Сердце всегда помнит

День выдался сумбурным. Тайский филиал буквально кипел, не зная, чего ожидать от внезапной проверки. Все сотрудники обращались к Шарлотте исключительно на английском, даже не подозревая, что она наполовину тайка и почти всю жизнь прожила в Бангкоке. От этого было только смешнее: стоило ей отвернуться, как они бурно обсуждали её между собой на тайском — абсолютно уверенные, что она их не понимает. Папина фамилия — Остин — тоже отлично работала на образ «иностранной проверяющей». Прирожденная фаранг. Благодаря многолетнему опыту Шарлотты, её виртуозной способности изображать лёгкую непонимающую улыбку, ей удалось собрать намного больше информации, чем ожидалось. Она быстро вычислила, кто с кем связан, где сотрудники нервничают, какие документы «случайно» отсутствуют и куда именно могла уходить та самая черная касса. Так прошли первые три дня её аудита. Она решила — роль наивной иностранки нужно доиграть до конца, чтобы вернуться в Нью-Йорк с реальными результатами. В четверг вечером, выходя из стеклянных дверей бизнес-центра, Шарлотта услышала, как её окликают. — Кхун! — женский голос прозвучал уверенно и вежливо. Она обернулась. К ней быстрым шагом приближалась Рей — ухоженная, аккуратная, вежливая, просто воплощение тайского идеала приветливости. — Здравствуйте, — сказала Рей, слегка поклонившись. — Добрый вечер, кхун Рей, — автоматически ответила Шарлотта, удивлённая такой встречей. — Вас ведь зовут Шарлотта? Очень приятно познакомиться, — девушка улыбалась открыто и искренне. — Мы пересекались в аэропорту в прошлые выходные. — Да, конечно, я помню, — кивнула Шарлотта, хотя в душе уже зарождалось непонимание: что происходит? — Пи Фа сказала, что вы её давняя знакомая. У неё не так много друзей, поэтому я хотела бы познакомиться, — всё так же мягко объяснила Рей, даже не подозревая, кто стоит перед ней. Шарлотта почувствовала, как в груди неприятно кольнуло. Просто давняя подруга. Шарлотта едва заметно моргнула. Энгфа снова повторила свою старую ошибку — она снова утаила правду. — Вам тогда было плохо после перелёта, и мы не смогли поговорить, — продолжала Рей. — Я тогда предложила Кхун Фай поужинать вместе, она сказала, что напишет… но, видимо, вы очень заняты. Она лишь коротко, сдержанно кивнула. — Как вы смотрите на то, чтобы поужинать завтра? — мягко предложила Рей. — Я бы хотела послушать про Пи Фа… какой она была в молодости. А вот теперь Шарлотта ощутила настоящий шок. — Кхун Рей, я не уверена, что у меня получится, — осторожно попыталась она уйти от темы. — Я… — Кхун Шарлотта, — нежно, но настойчиво перебила её Рей. — Ну что вы. Я настаиваю. Пи Фа редко с кем близко общается, а если вы были её давним другом… значит, вы были для неё важны. Она сказала, что вы живёте в Нью-Йорке. Думаю, ей будет приятно провести вечер с людьми из прошлого. Каждое слово звучало безобидно, даже тепло, и именно поэтому ударяло сильнее. Она правда любит Энгфу. Шарлотта опустила взгляд на тротуар, вдохнула — глубоко, тяжело — и выдавила спокойный, ровный голос: — Хорошо. Давайте так: я поговорю с Фай. Если у нас получится… она вам напишет. Договорились? — Конечно, договорились, — улыбнулась Рей так тепло, что у Шарлотты внутри всё болезненно сжалось. — Тогда я жду вашего ответа. Хорошего вам вечера. Она развернулась и ушла — светлая, искренняя, уверенная. Шарлотта стояла неподвижно ещё минуту. Рей — идеальная, то, что заслуживает Энгфа. На следующий день Шарлотта с Фай стояли у двери квартиры Рей. Фай уже пожалела, что согласилась привести её — Шарлотта выглядела так, будто вот-вот сбежит. — Просто зайдём на пару минут, — тихо сказала Фай, нажимая на звонок. — Если будет слишком тяжело, мы уйдём. Шарлотта только кивнула. В груди снова появилось то знакомое чувство: смесь вины, тоски и чего-то невыносимо нежного, связанного с именем Энгфы. Щёлкнул замок. Дверь открылась — и на пороге замерла Энгфа. Прошло меньше секунды, но казалось, что воздух между ними сгустился, стал тяжёлым, почти осязаемым. Энгфа смотрела на Шарлотту так, будто не верила собственным глазам. — …Шарлотта? — едва слышно. Фай осторожно помахала рукой. — Привет, Энгфа. Но Энгфа не слышала. Шарлотта сглотнула, выдавив: — Привет. Напряжение между ними было почти физическим. Струна, когда-то натянутая между двумя людьми, о которой знали все, кроме одной. Из глубины квартиры показалась Рей. — Пи Фа? Кого ты там… — Она замолчала, увидев гостей, и её лицо расплылось в искренней улыбке. — Кхун Шарлотта! Кхун Фай! Я так рада, что вы пришли! Она подошла ближе и легко взяла Энгфу за руку — привычно, как делают пары, живущие вместе. Шарлотта заметила, как плечи Энгфы на секунду напряглись. — Я хотела сделать тебе сюрприз! — радостно сказала Рей. — Хотела, чтобы мы все посидели вместе, ведь вы же были… — она улыбнулась ещё шире, — …старыми друзьями. Фай чуть не подавилась воздухом. Шарлотта почувствовала, как подкашиваются ноги. Энгфа прикрыла глаза ровно на один миг — как будто этот миг нужен был ей, чтобы не выдать себя. «Друзья». Так думала только Рей. — Проходите! — сказала она и первой ушла вглубь квартиры, уверенная, что делает добро. — Ужин только для нас! Энгфа осталась на пороге, словно прикованная. Шарлотта шагнула внутрь. На секунду они оказались рядом — ближе, чем должны были. Энгфа тихо спросила, почти одними губами, резко остановив ее за локоть: — Ты… зачем пришла? Голос хрупкий, напряжённый. В нём была злость, но смешанная со страхом — за неё, за себя, за то, что правда может вырваться наружу. Шарлотта тоже прошептала: — Рей настояла. А я… — она вздохнула, — не смогла придумать предлог, который бы её не ранил. Энгфа отвела взгляд, но в её глазах проскользнуло то, от чего у Шарлотты перехватило дыхание: — Это… плохая идея, — прошептала Энгфа. — Пи Фа! Кхун Шарлотта! — позвала Рей из гостиной. — Идите уже, ужин готов! Энгфа посторонилась, делая жест пройти, закрыв за ними дверь — слишком резким, почти нервным движением. В гостиной мягко играла музыка, стол был красиво накрыт: Рей действительно старалась. Она искренне хотела создать тёплый вечер, не подозревая, что поставила всех троих под прожектор собственных чувств. Шарлотта чувствовала, как взгляд Энгфы буквально прожигает ей спину. Фай заняла место на диване, пытаясь сделать вид, что всё нормально, хотя и сама понимала — этот вечер закончиться плохо.