Антимаг

      С самого начала Сансет казалось, что всё вокруг происходящее — всего лишь сон. Кошмар, который прекратится, когда она проснётся. Но чем больше погибших вокруг она видела, чем сильнее нарастала боль в мышцах от постоянных резких движений, чем труднее начинали даваться, казалось бы, простейшие заклинания, тем меньше надежды оставалось на то, что она действительно спит. Когда единорожка была вместе с остальными уже на пути в Кантерлот, она ожидала, что наконец вернётся домой и нормально отдохнёт. Ей, наверное, никогда бы не пришло в голову, что столица её встретит хаосом, кровью и смертями.       — Берегись! — послышался над головой знакомый голос, после чего Эдж с копьём протаранил летящего к ней чейнджлинга.       Поблагодарить за помощь не было времени, поскольку группу земнопони во главе с Маркусом начали интенсивно теснить, зажимая в клещи. Вообще, если бы каждый из этих земнопони (да и единорогов в том числе) умел нормально сражаться, то это решило бы если не половину, то добрую часть их проблем. Однако чего вообще стоило ожидать от обычных гражданских? Сансет и сама могла бы быть обыкновенной единорожкой со знаниями лишь основных заклинаний, нужных в бытовой жизни, если бы однажды не поступила в школу для одарённых единорогов и не стала ученицей принцессы Селестии. То же самое касалось и двух других их импровизированных групп, в которых основной вклад вносили лишь человек, два наёмника-пегаса и, за счёт невероятной физической силы и крепости тела — Биг Макинтош.       — Сансет! Им нужно помочь! — отбросив отталкивающим заклинанием особо настырного перевёртыша, воскликнул Блейз.       — Знаю… — её взгляд зацепился за покосившееся двухэтажное здание, которое угрожающе нависало над крупной группой противников, теснящих земнопони с человеком. Мгновенно родилась идея, после чего она привлекла к себе внимание всех остальных единорогов. — Слушайте! Используйте телекинез на этом доме! Нам нужно сбросить его на их головы!       Приказ был ясен как день, и единороги моментально сконцентрировались на одном из базовых заклинаний для каждого пони, носящего на голове рог. Трещавшее по швам, до недавнего времени недешёвое столичное кафе окуталось разноцветным полотном энергии, начиная клониться вниз всё сильнее и сильнее. Маркус, несмотря на сражение одновременно с несколькими врагами, сумел понять, что задумала Сансет, отчего приказал постарался вытолкнуть как можно большее количество чейнджлингов под траекторию падения здания. К счастью, перевёртыши либо не заметили этих манипуляций, либо попросту проигнорировали их.       — Давайте! Усилим напор! — прокричала солнечная кобылка, услышав треск от опасно наклонившегося дома.       В тот момент, когда Маркус окутался синим сиянием, отпугнув от себя оборотней, земнопони мощными ударами задних копыт оттолкнули их прямо под начинающее падать кафе. Не прошло и секунды, как жуко-пони оказались погребёнными под огромными камнями и обломками. Сансет готова была поклясться, что вместе с мощным грохотом и заглушёнными криками слышала ещё и характерный треск костей. Она уже откровенно говоря устала за сегодняшний день испытывать это отвратительное опустошение, наступающее после понимания того, что от её копыт в очередной раз погибли разумные. Пусть это и были недружественные чейнджлинги, которые похищают и в крайнем случае даже убивают пони.       — Не расслабляться! — не своим голосом прорычал Маркус, с пугающей лёгкостью вспарывая живот пролетающего над ним перевёртыша.       Человек, наверное, был олицетворением всего этого безумия. Его глаза пылали изумрудным огнём, лицо застыло в зверином оскале, с обнажённого меча стекали капли крови, пачкая белую плитку улицы. Сейчас Маркус был совсем не тем, с кем археологи путешествовали последние дни. И Сансет хватало смелости признать хотя бы самой себе, что такого Маркуса она боялась. Остальные пони, которые с дрожащими ногами пытались хоть как-нибудь помочь, испытывали страх перед ним чуть ли не больше, чем перед чейнджлингами. И лишь его периодические командные выкрики, а также понимание того, что город необходимо отбить — не давали пони разбежаться или перестать его слушаться.       Единственным плюсом постоянных стычек был тот факт, что они помогали отвлечься от дурных мыслей. Вот и сейчас Сансет пришлось создавать несколько щитов вокруг земнопони, чтобы их не расстреляли спрятавшиеся на крышах противники.       — Пегасы! Займитесь ими! — крикнул Маркус, отталкивая Макинтоша в сторону, спасая тем самым от целого града зелёных лучей, которые с лёгкостью поглотились металлическими пластинами в его теле.       Здоровяк-земнопони, впрочем, быстро вскочил на ноги, кивком поблагодарил парня и тут же лягнул приблизившегося к нему перевёртыша, отчего тот впечатался в стену другого дома. Эдж и Лайт, вместе с другими крылатыми, спикировали на головы засевших сверху чейнджлингов и при помощи копыт и оружия избавили пони от этой проблемы. Сансет смогла наконец выдохнуть — похоже, рядом жуко-пони больше не осталось. Всё в ближайшей округе стихло, хотя со стороны центра — основного места событий, звуки битвы и не думали прекращаться.       Несмотря на то, что Кантерлот — один из самых густонаселённых городов Эквестрии, сейчас на улицах столицы было очень пустынно. Крайне редко можно было заметить местных жителей, с круглыми от испуга глазами взирающих через полуразбитые окна на творящийся снаружи хаос. Везло тем, кого сражение обходило стороной — такие забивались в самые тёмные углы своих домов и до последнего ждали, пока всё закончится. Тех, кто боялся меньше, или же попросту слишком любопытных, чейнджлинги могли заметить, ворваться в дом и либо похитить, либо убить. К счастью, таких было немного, но они всё равно были, из-за чего многие здания в данный момент пустовали.       Сансет дёрнула ухом, когда до неё добрался звук чьих-то рыданий. Она повернула голову и увидела, как молодой, практически подросток, зелёный земнопони, который входил в группу Маркуса, припал к земле и неистово лил слёзы, склонившись над своим мёртвым товарищем. Ученица принцессы Селестии быстро прошлась глазами по лежащему пони, заметив торчавший из его груди обломок арматуры, и пришла к неутешительному выводу, что спасти его уже не выйдет. Она сжала губы и хотела было уже подойти к скорбящему, дабы хотя бы попытаться успокоить, но её опередил человек.       Он, испуская слабые синие волны, с невозмутимым лицом подошёл к земнопони.       — У нас нет времени на скорбь. Я прекрасно понимаю твои чувства сейчас, но… — Маркус положил руку ему на плечо, и тут произошло неожиданное, из-за чего человек прервался и резко отскочил назад.       Скорбящий земнопони, до этого жалобно льющий слёзы, злобно зашипел и скрылся в зелёном огне, чтобы в следующую секунду превратиться в обыкновенного чейнджлинга. Никто даже не успел сообразить, что произошло, в том числе и сам перевёртыш, как раздался звон железа и свист рассекаемого воздуха, после чего голова неудачливого шпиона показательно медленно сползла с шеи, упав на землю. Практически никто из пони уже никак не отреагировал на подобную расправу. Они за сегодня такое видели уже не раз, отчего с пугающей лёгкостью начали к этому привыкать.       «А если среди нас есть и другие замаскированные чейнджлинги?» — подумала про себя Сансет, округлив глаза.       Видимо, её мысли совпали с мыслями Маркуса, поскольку он тут же обернулся к остальным пони и вперился в них пронизывающим взглядом.       — Построиться передо мной! — посмотрев по округе и убедившись, что врагов рядом нет, гаркнул он, дабы услышали все, и даже пегасы, которые были в данный момент дальше всех.       Сансет вместе с остальными послушалась его приказа и встала в ряд. Она не могла не заметить, как многие сразу же занервничали и принялись смотреть друг на друга с подозрением. Маркус встал вплотную к первому пони и на несколько секунд задумался, кивнул самому себе, а затем металл в его теле начал светиться сильнее, распространяя своё действие в небольшом радиусе вокруг. Теперь многие занервничали, потому что это синее сияние вызывало очень неприятное ощущение в теле, похожее на слабость. Причём не только физическую, а в первую очередь — магическую.       «Неплохой импровизированный детектор», — признала Сансет. — «Судя по всему, Маркус может таким образом нейтрализовать магию превращения чейнджлингов. Хотя, если так подумать, то и любую другую магию, если учитывать то, что я видела. С определёнными ограничениями, конечно, но всё же… Хорошо, что он на нашей стороне».       Человек останавливался около каждого пони и стоял так пару секунд, дожидаясь вероятного разоблачения. Когда по прошествии этого времени ничего не происходило, он переходил к следующему. Сансет не могла не признать, что это было очень волнительно. В любой момент можно было оказаться в ситуации, когда враг, притворяющийся пони, может ударить в спину, отчего все были очень напряжены. Когда Маркус дошёл до ученицы принцессы Селестии, она моментально почувствовала нехилый отток магической энергии. Кобылка поморщилась, но с места не сдвинулась, с твёрдой решимостью ответив на пристальный взгляд человека.       — Твои глаза говорят сами за себя, Сансет, — хмыкнул он, едва заметно усмехнувшись. — Такую, как ты, сложно изобразить…       Кобылка в удивлении подняла брови. Больше не говоря ни слова, Маркус пошёл дальше, а единорожка в этот момент пыталась разобраться, что это было: комплимент или завуалированное оскорбление. Фыркнув, она покачала головой, отбросив в данный момент ненужные мысли. К счастью, вскоре парень закончил с проверкой, на время перестав фонить своим излучением, что позволило всем с облегчением выдохнуть. Как оказалось, больше ни одного замаскированного чейнджлинга среди них не было.       «Либо же этот способ обнаружения Маркуса недостаточно эффективен», — подумала Сансет. — «Это, конечно, маловероятно, судя по всему, однако…»       Маркус отошёл чуть назад, что позволило пони нарушить ряд и собраться в группу. Чтобы видеть всех, он поднялся на высокий каменный обломок рухнувшего дома и громко заговорил:       — Я не смогу постоянно находиться рядом, чтобы выискивать шпионов. Впредь будьте очень внимательны и следите за всем, что происходит вокруг. Нельзя допустить, чтобы среди нас был враг. Всем всё ясно?       Все промолчали, постольку в словах не было нужды. Сансет очень не нравилось, к чему всё шло. Она была согласна с Маркусом, который говорил о доверии. Что лишь сражаясь сообща можно было победить вторженцев. Но как можно всецело положиться на другого пони, если он может оказаться чейнджлингом? Возможно, есть и другие способы, как вычислить этих насекомоподобных, однако кобылка о них не знала. По крайней мере она мысленно пообещала самой себе разобраться с этим вопросом в будущем.       Человек скомандовал собраться и идти дальше, следуя точно такой же тактике, как и раньше. Несмотря на то, что их стало немного меньше, чем в самом начале, пони всё равно неплохо справлялись с появляющимися на их пути чейнджлингами, приноровившись делать это куда эффективнее и быстрее. Не в последнюю очередь в этом сыграли, конечно же, команды Маркуса, который исправно уничтожал перевёртышей и при этом не забывал про свой отряд.       Совершенно очевидно, что первая атака прошла уже давно, сметя на своём пути окраины города. Так что вполне логично, что чем ближе пони подбирались к центру, тем больше встречалось врагов. К счастью, здесь уже начали встречаться и союзники: помимо других добровольцев из числа гражданских, вместе с ними также сражались наёмники и гвардейцы. Выражения морд дворцовых стражников в тот момент, когда они впервые видели Маркуса и то, как именно он сражался, были непередаваемыми. Наверное, никто из них не ожидал, что главную группу защитников будет вести неизвестный двуногий, одним своим видом вызывающий мурашки по коже.       Через некоторое время они добрались до места, окружённого достаточно большим энергетическим барьером. Внутри него стояла больница, сейчас переделанная, по-видимому, в полевой госпиталь. По периметру стояли гвардейцы, хотя их было не так уж и много — вероятнее всего, большинство из них сейчас сражались в городе. Однако при приближении большой группы потрёпанных боем пони они выстроились в ряд и направили копья, отрезав им путь внутрь.       — Стоять! — крикнул один из них, облачённый в стандартную форму дворцовых стражников.       Сансет отметила, что они и сами не выглядели здоровыми. Ссадины, неглубокие раны, пластыри, перемотанные бинтами части тела — им, судя по всему, тоже нехило досталось.       — Стою, — хмыкнул Маркус, шедший впереди всех. Он с некоторой насмешкой взглянул на выставленное перед его лицом остриё копья, будто бы это была игрушка, а не настоящее оружие. — Но лучше тебе нас пропустить. Есть раненые.       — Я не могу быть уверенным, что среди вас нет чейнджлингов! — нахмуренно возразил гвардеец. — Да и вообще… ты кто такой?       — А по мне не видно, на чьей я стороне? — иронично усмехнулся человек.       Он демонстративно покрутил в руке меч, который так же, как и его штаны, торс и лицо, был весь в зелёной крови. Не трудно было догадаться, кому мог принадлежать такой цвет. Белый стражник, казалось, побледнел ещё сильнее, однако покачал головой и сделал шаг вперёд, пригрозив копьём.       — Нет! Сначала мне нужно убедиться, что…       Сансет решила выйти вперёд и разобраться с этим вопросом лично.       — Да пропусти ты уже нас! Не видишь, некоторые из нас истекают кровью?       — Мисс… Шиммер? — округлил он глаза, отступив на шаг обратно. — Но…       — Да-да, это я, вернулась наконец, и тут такое, — фыркнула она раздражённо, встав рядом с Маркусом. — Хватит строить из себя героев, быстро в сторону отошли!       От грозного тона Сансет поёжились не только стражники, но и другие пони позади неё. Ученица принцессы Селестии мысленно ухмыльнулась. По-видимому, они уже успели забыть, что не только Маркус умеет запугивать и командовать другими.       — Н-но… нет! — неуверенно начал жеребец, а затем поджал губы и упрямо воскликнул, сильнее сжав древко. — Я не могу! Вдруг вы тоже на самом деле перевёртыш!       Сансет натуральным образом зарычала, но прервалась, когда Маркус положил руку ей на плечо и покачал головой. Она удивлённо перевела на него взгляд. Ей казалось, что он тоже не в восторге от этой ситуации, или же?.. Парень вновь посмотрел на стражника и в мгновение посуровел, и тут кобылка поняла, что лучше ей немного отойти. Она была права, поскольку в следующую секунду человек испустил особо сильную волну синей энергии, исходящую из засветившихся металлических пластин. Несмотря на то, что Сансет успела сделать несколько шагов в сторону, она всё равно почувствовала накатившую слабость и чуть ли не сбилась с шага. Даже барьер, казалось бы, напитанный огромным количеством магии, несколько раз опасно моргнул, будто бы готовый вот-вот отключиться.       Гвардейцы, находящиеся ближе всех к Маркусу, не смогли удержаться на ногах и попадали. Раздались удивлённые возгласы и болезненные стоны. Человек стоял над ними уже без улыбки, всё ещё поддерживая влияние на других своей способности.       — Чувствуете? — тихо проговорил парень. — Так уходит магия, а с ней и ваша жизнь. Чейнджлинги такие же, как и вы. По крайней мере в магическом плане. От этого слетают любые чары. Так что вы всё ещё думаете, что среди нас есть шпионы?       Стражники с трудом поднялись на ноги, но в этот раз оружие выставлять уже не спешили. Сансет хмыкнула. Сработало. Тот, кто говорил до этого с человеком и единорожкой, поморщился от боли, но на этот раз заговорил уже по-другому.       — Хорошо… ведите раненых в главное здание, там работают врачи. А вам, мисс Шиммер и… — он выразительно посмотрел на человека.       — Меня зовут Маркус, — коротко сказал он.       — …И вам, Маркус, я думаю, стоит идти за мной.       — Куда? — задала вопрос кобылка, вновь подойдя.       — К лейтенанту, — выдохнул жеребец. — Он уж точно захочет с вами поговорить.       — Принято, — кивнул Маркус и отключил свою силу.       Пони с облегчением начали идти через барьер, радуясь тому, что наконец оказались в относительно безопасном месте. Сансет их прекрасно понимала, испытывая примерно те же самые ощущения. Однако, пока они шли за стражником, её внимание привлёк Маркус, а если быть точнее — его состояние. Лишь сейчас до неё дошло, что парень на самом деле уже очень долгое время сражался на пределе своих возможностей, умело скрывая усталость от остальных. И последняя демонстрация его особой силы это лишь усугубило. Его руки едва заметно подрагивали, он шёл слегка хромая на правую ногу и сутулив спину, было видно, как он время от времени сжимал зубы и морщил лоб, зажмуриваясь, а значит — ему было больно.       Поскольку он явно не хотел, чтобы другие акцентировали внимание на его усталости от долгих боёв, она подошла к нему сбоку вплотную и тихо прошептала:       — Ты как?       — Приемлимо, — также тихо обронил он, взглянув на неё краем глаза.       — Уверен? — усомнилась Сансет. — Может, тебе тоже пойти в лазарет?       — Я очень сомневаюсь, что ваши врачи смогут мне помочь, — слабо улыбнулся он. Некоторое время они шли молча, пока Маркус также едва слышно не проговорил: — Но спасибо, что спросила…