперь он казался чем-то средним между испуганным и возбуждённым. — Его нашли мёртвым в переулке у почтовой станции Цайи, и я слышал... Вэй-сюн, знаешь, что я слышал? Его веер нервно трепетал, когда он наклонился ближе. — Я слышал, его «ты-знаешь-что» было оторвано! Брови Вэй Усяня полезли ещё выше. — Его мужское достоинство! — прошептал Не Хуайсан, видимо решив, что нужно уточнить. — Его достоинство, Вэй-сюн! — Ай-я, я понял с первого раза! — зашикал на него Вэй Усянь, содрогаясь при одной мысли. Не Хуайсан буквально дрожал от возбуждения. — И... и ему перерезали горло! — продолжил он, голос дрожал от чего-то, что Вэй Усянь мог интерпретировать только как азарт. — Говорят, это выглядело жутко — и некоторые видели странную женскую фигуру, бродящую в том районе той ночью! Они думают, что его убил призрак! — Странная женская фигура? — повторил Вэй Усянь, по спине его пробежал холодок. Неужели Му Лицзюань действительно... могла? Не Хуайсан жадно кивнул, снова оглядываясь. Затем он прикрыл рот рукой и прошептал: — Чиновник обвинил саму прекрасную госпожу Му в убийстве своего сына! Вэй Усянь нахмурился. — Кто-то отправился расследовать? Не Хуайсан снова кивнул. — Думаю, поскольку погиб сын чиновника, старейшина сразу отправил брата Сичэня, как только услышал. — Он снова нервно огляделся. — Но так как я сегодня плохо себя чувствовал и пропустил занятия, я видел, пока гулял, как он уже вернулся! Вэй Усянь на мгновение задумался, как его другу удаётся раз за разом дурачить Лань Цижэня, симулируя болезнь, когда он явно лучится здоровьем, но быстро отбросил эту мысль. — Ты спросил его, как всё прошло? Был ли там призрак? Не Хуайсан раскрыл веер и начал обмахиваться. — Ах, я не спрашивал, Вэй-сюн. Он казался занятым! Мысли Вэй Усяня заметались. Вчера Лань Ванцзи и письмо шицзе отвлекли его от ситуации с Му Лицзюань, но теперь он не мог не задаться вопросом — может, стоило рискнуть и поговорить с ней снова? Неужели она действительно убила сына чиновника таким жестоким способом? Вэй Усянь тут же решил, что должен немедленно расспросить Лань Сичэня о произошедшем. — Куда отправился брат Сичэнь, Не-сюн? Веер Не Хуайсана прикрыл половину его лица. — Кажется, к приёмному залу. Значит, вероятно, в свой кабинет. Приняв решение, Вэй Усянь зашагал вперёд. — Ах, Вэй-сюн, что ты задумал? — поспешил за ним Не Хуайсан. — Я собираюсь спросить его, что он выяснил. Хотя Вэй Усянь считал, что у Му Лицзюань были все основания проучить такого подлеца, как молодой господин Ян, он был почти уверен, что она не зашла бы так далеко, чтобы убить его. Та рациональная и красноречивая девушка, которую он встретил в Цайи, не приняла бы такое опрометчивое решение. Особенно учитывая, что смерть сына чиновника лишь создала бы ей ещё больше проблем.