Она - дочь своего отца

      День выдался суматошным, пропущенные ею рабочие дни давали о себе знать и Пеппер просто завалили документами, в дверь то и дело ломились посетители, которые ну никак не могли решить очередной очень срочный вопрос без нее. Секретарь бегала из приемной в кабинет и обратно, к обеду уже даже не надеясь на передышку, а телефон трезвонил без остановки.       Все, на что хватило сил к четырем часам, поинтересоваться у Джарвиса, поел ли сегодня Тони и как себя чувствует Питер. Вспомнив о мальчике, в голове Пеппер тут же красными буквами вспыхнуло обещание, данное утром.       Замотавшись с делами, она чуть было не забыла, что обещала ему съездить в Куинс. Сразу за этим, пришли мысли о странных совпадениях, соседка Питера появилась примерно в то же время, когда пропала Николь, ей тоже шестнадцать лет, она от кого-то прячется, при этом утверждая, что никого из родных нет. Не совпадало только имя. По краю сознания пролетело воспоминание, но так и не оформилось окончательно.       Тяжело вздохнув, Пеппер отложила очередную стопку бумаг и, потянувшись, встала. Нет, на сегодня хватит. Что это за работники, если не в состоянии решать вопросы, причем половина из них были достаточно простыми и решались одним телефонным звонком, без нее? Неужели компания рухнет, если Пеппер Поттс пропустит несколько рабочих дней?       Еще женщину изнутри съедало беспокойство за Николь, вот уже четвертый день, как девочка пропала в этом огромном городе. Тони становился все мрачнее с каждым днем. И хотя он изо всех сил старался показать окружающим, что все под контролем и он в порядке, Пеппер прекрасно видела, что это не так.       Старк винил себя. В том, что недосмотрел, что не уследил, что мало усилий приложил к сближению. Пеппер слишком хорошо его знала, чтобы понимать все мысли, что роились в этой умной голове. Он был гением, Тони Старк, но абсолютно терялся, когда дело касалось чувств. Ему потребовалось пятнадцать лет, чтобы научиться говорить ей о своих эмоциях и чувствах. Пятнадцать долгих лет, когда он метался из крайности в крайность, пока Афганистан не перевернул все в их жизнях.       Пеппер прекрасно видела его растерянность, когда в их жизни появилась Николь. Старк не позволял себе верить до последнего, но как только результат теста стал известен, Тони был готов взять на себя ответственность за еще одного человека, хотя абсолютно не представлял, как это, быть отцом. Тем более, отцом подростка. Это ведь не младенец. Да, что делать с малышом Тони Старк тоже определенно не представлял, но там хоть что-то было понятно, поменять подгузник и покормить, а тут… перед тобой вполне взрослый самостоятельный, даже чересчур, человек, со своими взглядами на жизнь, с прошлым, от которого никуда не деться. Причем, далеко не самым простым и легким прошлым, насколько Пеппер успела понять по поведению Николь.       Девочка была напугана, но не позволяла никому этого видеть, она замыкалась от одного неосторожно брошенного слова, и ни Пеппер, ни Тони не понимали, в какой момент это может произойти. Девочка не позволяла подойти близко, хотя было заметно, что ей хочется, чтобы кто-то был рядом. Что произошло в жизни этого ребенка, что так ее сломало? Этот вопрос не давал покоя и заставлял волноваться.       А сейчас, когда Николь была неизвестно где, беспокойство Пеппер просто зашкаливало. Нервные клетки ей постоянно истреблял Тони, сначала своими пьяными выходками, потом супергеройскими замашками. Потом появился Питер. Милый спокойный мальчик, он все же имел альтер эго, которое тоже не позволяло расслабиться. Каждый раз как этот ребенок появлялся у них на пороге с очередным ранением, у Пеппер прибавлялись седые волосы. Но поделать она с этим ничего не могла.       В последнее время она и вовсе чувствовала себя многодетной матерью не самых спокойных деток в мире. Тони, Питер, теперь еще и Николь не позволяли расслабиться ни на секунду. Каждый день она жила в напряжении и ожидании, что же еще выкинет кто-то из них и как все это исправлять.       Тяжело вздохнув, Пеппер встала и, подхватив сумочку, направилась к двери. Через Джарвиса она передала в гараж, чтобы ее машину подогнали ко входу. Просить отвезти ее Хеппи она не стала, Питер бы этого точно не оценил, ведь он доверил свою тайну именно ей, и явно не хотел, чтобы об этом знал кто-то еще.       Сев на водительское сиденье, Пеппер на мгновение откинула голову назад и прикрыла глаза. Боже, как она устала. Вот бы сейчас куда-нибудь в тихое место, подальше ото всех и выключить телефон. Она об этом мечтала весь сегодняшний день. Но не судьба. Слегка тряхнув головой, женщина завела мотор, и машина плавно покатила в сторону Куинса.       Добираться пришлось больше часа, в это время в Нью-Йорке жуткие пробки. Припарковав машину у дома Питера, Пеппер вышла и, прихватив с собой сумочку, заперла машину. Посмотрев вверх, она оглядела типичное для этого района здание, безликое, с кучей окон и мусором у входа. Сморщившись, женщина нехотя пошла ко входу. Да, отвыкла она за столько лет рядом со Старком от подобного зрелища. И как только Мэй и Питер здесь живут?       У самого входа ее едва не сбил с ног какой-то парень в форменной куртке известной недорогой доставки продуктов. Даже не извинившись, он прыгнул на скутер и исчез за поворотом. Покачав недовольно головой, Пеппер вошла в здание и застонала. Жуткий запах, шум из каждой второй двери и отсутствие лифта. Для ее ног на десятисантиметровых шпильках это был ад. Нет, она привыкла к такой обуви и ей это даже нравилось, но не после забега по отделам и совещаниям.       Поднявшись на третий этаж, Пеппер сначала растерялась. Она не знала номера квартиры и пришлось срочно доставать телефон и уточнять у Питера. Мальчик, казалось, только и ждал от нее сообщения, потому что ответил сразу. Пробежавшись взглядом по дверям, Пеппер заметила нужную дверь и, подойдя, осторожно постучала.       Сначала ничего не происходило, потом кто-то рвано выдохнул прямо за дверью и, похоже, отошел на несколько шагов. Стоять вот так посреди коридора в подобном месте не хотелось. Просто развернуться и уйти она тоже не могла, поэтому постучала еще раз. За дверью определенно были слышны шорохи и короткие выдохи, как будто кому-то по ту сторону было тяжело дышать.       — Здравствуйте, Ева, — Пеппер решила, что, хотя бы сообщит девушке о Питере, а там сориентируется по ситуации, — я знаю, что вы дома, Питер предупредил, что вы почти не выходите. Он очень беспокоится о вас и попросил меня заехать, убедиться, что с вами все в порядке.       — Почему он не пришел сам? — раздался из-за двери смутно знакомый голос.       — К сожалению, Питер вчера столкнулся не с самой дружелюбной компанией и был ранен, — Пеппер решила, что сейчас лучше сказать правду, не раскрывая, естественно, личности Человека-Паука, — сейчас он в Башне Старка, ему уже оказали всю необходимую помощь, но он не может пока вернуться домой.       Вдруг дверь резко распахнулась и на Пеппер посмотрели карие испуганные глаза.       — Что с Питером? — прохрипела девушка.       — Николь! — потрясенная Пеппер шагнула в квартиру и сжала девочку в объятьях. — Слава богу, хотя бы с тобой все в порядке.       Николь застыла, не зная, что теперь делать. Стоя за дверью, только увидев Пеппер в глазок, ее первым желанием было сбежать через окно и не останавливаться до самой Мексики, но новость о Питере выбила из колеи и заставила мозги отключиться. Единственный человек, рядом с которым ей было так спокойно, был ранен и она, не задумываясь над тем, что делает, открыла дверь. Когда пришло осознание, что она натворила, женщина уже прижимала ее к себе так крепко, что не вырваться.       — Пеппер, — прошептала Николь, — я… — что сказать она не знала.       — Детка, — Пеппер взяла ее лицо в ладони и посмотрела прямо в глаза, — я очень рада, что ты нашлась. Мы очень беспокоились.       — Я… я не хочу возвращаться. Мне хорошо тут.       Пеппер нахмурилась, но не стала ни кричать, ни возмущаться, лишь слегка отстранившись, спросила:       — Может мы пройдем внутрь?       — Да, конечно, — Николь подвинулась, пропуская женщину.       Зайдя, Пеппер огляделась, квартира была небольшой и явно запущенной, но вполне годилась для одного человека. Откуда у Николь эта квартира Пеппер могла только догадываться. Осторожно пройдя в гостиную, она присела на старый диван, который скрипнул под ней. Похлопав рядом с собой, она попросила Николь присоединиться.       Девочка неохотно присела рядом, тут же снова спросив:       — Что с Питером?       — Он нарвался на плохих людей и в него выстрелили, — увидев, как девочка побледнела, Пеппер поспешила добавить, — но не волнуйся, ему уже оказали всю необходимую медицинскую помощь и сейчас он просто отдыхает.       Облегченный выдох дал понять, что Николь немного успокоилась. Пеппер разглядывала ребенка, который дважды сбежал из самого шикарного здания Нью-Йорка и прятался в откровенно ужасных местах. Что же произошло, что отца-миллиардера эта девочка предпочитает одиночеству?       — Николь, — Пеппер осторожно взяла девочку за руку, — почему ты убежала? Мы чем-то тебя обидели?       — Нет, — девочка покачала головой, — просто я чужая.       — Это не так, милая, — возразила Пеппер, — эй, — она подвинулась ближе и приподняла голову Николь за подбородок, — ты для нас не чужая. Да, мы еще плохо друг друга знаем, и нам придется привыкать друг к другу, на это нужно время, но ты не чужая, ни для меня, ни тем более для Тони.       — Вы сейчас так говорите, потому что должны, — упрямо отрезала девушка, — мистера Старка осудит общество, если он откажется от меня, пострадает имидж компании. Вот и все, что заставляет вас сейчас проявлять интерес.       — Ты не права, Николь. Я не буду тебе врать и говорить, что Тони любит тебя. К сожалению, он не был с тобой с самого рождения и понятия не имеет, какая ты, но ему определенно не все равно, что с тобой. Он волнуется, поверь мне. С того момента, как узнал, что тебя нет в Башне, он места себе не находит. Он ищет тебя вот уже четвертый день. Я уже трижды заставала его спящим прямо за рабочим столом, просто потому, что организм не выдержал и отключился. Да, он не знает, как быть тебе отцом, да и вообще кому бы то ни было. Но он действительно хочет этого, стать тебе кем-то близким.       — Я не уверена, что это так, мисс Поттс, — Николь хмурилась, ей так хотелось поверить Пеппер, но она боялась снова обжечься.       — Просто Пеппер ладно? — женщина заправила ей за ухо непослушную прядку, — Тони очень беспокоится о тебе, и я тоже. Вы, Старки, когда-нибудь обеспечите меня сердечным приступом своими выходками.       — Почему, Пеппер? Я абсолютно посторонний тебе человек. С чего такая забота?       — Детка, я понимаю, что я не твоя мать и вряд ли смогу ей стать, но мне не наплевать что с тобой происходит. Я вижу, что ты слишком самостоятельный человек, который много пережил за свою короткую жизнь. И я принимаю, что сейчас ты не готова об этом говорить. Но Николь… Я не могу спокойно спать, если тебя нет дома, мне не все равно, если ты голодаешь и мне уж точно не наплевать, если тебе больно. И я сейчас говорю не только о физической боли. Можешь считать меня ненормальной, но это так и есть.       Николь недоверчиво смотрела на эту странную женщину. Таких слов она не слышала с семи лет, когда бабушка последний раз выговаривала ей за самовольный уход из школы в одиночестве. Тогда Николь сбежала с двух последних уроков и ушла гулять по городу. Вернувшись домой после десяти вечера, девочка застала заплаканную взволнованную бабушку на пороге их дома и с полицейской машиной у ворот. Такого нагоняя, как в тот раз она не получала ни до этого, ни после. Воспоминания пролетели в голове и глаза защипало.       — Я думала, что так будет лучше, — сказала девочка, опасаясь смотреть на Пеппер, — меньше проблем.       — Николь, — Пеппер притянула ее к себе, обнимая, — что бы ты не сотворила, с какими бы проблемами ты не столкнулась, не надо пытаться все решить самой. У тебя есть мы, я и Тони, и поверь, мы всегда поможем. Да, Тони бывает редким засранцем, — женщина улыбнулась, — но он старается. Дай ему шанс, пожалуйста.       — Хорошо, — всхлипнула Николь. Эмоции захлестывали ее, как волна, что вот-вот утащит вниз, прямо под воду и заставит захлебнуться. Столько лет девочка подавляла в себе все эмоции, наращивала вокруг себя бетонные стены, что эмоции, которые копились там годами, прорывались наружу толчками, заставляя задыхаться под их напором.       — Ну тише, — Пеппер погладила ее по голове, — ты больше не одна, слышишь? Ты никогда больше не будешь одна.       — Я… спасибо, — прошептала еле слышно Николь.       — Детка, нужно вернуться домой, — сказала Пеппер, не отпуская девочку, — там Тони весь извелся.       — Он взбесится, — Николь вздохнула.       — Возможно, — не стала отрицать Пеппер, прекрасно зная вспыльчивый характер своего возлюбленного, — но мы с этим справимся. Ты пойми, он не настолько плох, как хочет казаться. Просто он не умеет быть отцом, ему сложно также, как и тебе. Знаешь, когда мы только начали встречаться, он не мог и двух слов сказать спокойно, разговаривал исключительно саркастическими шуточками, это так бесило.       — Правда? — удивилась девушка.       — Угу. К тому моменту мы были знакомы уже лет пятнадцать, а он все еще не мог разговаривать нормально. Представляешь, сколько мне пришлось потратить нервов, чтобы превратить его в человека? — Пеппер улыбалась.       — Ты невероятная, — вдруг выдала Николь, — справиться со Старком, это надо постараться.       — Судьба у меня, видно, такая, делать из Старков нормальных людей, — Пеппер вздохнула и отстранилась. — Пожалуйста, поехали домой, — попросила она, — или, если ты голодная, мы можем заехать куда-нибудь пообедать.       — Нет, я… не хочу, — Николь отказалась. За последние четыре дня она почти ничего не ела. С трудом удавалось запихнуть в себя сладкий чай и хотя бы пару сэндвичей, но говорить об этом Пеппер определенно не стоило. — Мне нужно собрать вещи.       — Тебе помочь?       — Да нет, не надо, там не много, — девушка ушла в спальню, Пеппер следом.       Оглядевшись, женщина заметила, что в этой комнате все тоже было старым и пыльным.       — Николь, откуда эта квартира? Чья она?       — Моя, — ответила девушка, запихивая в рюкзак ноутбук, — точнее, бабушкина. Сейчас она оформлена на мистера Блейза, ее близкого друга. Но у меня есть ключи.       Пеппер рассматривала девочку, пока та запихивала в рюкзак кучу непонятных проводов. За те дни, что Николь прожила одна, она осунулась, под глазами появились темные круги, а сами глаза были красными. Что же с ней произошло?       — Николь, — задумчиво спросила Пеппер, — была причина, кроме той, что ты сказала, почему ты ушла?       — Ну… возможно.       — Ты хочешь рассказать сейчас, пока мы здесь только вдвоем?       — Нет, скорее нет, чем да.       — Хорошо, — настаивать женщина не стала.       — Пеппер, а мы можем не говорить мистеру Старку об этом месте? — вдруг выдала Николь.       — Почему?       — Я хочу, чтобы у меня было что-то свое, совсем личное. Место, куда я могу прийти, когда мне надо будет побыть одной.       Пеппер помолчала, обдумывая все.       — Давай договоримся так, — наконец сказала она, — я не стану говорить Тони об этой квартире, но если у тебя появится желание побыть в одиночестве, ты просто скажешь об этом мне, чтобы я просто знала, где тебя искать в случае чего. Согласна?       — Да, — девочка кивнула.       — И еще. Оставить без внимания этот случай мы не сможем. Тебе нужно будет поговорить с Тони и, уж извини, скорее всего он тебя накажет. Не думаю, что это будет что-то ужасное, но тебе вряд ли понравится.       — Вот еще одна причина, почему я хочу быть одна. Терпеть не могу, когда меня контролируют.       — Придется тебе к этому привыкнуть. Тони контролирует даже меня, — Пеппер показала свои часы, — вот в этой штучке есть пара интересных дополнений. Ничего такого, но я точно знаю, что в случае опасности или даже просто сильного эмоционального потрясения, Тони сразу же об этом узнает. Вот такой он человек и с этим ничего не поделаешь. Это просто надо принять.       — И тебя это не бесит?       — Ну, поначалу раздражало конечно, но я привыкла. Это способ Тони проявлять заботу. Он гораздо лучше ладит со своими железяками, чем с людьми.       — Тяжело, — вздохнула Николь.       — Иногда да, но если узнать его получше, ты поймешь, что он замечательный. Тони сделает все для тех, кто ему дорог.       — Я… попробую. А он сильно на меня злиться?       — Не знаю, малышка. Тони беспокоится о тебе, разозлится он потом, когда ты будешь уже дома и в безопасности. Но не думаю, что ты с этим не сможешь справиться. К сожалению, за все поступки в нашей жизни надо отвечать.       — Это я знаю прекрасно, — как-то обречено проговорила Николь.       — Ну тут ты виновата сама, извини уж. Все, что тебе нужно было сделать, это поговорить с Тони или со мной, если что-то было не так.       — Я так… не умею, — призналась вдруг девочка, — с людьми мне… сложно.       — Ничего, — Пеппер встала, видя, что Николь все собрала, — мы с этим обязательно справимся.       Закинув на плечо рюкзак, Николь бросила последний взгляд на комнату и, больше не оглядываясь, вышла. Она решила, что этой жизни все-таки стоит дать последний шанс.       Когда вещи загрузили в машину, а Николь удобно расположилась на пассажирском сиденье, Пеппер пристегнула ее и завела машину. Всю дорогу до Башни, Николь морально готовилась к выволочке, которую ей явно устроит Старк. Суметь бы сдержаться, а то темпераментом она явно пошла в папочку, терпеть не может, когда ей указывают на ошибки.       Заехав в гараж, Пеппер припарковалась на своем месте и заглушила мотор.       — Готова? — спросила она у Николь.       — Не совсем. Но разве у меня есть выбор?       — Прости, но никакого, — Пеппер ободряюще погладила ее по плечу, — помни, я рядом.       И Николь сделала этот шаг навстречу новой незнакомой жизни, в которой у нее появились люди, которые о ней заботятся. Да, к этому прилагался список запретов и указаний, но это она переживет. А если нет, то она же Николь Ева Стентон, человек, для которого нет ничего невозможного!