Юность в путах желаний

Когда ученик провёл их внутрь, оказалось, что зал для приёмов полон людей. Лань Цижэнь сидел за столом главы Ордена, а Лань Цинчжао заняла место за столом чуть дальше. Лань Сичэнь расположился справа от дяди, прямо напротив самого Чифэн-цзуня. Пока они кланялись в приветствии, Вэй Усянь заметил стол в центре зала, как и говорила Лань Цинчжао. Кроме Не Минцзюэ, на стороне Ордена Не был крепкий серьёзный мужчина в доспехах, достаточно взрослый, чтобы быть из поколения отца Не Минцзюэ, но даже сидя тот возвышался над ним. — Вэй Усянь, Ванцзи, — приветствовал Чифэн-цзунь. — Рад видеть вас в добром здравии. Надеюсь, восстановление прошло быстро? Лань Ванцзи вежливо кивнул, а Вэй Усянь улыбнулся. — Благодарю, да. Не Минцзюэ хмыкнул. — Это хорошие новости. — Он кивнул Лань Сичэню, который ответил безмятежной улыбкой. — Сичэнь говорит, ты выполнил свою часть соглашения? Вэй Усянь поправил хватку на сундуке. — Да. То есть, я так считаю. В то время как Не Минцзюэ выглядел заинтересованным, крепкий мужчина рядом с ним казался настроенным скептично. Присмотревшись, Вэй Усянь заметил, что его одежда, наплечники и гуань выглядят дорого — вероятно, кто-то высокого ранга. Может, заместитель? Впрочем, если он и был важен, вряд ли его сейчас представят, так что Вэй Усянь отбросил эти мысли. Не Минцзюэ повернулся к Лань Цижэню. — Предлагаю не терять времени и взглянуть на эти изобретения, прежде чем переходить к другим вопросам. — Мн, — согласился старик. Похоже, у встречи были и другие пункты помимо его заказа, и Вэй Усянь на мгновение заинтересовался, какие именно. Прежде чем он успел задуматься, Лань Цижэнь снова заговорил. — Ванцзи, садись. Лань Ванцзи покорно поклонился, но на мгновение задержался, вопросительно взглянув на Вэй Усяня. Тот улыбнулся, тронутый его заботой, и коснулся его руки в знак уверенности. Лань Ванцзи едва заметно кивнул, подошёл к столу рядом с братом и грациозно опустился на подушку. Ученик, что привёл их, занял позицию позади братьев Лань у боковой двери, словно охраняя её. Повернувшись обратно к Не Минцзюэ, Вэй Усянь увидел его ожидающий взгляд и решил не медлить. — Если все присутствующие согласны, я бы сначала кратко объяснил результаты, а затем продемонстрировал оба метода? Не Минцзюэ сузил глаза. — Оба метода? — Да, — кивнул Вэй Усянь. Он подошёл к центральному столу и поставил сундук. — Я обнаружил, что в зависимости от контекста использования простого улучшения моего первоначального талисмана было бы недостаточно. Я позволил себе найти более подходящие решения. Раздался фыркающий звук — вероятно, от того самого важного мужчины. Сам Не Минцзюэ выглядел слегка позабавленным, а Лань Цижэнь начал поглаживать бороду. — Делай, что должен, — наконец сказал Не Минцзюэ. Решив начать с соединённых деревянных печатей, Вэй Усянь в последний раз кивнул самому себе и поднял соответствующий текст, всё ещё слегка поражаясь тому, что держит его в руках. — Первый метод называется «печать багровой связи», — начал он, стараясь не показать, что до сих пор находит это название забавно претенциозным, в то время как все остальные сохраняли серьёзные выражения. — Я нашёл способ создать деревянные печати для связи между двумя заклинателями. Мой изначальный метод был предназначен для доставки посланий в определённое место. Этот же соединяет с конкретным человеком. В идеале — с тем, кому доверяешь. Он порылся в сундуке и достал печати, на которые они с Лань Цинчжао уже нанесли свою кровь во время тестирования. — Два человека добавляют по капле крови на узор печати перед обменом. Он показал печати сначала Чифэн-цзуню, затем Лань Цижэню и Лань Сичэню. — Эти печати уже активированы. Они связывают меня с мастером талисманов Ордена Гусу Лань. Используя улучшенную версию моего изначального талисмана, я могу отправлять ей послания, просто концентрируясь на символе в центре печати, даже находясь далеко. Повернувшись к Чифэн-цзуню, Вэй Усянь спросил: — Можно продемонстрировать? — Пожалуйста, — согласился Не Минцзюэ. Заклинатель Не рядом с ним нахмурился. Вэй Усянь повернулся к Лань Цинчжао и, увидев её ободрительный кивок, почтительно поклонился. — Учитель, может ли этот ученик попросить о краткой помощи? Лань Цинчжао протянула руку, освобождая его от поклона. — С удовольствием, — спокойно ответила она. Благодарно кивнув, Вэй Усянь подошёл к ней, чтобы передать печать со своей кровью. Лань Цинчжао приняла печать, и Вэй Усянь вернулся в центр зала, где быстро взял нужный талисман и чистый лист из своих записей. Затем он снова обратился ко всем: — Основной метод тот же. Послание поглотится заклинанием-цянькунь в этом талисмане... Он активировал талисман, и лист исчез. — ...а затем талисман складывается в бумажного журавлика, что запускает эффект. Он сложил талисман, ощущая странную тишину в зале, пока все наблюдали за ним. Закончив, он положил журавлика на ладонь и сконцентрировался на символе в печати. — Наконец, нужно просто сосредоточиться на символе и отправить журавлика. Со вспышкой духовной энергии он сжал журавлика в руке. Вэй Усянь сохранял спокойствие — он уже знал, что метод работает. Но для всех остальных, кроме него, Лань Цинчжао и, возможно, Лань Ванцзи, этот момент был наполнен либо недоверием, либо напряжённым ожиданием. Так же незаметно, как падал снег за окнами, лист с записями внезапно оказался перед Лань Цинчжао, хотя большинство ещё этого не заметило. Вэй Усяня слегка позабавило, что все ещё смотрят на него — вероятно, потому что он не опустил руку. Он подумал, что при достаточной театральности этот процесс мог бы отвлекать внимание от получателя, сохраняя секретность переписки. — Вот оно, — спокойно сказала Лань Цинчжао, поднимая лист, и все повернулись к ней с разной степенью удивления. — Ха! — воскликнул Не Минцзюэ, глаза его сверкали. — Действительно, так же невероятно, как в первый раз. Он казался искренне впечатлённым. Его сосед уставился на лист в руках Лань Цинчжао, явно не веря своим глазам. Вэй Усянь подошёл к ней, чтобы забрать записи и печать, кивнув в знак благодарности. Она улыбнулась, и в её взгляде читалась гордость. — Эта техника, возможно, превосходит даже духовных бабочек Ордена Цзинь, — удовлетворённо заметил Не Минцзюэ. Не зная, что ответить, Вэй Усянь просто вернулся к столу, пока Не Минцзюэ продолжал: — Но ты говорил о нескольких методах? Разве этих... печатей багровой связи недостаточно? Вэй Усянь кивнул. — Хотя этот метод подходит для дальней связи, в некоторых случаях он непрактичен. Он убрал использованные предметы в сундук и достал вторую работу. — Брат Сичэнь упоминал возможность создания аванпостов, где ученики будут отчитываться в Облачные Глубины и Нечистое Царство с помощью моего талисмана, а также регулярного обмена информацией между Орденами. Не Минцзюэ нахмурился. — И? Вэй Усянь мягко улыбнулся. — Количество печатей, которые каждому ученику пришлось бы носить для связи с другими, быстро стало бы неудобным и запутанным. На лице Не Минцзюэ появилось понимание. — Хм. Полагаю, это справедливо. — Я подумал, что эти печати лучше использовать для связи между избранными. — Его улыбка расширилась. — Например, Чифэн-цзунь мог бы установить такую связь с близким другом. Если, конечно, брат Сичэнь тоже заинтересован? И Не Минцзюэ, и Лань Сичэнь на мгновение удивлённо моргнули, сначала глядя на Вэй Усяня, затем друг на друга. Наконец на лице Лань Сичэня расплылась приятная улыбка. — Это предложение, которому я определённо не стал бы противиться, А-Сянь, — сказал он, всё ещё глядя на главу Ордена Не. Выражение Не Минцзюэ тоже стало приятно удивлённым. — Действительно. — Он повернулся к Вэй Усяню. — Признаю твою логику. Расскажи нам о втором изобретении. Вэй Усянь вежливо кивнул и поднял второй текст. — Моё второе изобретение называется «раздвоенная кисть». Это разделённая кисть, которая записывает произнесённое. Управляется с любой стороны, обе половинки будут писать одно и то же. Он отложил текст и взял небольшую зачарованную кисть, её лёгкое красное свечение мягко освещало его руку. — После настройки система может использоваться кем угодно и практически не требует духовной энергии. Он взглянул на Лань Ванцзи, и тот без колебаний кивнул. Встав, он поклонился дяде. — Дядя, я помогу Вэй Ину. Лань Цижэнь, поглаживавший бороду и внимательно изучавший кисть, кивнул племяннику. — Иди. Лань Ванцзи подошёл к Вэй Усяню, и тот сияюще улыбнулся ему, прежде чем снова обратиться к Не Минцзюэ. — Но создание и разделение кисти требует духовной энергии. Он передал кисть Лань Ванцзи, достал два чистых листа и подошёл к Не Минцзюэ. — Можно ненадолго воспользоваться вашим столом, Чифэн-цзунь? Не Минцзюэ откинулся назад и скрестил руки. — Конечно, — разрешил он. Вэй Усянь аккуратно положил один лист перед ним, затем перешёл к столу напротив. Лань Сичэнь с любопытством наблюдал за ним, затем понял и тоже отклонился, давая доступ к столу. — Спасибо, — тихо сказал Вэй Усянь, кладя второй лист и получая в ответ тёплую улыбку. Закончив, он вернулся к Лань Ванцзи, терпеливо ждавшему в центре зала, и взял кисть обратно. — Сейчас я разделю кисть, это займёт немного времени, — объявил он. Закрыв глаза, он сосредоточился на своей энергии. Выспавшись прошлой ночью, он чувствовал себя бодрым, и на этот раз разделение кисти далось ему легче, чем во время теста с Лань Цинчжао. Всё же он запыхался, когда его руки наконец разошлись в стороны. Сделав незаметный глубокий вдох, Вэй Усянь открыл глаза и протянул Лань Ванцзи одну из половинок кисти. — Иди к брату Сичэню, — прошептал он и получил кивок, прежде чем Лань Ванцзи развернулся и направился к столу брата. Сам Вэй Усянь вернулся к Не Минцзюэ и аккуратно положил половину кисти на лист бумаги на его столе. Убедившись, что Лань Ванцзи тоже закончил, он позвал: — Брат Сичэнь, не мог бы ты помочь мне ещё немного? Лань Сичэнь удивлённо поднял брови, но кивнул. — Что нужно сделать? Вэй Усянь ухмыльнулся. — Можешь продиктовать что-нибудь своей половине кисти? Просто сосредоточься на команде. Когда намерение ясно, она отреагирует на голос. Скажи ей начать писать, а затем произнеси текст. Лань Сичэнь выглядел слегка озадаченным, но заинтересованно взглянул на кисть перед собой. — Что ж, — пробормотал он, задумавшись. Затем сосредоточился на кисти и чётко приказал: — Начать писать. Обе половинки тут же поднялись и переместились в верхний правый угол листа. — Не может быть, — пробормотал крепкий мужчина рядом с Не Минцзюэ, уставившись на парящую кисть с выражением, близким к шоку. Сам Не Минцзюэ громко рассмеялся. — Очевидно, может, — заявил он, поднимая взгляд на Лань Сичэня, который с широко раскрытыми глазами наблюдал за своей половиной кисти. — Сичэнь, давай, пусть что-нибудь напишет. Лань Сичэнь взглянул на него, затем кивнул. — Хорошо. Вэй Усяню показалось забавным почти детское оживление в глазах наследника Ордена Лань. — Брат Сичэнь, как насчёт шёпота? — предложил он. — Чернил на кисти нет, но Чифэн-цзунь сможет понять по движениям. Лань Сичэнь заинтересованно промычал и подмигнул Не Минцзюэ. — Ну что, Минцзюэ-сюн, справишься? — дружелюбно поддразнил он. — Ха, — усмехнулся Чифэн-цзунь, скрещивая мощные руки. — Надеюсь на это. Лань Сичэнь прикрыл рот рукавом, явно не оставляя Не Минцзюэ шанса схитрить. Вэй Усянь усмехнулся — если бы он не знал, что они друзья, то догадался бы сейчас. Обе половинки кисти начали двигаться, и Не Минцзюэ, нахмурившись, несколько мгновений внимательно следил за своей половинкой. Затем фыркнул. — «Воду и слово легко пролить, но невозможно собрать», — процитировал он. Лань Сичэнь улыбнулся. — Верно. — Блестяще, — заявил Не Минцзюэ. — Ты превзошёл мои ожидания, Вэй Усянь. Не припомню, чтобы видел что-то подобное. Вэй Усянь смутился от таких восторженных похвал. — Благодарю, Чифэн-цзунь. Мне было интересно работать. Он подошёл забрать свою половину кисти, чувствуя себя неловко. — Показанное — лишь прототипы. На большее не хватило времени. Лань Ванцзи уже взял вторую половину и встретился с ним на середине зала. Вэй Усянь украдкой улыбнулся ему и протянул свою часть, Лань Ванцзи сделал то же самое. В следующее мгновение половинки со щелчком соединились. — Не думаю, что это проблема, — вступил до сих пор молчавший Лань Цижэнь. Он выглядел странно довольным. — И Гусу Лань, и Цинхэ Не способны обеспечить компетентных мастеров. Вэй Усянь предположил, что это правда. — В записях я указал предложения по усовершенствованию, но мастера, возможно, найдут лучшее решение. Кстати, насчёт раздвоенной кисти есть важный нюанс. Он кивнул Лань Цинчжао. — Учитель указала на необходимость решения некоторых вопросов перед использованием. Не Минцзюэ нахмурился. — Каких именно? — Возможна ситуация, когда обе стороны дадут команду одновременно. Это создаст путаницу. Также требуется согласование при многостраничных сообщениях — вторая сторона должна знать, когда менять лист. Лань Цижэнь снова задумчиво погладил бороду. — Для первой проблемы учитель предложил разработать систему сигналов — запрос внимания, подтверждение, смена страницы и так далее. — Это легко осуществимо, — подытожил Лань Цижэнь. — Для второй — создать простую рамку, фиксирующую положение кисти и листа, чтобы избежать потери текста. Лань Сичэнь улыбнулся. — Как сказал дядя, это решаемо с помощью мастеров. Вэй Усянь кивнул и повернулся к Не Минцзюэ. — Итак... это всё. Есть ещё вопросы? Чифэн-цзунь удовлетворённо покачал головой. — У меня нет. — Вэй Усянь, Ванцзи, можете садиться, — сказал Лань Цижэнь с тем же довольным блеском в глазах. Вэй Усянь обернулся и увидел, что Лань Ванцзи уже убрал всё в сундук и держит его в руках. С благодарной улыбкой Вэй Усянь последовал за ним к столу Лань Сичэня, пока ученик убирал центральный стол. Он расслабился, радуясь, что его работа была оценена. Взгляд на Лань Ванцзи показал немую гордость в его глазах, и Вэй Усянь еле сдержался, чтобы не прижаться к нему. — Мир совершенствования уже несколько лет знает о таланте бывшего главного ученика Юньмэн Цзян, — произнёс тем временем Не Минцзюэ. — Но, кажется, он всё ещё не осознаёт истинного его масштаба. — Чифэн-цзунь слишком добр, — смущённо ответил Вэй Усянь. — Я не из тех, кто разбрасывается пустыми похвалами, — отрезал Не Минцзюэ. — Честно говоря, когда я впервые услышал, что Юньмэн Цзян отдал своего главного ученика Ордену Гусу Лань, я был удивлён, но не слишком. Сичэнь уверял, что его младший брат нашёл свою пару. — Он покачал головой. — Но сейчас я удивлён по-настоящему. Вэй Усянь не знал, что ответить. — Мне советовали не переусердствовать с вознаграждением для Гусу, — продолжал Не Минцзюэ. Его спутник нахмурился, словно не соглашаясь. — Рад сообщить, что я проигнорировал этот совет. Иначе мне пришлось бы отправлять гонцов в Цинхэ за дополнительными дарами. Он обменялся многозначительным взглядом с мужчиной рядом, и тот, вздохнув, покорно кивнул. Затем Чифэн-цзунь поднялся. — Молодой господин Вэй, — начал он с формальным поклоном, его голос звучал низко и хрипло. — Орден Цинхэ Не подготовил дары в качестве вознаграждения. Вэй Усянь сразу же напрягся, расслабленность исчезла, когда он вспомнил, что этого следовало ожидать. Он уже собирался запротестовать, но тёплая ладонь на его колене остановила его. Это помогло ему собраться, и он заставил себя улыбнуться, когда мужчина поклонился Лань Цижэню. — Можно ли попросить внести дары? Лань Цижэнь кивнул. — Разумеется. Он знаком велел ученику Лань у двери действовать. Тот поклонился, развернулся и вышел, ненадолго исчезнув. Вэй Усянь уже нервничал от всей этой церемонии, и его напряжение только усилилось, когда ученик вернулся в сопровождении четырёх учеников Не, несущих два больших металлических ящика. Они выглядели очень тяжёлыми. Честно говоря, Вэй Усянь уже пресытился загадочными ящиками с не менее загадочным содержимым за последние дни. Вряд ли подарки Ордена Не соответствовали его представлению о «не слишком роскошных». По крайней мере, это был Орден, чьи предки были мясниками. Он попытался утешиться этой мыслью, бессознательно сжав руку Лань Ванцзи. По крайней мере, это не Орден Ланьлин Цзинь — те, наверное, подарили бы ему золотую ванну или что-то столь же бессмысленное. Не Минцзюэ выглядел довольным, когда его люди поставили ящики в центр зала. По крайней мере, они были слишком малы для ванны. — Вэй Усянь. Как будущему шурину моего друга, я подобрал дары, которые, как мне кажется, соответствуют твоим интересам, — начал Не Минцзюэ. Вэй Усянь улыбнулся, нервно сжимая руку Лань Ванцзи и чувствуя, как тот нежно проводит большим пальцем по костяшкам его пальцев. Может, просто согласиться на всё, что вынут из этих ящиков? Да, похоже, это лучший план. — Я не могу утверждать, что хорошо тебя знаю, поэтому ориентировался на то, что видел три года назад в Ланьлине, — продолжил Не Минцзюэ, кивнув одному из учеников. Тот открыл первый ящик и достал длинный предмет, завёрнутый в шёлк. Да, Вэй Усянь просто согласится. Пусть Орден Цинхэ Не опустошает свою казну, сколько хочет. Ученик начал разворачивать предмет, и как только шёлк упал, глаза Вэй Усяня расширились от восхищения. — Орден Цинхэ Не не уделяет особого внимания стрельбе из лука, по крайней мере, не так сильно, как другие Ордены. Однако несколько недель назад один дворянин из северного Цинъюаня подарил мне этот позолоченный лук в благодарность за убийство злобного духа Хуань в его роще хурмы, — объяснил Не Минцзюэ, явно забавляясь воспоминанием. В руках ученика Не действительно был изящный рефлексивный* лук, покрытый чёрным лаком с позолоченными узорами. Верхние плечи лука, казалось, были полностью из золота. П.п.: * рефлексивный лук — это разновидность традиционного лука, конструкция которого позволяет ему «рефлексировать» (отражать, возвращать) энергию обратно в тетиву при натяжении, что делает его более эффективным и мощным. Когда лучник натягивает тетиву, плечи (рога) лука изгибаются, накапливая энергию. В момент выстрела они резко выпрямляются («рефлексируют»), передавая энергию стреле. Чем сильнее и быстрее этот возврат, тем мощнее выстрел. Оружие, очевидно, было чрезвычайно ценным, но подарок... на удивление продуманным. — Я... благодарю, — выдавил Вэй Усянь. Не Минцзюэ поднял бровь. — Я не ошибся, предположив, что стрельба из лука тебе по душе? — Нет, предположение Чифэн-цзуня верно. Довольный, Не Минцзюэ снова кивнул ученикам. Один из них достал из ящика изящный футляр. Вэй Усянь почувствовал облегчение — что бы там ни было, оно не могло быть слишком большим. Но когда ученик открыл футляр, он замер, едва переводя дыхание. Кинжал. Возможно, самый красивый из тех, что он когда-либо видел. Лезвие было в ножнах, но рукоять и сами ножны были выполнены в виде двух сорок из тёмного золота, изящно обвивающих оружие. Ученик Не наполовину вытащил кинжал, демонстрируя, как крыло одной из сорок переходит на блестящее лезвие, затем снова спрятал его в футляр. — Я слышал, что твой отец славился мастерством в охоте, — сказал Не Минцзюэ, заставая Вэй Усяня врасплох. — Также я слышал, что сам Вэй Усянь любит охоту. Этот кинжал поколениями хранился в семье Не. Он сделан из духовно усиленного металла. Он до сих пор сохраняет свойства — лезвие почти невозможно сломать или согнуть. Вэй Усянь понял, что поторопился с выводом о безопасности маленького футляра. Было удивительно трогательно, что Не Минцзюэ постарался узнать о его предпочтениях. Если лук был очевидным выбором, то о его отце знало не так много людей их поколения. Он ошеломлённо кивнул, видя, что все ждут его реакции. Довольный, Не Минцзюэ указал на открытый ящик. — Кроме того, я позволил себе добавить золота весом с человека. Поскольку ты в уникальном положении, следует обеспечить себе приданое, думаю, это поможет. Когда ученик наклонил ящик, Вэй Усянь ошеломлённо уставился несколько золотых слитков, сверкающих на свету. Чёрт возьми. Неудивительно, что ящик был таким тяжёлым! Мысленно повторяя себе: «просто соглашайся», Вэй Усянь сжал руку Лань Ванцзи так, будто от этого зависела его жизнь. — Чифэн-цзунь великодушен, — хрипло выдавил он. Не Минцзюэ согласно хмыкнул и скрестил руки. — Итак, Вэй Усянь, согласен ли ты принять эти дары в обмен на твои изобретения? «Просто согласись, — панически подумал Вэй Усянь, — просто согласись, и это закончится». Собрав волю в кулак, он поклонился. — Я принимаю эти дары. Не Минцзюэ ответил на поклон, явно довольный. — Отлично. Он приказал убрать оружие обратно в ящик, пока Вэй Усянь пытался успокоить сердце. Дрожащими пальцами он достал свои записи из сундука, на мгновение утешаясь мыслью, что прекрасная каллиграфия Лань Ванцзи скрыта под обложками. Он не был уверен, стоит ли подходить к Чифэн-цзуню, но решение приняли за него — крепкий мужчина, сидевший рядом с Не Минцзюэ, подошёл и с почтительным поклоном принял записи. Вся эта формальность начинала действовать Вэй Усяню на нервы. Он был почти рад, когда мужчина вернулся на своё место. Но как только он попытался расслабиться, Не Минцзюэ снова заговорил. — Есть ещё один момент, прежде чем мы перейдём к другим вопросам, — сказал он с серьёзным выражением лица. — Вэй Усянь. Я не стану притворяться, что твоя изобретательность, которая помогла Ордену Гусу Лань одолеть водяную бездну, не произвела на меня впечатление. К настоящему моменту истории о той битве распространились даже до Цинхэ. Также я не стану отрицать, что мне очень хотелось бы получить доступ к методу, который уничтожил эту бездну. Он кивнул четвёртому ученику Не. Тот повернулся и открыл второй ящик. Вэй Усянь почему-то забыл про второй ящик. — Не так давно в Ордене Не был мастер талисманов. Пэн Цзюньцзе служил Цинхэ Не долгие десятилетия, оставив после себя наследие в виде литературы и исследований. Когда второй ящик открыли, в воздух поднялось немного пыли. — Я хотел бы предложить тебе часть его трудов в обмен на метод приманки, который ты изобрёл для усмирения водяной бездны в озере Билин. Надеюсь, знание в обмен на знание будет справедливым предложением. Вэй Усянь услышал, как кто-то тихо ахнул на заднем плане — звук был похож на Лань Цинчжао, — а Лань Цижэнь наклонился вперёд на своём месте. Ученик Не осторожно наклонил ящик, позволив Вэй Усяню увидеть множество переплетённых записей, стопки свободных листов, связанных верёвкой, а также несколько бамбуковых свитков. — Полагаю, часть его работы так и не была завершена. Теперь, когда его нет в живых, в нашем Ордене не осталось никого, кто мог бы интерпретировать его исследования, поэтому я считаю, что это лучше передать в твои руки, — добавил Не Минцзюэ. — Что ты думаешь? Вэй Усянь вздрогнул, отвлёкшись от разглядывания записей в ящике. Подняв голову, он заметил, как Лань Цижэнь и Лань Цинчжао с явным интересом смотрели на ящик. — Думаю... да, я принимаю это предложение, э-э, тоже, — ответил он, всё ещё чувствуя себя не в своей тарелке. — Эм, мои заметки о талисмане приманки ещё не систематизированы. Чифэн-цзуню придётся подождать. Не Минцзюэ хмыкнул. — Что ж, я более чем готов подождать. — Он расслабленно откинулся на сиденье. — Просто дай мне знать, когда всё будет готово, и я пришлю кого-нибудь в Гусу, чтобы забрать. Вэй Усянь кивнул, голова у него по-прежнему казалась набитой ватой, и он рассеянно наблюдал, как Лань Цижэнь велел ученику Лань проводить учеников Не обратно в комнату, откуда они вышли, чтобы пока оставить там дары, иррационально радуясь, что старик взял инициативу на себя. Серьёзно, он даже не знал, где хранить большую часть этого. В хунши? Это было бы довольно безответственно. Его размышления прервались, когда двери за учениками, уносившими дары Ордена Не, закрылись. Затем Лань Цижэнь снова заговорил. — Полагаю, будет лучше сделать небольшой перерыв, прежде чем мы продолжим другие обсуждения, — предложил он. Чифэн-цзунь кивнул. — Согласен. Вэй Усянь был искренне благодарен. Передышка была именно тем, что ему сейчас было нужно.