«След на коже»

Ланда позволил себе дочитать главу, где Эркюль Пуаро начинает выстраивать в голове хронологию событий в поезде. «Как же ему повезло, что все подозреваемые оказались в одном месте и в одно время», – скользнула мысль, и на губах Ланды дрогнула едва заметная усмешка. Его собственная «хронология» складывалась куда лучше. Он аккуратно отметил страницу, закрыл книгу и встал. Взглянул на часы: с момента, как он покинул дом Фоглера, прошло сорок минут. Йозеф и хозяин должны быть в разгаре молитв или выслушивать проповедь о прощении. Он направился не к месту встречи с Альдо, а к почтовому отделению, расположенному в двух кварталах. Внутри он взял бланк телеграммы и перо с тонким наконечником, не оставляющим оттиска на копирке, вывел четким, но безличным почерком: «ФОГЛЕРУ. ИМЕЮ ВОЗМОЖНОСТЬ ВЕРНУТЬ УТРАЧЕННОЕ. ИНТЕРЕСУЕТ ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ. ДЛЯ ОБСУЖДЕНИЯ ДЕТАЛЕЙ БУДУ ЖДАТЬ СЕГОДНЯ В 8 p.m. В КАФЕ «БОГЕМА» НА 7-Й АВЕНЮ. ПРИХОДИТЕ ОДИН. НЕЗНАКОМЕЦ.» Он оплатил отправку наличными, указав адрес доставки — особняк на Парк-авеню. Телеграмма должна была прийти через час-полтора, аккурат к моменту когда Фоглер скорее всего найдет пропажу. Достаточно загадочно, чтобы вызвать панику, и достаточно конкретно, чтобы задать вектор. «Пусть поволнуется», – подумал Ланда без всякой жалости. Паника делает людей сговорчивыми. А Фоглер, с его грязными тайнами, должен был паниковать особенно сильно. Только после этого он неспешным шагом направился к месту утренней встречи. Ровно в 13:00 он подошёл к скамейке в сквере напротив церкви. Альдо уже сидел там, вживившись в образ «мистера Смита» с газетой. Ланда позволил себе сесть рядом, не глядя на него и открыл свою книгу. — Все прошло гладко, — тихо произнес он, будто комментируя сюжет. — Альбомы и негативы у меня. Никаких сюрпризов. Ваши наблюдения? — «Паккард» уехал в 10:52, вернулся в 12:08, — так же тихо, сквозь зубы, ответил Альдо, не отрывая взгляда от кустов. — Йозеф завез "барина", потом уехал на машине, предположительно в гараж. Больше никакого движения у дома не было. Ни почты, ни гостей. Все тихо. — Отлично, — Ланда кивнул, перелистывая страницу. — Я уже инициировал контакт. Вечером, в восемь, у нас встреча с ним в кафе «Богема». Вы будете неподалеку, как и договорились. — И что, он просто придет, получив какую-то записку? — скептически хмыкнул Альдо. — Не записку. Анонимную телеграмму. Достаточно пугающую для человека с его... коллекцией. Он придет.. возможно даже не один, а с каким-нибудь «советником», но это не важно. Важно, что он появится и будет готов к разговору. Альдо сложил газету. —А дальше? Прямо там и покажешь ему картинки? — О, нет. Это было бы неосторожно. Я лишь покажу ему... один небольшой образец. Самый невинный из его коллекции, но достаточно узнаваемый. Чтобы он понял, что это не блеф. А затем предложу встречу завтра для окончательного обмена: все альбомы на чемодан. Место выберу нейтральное, подконтрольное. Там и нужна будет ваша явная демонстрация силы. Ланда закрыл книгу и спокойно посмотрел на Альдо. Глаза его были холодными и ясными, как горное озеро где-то в Альпах. — Сейчас нам нужно разойтись. Вам стоит сменить обстановку, отдохнуть. Встречаемся в 19:30 на углу у 6-й авеню, в трех кварталах от «Богемы». Выглядите соответственно — пиджак в порядке, лицо свежее. Вы — моя страховая премия, капитан. Вы должны выглядеть солидно и опасно.. Нет, ну вы и сейчас так выглядите, но имейте ввиду. Альдо мрачно кивнул, вставая. Эта непонятная игра в кошки-мышки, где роли постоянно менялись, начинала его одновременно бесить и заводить. — Ладно. Увидимся вечером. И, Ланда... Тот слегка поднял бровь. — Если твоя «невинная картинка» окажется чем-то, от чего мне захочется его придушить на месте, я это сделаю. Бриллианты или нет. Ланда все же выдержал его взгляд. — Я выберу тот снимок, который вызовет у него максимальный стыд и страх, а у вас, капитан, — лишь праведное отвращение и никакого рвотного рефлекса. Я не заинтересован в том, чтобы вы преждевременно пускали в ход кулаки. Нам нужны бриллианты, а не труп, за которым придет полиция. Альдо что-то пробормотал себе под нос, поправил чужой пиджак и зашагал прочь, растворяясь в толпе. Ланда еще несколько минут посидел на скамейке, глядя ему вслед. Потом он открыл портфель и, убедившись, что альбомы на месте, бросил взгляд на книгу Агаты Кристи. На обратной стороне обложки он тонким карандашом начал набрасывать план помещения кафе «Богема», отмечая входы, выходы и потенциальные места для наблюдения. Каждый шаг должен быть просчитан. Как у мисс Марпл. Но вот риски в его шантаже были куда выше, чем репутация деревни Сент-Мэри-Мид.

***

Темно-синий «Паккард» бесшумно подкатил к особняку ровно в 12:08, как и зафиксировал Альдо. Йозеф, щелкнув дверцей, помог хозяину выйти. Эмерих Фоглер выглядел спокойным, даже умиротворенным дядькой. Месса, проповедь о покаянии и прощении, несколько минут искренней на его взгляд молитвы — всё это омывало его душу, смывая недельные накопления тревоги и грязи. Он кивнул Йозефу. — Обед в два, Йозеф. — Конечно, господин Фогель — произнес слуга, используя новую, «швейцарскую» фамилию хозяина. Он завел машину в гараж, расположенный в глубине участка. Фоглер вошел в дом, прохладная тишина холла, запах воска и ладана, принесенного с его одежды, успокаивали. Он повесил трость и шляпу и направился в свой кабинет, чтобы немного почитать перед обедом. Он чувствовал себя в безопасности. Понятное дело.. за высокими стенами, в этой новой, благопристойной жизни. Эта иллюзия начала трещать, когда он сел за секретер и машинально потянулся к нижнему ящику. Не открывать, просто проверить, на месте ли... Его пальцы встретили холодную бронзу замочка. Все как всегда. Но что-то заставило его сердце едва заметно дрогнуть – порыв беспокойства. Он вставил ключ, открыл ящик, нажал на скрытый механизм, фальш-дно отъехало – пустота. На секунду Фоглер замер, не в силах осознать. Он засунул руку в нишу, ощупал деревянные стенки. Ни-че-го. Ни альбомов, ни конверта с негативами, лишь холодное, пыльное дерево. Сдавленный тихий стон вырвался из его губ. По спине пробежал леденящий пот, а в голове уже крутились мысли: «Это невозможно! Йозеф? Нет, глуп, как пробка, и боится меня как огня. Грабитель? Но тогда пропало бы серебро, картины...» Его мозг, отточенный годами мошенничества и двойных игр, лихорадочно заработал: «Кто знал? Кто мог знать?» В этот момент в дверь кабинета деликатно постучали. — Господин Фогель? Пришла телеграмма, — послышался голос Йозефа. Фоглер вздрогнул, как от удара током. Он судорожно захлопнул ящик, стараясь сделать лицо невозмутимым. —Войдите. Йозеф вошел, держа на серебряном подносе желтый конвертик. Фоглер схватил его дрожащими пальцами, разорвал. Его глаза метнулись по строчкам. «ИМЕЮ ВОЗМОЖНОСТЬ ВЕРНУТЬ УТРАЧЕННОЕ... ПРИХОДИТЕ ОДИН... НЕЗНАКОМЕЦ.» Всё внезапно встало на свои места. Это не случайная кража. Это целенаправленный, хладнокровный удар. Кто-то знал и кто-то влез в его самый охраняемый тайник и теперь нагло диктовал условия. Ужас, холодный и липкий, охватил его с головы до ног, сменившись тут же бешеной яростью. Он скомкал телеграмму. — Йозеф, — его голос прозвучал хрипло. — Ты... сегодня утром, после отъезда, ты никого не видел возле дома? Никаких подозрительных личностей? —Нет, господин Фогель.. Все было тихо. Я, как всегда, проверил все замки перед отъездом. Фоглер кивнул, выдавливая подобие улыбки. —Хорошо. Это... деловое предложение. Ничего страшного. Можешь идти, обед, как договорились. Когда дверь закрылась, Фоглер рухнул в кресло, его руки тряслись. Он выпил залпом воду из графина на столе, но ком в горле не исчезал. Кто? Кто мог это сделать? В голове пронеслись лица: бывшие деловые партнеры, обманутые клиенты... Но никто из них не знал о его... хобби. Никто, кроме.. Мысль ударила его, как обухом по голове. Одно лицо.. Одно-единственное лицо, холодное и насмешливое, всплыло в памяти. Тот, кто смеялся над его «эстетикой» тогда, в Берлине, после третьей рюмки коньяка. Тот, чей взгляд видел слишком много, тот кто, по слухам, тоже сумел исчезнуть и выжить. «Ланда? Нет, не может быть. Его же убили или взяли...» Паника сменилась ледяным страхом. Если это не дай бог Ланда, то всё гораздо хуже. Это не просто шантажист, это профессионал и сам Дьявол. Он разгладил скомканную телеграмму, вновь прочитал адрес: кафе «Богема», 8 p.m., прийти одному. У него не было выбора. Совсем не было, он должен был идти. Он должен был увидеться с этим «Незнакомцем» и понять, что тому нужно. Деньги? Бриллианты? Его голова на серебряном подносе? Фоглер шагнул к бару, налил себе полный бокал шнапса и выпил его одним махом. Огонь в желудке немного притупил страх. Он медленно подошёл к картине с альпийскими лугами, провел рукой по раме. Его сокровища, его страховка на безбедную старость... Теперь они, возможно, стали его выкупом. — Хорошо, — прошептал он в тишину кабинета. — Хорошо, милый «Незнакомец». Посмотрим, кто кого. — Но в его голосе не было уверенности, только отчаяние и готовность на всё. А в гараже, старательно чистя «Паккард», Йозеф лишь недоумевал, почему хозяин вдруг спросил про замки. Всё же, казалось ему, было в полном порядке..