Застывшие в янтаре

Гермиона спешила по одной из боковых улочек Косого переулка, торопясь вернуться в снимаемую ей квартиру. Её день в министерстве затянулся, и она так увлеклась, что не заметила, как действие подавляющих средств прекратилось, пока не встала, чтобы уйти. Ей нужно было добраться до квартиры, и сделать это нужно было быстро. На неё уже бросали взгляды другие люди вокруг, или ей определённо казалось, что на неё смотрят. Её руки дрожали, колени подкашивались, и она знала, что пытаться использовать магию в её текущем состоянии было бы в лучшем случае рискованно. Именно поэтому она изначально не переместилась обратно в квартиру. Она жила там всего месяц. Это было первое место, которое её хоть как-то привлекло после того, как она и Рон расстались. Она позволила ему оставить себе тот маленький коттедж, который они купили, когда впервые обручились. Её адвокат улаживала всё за неё, и Гермиона доверяла ей обеспечить справедливость любой сделки, которую они заключат. Но сейчас ей нужно было поставить между собой и миром запертую дверь. Гермиона резко кивнула швейцару, когда он открыл для неё дверь, но у неё не было сил остановиться и поздороваться. Она надеялась, что он простит её невежливость, учитывая обстоятельства. Она взглянула на ряд лифтов. Находиться в таком замкнутом пространстве не казалось лучшей идеей, но её квартира была на шестнадцатом этаже, слишком высоко для того, чтобы разумный человек пошёл пешком по лестнице. К тому же, в холле больше никого не было. Всё будет в порядке. Нажав кнопку лифта, Гермиона нетерпеливо забарабанила ногой. Чем дольше он шёл, тем больше была вероятность, что кто-то подойдёт и захочет присоединиться к ней. Она с облегчением выдохнула, когда двери лифта открылись. Она втолкнулась в пустую кабину и нажала кнопку закрытия дверей ещё до того, как нажала кнопку своего этажа. Они медленно стали закрываться. «Придержите дверь!» — раздался женский голос. Гермиона среагировала инстинктивно, просунув руку между почти закрывшимися дверями, чтобы заставить их снова открыться. Как только она осознала, что сделала, она выругала себя за это. О чём она думала? Она была так близка к свободе. Двери были практически закрыты. Кто бы ни кричал, тот подумал бы, что она не успела остановить их. Всё было бы нормально. Теперь всё было не нормально. Гермиона с тревогой смотрела, как двери раскрылись на всю ширину и женщина втолкнулась в кабину лифта. Их взгляды встретились, и Гермиона увидела узнавание в тот же миг, когда осознала, кто оказался с ней в лифте. Нарцисса Малфой. О, это было плохо. Из всех людей, с кем можно было столкнуться в таком состоянии, это должна была оказаться Нарцисса Малфой. Если бы Гермиона составляла список людей, с которыми она не хотела бы встречаться, миссис Малфой была бы на самом верху. «Мисс Грейнджер». Нарцисса посмотрела на неё сверху вниз, и Гермиона ждала усмешки. Она не последовала. «Миссис Малфой». Гермиона нервно переминулась. Она почувствовала, как пол начал подниматься вверх. По крайней мере, поездка в лифте будет короткой. Они постояли в тишине несколько этажей. Затем Гермиона заметила, как ноздри Нарциссы слегка раздулись. Та перевела взгляд на Гермиону, рассматривая её более пристально. Гермиона покраснела под этим пристальным взглядом. Она ждала, что Нарцисса что-то скажет. Прошло ещё несколько этажей, прежде чем Нарцисса заговорила. «Похоже, вы были немного неосторожны». Нарцисса встретилась с Гермионой глазами, но затем снова посмотрела на дверь лифта. «Я собиралась уйти с работы раньше. Обычно Рон…» Гермиона попыталась улыбнуться, но была уверена, что это выглядело так же неловко, как и ощущалось. «Обычно Рон…?» — переспросила Нарцисса. «Он напоминал мне уйти с работы. Он заходил ко мне в кабинет, и мы шли домой вместе». Гермиона пожала плечами. «Но теперь этого нет?» — Нарцисса пристально посмотрела на Гермиону. «Мы расстались. Примерно месяц назад». Произносить это становилось легче, но внутри это всё равно вызывало бурю эмоций. «Мои соболезнования. Или поздравления». Нарцисса пожала одним плечом, словно для неё это не имело никакого значения. Гермиона не могла представить, что Нарциссу это волновало, тем не менее она сказала: «Спасибо». Так было вежливо. Она сглотнула и переступила с ноги на ногу. Ей очень нужно было попасть в свою квартиру. Она начинала чувствовать, как становится влажной. Всё в порядке. С ней всё в порядке. Она будет в своей квартире через минуту. Лифт поднялся ещё на несколько этажей. Гермиона начинала дышать спокойнее, когда лифт внезапно дёрнулся в сторону и затем остановился. Свет моргнул и погас, остался гореть только аварийный светильник. Обретя равновесие, Гермиона в панике посмотрела на Нарциссу. Затем на дверь. Она бросилась к панели и нажала одну из кнопок наугад. Ничего не произошло. Она нажала снова, на этот раз сильнее. Всё равно лифт оставался на месте, и свет не включался. Гермиона услышала вздох, и затем Нарцисса потянулась мимо неё, чтобы открыть панель с аварийным телефоном. Это действие прижало Гермиону к стене лифта и приблизило её к Нарциссе гораздо больше, чем она хотела. Она попыталась отодвинуться, но отступать было некуда. Нарцисса кратко поговорила с человеком на другом конце телефонной линии и затем повесила трубку. Она повернулась к Гермионе. «Он сказал, что перезвонит, когда поймёт, что случилось. Он не назвал срок, но, вероятно, понадобится некоторое время, чтобы приехал квалифицированный специалист». Нарцисса посмотрела на потолок. «Похоже, ваш тайминг вот-вот станет ещё более неудачным». Гермиона почувствовала, как у неё запылали щёки. Она опустила глаза. Ей действительно следовало быть более ответственной, но работа, которой она занималась, была важной и увлекательной, и она увлеклась. «Полагаю, могло быть и хуже». Гермионе удалось слабо улыбнуться. «По крайней мере, я не заперта здесь с альфой». Обе брови Нарциссы поползли вверх. «Не хочу разрушать ваши иллюзии, мисс Грейнджер, но, похоже, что вы как раз заперты». Прошёл долгий миг, прежде чем Гермиона осознала намёк Нарциссы. Это было невозможно. Жёны чистокровных всегда были омегами. Всегда. Нарцисса, должно быть, увидела вопросы, написанные у неё на лице. «Я не буду вдаваться в подробности, но ради нас обеих рекомендую вам оставаться в другом углу лифта». Нарцисса посмотрела в дальний угол. Гермиона проследила за её взглядом, затем вздрогнула. «Верно». Она отступила от стороны Нарциссы, отойдя от неё так далеко, как только могла, хотя это было недалеко. Она всё ещё была достаточно близко, чтобы видеть, как Нарцисса сглотнула, закрыв глаза. «Вы хотели о чём-то поговорить?» — спросила Гермиона. Они не могли просто сидеть в тишине, пока лифт не починят. Кто знал, сколько это займёт времени? Нарцисса резко взглянула на неё. «Если вы хотите поговорить, тогда говорите». Повелительная интонация в голосе Нарциссы заставляла её ёрзать, но она очень старалась этого не показывать. «Просто мы можем просидеть здесь часами». Гермиона наблюдала, как Нарцисса напряглась ещё сильнее. «Конечно, разговаривать лучше, чем молчать». «Мне безразличен любой из вариантов. Если вам есть что сказать интересное, тогда говорите. В противном случае я буду здесь, пытаясь уважать тот факт, что я, вероятно, одна из последних людей на этой планете, с кем вы бы захотели спариться». Глаза Гермионы расширились. Нарцисса, безусловно, перешла к сути, но даже признание возможности спариться с кем-то было достаточно, чтобы Гермиона затаила дыхание. Она хотела. Она так сильно хотела. «В вашей ближайшей родне есть как минимум два человека, со спариванием с которыми я была бы куда более ужаснувшейся, чем с вами». Это было не то, что Гермиона хотела сказать. Её мышление уже начинало затуманиваться. Особенно если она говорила вещи, которые не хотела говорить. «Полагаю, это что-то вроде того, что вы предпочли бы заняться сексом со мной, чем с моим бывшим мужем или моим сыном», — ответила Нарцисса. «Извините. Мой фильтр имеет свойство отключаться, чем больше я возбуждаюсь». Гермиона выдавила смешок. «Рону это всегда нравилось. Он говорил, что я провожу столько времени в своей голове, что было приятно хоть раз узнать, о чём я думаю». «Будьте уверены, я не Рональд Уизли». Нарцисса посмотрела на ногти на одной руке. Она казалась безразличной и невозмутимой, но Гермионе было интересно, сколько в этом было правды, а сколько — фасада. «Нет, очевидно». Гермиона выдала ещё одну неловкую улыбку. Неловкие улыбки были лучше любых альтернатив. «Хорошо, что вы не он. Заниматься сексом с Роном… что ж, это только ещё больше запутало бы всю ситуацию». «Раз вы явно больше не с мистером Уизли, у вас был план, как пережить этот месяц?» — Губы Нарциссы искривились от неудовольствия. По крайней мере, она не сидела молча, уставившись на неё. Гермиона чувствовала, что это было бы гораздо хуже, чем говорить о своей несуществующей сексуальной жизни. «Не совсем. Просто запереться в своей квартире, пока всё не пройдёт». Гермиона опустила глаза на свои руки. Нарцисса переступила с ноги на ногу, и Гермиону накрыла волна аромата, который высвободило это движение. Нарцисса пахла темнотой, как янтарь и мускусом. Гермиона почти лишилась чувств. Она дышала глубже. Она хотела приблизиться. Во рту пересохло. «И этого было бы достаточно?» — спросила Нарцисса. «Моя течка обычно короткая и относительно лёгкая, насколько это вообще возможно в таких случаях». Гермиона обхватила себя руками, словно пытаясь удержать себя подальше от Нарциссы. «По крайней мере, они не похожи на то, что я читала в книгах. Но нельзя ждать реализма от таких романов». «Полагаю, нельзя». Нарцисса глубоко вздохнула и отодвинулась ещё немного в угол. Гермиона не была уверена, насколько дальше она может отодвинуться. Лифт казался всё меньше и меньше. «Итак, вы альфа?» — Гермиона знала, что Нарцисса не хочет об этом говорить, но им нужно было говорить о чём-то. Не то чтобы у них было много общего для обсуждения. Нарцисса почти зарычала от неудовольствия, но этот звуд заставил Гермиону растаять. Она издала покорный стон и сползла на несколько дюймов вниз по стене, когда её колени подкосились. «Извините». Гермиона тяжело дышала. «Нам не обязательно об этом говорить». «Да, я альфа». Нарцисса чётко произнесла. «При всей его позёрской манере, Люциус был бета. Устройство было политическим, и как только у нас появился Драко, наши физические отношения прекратились». «О». Гермиона знала, что задавать уточняющие вопросы, вероятно, было бы опасно, но она не могла сдержаться. Ей было так любопытно, и она была так сосредоточена на том, чтобы сохранять контроль над своим телом, что не могла сделать то же самое со своим разумом. «Так вы никогда…? С омегой?» «Я такого не говорила», — отрезала Нарцисса, её взгляд поймал взгляд Гермионы и удержал. «Нет! Конечно нет». Руки Гермионы взлетели, чтобы прикрыть рот. Она была уверена, что оскорбила Нарциссу, и у неё было предчувствие, что это плохая идея, особенно поскольку она не знала, что чувствовала Нарцисса. Она не могла знать, как тяжело Нарцисса борется со своими инстинктами, так же как и Гермиона борется со своими. «Я вряд ли провела последнюю четверть века в полном воздержании». Нарцисса сжала пальцы. Гермиона видела, как её суставы побелели. «Верно. Нет. Извините». Гермиона поспешила загладить свою оплошность. «Я не…» Она беспомощно пожала плечами. «Всё в порядке». Нарцисса сделала вид, что смахивает пылинку с мантии. «Устройства были дискретными». «А». Гермиона не знала, что на это сказать. Она же не могла расспрашивать Нарциссу о её сексуальной жизни. Это было бы странно. Она чувствовала, что это было бы странно. Тем не менее, в мозгу Гермионы вспыхивали образы Нарциссы, ухаживающей за омегой. У неё было чувство, что Нарцисса была бы более чем компетентной любовницей. Гермиона покачала головой. Она не могла этого знать. Это была чистая проекция, вызванная гормонами, плавающими в её теле. «Есть что-то ещё?» — спросила Нарцисса. Она приподняла бровь, и Гермиона заметила слабый отсвет света на капельке пота на лбу Нарциссы. Это заставило её присмотреться к Нарциссе внимательнее, и, присмотревшись, она увидела, что Нарцисса начинает сдавать. На висках у неё выступил пот. Руки были крепко сжаты в кулаки. Она слегка наклонилась вперёд, словно готовясь к прыжку. Это потрясло Гермиону до глубины души. Нарцисса выглядела могущественной. Гермиона хотела быть покорённой. «Нет». Гермиона прохрипела. Она слегка качнулась вперёд. Это заставило глаза Нарциссы расшириться. Воздух в кабине казался горячее и гуще. Нарцисса резко оторвалась назад и повернулась к телефону. Она подняла трубку резким движением. «Вытащите нас отсюда», — потребовала она у того, кто был на другом конце провода. Гермиона не слышала ответа, но, похоже, он не обрадовал Нарциссу. Она бросила трубку на рычаг без словесного ответа. «Техник должен быть здесь скоро», — осторожно сказала Нарцисса. «Мне жаль». Гермиона чувствовала необходимость извиниться. «Мне не следовало останавливать для вас дверь. Если бы я просто позволила ей закрыться, мы не оказались бы запертыми вместе вот так». «Нет смысла в упрёках. От них нет никакой пользы ни для кого из нас», — ответила Нарцисса. «Возможно, и нет, но извинение заставляет меня чувствовать себя лучше», — огрызнулась Гермиона. «Мне тоже нелегко». «Не смейте предполагать, что знаете, через что я прохожу», — ледяно ответила Нарцисса. Кабина слегка качнулась у них под ногами, и Гермиона тревожно посмотрела на Нарциссу. Наверняка же он не упадёт? Должны же быть заклинания, чтобы это предотвратить. Последовал более сильный толчок, и Гермиона потеряла равновесие. Она упала на сторону Нарциссы и затем прижалась ещё ближе, когда руки Нарциссы поднялись, чтобы поддержать её. «Гермиона», — сказала Нарцисса, и Гермиона услышала напряжение в её голосе. «Мне нужно, чтобы ты отпустила». Гермиона подняла взгляд от того места, где она была обёрнута руками Нарциссы, и обнаружила, что Нарцисса смотрит на потолок. «Я не хочу отпускать». Голос Гермионы дрожал, когда она это говорила. Быть прижатой к Нарциссе таким образом, от плеч до бёдер, было так приятно. Она наклонилась и коснулась кончиком носа стороны шеи Нарциссы. «Если ты не отпустишь, мы закончим тем, что займёмся сексом в этом лифте». Гермиона чувствовала, как Нарцисса дрожит от сдерживаемой энергии. Она знала без тени сомнения, что Нарцисса была готова и способна выполнить своё обещание. Это заставило Гермиону простонать от желания. Она почувствовала, как руки, подобные железным прутьям, обхватили её предплечья, но её ни оттолкнули, ни притянули ближе. Вместо этого она повисла в мучительном лимбе. Она сделала единственное, что могла. Она прошептала «пожалуйста», хотя и сама не была уверена, о чём просит. Она так сильно хотела чувствовать кожу Нарциссы на своей, быть наполненной её членом. В то же время они всё ещё были в лифте. Если кто-то откроет дверь… Гермиона всхлипнула. Нарцисса зарычала. Лифт снова содрогнулся и начал подниматься обратно вверх. Гермиона и Нарцисса наблюдали, как цифра ползла вверх, прежде чем остановиться на этаже Нарциссы. Двери распахнулись. Нарцисса резко оторвалась назад, и они обе вывалились в коридор. Очень намеренно Нарцисса сделала шаг прочь от Гермионы. «Вам следует пойти домой, прежде чем вы наткнётесь на кого-то ещё». «Верно». Голос Гермионы дрожал. Она не хотела идти домой. Она хотела последовать за Нарциссой. «Вы правы». Нарцисса смотрела на неё. «Лестница прямо там». Нарцисса кивнула в сторону двери, которая вела Гермиону к лестничной клетке. «Верно». Гермиона заставила себя подойти к ней, но не сводила глаз с Нарциссы. Нарцисса фыркнула и резко развернулась на каблуке. Она зашагала по короткому коридору и вытащила палочку, чтобы открыть свою дверь. Открыв её, она замерла. «Ты идёшь или нет?» — прохрипела она, оглядываясь через плечо на Гермиону. Гермиона среагировала мгновенно. Она издала стон, поспешив к Нарциссе. Нарцисса придержала дверь и пропустила Гермиону внутрь своей квартиры, прежде чем плотно закрыть дверь за ними обеими. Как только Гермиона переступила порог, Нарцисса чуть не захлопнула дверь. Она прижала Гермиону к дереву, уперев руки по обе стороны от её тела. Колени Гермионы почти полностью подкосились, и она потянулась к Нарциссе, ухватив её за бицепсы и вцепившись в них изо всех сил. «Пожалуйста», — выдохнула она и выгнулась вперёд. Всё ещё Нарцисса оставалась неподвижной. «Это то, чего ты хочешь?» — Голос Нарциссы был напряжён от усилия сдерживать себя. «Да». Гермиона сжала бицепсы Нарциссы сильнее. Она почувствовала тот миг, когда Нарцисса сдалась, обрушившись на неё и прижав её к двери. Весь воздух вырвался из лёгких Гермионы, и, вдыхая обратно, она чувствовала только запах Нарциссы. Нарцисса встретилась с Гермионой глазами, прежде чем осторожно соединила их губы. Сильная дрожь пробежала по телу Гермионы, и она рванулась вперёд, прижимаясь к Нарциссе. Она обвила руками шею Нарциссы, полностью отдаваясь поцелую. Это было идеально, но крошечная рациональная часть её мозга, которая всё ещё функционировала, говорила ей, что это не более чем биологический императив. Они так сильно хотят друг друга, потому что их гормоны заставляют их хотеть. Тем не менее, то, как Нарцисса двигала их губами вместе, заставляло мозг Гермионы отключаться. Она была хороша. Она была так хороша. Нарцисса целовала её глубоко и тщательно, и Гермиона изо всех сил старалась ответить на поцелуй, но понимала, что теряет контроль. Ей было трудно поспевать за Нарциссой, за требованием её тела. Дрожь пробежала по ней, когда Нарцисса наконец убрала руки от того места, где они упирались в дверь, на бока Гермионы. «Нарцисса», — выдохнула Гермиона, прижимаясь ближе. Ей нужно было, чтобы Нарцисса была внутри неё. Ей нужно было чувствовать себя наполненной ею. «Пожалуйста. Пожалуйста, не дразни меня». Нарцисса оторвалась, но схватила Гермиону за руку, чтобы потащить её дальше в квартиру. «Сюда», — сказала она. У Гермионы было чувство, что Нарцисса не была заинтересована в оттягивании неизбежного. Тем не менее, она поспешила за Нарциссой, почти не замечая квартиру между прихожей и спальней. Честно говоря, она была удивлена, что они вообще добрались до спальни. Как только они пересекли порог, руки Нарциссы снова оказались на ней, притягивая её ближе и скользя по её телу. Не давая и мига на то, чтобы перевести дыхание, Нарцисса начала расстёгивать мантию Гермионы, стаскивая её с её плеч на пол. Когда мантия соскользнула, Гермиона почувствовала прохладный воздух на своей коже, там, где пот заставлял одежду прилипать. Затем она оказалась голой. Должно быть, это было заклинание, хотя Гермиона не была уверена, как у Нарциссы хватило концентрации, чтобы его сотворить. Она задрожала и начала стаскивать с Нарциссы одежду. «Пожалуйста». Нарцисса стряхнула с себя собственную мантию, не проявляя никакой заботы об очевидно дорогой ткани, которая теперь мялась под ними. «Ложись на кровать», — больше выдохнула, чем сказала Нарцисса. Гермиона поспешила повиноваться. К тому времени, как она устроилась посреди кровати, Нарцисса была обнажена. Её член выглядел тяжёлым между ног, и Гермиона хотела его. «Нарцисса», — всхлипнула Гермиона и заёрзала. Нарцисса не теряла времени. Она бросилась вперёд и накрыла своим телом тело Гермионы. Они снова поцеловались, глубоко, в то время как их руки блуждали по телам друг друга. Это было похоже на то, что они не могли оставаться неподвижными, не могли сосредоточиться ни на одном типе ощущений. Гермиона обвила ногами Нарциссу и почувствовала её член, прижатый между ними. «Мне нужно, чтобы ты взяла меня». Она никогда в жизни не чувствовала себя такой горячей, такой отчаянной. Её течки с Роном были совершенно не похожи на это. Они не включали в себя это неумолимое желание. Она знала, что она влажная. Она знала, что она готова. Ей нужно было, чтобы Нарцисса была внутри. Нарцисса зарычала в шею Гермионы. Она сместила бёдра и потянулась между ними, чтобы взять свой член в свою собственную руку. Затем она направляла его в Гермиону. Гермиона ахнула от растяжения, от давления, когда Нарцисса проникала в неё всё глубже и глубже. Она раздвинула ноги ещё шире, согнула колени и попыталась втянуть Нарциссу в себя так глубоко, как только могла. Её мозг полностью отключился, пока она цеплялась за плечи Нарциссы. Она приняла в себя столько Нарциссы, сколько могла, и затем, спустя минуту, чтобы привыкнуть к присутствию внутри себя, начала двигаться навстречу Нарциссе. Нарцисса ответила толчками и установила ритм, под который Гермиона выкрикивала имя Нарциссы. Она хваталась за её плечи. Нарцисса двигала бёдрами против Гермионы, и Гермиона всё больше и больше теряла себя в ощущениях. Она чувствовала себя наполненной. Она чувствовала себя завершённой. Она хотела оставаться такой навсегда. Она чувствовала, как всё ближе и ближе подходит к оргазму, затем она почувствовала, как начинает проявляться узел Нарциссы. Он начал входить в неё, и Гермионе показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Нарцисса издавала пронзительные звуки над ней, сильнее и сильнее толкая бёдрами. Гермиона встречала каждый её толчок. Прежде чем она осознала, что происходит, узел Нарциссы погрузился глубоко внутрь неё. Чувство наполненности захлестнуло её, и она рухнула в оргазм. Приходя в себя, она поняла, что Нарцисса тоже испытала оргазм. Задыхаясь, Гермиона обвила руками плечи Нарциссы и прижала её к себе. Эндорфины бежали по её кровотоку, оставляя её расслабленной и умиротворённой, несмотря на узел, всё ещё пребывающий внутри неё. Она слегка пошевелилась, и Нарцисса простонала, прижавшись лицом к шее Гермионы. «Довольна?» — пробормотала Нарцисса в кожу Гермионы. «Ммм», — лениво провела Гермиона ногтями вверх по спине Нарциссы. Жар, который почти расплавил её, сейчас притушился, хотя она знала, что он вернётся. Это было совсем не похоже на то, что она делала с Роном. Совсем. Это оставляло её чувство неловкости. Их дыхание выровнялось, пока они лежали, прижавшись друг к другу. Постепенно узел Нарциссы уменьшился, и она смогла высвободиться из Гермионы. «Мне следует уйти». Гермиона нервно сглотнула. Теперь, когда её разум прояснился, она начинала чувствовать неловкость. «Я не собираюсь тебя выгонять». Нарцисса всё ещё звучала расслабленно, но Гермиона не могла смотреть на неё. «Я…» Гермиона приподнялась и поставила ноги на пол. «Я пойду. Спасибо». Она не могла смотреть на Нарциссу. Она встала и нашла свою одежду, одеваясь как можно быстрее. Она не оглядывалась, выходя из спальни Нарциссы, а затем и из её квартиры вообще. Она разберётся с этим позже. Позже это обретёт смысл. Сейчас она не могла об этом думать. Это было слишком. Совершенно слишком.