Сердца между мирами

Ночь в том мире была иной. Там не было привычного неба, усеянного звёздами, не было луны, что освещала бы дорогу. Всё пространство казалось бесконечным залом, где стены растворялись в темноте, а воздух был густым, словно наполненный дымом. Здесь правил король монстров — Стас, и каждый, кто заключил с ним сделку, чувствовал его власть даже на расстоянии. Арсений сидел в своей квартире, в человеческом облике. На столе лежал раскрытый сценарий — завтра репетиция в театре. Но мысли не давали сосредоточиться. На запястье жгло клеймо. Оно вспыхивало огнём, когда король требовал его присутствия. Он вздохнул, медленно поднялся, накинул пальто. В зеркале отразился мужчина с холодными голубыми глазами. Но стоило ему моргнуть — и отражение изменилось. Вместо ног — тёмный силуэт, пальто тянется вниз, глаза светятся ярким голубым светом, а монокль на правом глазу переливается красным. — Опять, — тихо сказал он сам себе. — Снова он зовёт. Переход в мир монстров всегда был странным. Казалось, ты идёшь по знакомой улице, но вдруг шаг — и всё меняется. Дома исчезают, деревья растворяются, и остаётся лишь бесконечный зал, наполненный тенями. Арсений появился у огромных ворот. Они были сделаны из чёрного камня, украшены символами, которые невозможно было прочитать. Внутри — тронный зал. Там сидел он. Король монстров выглядел величественно. Высокий, с холодным взглядом, он держал в руках книгу сделок. Каждая страница — судьба того, кто когда-то согласился на его условия. — Арсений, — голос его был низким, будто гул. — Ты снова медлишь. — Я был занят, — спокойно ответил Арсений. — Театр требует времени. Стас усмехнулся. — Театр… Ты всё ещё цепляешься за человеческое. Но не забывай: твоя жизнь принадлежит мне.— сказал он злобно улыбнувшись. Клеймо на запястье вспыхнуло сильнее. Арсений сильнее сжал зубы, но не показал боли. В зале появился ещё один. Сергей Матвиенко. В облике монстра он выглядел устрашающе: копыта стучали по каменному полу, рога горели огнём, глаза были пустыми, белыми. Но в его походке чувствовалась уверенность, а в голосе — спокойствие. — Ты снова споришь с ним? — спросил он, подходя ближе. — Я не спорю, — ответил Арсений. — Я напоминаю себе, что я всё ещё могу быть человеком. Серёжа усмехнулся. — Человеком? Мы давно перестали быть людьми. Их знакомство произошло много лет назад, в конце XIX века. Арсений уже был монстром, а Серёжа только заключил сделку. Тогда мир монстров казался ему хаосом. Он не понимал правил, не знал, как жить с клеймом. В ту ночь он впервые встретил Арсения — спокойного, серьёзного, с холодным взглядом. — Ты новенький, — сказал Арсений, когда увидел его. — Да, — ответил Серёжа. — Я… хотел жить дольше. У меня было всё: деньги, клубы, рестораны. Но смерть пришла слишком рано и внезапно. Арсений посмотрел на него внимательно. — Здесь у тебя будет время. Но цена — твоя душа. С тех пор они стали друзьями. Серёжа ценил в Арсении спокойствие и умение держать себя в руках. Арсений — искренность и прямоту Серёжи. Вместе они выполняли поручения короля, вместе искали жертв в клубах, вместе обсуждали, что значит быть монстром, тусовались тоже вместе , короче говоря была у них хорошая дружба. Теперь, стоя рядом в тронном зале, они чувствовали одно и то же: усталость. — Стас требует новых душ, — сказал Серёжа. — Значит сегодня ночью придётся идти в город. — Я знаю, — ответил Арсений. — Но… иногда я хочу чтобы это закончилось. Арсения терзали сомнения, вроде бы и жизнь не так уж плоха , но и смысла он в ней не видел. Серёжа посмотрел на него с удивлением. — Ты изменился. Раньше ты не задавал таких вопросов. Арсений молчал. В его глазах отражалась тоска. Он вспомнил — того парня с зелёными глазами, который смотрел на него с любопытством и страхом. Внутри что-то дрогнуло. — Может быть, — сказал он тихо. — Иногда мне снова хочется хоть на немного побыть человеком. Клеймо вспыхнуло сильнее, будто предупреждая и напоминая о его положение. Стас поднялся с трона. — Не забывай, Арсений, — его голос был холодным. — Ты принадлежишь мне. Арсений опустил голову. Но внутри уже зреет другое решение. Эта ночь стала для него особенной. Впервые за долгие годы он почувствовал: есть кто-то, ради кого стоит рискнуть. И Серёжа, глядя на него, понимал: перемены неизбежны.