Мягко

Игра начинается.

Лимит времени — 20 минут.

Начинайте сейчас.

Телефоны Сакуры и Чишии одновременно зазвонили, привлекая их внимание.

Водящий уже в пути.

Прежде чем она успела полностью осмыслить сообщение, из динамиков внезапно раздался громкий, словно фанфары, звук, эхом прокатившийся по всему зданию. Он был режуще-разрывающим, громким и театральным, но отнюдь не успокаивающим. Музыка оборвалась так же внезапно, как и началась, оставив после себя жуткую тишину. И затем раздался слабый, но отчетливый звук. Тяжёлые шаги эхом разносились по нижним коридорам, медленные и целеустремлённые. Звук был едва слышен, настолько тихий, что становилось ещё хуже, словно что-то таилось в тени, выжидая подходящего момента, чтобы явиться. У Сакуры перехватило дыхание. Сначала она осмотрела балкон своего этажа, затем посмотрела вниз, на балконы ниже, ища хоть малейшее движения. Но обнаружила лишь тишину. Чишия сделал то же самое, хотя и гораздо менее настойчиво. Его поза оставалась расслабленной, выражение лица – непроницаемым. Она ненавидела, что даже сейчас, когда их жизни были буквально на кону, часть её сознания всё ещё переваривала его слова. Ненавидела, что именно он вторгся в её мысли в такой момент. Он не должен быть таким чертовски интригующим. Ей хотелось возненавидеть его за высокомерие, за то, как он с такой пугающей лёгкостью всё игнорировал, включая саму смерть. Но она не могла. Потому что в глубине души она знала, что его образ мышления – именно то, что нужно, чтобы выжить в таком месте. И это ее чертовски пугало. Потому что это означало, что она не думала так, как следовало бы... Недаром она решила последовать за ним, а не за Агуни. Недаром она вошла в лифт без колебаний. Речь шла уже не только о сборе информации – она могла сделать это у кого угодно. Нет, какая-то часть её хотела понять его. Хотела узнать, как он стал таким. И, если быть предельно честной с собой, хотела научиться перенимать хотя бы толику его холодной, отстранённой рациональности. Она резко выдохнула, отгоняя эту мысль. Сосредоточься, Сакура. Сейчас не время. — Хорошо, — нарушила она молчание, подавляя беспокойство. — Может, пойдём и поможем остальным найти комнату? Она сделала шаг к лестнице, ожидая, что он последует за ней. Он этого не сделал. Сакура обернулась, и в ее голосе послышалось раздражение, — Ты серьезно собираешься просто так стоять здесь все 20 минут? Чишия небрежно прислонился к балкону, не отрывая взгляда от пола внизу. — Я уйду, когда мне понадобится, — сказал он таким же равнодушным тоном, как всегда. — Сейчас я хочу понаблюдать. Она смотрела на него в недоумении. Равнодушие в его голосе было почти оскорбительным. Их жизни висели на волоске, и всё же он вёл себя так, словно это был всего лишь эксперимент – головоломка, которую ему предстояло решить в своём собственном, неторопливом темпе. Но, с другой стороны, возможно, именно это и выделяло его из толпы. Сакура стиснула зубы, раздумывая, стоит ли спорить. Но в конечном итоге инстинкты взяли верх. Если Чишия хотел бросить монетку на то, выживет он или умрёт, пожалуйста. Это был его выбор. Но она не собиралась делать то же самое. Не сказав больше ни слова, она повернулась и ушла. Сакура быстро спустилась по ближайшей лестнице, напрягшись всем телом и прислушиваясь к малейшему звуку. Каждый её шаг был размеренным и осторожным, но как бы она ни старалась быть тише, она не могла игнорировать учащённое сердцебиение. Потом она это услышала. Резкая, беспощадная очередь выстрелов. Кровь застыла в жилах. Она почти убедила себя, что ей это почудилось, что с ней просто играет паранойя, пока по пустым коридорам не разнесся характерный звук падения тела на землю. У нее перехватило дыхание. «Оно» уже нашло свою первую жертву. Подавляя нарастающую панику, она поползла к балкону, надеясь увидеть, что происходит внизу. Но как только она наклонилась вперёд, сильная рука дернула её за воротник куртки. Она едва успела вскрикнуть, как твердая ладонь зажала ей рот, заглушая любой звук. — Не дыши. Голос был тихим, властным, знакомым. Агуни. Он держал её ещё мгновение. Крепко, но осторожно, словно ожидая, что она запаникует. Затем он так же быстро отпустил её, кивком приглашая следовать за ним и его спутником по лестнице. Она беспрекословно повиновалась, двигаясь как можно тише, представляя, что ее ноги — невесомые облака.

Прошло две минуты.

Роботизированный голос из их телефонов прорезал тишину словно лезвие. Агуни напрягся, пробормотав себе под нос проклятие. Его тревожило не время, а громкий, безошибочно узнаваемый звон трёх разных устройств. Маяк, практически приглашавший водящего к себе. И конечно же, еще одна очередь выстрелов. На этот раз он был опасно близко. У Сакуры все внутри оборвалось, когда она услышала их — двух девушек, чьи крики пронзали воздух, прежде чем резко оборваться, также, как и их жизни. Резкий вздох, полный паники застрял у нее в горле. У них было мало времени. — Как, черт возьми, мы можем победить кого-то вроде него? — выплюнул товарищ Агуни, тяжело дыша, пока они спешили вверх по лестнице, отчаянно пытаясь увеличить дистанцию ​​между собой и нападающим. Агуни ответил не сразу. Он ненадолго замер на пятом этаже, его лицо было мрачным. Он расчётливо смотрел на него. — В игре ничего не сказано против насилия, — наконец сказал он. — Если мы его вырубим, то, возможно, выиграем себе достаточно времени, чтобы найти дверь. Сакура, всё ещё переводя дыхание, прикусила губу. План был рискованным, но это лучше, чем ничего. — Вы его видели? — спросила она. — Как он выглядит? В какой руке он держит пистолет? Агуни бросил на нее странный взгляд, словно вопросы были неуместны. — Обычный мужчина. В маске с лошадиной головой. В правой руке он держал пистолет. Сакура моргнула. Маска? — То есть... у него нет защиты? нет бронежилета? — Нет, — подтвердил Агуни. — Просто обычная одежда. Ее разум мчался. — Если у него маска, его зрение ограничено, — быстро сказала она. — У него, вероятно, заблокированы периферические органы зрения, возможно, даже пространство между глазами, а ведь он правша. Спутник Агуни усмехнулся. — И что, черт возьми, нам с этим делать? Агуни бросил на него холодный взгляд, прежде чем снова повернуться к Сакуре; его взгляд стал более острым и задумчивым. — И как мы можем это использовать? Она встретилась с ним взглядом. — Если вы и правда собираетесь на него напасть… - Она помедлила, оценивая его позу, оценивая, серьёзны ли его намерения. Затем её голос обрел решимость. — Сделайте это со спины. Это его слабое место. Агуни на мгновение замолчал, устремив острый взгляд вперёд, обдумывая слова Сакуры. Конечно, в этой игре нужно было найти нужную дверь. Но физическая подготовка играла не менее важную роль. Выживание в этом мире невозможно, если просто бездумно следовать правилам. Никто не выживал так долго. Такие игроки, как Чишия и Агуни, добились успеха благодаря нестандартному мышлению, адаптируясь как ментально, так и физически. Пока игра предписывала им уклоняться от водящего, пока они искали выход, Агуни разрабатывал стратегию, как обезвредить таггера. Если они его вырубят, им не придётся уворачиваться от пуль, лихорадочно открывая двери. — Джин, возьми все огнетушители, которые найдешь, и принеси принеси их сюда, в коридор, — его голос был тихим и решительным. Джин помедлил, — Э-э, босс, зачем? Босс? Возглавлял ли Агуни какую-то группу до того, как приехать сюда? — Просто сделай это, — рявкнул Агуни, — никаких вопросов. Без дальнейших споров Джин поспешил прочь. Но прежде чем Сакура успела о чем то подумать, сквозь напряжение раздался голос. — Эй, все! Он здесь! Это был Арису, — Водящий на втором этаже! — продолжал он кричать. — Он ничего не видит из-за маски! Агуни поднял бровь, — Это разве не тот парень, с которым ты пришла? Сакура кивнула, наблюдая, как голос Арису разносится по жилому комплексу. — Скажите, если увидите его! — крикнул Арису. — Давайте все найдём нужную дверь! Агуни стиснул челюсти. — Этот парень жаждет смерти. Он практически ведёт водящего прямо к себе. — Он в коридоре четвёртого этажа! В центральном здании! - В этот момент к нему присоединился ещё один голос, женский, — Все, кто там, уходите! Потом — стрельба. Быстрый взрыв заставил Сакуру вздрогнуть. Она выглянула через перила лестницы и увидела знакомую фигуру — того самого хрупкого мальчика из начала игры, который спрашивал ее, как работают игры. Он съежился, свернувшись калачиком под балконом, крепко обхватив свои колени руками. Его тело сильно дрожало, беззвучные рыдания сотрясали плечи. Пули водящего изрешечили стены вокруг него. Сакура резко выдохнула. — Может быть, именно так и следует играть в эту игру, — пробормотала она.

Осталось восемь минут.

На данный момент восемь выживших.

Агуни вновь стиснул челюсти, но необходимость найти нужную дверь перевесила его сомнения. Он коротко кивнул. Вместе они поспешили по коридору на лестницу, по пути проверяя двери. Все они были заперты. Тем не менее, вид Арису и Карубе живыми в дальнем конце коридора вызвал у Сакуры волну облегчения. — Карубе! Арису! — позвала она, ускоряя шаг. С ними был ещё один игрок – тот самый перепуганный новичок. — Мы думали, ты умерла, — выругался Карубе, глядя на нее. — Не убегай больше так, хорошо? Сакура ухмыльнулась, игриво подмигнув, — Да ладно, я же эксперт. Со мной всё будет в порядке. Агуни усмехнулся. — Эксперт? Ты была такой же невежественной, как и он, когда мы впервые встретились. - Он кивнул в сторону съежившегося парня. Она бросила на него злой взгляд, но его суровое выражение лица сказало ей, что он просто находит ее гнев забавным. Однако Карубе это не понравилось. Он крепче сжал нож в кармане, глаза потемнели от решимости. — Эта мразь сейчас сдохнет. — Чего? У него же пулемёт! — возразил Арису, поражённый его безрассудством. Агуни кивнул, — И что? Этот стрелок — человек. Рост 190 сантиметров, вес 90 килограммов, он правша. Когда он произнес последнюю часть, его взгляд скользнул в сторону Сакуры, признавая ее вклад. В группе повисла тишина. — Он хороший стрелок — вероятно, бывший военный или сотрудник правоохранительных органов, - добавил Агуни. Позади них раздавались торопливые шаги Джина. — Агуни! - крикнул он, таща огнетушители. — Сюда! Агуни взял один из них и протянул Карубе, — Возьми и используй это. Карубе колебался, но Агуни сунул ему огнетушитель в руки, решив его судьбу. На мгновение взгляд Агуни задержался на нем — не осуждающий, а оценивающий. Сакура могла сказать, о чем он думает. У Карубе был потенциал. Он был сильным, спортивным человеком — он бы преуспел в физических играх, если бы научился контролировать свою безрассудную агрессию. — Остальные, идите и найдите комнату, — приказал Агуни, переводя взгляд с Сакуры на Арису. Повернувшись, чтобы уйти, он наклонился, обдав Сакуру тёплым дыханием. — Ты умная. Покажи это. Она не успела ничего сказать, как Карубе резко ответил, — Какого черта мы должны тебя слушать? Арису быстро вмешался. — Я поднимусь наверх. Карубе схватил его за руку, — Арису, мне это не нравится. Сакура бросила на него предупреждающий взгляд, — У нас нет другого выбора. Прежде чем они успели продолжить спор, раздался другой голос, привлекший их внимание к балкону. Кажется, это была та самая девушка, которая выкрикивала местонахождение водящего. Она была невысокого роста, с острым подбородком и коротко стриженными тёмными волосами. В облегающих чёрных спортивных штанах, бледно-красном спортивном топе и зелёной непромокаемой куртке она выглядела как человек, созданный для ловкости. — Я проверила южную сторону и пятый этаж, - быстро доложила она. — А также юг и восток шестого этажа. Давайте разделимся. Сакура кивнула, — Я не проверяла первый, второй и шестой... — Я проверил шестой, — перебил Арису. Девушка кивнула. — Тогда я проверю первый и второй. Не сказав больше ни слова, она спрыгнула с балкона, спустившись вниз с невероятной легкостью. Остальные заморгали в изумлении. Впечатляюще. Но они не могли терять времени. Голос Агуни прервал их мысли, — Пора разобраться с этим парнем. Пошли.

Осталось пять минут до конца игры

Карубе колебался, переминаясь с ноги на ногу между Сакурой и Арису, глазами ища подтверждения. Арису уверенно улыбнулся. — Увидимся позже, хорошо? Карубе стиснул челюсти, но кивнул, — Увидимся позже. Затем, не раздумывая, он спустился по лестнице вместе с Агуни и Джином. Сакура и Арису обменялись обеспокоенными взглядами, но времени на раздумья не было. Пять минут. Они бросились вверх по лестнице, зная, что «Оно» сейчас отвлеклось. Разделившись, они принялись проверять двери, лихорадочно крутить ручки, стараясь угнаться за временем. Закрыто. Закрыто. Закрыто. Сакура остановилась, перегнувшись через перила балкона и оглядывая этажи внизу. Ее взгляд упал на четвертый этаж, изрешеченный пулевыми отверстиями. На том же этаже, где стреляли в съежившегося мальчика. У нее перехватило дыхание. — Зачем стрелку тратить пули, стреляя с такого расстояния? Если только он что-то не защищал. Её осенило: она не могла точно знать, была ли это дверь или же маркировщик просто допустил неосторожность, пометив её, но сейчас риск стоил того. Время утекало сквозь пальцы, как песок в песочных часах, и колебаться было непозволительной роскошью. Не тратя ни секунды на раздумья, она резко развернулась и бросилась по тускло освещённому коридору, инстинктивно потянувшись рукой к Арису, когда он проходил мимо. — Эй, какого чёрта ты творишь!? — крикнул он, его голос был полон замешательства, и он, спотыкаясь, бросился вперёд, пытаясь угнаться за её внезапно набравшейся скоростью. — Просто доверься и следуй за мной! — бросила она в ответ, крепче схватив его за куртку и потащив за собой, не оставив ему выбора. Несмотря на первоначальный протест, он даже не попытался сопротивляться. Казалось, он провёл целую вечность, пытаясь найти нужную дверь, но на каждом шагу терпел неудачу. Каждая запертая ручка, каждый тупик рушили его надежду, и теперь даже безрассудной решимости в голосе Сакуры было достаточно, чтобы заставить его поверить в её предчувствие. Если она ошибалась, они теряли драгоценное время; если же она была права, это могло стать решающим фактором между выживанием и ужасной смертью. Их торопливые шаги эхом отдавались от бетонных стен, когда они спускались по лестнице, перепрыгивая через две, а иногда и через три ступеньки в отчаянном падении. Как только они достигли нужного этажа, Сакура заставила себя подавить нарастающую волну сомнений, закрадывающуюся в её мысли. Если это была не та дверь, она только что потеряла драгоценные секунды и поставила их в ещё худшее положение, чем прежде. Но если это была та дверь… это могло спасти их всех. Когда они завернули за последний угол, перед ними возникла знакомая фигура, небрежно прислонившаяся к изрешеченной пулями двери, всё ещё засунув руки в карманы куртки. Выражение его лица было непроницаемым, хотя в глазах мелькнула лёгкая тень веселья, когда он слегка склонил голову. — Ах, — пробормотал Чишия, и его губы изогнулись в ухмылке. — Откуда я знал, что увижу вас здесь? Арису, все еще переводя дыхание, взглянул на них двоих, на его лице отразилось замешательство. Сакура, однако, не смогла сдержать улыбки, — Ну что, ты наконец закончил наблюдать? - Она съязвила, приподняв бровь, — Или ты просто двигаешься, потому что у тебя нет другого выбора? Чишия коротко и сухо рассмеялся, на мгновение опустив взгляд. — Я же тебе говорил, — задумчиво произнес он легким, но многозначительным тоном. — Бегать, как ты и Агуни, — это не совсем мое. Взгляд Арису метнулся к двери позади него, а его разум лихорадочно пытался собрать воедино обрывки информации. Выстрелы, пулевые отверстия, неустанное преследование убийцы — вдруг всё встало на свои места. — Водящий, — выдохнул он, и его осенило. — Он охранял эту дверь. Вот почему он стрелял с такого расстояния... Он не просто пытался убить нас. Он хотел помешать нам добраться именно до этого места. Чишия искоса взглянул на него, его ухмылка стала чуть шире. — Неплохо, — заметил он. — Ты долго ждал. Сакура закатила глаза, но промолчала, сосредоточив внимание на руке Арису, которая теперь зависла над дверной ручкой. Он замешкался лишь на мгновение, сжимая пальцами прохладный металл, обдумывая последнюю, мучительную мысль. — Зачем он нас преследовал? — пробормотал он вслух, словно разговаривая сам с собой. — Он мог бы просто стоять здесь и перестрелять всех, кто приблизится... Чишия пожал плечами, явно не желая углубляться в анализ мотивов нападавшего. — Понятия не имею, — признался он, небрежно, несмотря на всю серьёзность ситуации. Он поднял руку, чтобы открыть таймер на телефоне. Его светящиеся цифры служили постоянным напоминанием о безжалостном обратном отсчёте. — Времени осталось совсем немного.

Осталось три минуты до конца игры.

Не имея другого выбора, Арису повернул ручку. Замок с тихим щелчком поддался, позволив ему открыть дверь, но за ней не оказалось... ничего. Ну, не совсем ничего. Перед ними была маленькая, ничем не примечательная квартира, из тех, что казались зловеще безжизненными, словно заброшенными посреди жизни. Основное помещение было скудным, и его пустоту лишь подчёркивал тусклый свет, проникавший из дверного проёма. Слева находилась скромная ванная комната с безупречно чистой раковиной и прибитым к стене зеркалом. Напротив неё оставалась закрытой единственная чёрная дверь, ведущая в нечто, похожее на спальню. Все трое осторожно вошли внутрь, их шаги пугающе громкие в гнетущей тишине. Что-то было не так – слишком просто, слишком тихо, словно они попали в ловушку, которая вот-вот захлопнется. И тут, совершенно внезапно, это произошло. — Осторожно! Прежде чем она успела полностью осознать происходящее, руки Чишии схватили её за талию и с силой потянули к земле. Арису, инстинктивно реагируя, нырнул в противоположную сторону как раз в тот момент, когда в воздухе пронеслась очередь выстрелов, нарушив хрупкую тишину. Сакура едва успела прийти в себя, как её взгляд метнулся к источнику атаки. В тени, как и описывал Агуни, стояла фигура нападавшего в маске – на этот раз в тёмно-зелёном камуфляже, лицо которого скрывала гротескная маска в виде лошадиной головы. Но как? Разве остальные его не отвлекали? Почему он был в комнате? Если только не было больше одного водящего.. Не было времени останавливаться на этом. С расчётливой точностью Чишия вскочил на ноги, выхватив из кармана предмет, на первый взгляд похожий на обычный музыкальный проигрыватель. Но когда он рванулся вперёд, прижимая устройство к боку убийцы, в воздухе пронёсся резкий электрический разряд. Фигура в маске забилась в конвульсиях и с грохотом рухнула на пол. Сакура резко выдохнула, поднимаясь на ноги. Тем временем Чишия ухмыльнулся, вертя электрошокер в руке, почти любуясь им. — Быть ​​готовым никогда не помешает, _ заметил он с нотками удовлетворения в голосе. Прежде чем кто-либо успел отреагировать, раздался еще один внезапный выстрел, заставивший их пригнуться, когда упавший Теггер, несмотря на свои ранения, снова поднял оружие и начал беспорядочно стрелять в их сторону. Не раздумывая, Чишия схватил Сакуру за запястье, рванул назад и вышвырнул её из комнаты, затем захлопнув дверь. От удара его спина съехала по соседней стене, а пули пробили её, оставив на ней вмятины. Но пока взгляд Сакуры метался по сторонам, а к горлу подступала паника, одно осознание поразило ее, словно физический удар. Арису с ними не было. Он все еще был внутри. Её дыхание перехватило, пульс заколотился о рёбра, когда она посмотрела на Чишию широко раскрытыми, испуганными глазами. — Нам конец, — пробормотала она, задыхаясь. Прежде чем Чишия успел ответить, сквозь хаос прорезался настойчивый голос Арису. — Кто-нибудь, идите сюда! — крикнул он, и его голос разносился из открытого окна. — Кнопка здесь! Комната 406! Я не могу пройти игру один, нам нужны двое! Чишия выдохнул через нос, явно взвешивая свои варианты, прежде чем наконец поднять бровь. — Серьезно? Сакура не стала ждать. Она рванулась вперёд, готовая броситься ему на помощь, но Чишия снова схватил её за запястье, удерживая. — Если побежишь туда, тебя тоже убьют, — резко сказал он. Она стиснула зубы, инстинкты боролись с логикой. Он был прав. Она ненавидела это. Когда Чишия потянулся к дверной ручке, его движения были медленными, размеренными, почти осторожными. — Позволь мне пойти первым, — пробормотал он. Сакура моргнула, на мгновение застигнутая врасплох. Это было... странно. Чишия никогда не рисковал собой ради кого-либо, но вот он здесь, шагнул вперёд, словно её безопасность действительно имела для него значение, пусть даже и совсем чуть-чуть. Это было настолько неожиданно, что она на мгновение замерла, изучая выражение его лица в поисках малейшего признака неискренности. Но ничего не было – ни ухмылки, ни игривого блеска в глазах, лишь тихий расчёт. Его колебание длилось всего секунду, прежде чем он повернул ручку и толкнул дверь. В комнате царила зловещая тишина, застывшее движение. Дверь на противоположном конце была распахнута настежь, словно зияющая пасть, ведущая в темноту, но маркировщика нигде не было видно. Это могло означать только одно. — Он там, — пробормотала она, резко выдохнув. Её разум работал быстро, пытаясь собрать воедино кусочки головоломки. Если водящий всё ещё был в последней комнате, значит, Арису там же, вместе с ним. Возникло два варианта: либо Арису уже мёртв, либо каким-то чудом ему удалось выжить. И тут внезапный взрыв шума нарушил тишину. Несомненные звуки борьбы — хрюканье, шарканье ног, а затем резкий треск спорадических выстрелов. Арису был жив. Но он боролся за свою жизнь. Сакура и Чишия медленно продвигались вперёд, прижимаясь спинами к стене, заглядывая в комнату с кнопками. Как она и подозревала, Арису находился в схватке с водящим, руки его были сцеплены, и он отчаянно пытался оттолкнуть дуло пистолета от своего лица. Его дыхание было прерывистым, мышцы дрожали от напряжения, но он держался, держался… Едва. Если бы пистолет выстрелил сейчас, он был бы мертв через несколько секунд. Сакура напряглась, готовясь броситься вперед и помочь ему, но прежде чем она успела сделать шаг, пальцы Чишии сомкнулись на ее запястье, остановив ее. — Не надо, — твердо сказал он. Она недоверчиво кивнула в его сторону, — Он умрет... — Ты же хочешь выжить, да? — Его тон был резким, отсекая любые её возражения. Его взгляд был холодным, тёмным, непроницаемым. Ни жалости, ни колебаний. По комнате разнесся панический голос Арису, — Кто-нибудь, помогите мне! Его сопротивление ослабевало, стрелок начал его одолевать. В любую секунду всё могло закончиться. Чишия оставался совершенно неподвижным. — Подожди, — приказал он. Сакура стиснула зубы, но заставила себя подчиниться, впиваясь ногтями в ладони. Она ненавидела это. Каждая клеточка её существа кричала, требуя пошевелиться, сделать что-нибудь, но она знала, что Чишия никогда не действует без причины. Если он велит ей подождать, значит, должен быть план. И тут, как по команде, в углу комнаты мелькнуло движение. Через заднее окно проскользнула фигура, легко приземлившись на ноги, демонстрируя атлетическую грацию. Это была та самая девушка, которую она видела раньше. Она выглядела почти не запыхавшейся, выпрямляясь. — Ты звал? Выражение лица Чишии не изменилось. Вместо этого он полез в карман и достал электрошокер, которым уже пользовался. Быстрое нажатие кнопки вызвало потрескивающую синюю искру в воздухе, подтверждая, что электрошокер всё ещё активен. Не раздумывая, он бросил его ей. Она поймала его в середине броска, плавно перейдя в стремительное движение и бросившись вперёд. Она метко вонзила электрошокер прямо в бедро водящего, вызвав сильную дрожь по всему его телу. Его конечности напряглись, хватка на Арису ослабла, и через несколько мгновений он рухнул на землю, не двигаясь. Пять... четыре... три... Арису не терял ни секунды. Он вскочил на ноги и нырнул к левой кнопке. Девушка последовала его примеру, нажав правую кнопку как раз в тот момент, когда обратный отсчёт достиг своего финального числа. Тишина. Сакура едва осмеливалась дышать. Затем по комнате раздался знакомый звонок, привлекая все взгляды к телефонам.

Игра пройдена. Поздравляем!

Тяжёлый выдох сорвался с её губ, грудь вздымалась и опускалась, по мере того как реальность обретала смысл. Они победили. Они действительно прошли игру. Если бы они этого не сделали, взрывчатка бы уже взорвалась, превратив их в пепел и кости. Но прежде чем она смогла полностью ощутить облегчение, до ее ушей донесся странный звук. Мягкий, бездыханный... плач. Её взгляд метнулся к упавшему таггеру. Теперь, когда маска была сброшена, правда обнажилась: женщина средних лет, не старше её собственной матери, села, дрожа, глаза её были полны слёз. Её тело дрожало, но она больше не боролась с собой. Она проиграла. Сакура напряглась, инстинктивно прижавшись к Чишии, словно его худощавое тело могло защитить её от... чего бы это ни было. Но когда она присмотрелась, что-то стало болезненно ясным. Эта женщина не была каким-то чудовищем. Она не была бездумной палачкой и не была мастером игры, управляющим их страданиями. Она выглядела… обычной. Усталой. Сломленной. Просто ещё один человек, ввергнутый в этот извращённый кошмар, призванный играть роль злодейки. И тут ошейник на ее шее начал пищать. Быстрый. Настойчивый. Беспощадный. Женщина закрыла глаза, ее дыхание замедлилось, как будто она уже смирилась со своей участью. Арису вскинул голову. — О нет... Бум. Взрыв был быстрым, почти шокирующим совершенно разрушительным. Кровь окрасила стены толстыми, ужасными полосами, и её тело безжизненно упало на землю, в нескольких дюймах от того места, где стояли Сакура и Чишия. Сакура смотрела. Сожжение заживо. Лазерная казнь. А теперь ещё и это. Сколько разных способов убийства могли придумать мастера игр Пограничья? Но что еще важнее — кто на самом деле за этим стоял? Женщина... она же была всего лишь игроком, не так ли? Теперь это стало очевидно. Ни один настоящий мастер игры не стал бы лишним. Они никогда бы не стали так рисковать своими организаторами. А это означало... её вынудили играть эту роль, как и их. У Сакуры возникло неприятное предчувствие. Арису молча поднялся на ноги, с непроницаемым выражением лица, отвернувшись от места побоища и выйдя из комнаты. Вскоре за ним последовала та девушка, опустив взгляд, не желая смотреть на то, что только что произошло. Затем, вместо того чтобы сделать то же самое, Чишия шагнул в залитую кровью комнату и, чуть прищурившись, огляделся. — Эта женщина... она ведь тоже была игроком, да? — спросила Сакура, всё ещё не отрывая взгляда от мёртвого тела. Чишия пренебрежительно пожал плечами, его мысли были совсем в другом месте, когда он говорил, — Так и есть. Она вздохнула, — Значит, пройдя эту игру, мы убили ее.. — Полагаю, что так. Дыхание Сакуры перехватило, когда осознание пришло, и все сразу встало на свои места. — Я поняла, – выпалила она, слова слетали с губ, словно она боялась, что они вылетят, если она произнесёт их недостаточно быстро. — Они гнались за нами, потому что это была их игра. Их цель была не в том, чтобы помешать нам нажать на кнопки, а в том, чтобы убить нас. Если бы мы не нажали, произошёл бы взрыв, как и предписывали правила. Но он убил бы не только нас. Он убил бы и их. Чишия изогнул бровь, в его остром взгляде мелькнул насмешливый огонёк, — О, ты тоже это поняла. На секунду я начал терять в тебе надежду. Её взгляд был быстрым, но он погас почти так же быстро, как и появился, сменившись чем-то, больше похожим на хмурое выражение. В глубине души она была так довольна собой, что догадалась – на мгновение ей даже показалось, что она опередила Чишию с ответом. Но теперь, когда она поняла, что он всё это время знал, её охватило чувство… разочарования. Дело было уже не только в том, чтобы решить игру. Дело было в том, чтобы не отставать от него. — Ты всё это время знал? — спросила она, скрестив руки. Чишия медленно, размеренно кивнул, не спуская с лица ухмылки, — Ну, конечно. - Его голос звучал раздражающе небрежно, словно ответ был очевиден с самого начала, — А почему бы ещё водящему просто не подождать за дверью? Если бы их целью было не дать нам нажать на кнопки, они могли бы просто убить любого, кто пытался пройти. Сакура нахмурилась, обдумывая это. Ей хотелось найти изъян в его рассуждениях, пробить брешь в его логике. Но как бы она ни перекручивала факты в голове, всё это казалось слишком логичным. Она выдохнула, её плечи слегка опустились. — Ты прав. Он кивнул подбородком в сторону трупа на полу, выражение его лица было непроницаемым. — Они играли в свою игру. Их роль заключалась не в том, чтобы помешать нам победить, а в том, чтобы уничтожить всех до единого в течение двадцати минут. Его слова повисли в воздухе, наполненные глубоким смыслом. Сакура замерла, мысли кружились в её голове. Чем больше времени она проводила рядом с Чишией, тем больше он её интриговал. Он был словно закрытая книга, история, которая отказывается раскрыться сразу. Каждый раз, проведённый с ним, она чувствовала, будто ей разрешили прочитать всего одну страницу. Но ни одна страница не рассказывала всю историю. Это только усиливало ее желание читать дальше. Сакура прикусила нижнюю губу, глядя на него. Любопытство пересилило любые сомнения. — Откуда ты знаешь Агуни? — спросила она тихо, но твёрдо, — Кажется, вы двое недолюбливаете друг друга. Так почему же вы работаете вместе? Чишия выдохнул через нос, словно сам вопрос был скучным. — У нас союз, и ничего больше. Он ответил безжизненно, — Мне он безразличен, как и ему нет до меня дела. Мы играем вместе, вот и всё. Она нахмурилась. Этого было недостаточно, — Но почему? Что побудило вас заключить этот союз? Ухмылка тронула уголки его губ, и он тихонько усмехнулся, — Тебе очень интересно, не правда ли? От неожиданного зрительного контакта ее щеки залились краской, и она быстро отвела взгляд в пол, чувствуя себя непривычно маленькой под его пристальным взглядом. — Я просто пытаюсь узнать больше, — призналась она намного тише, чем прежде, — чтобы во всем разобраться. Он слегка кивнул, как будто поняв ее логику. — Ну... у тебя действительно есть потенциал, — задумчиво произнес он, его тон стал легче и задумчивее, — Ты им наверняка понравишься. Ты всегда можешь пойти со мной. Она взглянула на него, — Куда пойти? Понимающая ухмылка расплылась на его губах, когда он слегка наклонил голову, — Пляж. Прежде чем она успела задать ему дальнейшие вопросы, комната погрузилась во тьму. Тусклый, мерцающий свет над головой внезапно погас, погрузив весь жилой комплекс в жуткую бездну. Сакура инстинктивно напряглась, но Чишия не дрогнул и тут же присел на корточки рядом с безжизненным телом у их ног. Она наблюдала, как он начал рыться в куртке и брюках женщины, его руки двигались с такой точностью, словно он уже точно знал, что ищет. — Что ты делаешь? — спросила она, и её голос послышался в тишине. Он ответил не сразу. Вместо этого он расстегнул один из карманов женщины, засунул туда руку и достал сложенный листок бумаги. Он открыл его, внимательно изучая содержимое, пока Сакура слегка наклонилась, пытаясь разглядеть получше. Пометки на бумаге казались бессмысленными: грубо нарисованный круг с несколькими волнистыми линиями, отходящими от него. Это было больше похоже на детский рисунок, чем на что-то значимое. — Интересно - пробормотал Чишия. Сакура нахмурила брови, — Что это такое? Он резко встал и сунул бумагу в карман, прежде чем она успела рассмотреть ее повнимательнее. — Понятия не имею. Её губы слегка приоткрылись в недоумении. — Тогда что же в этом такого интересного? — с вызовом спросила она, скрестив руки. — Конечно, это что-то значит, — ответил он с раздражающим безразличием. — Я просто пока не знаю, что именно. Она резко выдохнула, закатив глаза, — И как именно ты собираешься это выяснить? Ухмылка тронула его губы, и он искоса взглянул на нее. — Да ладно тебе, — мягко произнес он. — Ты же наверняка знаешь, что я уже во всем разобрался.

***

Примечания автора: Стоп, почему я краснею мм... от собственной истории... У Чишии к ней слабость. </3 Я УЖЕ ХОЧУ ЗАСТАВИТЬ ИХ ПОЦЕЛОВАТЬСЯ, но я слишком люблю реализм, чтобы сделать это... Не могу дождаться, чтобы написать о Пляже, это были мои любимые эпизоды, главы в манге.