Мягко

— Блять, неужели! — закричала Юми, вскакивая на ноги и бросив раздраженный взгляд на бегущую к ней Сакуру. — Ты кого-нибудь видела? Сакура остановилась перед ней, переводя дух. Она покачала головой: — Ни души. Выражение лица Юми стало больше похоже на беспокойство: — Господи. Куда, чёрт возьми, все подевались за пять минут? Сакура пожала плечами, ее взгляд осматривал все вокруг, словно ища ответ, написанный на стенах. — Понятия не имею, — вздохнула она. — Начинаю чувствовать, что мы остались одни. Как по команде, большой стеклянный экран над кафе, из которого они вышли, ожил, засияв белым светом. Долгую, жуткую секунду он оставался таким же безмолвным, словно невидимое существо наблюдало за ними. — А? Юми прищурилась, нахмурив брови. Затем из невидимых динамиков раздался цифровой сигнал, и на экране замелькали слова:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ИГРОКИ

ИГРА СКОРО НАЧНЕТСЯ

Сакура нахмурила брови: — Игра? — повторила она. — Что они имеют в виду под словом «игра»? Следом последовало второе сообщение:

ВХОД К ИГРОВОЙ АРЕНЕ

<---

Юми проследила за направлением стрелки, и её взгляд упал на светящееся здание вдалеке – единственное строение, где виднелись какие-то признаки жизни. — Вон там, - Она подтолкнула Сакуру, кивнув в сторону здания. — Там есть огни. Сакура стиснула челюсти, изучая подсвеченную конструкцию: — Как думаешь, там будут еще люди? — Есть только один способ узнать, — вздохнула Юми, пожимая плечами. — Сидя здесь, мы не получим ответов. Сакура помедлила, а затем кивнула: — Пойдем. Это недалеко. Без дальнейших обсуждений они перешли на размеренный бег, пройдя под мостом и по пустым переулкам к светящемуся зданию. — Как думаешь, о какой игре они говорят? - спросила Юми, затаив дыхание. И вдруг добавила: — Подожди-ка. Как думаешь, может это инопланетяне? Сакура искоса взглянула на нее, едва скрывая раздражение: — Твои теории безумны. — Я серьёзно! — пропыхтела Юми, не отставая. — Подумай об этом — мы в самом центре Сибуи. Нет людей. Нет власти. Нет объяснений. Как инопланетяне могут быть нереальны? Они слегка замедлили шаг, переводя дыхание. — Ладно, — сказала Сакура, подшучивая над ней, — Объясни мне. Почему инопланетяне? Юми недоверчиво посмотрела на нее, когда они свернули за угол, проскользнув между рядами заброшенных зданий: — Даже в кризисной ситуации твой комплекс превосходства никогда не подводит. Сакура моргнула: — Откуда у меня комплекс превосходства? — Да ладно тебе, — усмехнулась Юми. — Ты всегда относилась ко мне так, будто я на ступеньку ниже тебя, просто потому, что ты какая-то важная шишка в адвокатской сфере, а я зарабатываю на жизнь приготовлением латте. Сакура нахмурилась: — Это неправда. Я не думаю, что ты ниже меня. Юми ухмыльнулась, слегка подтолкнув её: — Знаю. И, честно говоря, это отчасти правда — я точно не гожусь в юристы. Но ты сможешь приготовить капучино так же быстро, как я? Впервые с момента пробуждения в этом странном, пустом городе они рассмеялись. Это казалось абсурдным, но в то же время странно успокаивающим. — Ладно, ладно — сказала Сакура, всё ещё посмеиваясь. — Так это за инопланетная теория у тебя? Юми глубоко вздохнула, задумчиво напевая: — Ладно.. А что, если нас всех похитили? И теперь нас заставляют играть в игры ради развлечения — типа реалити-шоу на выживание. Ну, такие, где участники отвечают на вопросы викторины, чтобы выиграть деньги? Сакура подняла бровь: — И какой же наш главный приз? Юми усмехнулась, и её речь приобрела драматизм: — Самых умных игроков, тех, кто выигрывает больше всего, забирают на их космический корабль. Она подняла руки, чтобы подчеркнуть: — А проигравших? Их отправляют обратно в их скучную, обычную жизнь. Сакура усмехнулась, качая головой: — А что будет, если меня заберут? Улыбка Юми стала шире, когда она медленно повернулась к подруге: — Потом они будут проводить эксперименты на твоём мозге... Она рванулась вперёд, схватила Сакуру за плечи и безжалостно защекотала её: — Вот так! — Прекрати! — взвизгнула Сакура, извиваясь в её объятиях. — Ты же знаешь, я ненавижу, когда меня щекочут! Через мгновение Юми наконец отпустила её, задыхаясь от смеха: — Ну, что ты думаешь о моей теории? — спросила она, поиграв бровями. Сакура глубоко вздохнула, восстанавливая самообладание. — Довольно правдоподобно, — сказала она с серьезным лицом. — Я думаю, ты разгадала загадку. Еще несколько шагов, и перед ними показалось светящееся здание. Сакура сразу узнала его. Это был отель. Не просто отель – её отель. Тот, в котором она остановилась, впервые вернувшись из Америки после смерти родителей. Тогда она ещё не могла ступить ногой в дом своего детства, пока ещё нет. Вместо этого она проводила ночи здесь, на верхнем этаже, глядя в то самое окно, которое она видела и сейчас. Оттуда она любовалась закатом над Сибуей, погруженная в свои мысли, оторванная от реальности. Здание было небольшим – от силы пять этажей, с простым вестибюлем и несколькими скромными комнатами. Однако на фоне мрака мёртвого города оно сияло ослепительно ярко. Большая неоновая вывеска мерцала, обещая свободные места, а вход заливал золотистый свет, пульсируя, словно безмолвное приглашение. Девушки осторожно приблизились, изучая здание, словно оно могло двигаться. Стеклянные двери были настежь открыты. Если в каких-то зданиях всё ещё есть электричество, значит, здесь должны быть и другие люди, верно? – подумала Сакура. Конечно, это был логичный вывод. Над входом находился огромный цифровой экран, на котором отображалось сообщение.

ИГРОВАЯ АРЕНА ВПЕРЕДИ

Сакура стиснула зубы. Обычно на экране циклично крутилась реклама отеля: акции, скидки, иногда спонсорство люксовых брендов. Она закатывала глаза каждый раз, возвращаясь после долгого дня. Меньше всего ей хотелось увидеть перед собой мелькающую рекламу, прежде чем рухнуть в постель. Теперь она бы отдала все, чтобы увидеть одну из этих реклам вместо этого тревожного белого фона и холодного, бесстрастного текста. Как будто подталкивая их вперед, неоново-зеленые огни входа яростно замигали, зажужжав с внезапной интенсивностью. — Господи, — пробормотала Юми, вздрогнув от внезапного напора. Она бросила на табличку сердитый взгляд, словно она её лично оскорбила. — Может, зайдём внутрь? Сакура колебалась, но потом инстинктивно переплела свои руки с руками Юми. — Давай. Они переступили порог, и теплое сияние вестибюля поглотило их целиком. Сакура тут же услышала голоса. Слабые, но отчётливые, эхом доносившиеся из конца коридора. Она взглянула на Юми, и, не говоря ни слова, они обе ускорили шаг. Завернув за угол, они остановились как вкопанные. Еще три человека стояли возле лифта. Сакура моргнула, почти ожидая, что они исчезнут, как мираж, но они остались. Реальные. Юми громко выдохнула, почти обмякая от облегчения: — О, слава богу! Она отстранилась от Сакуры и нетерпеливо подошла к ним. — Мы думали, мы здесь одни! Вы даже не представляете, как приятно видеть других людей. Реакция, которую она получила, была не совсем взаимной. Двое из них, оба мужчины, стояли рядом, засунув руки в карманы, и холодно и непроницаемо разглядывали её. Третий же держался чуть поодаль, низко натянув капюшон на лицо, полностью избегая зрительного контакта. Взгляд Сакуры упал на небольшой белый столик слева. На нем стояли четыре телефона. Рядом с ними лежала простая табличка.

1 НА ЧЕЛОВЕКА

Прежде чем она успела об этом подумать, Юми продолжила говорить. — Вы знаете, есть ли ещё люди? — спросила она, не замечая, как ожесточились их взгляды. — Мы везде искали, но не нашли ни души… — Новички. Голос был насмешливый, тихий и равнодушный. Выражение лица Юми изменилось: — А? Из стоявших вместе двоих мужчина, говоривший это, был более высоким. На нем была черная рубашка с рисунком жирафа. Тёмные волосы были гладко зачёсаны назад в полупучок, а лицо было усеяно проколами – в левой брови, в ноздре, а когда он приоткрыл губы, такой же пирсинг посередине языка поблескивал в свете фонарей вестибюля. Второй мужчина рядом с ним был таким же высоким, крепко сложенным. На нем была облегающая чёрная майка, осанка была суровой, излучая спокойную власть. Его лицо было непроницаемым, губы сжаты в тонкую линию. Ее взгляд метался между ними двумя. Сакура стиснула челюсти, шагнула вперед к столу и отвела взгляд от трех незнакомцев. Она взяла одно из устройств и протянула его Юми. — Юми, возьми один из них, — она понизила голос. — Думаю, он нам понадобится. Последняя фраза прозвучала шёпотом — бессознательной попыткой скрыть свою неопытность. Как будто признание в новинку каким-то образом сделает их более уязвимыми. Не то чтобы это было неочевидно. Как только телефон коснулся её ладони, чёрный экран ожил. На нём замигал белый текст и появилась полоса загрузки.

РАСПОЗНАВАНИЕ ЛИЦ В ПРОЦЕССЕ

ПОЖАЛУЙСТА, ПОДОЖДИТЕ

Раздался тихий звон, и загрузился главный экран. Дизайн был пугающе прост: фон был насыщенно-синего цвета с узором, напоминавшим фетровые коврики для покера в игорных домах. В левом верхнем углу были закреплены два приложения. На одной из них были изображены символы четырех карточных мастей — пики, черви, бубны и трефы — с надписью GAME. Другой был совершенно белым, с яркой, выразительной буквой V в центре. Под ним располагалось название VISA. Сакура инстинктивно взглянула в правый верхний угол экрана. Нет сигнала. Полный аккумулятор. Юми нахмурилась, быстро придя к тому же выводу: — Функция исходящих вызовов отключена. Прежде чем они успели осознать это, устройство снова издало звуковой сигнал, и экран вспыхнул белым светом. — Пожалуйста, дождитесь начала игры. В настоящее зарегистрировано пять участников. Из динамиков раздался механический голос, веселый и в то же время нервирующий. Затем появился таймер. — До конца регистрации одна минута. Юми резко выдохнула, на ее лице отразилось разочарование. Повернувшись к двум мужчинам, с которыми мы встретились ранее, она спросила: — Вы хоть понимаете, что происходит? Тот, что повыше, с пирсингом, медленно окинул её взглядом, приподняв одну бровь. Он не ответил. Это только сильнее разозлило Юми: — Да ладно, мы поняли — наверняка нас ждёт какой-то большой приз, — резко сказала она, скрестив руки на груди. — Но неужели вы не можете хотя бы нам помочь? Мы понятия не имеем, что нужно делать. Он оттолкнулся от стены и лениво, уверенно направился к ней. — Тебе нужна помощь? — повторил он, и в его голосе слышалась насмешка. Юми открыла рот, чтобы возразить, но прежде чем она успела это сделать, он уже сократил расстояние между ними. — Вот твоя помощь, — его губы изогнулись в ухмылке. — Держи свой прелестный ротик закрытым и перестань лаять мне на ухо, как собака. Юми замерла. Не только по его словам, но и по тому, насколько близко он был. Сакура сглотнула, ее пальцы крепче сжали телефон. Он слегка наклонил голову, его ухмылка стала шире: — Вообще-то... — пробормотал он, чуть понизив голос, — может быть, ты мне пригодишься позже. Его взгляд скользил медленно и размеренно. Юми стиснула челюсти и отступила на шаг. Невозмутимый, он переключил внимание: — А как же твоя подруга? Он кивнул в сторону Сакуры, и в его тёмных глазах мелькнуло веселье. — Она разговаривает? Или боится меня? Наконец в воздухе раздался тихий голос. — Нираги. Третья фигура, которая все это время молчала, наконец подняла голову. Его прикрытый взгляд скользнул в их сторону, тон его был легким, почти насмешливым: — Издеваться над новичками немного жестоко, не думаешь? Сакура едва успела запомнить имя Нираги, как резко повернулась к источнику голоса. — Ты начинаешь действовать мне на нервы, Чишия. Его тон был полон раздражения: — Ты вечно прячешься в тени, как последний урод. Другой парень, Чишия, если она правильно поняла, просто усмехнулся. На мгновение его лицо показалось из-под капюшона. Острый взгляд. Выражение лица невозможно было прочесть. — Правда? — задумчиво произнес он. — Мне казалось, мы начинаем неплохо ладить. Взгляд Нираги потемнел, но он не ответил. Вместо этого он резко выдохнул и отступил назад, вернувшись на прежнее место рядом с мужчиной в майке, который всё ещё не двигался. Его руки оставались скрещенными на груди, взгляд был прикован к Сакуре, хотя выражение его лица говорило ей, что он на самом деле не смотрел на неё. Его мысли были где-то в другом месте. Игра сейчас начнется. Внимание Сакуры снова вернулось к телефону в ее руках.

ИГРА: ТОЛЬКО ОДИН

УРОВЕНЬ СЛОЖНОСТИ: ТУЗ БУБЕН

Она нахмурила брови. — Туз бубен? — повторила она себе под нос. Что не так с этим местом и его одержимостью покером? Нираги усмехнулся: — Тебе повезло. Он смотрел на них, и его тон был непроницаем.

Правила:

у игроков есть 20 минут, чтобы выбрать одну из десяти дверей на первом этаже.

Голос продолжил:

Условие:

выбрать правильную дверь и покинуть комнату через пожарный выход за отведённое время.

Слова повисли в воздухе, не дав им и секунды на осмысление, прежде чем лифт рядом с ними издал звуковой сигнал и ржавые металлические двери со скрипом открылись. Внутри на задней стене была приклеена белая вывеска.

НАЧАЛО.

Сакура помедлила, но через долю секунды вошла в лифт, Юми последовала за ней. Трое парней вошли последними. Внутри Нираги пробормотал себе под нос тому же человеку, рядом с которым стоял в вестибюле: — Туз — так легко. Он спокойно ответил: — Сделаем это быстро. Другой мужчина просто кивнул, движение было настолько легким, что его едва можно было заметить. Чишия же, напротив, молчал. Сакура задумалась, неужели это просто его естественное состояние — постоянно прятаться, постоянно наблюдать. Что-то в их присутствии было не так. Вся групповая динамика была странной. В таком месте, казалось бы, люди должны держаться тех, кому доверяют, но эти трое явно знали друг друга, и всё же напряжение между Нираги и Чишией было ощутимым. Как будто их заставили играть вместе против воли. Лифт резко остановился. По замкнутому пространству раздался знакомый звуковой сигнал, а затем тихий гул открывающихся дверей, открывающих первый этаж отеля. Десять дверей тянулись вдоль тускло освещённого коридора – по пять с каждой стороны – и вели в разные комнаты. Золотистые люстры создавали искусственное тепло – жалкая попытка придать помещению роскошный вид. Насыщенно-красный ковёр, украшенный замысловатым золотым узором, создавал иллюзию бесконечности коридора. Стены, окрашенные в тот же оттенок красного, облупились и выглядели запущенными. В дальнем конце единственное окно выходило в переулок, где в тени стояли переполненные мусорные баки. К каждой двери был приклеен белый лист бумаги с цифрами от одного до десяти. Как только они вышли из лифта, на их телефонах начался обратный отсчёт: 20:00. Секунды тикали. — Итак, мистер Умник, каков же ответ? — спросил Нираги, его острый взгляд метнулся в сторону Чишии. Чишия, невозмутимый, шёл по коридору, засунув руки в карманы. Движения его были медленными, размеренными. Искал ли он на самом деле подсказку или просто притворялся, уже устав от всего этого? У Сакуры было предчувствие, что это последнее. От него разило высокомерием человека, возомнившего себя выше всех остальных. Чишия лишь пожал плечами: — Ты ждешь, что я отвечу на этот вопрос через десять секунд после начала игры? Нираги усмехнулся: — Это легко. Это не высшая математика. — Тогда, сам решай эту проблему. Сакура наблюдала за их взаимодействием, обдумывая факты. Она хорошо разбиралась в людях, анализируя детали, которые другие упускали из виду. То, как эти мужчины говорили о картах, как небрежно они разбрасывались знаниями, которых не было у неё и Юми, говорило ей об одном: они уже играли раньше. У них был опыт. Что лишь усугубило её вопросы. Что это за место? Неужели людей выдернули из реального мира наугад и бросили в эти игры? Если проигрывал, отправляли ли тебя домой? Или это именно то, чего люди боялись узнать? И что еще важнее, что произойдет, если вы выиграете? Её взгляд блуждал по помещению в поисках скрытых камер. Мысль о том, что её накачают наркотиками и забросят в какое-нибудь извращённое реалити-шоу, не казалась невероятной. В наши дни люди с деньгами могли позволить себе всё, что угодно. Но у неё не было времени теряться в этих мыслях. Ей нужно было сосредоточиться. Карты. Туз — самая лёгкая карта, значит, десятка, пожалуй, самая сложная. А как насчёт мастей? Юми разочарованно вздохнула, скрестив руки: — Сакура, ты когда-нибудь видела эти игровые шоу? Сакура взглянула на нее. — Наивысшее и наименьшее числа — это ловушка, — продолжила Юми. — Слишком очевидно. Вероятно, это одно из средних чисел. — Разве это не было бы так же очевидно? — пробормотала Сакура, наклонив голову. — Подумай об этом. Они бы предвидели, что мы выберем именно это. Юми нахмурилась, обдумывая эту идею. — Не понимаю, — призналась она раздраженно. — Нигде нет никаких подсказок — как мы можем выбрать правильное число наугад? Мы даже методом исключения не можем воспользоваться. Нас всего пятеро. — Вот почему это логическая игра, тупица, — усмехнулся Нираги, явно подслушав их разговор. — Где-то наверняка есть подсказка. Они не собираются просто так её давать. Сакура выгнула бровь: — Откуда ты знаешь, что это логическая игра? — Из-за масти. Это бубны. Она не была уверена, собирался ли он передать эту информацию паре ничего не подозревающих новичков, но она оказалась полезнее, чем он, вероятно, предполагал. Итак, есть категории. Бубны означали логику — это было ясно. Но что насчёт других мастей? Сакура могла предположить что угодно, но слепо предполагать было безрассудно. В играх может быть бесчисленное множество категорий. Это может быть что угодно. Она решила рискнуть, надеясь получить больше информации от Нираги: — Какие еще масти? Он не ответил. Вместо этого он закатил глаза, выражая нетерпение, словно объяснять всё это было утомительно и неинтересно. — Бубны игры твою логику, — вмешался другой голос. - Пики — это физические испытания. Трефы требуют командной работы. А червы... Голос Чишии эхом разносился по коридору, холодный и отстранённый. Он лениво прислонился к стене между пронумерованными дверями, его поза была расслабленной, но его присутствие каким-то властным. — Червы играют с вашими эмоциями, — продолжил он ровным, но почти насмешливым тоном. — Они заставляют делать трудный выбор. Сакура повернулась к нему, впервые лучше разглядев его лицо. Светлые волосы, хотя и частично скрытые под капюшоном, падали на острые, проницательные глаза. Кожа была бледной, губы сжаты в непроницаемую линию. И всё же, едва заметная ухмылка тронула уголок его рта, словно он находил тихое веселье во всех окружающих. То, как он говорил, лишь усиливало это впечатление. Монотонно. Отстранённо. Как будто всё это не имело для него никакого значения. — Этой информации вам достаточно? — добавил он с поддразниванием, слегка наклонив голову и встретившись с ней взглядом. Сакура просто скрестила руки и кивнула. Кусочки начали складываться в единое целое. Число определяло сложность, а масть — тип испытания. Если это была игра, возможно, целью было собрать полный комплект карт. Но что насчёт фигурных карт? Был ли у них вообще уровень сложности? Одни только их названия несли в себе вес, превосходящий всё, что она могла себе представить. Если игры с цифрами и так казались очень рискованными, то какие кошмары могли принести фигурные карты? Юми внезапно нарушила молчание: — Что будет, если мы проиграем? — спросила она ровным голосом, с ноткой наигранной уверенности. — Нас отправят домой? Нираги издал резкий смешок. — Домой? — повторил он, растягивая слово, словно это была какая-то шутка. Юми кивнула, нахмурив брови. Ухмылка Нираги стала шире — холодная, насмешливая. — Нет, — просто сказал он. — Ты умрешь.