С этого дня, я начал тонуть

Быстрым шагом направляясь в свой корпус, Лёша мысленно проклинал себя, за недавно случившееся. Как Саша вообще узнал об этом видео, сукин сын ты, Илюша, блять… Деревяшкин вытирал каплю пота со лба, практически доходя до здания, но его плечо грубо схватила чья-то холодная рука, разворачивая к себе. Лёша, с удивлением обернувшись, увидел искаженное от злости и боли веснусчатое лицо Парадеева, маленькие точечки были рассыпаны по лицу, и, искривились от складок на переносице. Саша был то ли грустный, то ли злой, но это Лёша уже не до конца понял. – Слушай, там даже не было намёка на то, что он тебя изнасиловал. Просто скажи, зачем ты это сделал? – с гневом выплюнул Парадеев, сильно толкнув парня в грудь. Толчок был не только сильным, но и резким, и Деревяшкин, не ожидая такого поворота, лишь скользко прошипел, сквозь зубы: – Да отвали, я не обязан тебе это рассказывать, – Лёша в ответ ударил парня, кулак со свистом рассёк воздух и врезался в висок. Саша пошатнулся, отлетел назад на шаг, и в его взгляде мелькнуло недоверие, словно он что-то осознал, словно какая-то хрупкая частица сердца раскололась вдребезги, а позде сгорела. – Думаешь, мы с тобой парочка? Верны друг другу? И вся эта гей-тема? – выплюнул Лёша, подходя к Саше, словно хищник, настигающий жертву. Он зарядил парню второй раз, на этот раз кулак прошёлся прямо по скуле. Удар получился хлёстким, от него Сашу повело в сторону. Из чужого носа вытекла алая струйка крови, а Парадеев издал тихий рык от наступающей боли и ярости. – Ты блять сам сказал, что любишь меня! – прокричал Саша, в его голосе звучало отчаяние, а в глазах плескалась обида, разочарование и осознание. Он, словно зверь, готовый к последней битве, подбежал к Лёше и с силой пнул его в живот. Деревяшкин согнулся пополам, воздух выбило из легких, и он рухнул на траву, словно подкошенный. Боль пронзила всё его тело. – Да я… Я сказал это чисто из-за жалости, – выплюнул Лёша, сам не ожидая от себя такой низости. Он почувствовал, как слова, словно ядовитые дротики, ранят не только Сашу, но и его самого. Он закусил нижнюю губу до крови и, с трудом поднявшись с травы, отряхнул от себя грязь. – Жалости? – прохрипел Саша, сплевывая кровь на траву. В его глазах застыла ледяная ненависть. Он бросился на Лёшу, пытаясь сбить его с ног. Деревяшкин увернулся от захвата и, оттолкнув Сашу, попытался убежать. Но Парадеев был быстрее. Он схватил Лёшу за кофту и рывком повалил на землю. Саша навис над ним, его глаза горели яростной болью. Он нанес удар, второй, третий. Лёша закрывал лицо руками, пытаясь защититься от кулаков. Удары сыпались градом, и сквозь боль он чувствовал вкус крови во рту. Новые ссадины появлялись на лице, но парень, в отчании, ничего не мог с этим поделать, стараясь не издавать ни звука. – Долбаёб, – рычал Саша, продолжая наносить удары. Лёша попытался оттолкнуть его, но сил почти не осталось. Он почувствовал, как в глазах темнеет. Деревяшкин вырвался из захвата, откатился в сторону и, шатаясь, поднялся на ноги. Парень ушёл с места, чувствуя, как кулаки сжимаются, а веки сильно дёргаются. По щеке пробежала слеза, но брюнет сразу же стёр её, пытаясь забыть этот ужас. Нахуя он вообще потрахался с Ермолаевым, лучше бы вмазал ему конкретно, да и убежал. Лёша толкнул дверь и вошёл в комнату, без сил рухнув на твёрдую кровать, которая прогнулась под Лёшиным весом. Лицо и тело ныли от адской боли, каждый мускул протестовал, но сил что-либо предпринять не было вообще. Единственным желанием было забыться, провалиться в темноту, закопаться внутри этого жалкого мира. Брюнет медленно перевёл взгляд, осматривая лагерную комнату. Серые стены, облупившаяся краска, сеть тонких трещин, словно паутина, покрывала каждый угол комнаты. Обои, когда-то, наверное, белые, теперь хранили на себе отпечатки времени - пятна, потёртости, словно безмолвные свидетели чужих интересных историй. Лёша предположил, что эти стены помнят не один десяток постояльцев, каждый из которых приносил сюда свои радости и горести. Или, может, парень сам себе всё выдумал, чтобы отвлечься от навязчивых и негативных мыслей? Вдоль одной стены стоял узкий, скрипучий шкаф, дверца которого чуть перекосилась, обнажая сломанную петлю. Рядом - тумбочка с отбитым углом, на которой валялись забытые кем-то фантики от конфет и пыльный блокнот, наверняка Шепель после себя всё оставил. Кровать, на которой лежал Лёша, была жёсткой и неудобной, пружины впивались в спину, напоминая о себе при каждом движении. В целом комната казалась заброшенной и безжизненной, словно отражала внутреннее состояние Лёши - разбитого и уставшего. В моменте, Саша вошёл в лагерную комнату. Его фигура уже не волновала Лёшу, его заебал этот каждедневный стресс и волнение, есу уже абсолютно всё надоело. Парень протёр свои карие и уставшие глаза и перевернулся на бок, прикрыв тяжёлые веки. Не замечая того, что он погружается в сон, парень быстро уснул, весь потрёпанный и с разукрашенным лицом и запутанными лицами. Саша закусил свою щеку изнутри, нервно ощущая пульсацию под кожей. Его костяшки, облепленные засохшей чужой кровью, саднили и пульсировали, напоминая о недавней драке. Смотрелись они так, словно он только что вышел с арены гладиаторских боев, а не из обычной, лагерной и прохладной площадки. Блондин устало протёр свои светло-зелёные глаза, в попытке прогнать сонливость, и запустил пальцы в непослушные белые кудри, взъерошивая их еще больше. Корни, как назло, заметно отросли, и сквозь выгоревшие на солнце пряди проглядывал его натуральный, пепельно-русый цвет. Он давно собирался покраситься, но сейчас ему было явно не до этого. В этот самый момент в комнату буквально ворвался Ярик, словно ураган. Он плюхнулся на кровать напротив Сашиной, заставив старую пружинную сетку жалобно скрипнуть. Парень вальяжно облокотился на стену, закинув одну ногу на другую, и с нескрываемым любопытством уставился на Парадеева. Шепелев, лениво прищурившись, бросил мимолетный взгляд на Лёшу, лежащего лицом к стене. Лица его не было видно, только ссутуленная спина, взъерошенные волосы, а тихое посапывание раздавалось по стенкам. – Честное слово, как бешеные собаки… – прошептал Ярик, качая головой и неодобрительно цокая языком. Он резко открыл свою тумбочку, и из неё, словно из рога изобилия, высыпались на пол пару фантиков от конфет, обёртки от чипсов, бутылки соков и газировок, а так же прочий мусор. Игнорируя этот хаос, шатен покопался в остатках содержимого и, наконец, извлёк оттуда электронную сигарету. Он поднялся с кровати и, с лёгкой ухмылкой на хитром лице, опустился рядом с уставшим Сашей. Тот без слов протянул парню свои окровавленные костяшки, словно предъявляя доказательство своей вины. Ярик рассматривал их с минуту, оценивая нанесенный ущерб, и затем, слегка ухмыльнувшись, принял вейп, который ему протягивал Ярослав. – Ну, какие есть, – пожал плечами Саша, стараясь казаться равнодушным, но взгляд выдавал его внутреннее напряжение. Он затянулся сладким дымом со вкусом экзотического ананаса, ощущая, как никотин немного притупляет боль и успокаивает нервы. Выпустив густое облако дыма в воздух, он с неохотой отдал вейп обратно и потер тыльной стороной ладони свой нос, нечаянно размазав по лицу засохшую кровь. – Это всё из-за того видео, – тихо произнёс он, словно извиняясь, и стараясь не углубляться в воспоминания о злосчастном ролике, который стал причиной всего этого хаоса. – Пиздец, я конечно в ахуе с этого видоса, но, Сань, это явно не повод калечить друг друга, – прохрипел Ярик, нахмурившись и легонько толкнув друга в бедро. Он снова затянулся вейпом, наслаждаясь сладким послевкусием, и, вдруг оживившись, слегка улыбнулся, предвкушая возможность поделиться собственным опытом. – Знал бы ты, что со мной буквально только что было… – сладко прошептал он, заговорщицки посмотрев в удивлённое лицо блондина, словно собираясь поведать ему нечто очень пикантное и секретное. – Рассказывай, – Саша в ответ широко улыбнулся, почувствовав, как отвлекается от мрачных мыслей и предвкушая возможность услышать очередную занимательную историю от Ярика, который всегда умел разбавить любую, даже самую напряженную обстановку, своей харизмой и непредсказуемостью.

***

После мучительной и долгой тренировки по плаванию, Ярик, совершенно вымотанный, еле волочил ноги в сторону своего корпуса. Внезапно, его внимание привлекла необыкновенно красивая девушка. Длинные, как воронье крыло, чёрные волосы, миндалевидные карие глаза с хитринкой, фарфорово-белая кожа, словно сотканная из лунного света. Девушка игриво улыбнулась и небрежно положила свою изящную руку на его плечо, а затем, словно околдовывая, перевела ладонь на щёку парня, нежно поглаживая её большим пальцем. Шепелев, совершенно ошеломленный таким вниманием, мгновенно покрылся ярким румянцем, расцветающим на его щеках. Девушка, казалось, мгновенно одурманила его разум. Взъерошенные мокрые волосы, растрёпанные после тренировки, колыхались от слабого ветерка, а спортивная одежда, все еще влажная после бассейна, плотно облегала его тело. Она грациозно взяла парня за его широкую ладонь и, манящей улыбкой, повела за угол какого-то незнакомого лагерного корпуса. Ярик, словно загипнотизированный, послушно последовал за ней, забыв обо всем на свете. Спустя пару минут, девушка мило улыбнулась и многозначительно посмотрела на него, а из-за угла неожиданно вышел невысокий парень, с густыми волнистыми волосами и тёмными, как ночь, карими глазами, привлекательная внешность однако. Довольно молодой, на вид лет 15-16, не больше. Азиатка, словно по сигналу, тут же исчезла, словно растворилась в воздухе, а Ярик, слегка опешив, уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, как этот дерзкий парень с лёгкостью толкнул его прямо в шершавую кирпичную стенку. Он ловко приподнялся на носочки, чтобы оказаться ближе к уху Шепелева, и, обжигающим шёпотом промурлыкал: – Меня Еля зовут, а ты, как я знаю — Ярослав Шепелев, пловец из другой команды, так ведь? – Парень, не давая ему опомниться, резко зажал другого вплотную к стенке, положив свои руки на его бёдра, и, слегка наклонив голову, посмотрел снизу вверх с легкой, дьявольской ухмылкой. – Я сын вашего тренера, вряд ли ты когда-либо обращал на меня внимание, да наверное вообще не видел. Еля, словно играя, провёл кончиком своего пальца по его крепкому торсу и, не давая Ярику времени на размышления, постепенно начал стягивать мокрые спортивные брюки с его ног. Шепелев, окончательно сбитый с толку таким напором и неожиданностью, даже не успел среагировать, было уже слишком поздно. Артемьев сел перед парнем на колени, схватил его яйца, начиная массировать, а головка накрылась чужими губами. Ярче прикрыл свои глаза, издав тихий стон удовольствия, а голову запрокинул назад.

***

Саша, с буквально отвалившейся челюстью, был в полнейшем шоке, если мягко сказать. Парень был в трихуях. Он с диким удивлением и выпученными глазами уставился на Ярика, не веря своим ушам. Блондин будто услышал что-то совершенно нереальное. – Не верю вообще. Бля, он реально тебе минет сделал? – Саша отказывался верить в происходящее, словно попал в альтернативную реальность, где люди начали раздавать халявные отсосы направо и налево. Парадеев откинулся назад, лениво ткнув Ярика в плечо. Он слегка ухмыльнулся, закусив свою нижнюю губу в притворном раздумье. – Повезло тебе конечно конкретно… – пробормотал парень, с завистью покачав головой в разные стороны. Он потрепал Ярче по волосам, словно старший брат узнал, что его младшему братишке понравилась какая-то девчонка. Шепелев усмехнулся парню в ответ, невольно заметив и почувствовав, как у Саши предательски напряглись мышцы и как у того встал прибор от возбуждения. Шатен, немного смутившись от этого наблюдения, стыдливо прикрыл своё причинное место руками. – Сука, знал бы ты, как я тогда ахуел от жизни, – мечтательно протянул Ярик, закатывая глаза и вспоминая тот неожиданный момент. Саша не мог удержаться от невероятного любопытства и интереса. Парадеев приподнялся на локте и повернулся к Ярику миловидным лицом. – Да ладно, рассказывай всё в подробностях, – подтолкнул он друга, жаждая услышать пикантные детали в этой истории. – Как вообще все произошло? Ты его знал до этого? Что этот сын тренера из себя представляет? И вообще, почему он просто так решил на тебя наброситься? – Ярик ухмыльнулся, наслаждаясь безумным вниманием друга. – Ну, я его видел пару раз в бассейне, но никогда не общался. Он всегда такой немного странный, пиздец какой, ну, бля, Лёха тоже его видел иногда. Ну тн де всё-таки с другой команды… А тут вдруг, сука, как чёрт какой-то, появляется и начинает раздевать, многие говорят, что он с сеструхой траву продаёт, – Ярик издал нервный смешок, потерев свой нос, и, вспоминая своё трудное замешательство, но и дикое возбуждение. – Я даже не успел ничего понять, как он уже стягивал с меня штаны, а потом и отсасывать начал. – И чё дальше? – нетерпеливо спросил Саша, жадно ловя каждое слово. Он положил свою руку на плечо Шепеля, сильно сжимая, зная о том, что там останутся красные следы. – Дальше… Дальше было жарко, – томно ответил Ярик, прикусив губу. – Он очень умелый, надо сказать. Я даже не сопротивлялся особо, если честно, мне и не хотелось. Саша присвистнул, пораженный откровенностью своего друга. – Нихуя себе, он те отсасал, потом чё было? Вы просто разошлись, как ни в чем не бывало? – Саша с безумием взнлянул на Ярче, будто у него в мозгах ебануа какая-то. Настолько ему было интересно, это даже пугало. – Ну, бля, почти, – загадочно улыбнулся Ярик. – Еля сказал где живёт, дал косяк и смылся, – шатен поджал плечами, доставая тот самый косячок из карманов спортивок. Он сжал его в своих пальцев, показывая его перед лицом блондина. – И чё, пойдёшь к нему когда-нибудь? – Саша буквально засыпал Ярика вопросами. – Пока не ебу вообще, вроде хочется, а вроде и нет, – Шепелев перевёл взгляд с косячка на Саню и поджал свои губы, вздохнув. – Но я надеюсь, что увежу Елю ещё, – мечтательно добавил он, ухмыльнувшись самому себе. Внезапно, по двери раздался приглушённый, настойчивый стук, словно кто-то пытался деликатно нарушить их уединение. Оба парня, увлечённые разговором, одновременно обратили внимание на этот звук и обменялись удивлёнными взглядами. Саша, нахмурившись, быстро поднялся с кровати и, не говоря ни слова, направился к двери, слегка приоткрывая её, словно боясь увидеть что-то неприятное. За дверью показалась очаровательная и привлекательная барышня, словно сошедшая с обложки глянцевого, гламурного журнала. На ней были коротенькие, облегающие, джинсовые шорты, которые идеально сидели на её стройных бёдрах, подчеркивая каждый изгиб. Капроновые колготки в мелкую сетку украшали её длинные ноги, делая их ещё более соблазнительными. Сверху была надета обтягивающая тёмная кофточка на молнии, а накинутый на голову капюшон, отороченный светлым, пушистым мехом, придавал ей немного загадочный и дерзкий вид. Её миловидное, но в то же время немного хитрое личико было умело накрашено лёгким, но выразительным макияжем, подчеркивающим её большие глаза и пухлые губы. Она попыталась протиснуться внутрь комнаты, но Парадеев, словно страж, успел преградить ей путь, вопросительно изогнув свою светлую бровь. – А ты, собственно говоря, кто? Мы шлюховатых дамочек на дом вроде не вызывали, – с насмешливой усмешкой произнёс блондин, вальяжно облокотившись плечом на дверной косяк и смеривая девушку оценивающим взглядом. Та возмущённо посмотрела на парня, поражаясь его наглости и удивляясь тому, как ему вообще вздумалось сказать такие обидные и оскорбительные слова в адрес незнакомой девушки. Она фыркнула и, скрестив руки на груди, вызывающе произнесла: – Ты берега попутал или что, индивидуум больной? Я вообще-то к Лёше иду, так что будь добр, пропусти, – с вызовом сказала брюнетка, попытавшись толкнуть парня в плечо, чтобы пройти внутрь комнаты, но, заметив, что тот даже не пошевелился и остался непоколебимым, громко цокнула языком, выражая своё недовольство. Она с досадой закусила щеку с внутренней стороны, сложив руки у себя на груди и бросая испепеляющие взгляды на Сашу, явно желая того, чтобы её немедленно пропустили внутрь комнаты. Саша, слегка удивлённый таким напором и неожиданным поворотом событий, сладко промурлыкал, растягивая слова: – Мне, лично, Лёша ничего не говорил о визите какой-то бабы-проститутки, – с этими словами Саша с хитрой улыбкой захлопнул дверь прямо перед её носом, а та, придя в ярость от такой наглости, с ненавистью прокричала сквозь старую деревянную дверь: – У тебя проблемы, козлина! – её глаза лихорадочно забегали по сторонам в поисках чего-нибудь, чем можно было бы отомстить нахалу. Взгляд её упал на первый попавшийся под руку камень, валявшийся на земле. Схватив его, девушка сжала его в руке, ощущая, как костяшки её пальцев побелели от напряжения, и, размахнувшись изо всех сил, запустила камень прямо в окно комнаты, с силой разбив стекло, и прокричав напоследок громкое: «Дебил!». Выпустив пар, она молча развернулась на высоких, массивных ботинках и с яростью, сверкая глазами, зашагала в сторону других корпусов, словно фурия, готовая уничтожить все на своем пути. (она реально slay diva)

***

Артемьев, возвращаясь обратно в свой корпус, невольно расплылся в довольной ухмылке, словно кот, объевшийся сметаны. Он засунул слегка подрагивающие руки глубоко в карманы своей черной, немножко выцветшей зип-худи, пытаясь согреться после прохладного лагерного воздуха. Еля машинально провёл языком по своим пухлым губам, ощущая лёгкую липкость и подмечая крошечную капельку спермы, предательски блестевшую на верхней губе в лучах тусклого солнца. От этой мысли его ухмылка стала еще шире и приобрела оттенок дерзкой самодовольности. – Сука, – прошептал он одними губами, скорее с восхищением, чем с осуждением, натягивая капюшон на голову, словно прячась от чужих взглядов и собственных мыслей. Елисей уверенным шагом, с небольшой пружинистостью в походке, дошёл до своего корпуса лагеря и толкнул тяжелую входную дверь, пропуская внутрь сырой запах бетона, смешанный с резким ароматом чего-то прянного с других комнат, внутри было абсолютно тихо, это было редко, никаких доносящихся звуков из разных уголков здания. Спокойно направляясь к своей и Аниной комнате, он ощущал лёгкую дымку в голове, словно его мысли были какими-то мутными и немного запутанными, как после опьянения. Он ещё не до конца осознал, что только что совершил, и как это отразится на его дальнейшей жизни, но ощущение власти и вседозволенности пьянило его, словно дорогое вино. Еля подошел к двери своей комнаты, скрип которой знал наизусть и уже давно перестал замечать, и бесцеремонно ворвался внутрь, тут же захлопнув её за собой с громким хлопком, словно отрезая себя от внешнего мира и прячась от чужих глаз. На глазах появились привычные, до боли знакомые лагерные стены, обклеенные дешевыми, выцветшими обоями в мелкий цветочек, которые успели сильно даесть, за всю смену. Он устало плюхнулся на ближайшую к нему кровать, совершенно не заботясь о том, что это койка его сестры и ей будет неприятно спать на помятом покрывале. Откинувшись на спину, он потёр ладонями свои воспаленные, немного покрасневшие глаза, которые горели огнем из-за хронического недосыпа и постоянных тренировок. Кого он обманывает, на эти трени он никогда не ходит. Их команда сейчас наверняка была на изнурительной тренировке, которую Еля с чистой совестью прогуливал, не чувствуя ни капли угрызений совести. Не хотелось тащиться в эту пропахшую хлоркой дыру, где от постоянной сырости и духоты всегда болела голова, лучше уж поваляться в кровати, отдохнуть и забыть обо всем на свете… Парень лениво огляделся и заметил на Аниной тумбочке полупустую пачку жвачки «Orbit» со вкусом «Прохладная мята». Без раздумий Артемьев стащил её и, не церемонясь, вытащил сразу три подушечки и закинул их себе в рот, наслаждаясь сладким, освежающим вкусом жвачки, который приятно растекался по всей полости рта, словно прохладный бриз. Ему нужен был этот заряд свежести, чтобы хоть немного прийти в себя после недавней неожиданной и волнующей встречи. Внезапно, словно вихрь, в комнату ворвалась Анна. Она с силой, громко и агрессивно хлопнула дверью, заставив стены содрогнуться, и, увидев своего надоедливого младшего брата, вальяжно развалившегося на её кровати, не сдержала раздраженного возгласа. Недолго думая, она подлетела к нему, схватила его за шкирку, словно нашкодившего котёнка, и с силой стащила с кровати. – Плагг, какого хрена? – с явным огорчением и злостью она уставилась на него, ткнув пальцем прямо в грудь, словно желая проткнуть его насквозь. Тот лишь закатил глаза, показывая своё полное безразличие к её возмущениям, и лениво перекатился на своё спальное место, закрывая лицо руками от дикой усталости, навалившейся на него. Артемьев во весь свой рост разлёгся на своей койке, переворачиваясь на бок и обращая своё внимание на раздраженно сопящую сестрицу. – Блять, тупые парни, петушары… – прошипела девушка сквозь зубы, доставая из своей тумбочки заветный вейп. – Что опять случилось? – с игривой улыбкой спросил он, с каплей хитрости глядя на разъяренную Анюту. Та гневно вздохнула, выпуская свой пар наружу, и, сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, попыталась успокоиться, жадно затягиваясь вейпом с каким-то фруктовым вкусом. – Очередной чел отшил? – Да Боже Мой! Меня в комнату не пустил какой-то белобрысый пидор, а я вообще-то собиралась увидеть Лёшу! Господи, – активно размахивая руками и жестикулируя, пояснила девушка, расстёгивая свою тесную кофту с мехом, и, небрежно кинув её на кровать, сложив в кучу с другими вещами. Девушка осталась в обтягивающей чёрной майке, выгодно подчеркивающей её пышную и стройную фигуру, и накинула поверх неё оверсайз футболку с какой-то рок-группой, чувствуя себя гораздо свободнее и комфортнее. – Честно слово, прибью этого говнюка, – пообещала она, сжимая кулаки от злости. Она сделала небольшую паузу, переводя дыхание, и присела на край своей кровати, закинув ногу на ногу, и, наконец, окончательно успокоившись, сделала ещё одну затяжку вейпом, блаженно прикрыв карие глаза. – Как там твой Ярик? Член хоть вкусный? – девушка с хитрой ухмылкой приподняла бровь, сделав ещё одну затяжку вейпом и выпустив в воздух облако сладкого дыма со вкусом личи. Она аккуратно заправила мешающую тёмную прядь волос за ухо, с каплей веселья взглянув на Елю, ожидая его ответа. Конечно, ей было безумно интересно, как проходят интересные «мероприятия» её младшего брата, и не упустила возможности подколоть его. – А Клешман там как, не облезла ещё вся? – ехидно спросила Аня, вспомнив про бледнокожую, невероятно привлекательную азиаточку, которая ловко заманила наивного дружка Елисея в заранее расставленные сети. Артемьев ухмыльнулся в ответ, не обижаясь на её подколки, и зарылся пальцами в свои волнистые волосы, взъерошивая их ещё больше. – Ярик-то, на самом деле, уж очень наивный, просто пиздец как, – с довольной ухмылкой Еля перевернулся на спину, положив руки на грудь и устремив взгляд в светлый потолок. Он небрежно переплетал свои пальцы, чувствуя, как по телу пробегает лёгкая дрожь, а внизу живота предательски все сжимается при одном упоминании Ярослава. – Так ещё и особо не сопротивлялся, как будто ждал этого всю жизнь, – мечтательно протянул он, прикрыв глаза. – Ну-у, он под конец так засмущался, что мне даже жалко его стало, я его даже в щёчку чмокнул, – Еля резко повернул голову, обратно перемещая взгляд на сестру, которая с явным интересом и любопытством слушала его рассказ, словно захватывающий детектив. – А Анька нормально, мы с ней особо и не разговаривали. Я ей косяк отдал, она сразу поняла, что от неё требуется, и пошла заманивать Ярика в свои сети, – пояснил он. Анна довольно улыбнулась, подмечая то, как хорошо идут дела у её младшего брата, и как ловко он умеет манипулировать людьми. Хотелось бы и ей такой же удачи и беспроблемной реализации задуманного, ведь она так долго красилась, тщательно подбирала наряд и создавала идеальный образ, чтобы покорить сердце Лёши, а в итоге, какой-то белобрысый дебил даже не соизволил её впустить! Вспомнив про унизительное изгнание, её лицо мгновенно помрачнело, а брови сердито сдвинулись к переносице, но Аня постаралась не зацикливаться на этом неприятном эпизоде и подавить нарастающую злость, прошептав тихое, злобное: «сука ты ебливая». Еля, моментально почувствовав перемену в её настроении, тут же нахмурился, привстав на локте и с подозрением посмотрев на сестру. – Я конечно понимаю, что твои коварные планы сегодня не удались, а мои - успешно воплотились в жизнь, но это не повод меня обзывать, – с напускным возмущением он показал Ане средний палец, на что та лишь отмахнулась от него, фыркнув и закатив глаза. – Я не тебе, дурак, я этого чёрта вспоминаю, который выгнал меня, – с обидой и разочарованием в голосе соизволила она объяснить, поджав пухлые губы и надувшись, как обиженный ребёнок. Елисей тут же смягчился, почувствовав её огорчение, встал с кровати и подошёл к сестре, потрепав девоньку по волосам в знак примирения, но она тут же отмахнулась, убрав чужую руку и громко цокнув. – Эй! Ты вообще знаешь, сколько времени я сегодня волосы укладывала?! – возмущённо воскликнула она, отталкивая брата от себя и лихорадочно приводя свою прическу обратно в порядок, стараясь вернуть всё в начальное положение, как будто ничего и не произошло. Елисей пожал плечами, сев обратно на кровать. Он тихо зевнул, прикрыв рот рукой, и, облакотился на стену за спиной, размышляя о том, что будет у него дальше с Яриком.

***

Александр, разглядывая черты избитого лица Лёши, лежащего напротив него на кровати, испытывал противоречивые чувства. С одной стороны, его захлестывала злость и обида на него, с другой – мучило чувство вины за его собственную неожиданную вспыльчивость. Зачем он вообще сорвался на драку? Но, сука, его слова были чертовски обидными и задели его за живое. Неужели он действительно из-за простой жалости сказал, что любит? Нет, парень отказывался верить в эти лживые слова, это же полный бред. Он ведь любит его, но почему-то не может это признать даже самому себе. Дебил бля. Саша с досадой закусил нижнюю губу, приблизился к кровати и присел на корточки рядом с ней, ещё больше рассматривая бледное, осунувшееся лицо паренька. Бля, так ещё и Шепелев съебался на какую-то внеплановую дополнительную тренировку, при чём даже не соизволил спросить, хочет ли Саша пойти с ним, оставив его наедине с этим проблемным брюнетом. Задумавшись, он бережно приблизился рукой к его щеке и нежно провёл кончиками пальцев по её гладкой поверхности, заправляя выбившуюся прядку тёмных волос за ухо. Он слегка улыбнулся, прислушиваясь к дыханию Лёши и стараясь понять, спит ли он на самом деле. Саша сдвинул брови к переносице, чувствуя, что что-то не так, дыхание было определённо не сонным, слишком ровным и спокойным для спящего человека. Саша помотал головой, пытаясь отогнать навязчивые мысли, прислушался ещё лучше и с удивлением понял, что этот пиздабол ни капли не спит, а лишь искусно притворяется, надеясь избежать нежелательного разговора. Он тут же слегка ударил его по плечу и резко схватил за чёлку, немного приподняв его голову к своему лицу, чтобы заглянуть в глаза. – Ты в край ахуел, Деревяшкин? – с возмущением прорычал он. Лёшины глаза тут же распахнулись, и он невинно взглянул на блондина, словно только что проснулся, и тут же поспешно убрал его руку со своих густых волос, обиженно нахмурившись, опуская голову обратно на мягкую подушку. Парень демонстративно повернулся на другой бок, чтобы больше не видеть злое лицо Сани, которое ему сейчас совершенно не хотелось разглядывать. – Я тебе говорю, – Саша, окончательно разозлившись от его игнора, встал с пола и с силой потряс Лёшино плечо, пытаясь привлечь его внимание, но тот почему-то упорно молчал, не реагируя на Санины действия. Парня это начало неимоверно бесить, и он, поддавшись внезапному импульсу, запрыгнул к Лёше на кровать, нависнув сверху над его худощавым телом и бесцеремонно переворачивая брюнета на спину, чтобы наконец-то заглянуть в эти темные, как крепкий чёрный кофе, прелестные глаза, которые так и манили его. Саша заметил, как Лёшины зрачки мгновенно расширились от испуга, а ресницы слегка задрожали, выдавая его волнение. Парадеев ухмыльнулся, предвкушая дальнейшее развитие событий, его это заводило. – Чего молчишь? Обиделся на меня? – Саша, словно делая отжимание, медленно приспутился ниже, сокращая расстояние между их лицами до минимума. Парадеев ощущал кожей учащённое дыхание Лёшки, такое быстрое и прерывистое, будто… Будто он его боится. – Ты что, немым вдруг стал? – Саша уже сбился со счёта, какой по счёту вопрос он задает, но ответов не было вообще, что сильно раздражало его и заставляло кипеть от злости. Но сейчас его мозг внезапно переключился с гнева на что-то совершенно иное, более тёмное и похотливое. Он приблизился лицом вплотную к его лицу, но не касался, словно играя с ним. Саша дразняще приблизился к тонкой шее брюнета, обжигая её своим горячим дыханием и подмечая, как мгновенно по всему телу Лёши пробегают мурашки. Деревяшкин громко сглотнул, стараясь изо всех сил игнорировать происходящее и подавлять нарастающее возбуждение. Спустя несколько томительных секунд, наполненных напряжением и сдерживаемыми желаниями, Саша предательски близко оказался возле уха Лёши, но так и не касался его, лишь обдавая горячим, сбивающимся дыханием, которое казалось чертовски громким и дразнящим в этой оглушающей тишине. Парень будто специально издевался над Лёшей, испытывая его терпение и ожидая, пока тот, не выдержав, выдаст хоть слово. Одна рука Саши медленно, словно змея, скользнула вниз, пересекая живот Лёши и добираясь до его таза, а затем, немного помедлив, забираясь под край найковской белой футболки. Холодная кожа живота вздрогнула, когда её накрыла горячая ладонь атлета, оглаживая её аккуратно и осторожно, совсем не спеша, словно исследуя незнакомую территорию. Брюнет тут же невольно прикрыл свои веки, стараясь скрыть бушующие внутри эмоции, и судорожно выдохнул, выдавая своё волнение. Слишком высокая чувствительность предательски выдавала его. Блять. Блондин удовлетворённо усмехнулся, ощущая его реакцию, и постепенно начал забираться чуть выше, неспешно изучая тело парня. Он прошёлся длинными, тонкими пальцами по его ребрам, ощущая каждый изгиб и косточку, добираясь до груди. Саша не стал торопиться и действовать напролом, предвкушая сладость момента. Он нежно огладил грудь по бокам, вызывая лёгкий трепет, а уже потом, словно случайно, нащупал подушечкой указательного пальца упругий сосок и нежно погладил его, вызывая волну мурашек. Лёша громко сглотнул, чувствуя, как новая волна мурашек пронзает всё его тело, и инстинктивно втягивает живот, пытаясь скрыть своё возбуждение. Парадеев почувствовал, как в его джинсах становится предательски тесно, и нетерпение начинало брать верх над разумом. Хотелось быть быстрее, хотелось утонуть в Лёше, но ещё больше хотелось медлить, дразнить его и довести до грани безумия, пока он сам не попросит ускориться и не отдастся во власть его желаниям. Саша провёл большим пальцем вокруг ареолы, распаляя его чувства, а затем, слегка надавив, вовсе сжал сосок двумя пальцами, от чего брюнет не смог сдержать тихий, стонущий выдох: «Ай». Саша, ухмыльнувшись, тут же накрыл своими горячими губами нежную кожу шеи Лёши, начиная оставлять влажные, обжигающие поцелуи, медленные и настойчивые. Деревяшкин, чувствуя, как его разум затуманивается от удовольствия, начал быстро и прерывисто дышать, слегка приоткрыв свой рот, словно глотая воздух. Его пальцы на правой руке судорожно сжали одеяло под ним, комкая ткань, а другая рука, словно против воли, накрыла белые кудряшки Саши, судорожно сжав их в своей ладони. Тело Лёши резко вздрогнуло, когда по его чувствительному кадыку прошёлся горячий язык Парадеева, вызывая очередную орду мурашек, и он непроизвольно сжал чужие волосы еще сильнее, отчаянно пытаясь удержать себя в руках и не потерять контроль. Саша провёл языком ещё раз, дразняще обводя его кадык, и брюнет тихо выдохнул, мысленно умоляя всевышнего, чтобы это поскорее закончилось, и вспоминая, действительно ли он ещё спит, или всё это происходит наяву. Парадеев отстранился от изящной шеи парня, облизывая свои розовые губы. На языке остался привкус его кожи — сладковатый и пьянящий. Блондин, Саша, смотрел в лицо Лёши, и в его взгляде плескалось обожание. Такое лицо… Такое красивое, будто перед ним не просто парень, а нечто невероятно драгоценное, хрупкое и совершенное. Страх спугнуть это мгновение, разрушить эту близость боролся с неудержимым желанием прикоснуться. Саша решительно отогнал колебания, взял Лёшу за щеку - нежно, почти невесомо - и приблизился лицом к другому, накрывая губы Деревяшкина своими. Это был не требовательный, не терпящий возражений поцелуй, а скорее робкое признание, осторожное исследование неизведанной территории. Саша отдавался этому поцелую полностью, словно не видел Лёшу целую вечность, словно в каждом касании губ заключалась целая история. Он сплетал их языки, неуверенно, но настойчиво, проходился по рядам зубов и нёбу, исследуя всю полость рта, обмениваясь слюнями. Этот танец языков был красноречивее любых слов, выражал и страх, и надежду, и желание. Через мгновения, лица отстранились друг от друга, прерывая сладостное томление. В глазах Лёши плескалась растерянность, но и явное желание продолжить. Рука брюнета, до этого бережно удерживающая светлые волосы, упала со скользких прядей на кровать. Дыхание обоих сбилось, в комнате повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь учащенным сердцебиением. Саша, собравшись с духом, начал медленно, словно боясь спугнуть, снимать с Лёши футболку. Тот поддался чужим действиям, чуть приподнимаясь, помогая освободить торс от мешающей ткани. Блондин завороженно начал разглядывать тело Деревяшкина, изучая каждый изгиб, каждую линию. Кожа Лёши казалась фарфоровой, безупречной. Саша заметил, что его соски слегка набухли от возбуждения, и это открытие заставило его улыбнуться шире, Саша почувствовал некую власть над чужим телом. Парадеев усмехнулся, не в силах сдержать ухмылку, повторно приближаясь к лицу Лёши, и, прижавшись щекой к щеке, прошептал почти неслышно: «Ты меня зводишь». Горячее дыхание опалило ухо Лёши, вызывая мурашки по коже. Саша знал, что следующее прикосновение будет ещё более смелым, ещё более откровенным, и в этом предвкушении заключалась особая магия момента. Саша одной рукой начал раздвигать Лёшины коленки, прижимаясь своим пахом к чкжому, создавая приятное трение. Оба парня тихо вздохнули, чувствуя нарастающее возбуждение. Саша начал стягивть спортивки с себя, опуская их до колен, что и сделал с Лёшей, полностью перекладывая инциативу на себя. Он накрыл своей ладонью Лёшин пах, от чего тот запрокинул голову назад. Саша пролез ладонью под ткань Лёшиных боксеров, ощутив на руке естественную смазку. Блондин размазал её по всей длине члена брюнета, сжав свою руку вокруг органа. Лёша издал глухой стон, стараясь быть спокойнее. Саня сделал движение вверх, повторный стон вышел из уст Лёши, парень закусил нижнюю губу. Саша убрал свою руку с члена Лёши, добрался до своего белья, спустив его к спортивкам, оголяя половой орган. Блондин сделал тоже самое с боксерами Деревяшкина, твердым взглядом посмотрев на брюнета. Тот быстро отвернулся, совершенно «случайно» закрыв лицо своими руками. Парадеев схватился за чужие бёдра, уместившись между ногами Лёши, и закусил свою нижнюю губу. В животе разлилось горячее предвкушение, смешанное с лёгкой усмешкой. Гандонов и смазки у них, конечно же, не было, приходилось импровизировать, полагаться на то, что было под рукой. Саша плюнул на два своих пальца и, стараясь нежно, как можно деликатнее, поднёс их к отверстию Лёши, аккуратно прикоснувшись к нему. Брюнет тут же дёрнулся от непривычных ощущений, глаза расширились, но он, словно завороженный, позволял Саше вытворять такие вещи со своим телом. Парадеев медленно, с осторожностью, вошёл пальцами внутрь. Лёша нахмурился от неожиданной, но не сказать, чтобы неприятной, боли, стараясь привыкнуть к ощущению инородного тела внутри себя. Конечности начали активно двигаться, растягивая узкое пространство, готовя его к более глубокому проникновению, чтобы позже, Деревяшкину было приятно, а не больно. Лёша запыхтел, когда пальцы зашевелились внутри, сначала нежно, а потом всё более уверенно и резко. Светловолосый высунул свои пальцы, и внутри стало неприятно пусто, но это ощущение продлилось совсем недолго. Саня быстро поднёс головку члена к колечку мышц, и, задержав дыхание, начал постепенно входить мясистым хуем внутрь, всё глубже и глубже. Лёша попытался ухватиться за Сашины волосы, ища опору, но его запястья были схвачены и прижаты к кровати чужими руками. От неожиданности Лёша расширил глаза, а потом издал высокий, болезненный стон, когда одним резким движением член вошёл полностью. Саша замер, давая время привыкнуть, растянуться. Он чувствовал, как Лёша весь дрожит под ним. Парадеев начал набирать темп, пытаясь создать грубые, ритмичные движения, выплёскивая эмоции, которые накопились за всё это время. Он жёстко начал толкаться внутрь, рванно дыша, словно бежал марафон. Деревяшкин закусил свою нижнюю губу до крови, чтобы не издавать лишних стонов, боясь, что их услышат. Его член, оставшийся без внимания, дико ныл, требуя прикосновения, но Лёша старался не обращать внимания на это, концентрируясь на толчках, стараясь уловить ритм. – Ты ведь… – сбивчиво сказал Саша, делая небольшую паузу, пытаясь отдышаться. – Хотел этого со мной? – Саша посмотрел на лицо Лёши, которое исказилось от боли и удовольствия. Он будто и не слушал. Деревяшкин выгнулся в спине, когда Саша случайно нашёл нужную точку. Парень, не сдержавшись, издал громкий стон, от чего тут же кинулся в стыд. Блондин начал стараться толкаться именно в этот комок нервов, понимая, что это приносит огромное удовольствие не только ему, но и парню снизу. – Прости, – произнёс Лёша, открывая свои заплаканные глаза. Он забил на то, что их могут легко услышать, ведь стены были невероятно тонкие. Боль и стыд отступили, и теперь парень начал издавать возбуждающие звуки удовольствия, которые с каждым движением становились всё громче и откровеннее. – Прости меня! Саша улыбнулся, нежно целуя Лёшу в губы, меняя их местами. Он прилёг на спину, а Деревяшкина превратил в наездницу, заставляя прыгать на себе. Саша так же толкался внутрь быстрыми движениями, получая дикое наслаждение от того, как Лёша извивается над ним. Блондин сжал в своих руках талию Лёши, крепко и сильно, до синяков, желая оставить след, доказать, что это было реальностью, а не сном. Деревяшкин запрокинул голову назад, положив свои ладони по обе стороны от головы Сани. Из уст брюнета опрокинулся длинный, мучительный стон, который перемешался с неровными толчками. – Прости… – повторил Деревяшкин, зажмуривая свои глаза до боли, чувствуя, как приближается разрядка. Стыд, боль, удовольствие — всё смешалось в один бурный поток. В этот момент существовали только они двое и эта безумная, всепоглощающая страсть.

***

Саша с Лёшей, пытаясь отдышаться на кровати, уместиоись рядом друг с другом, смотря прямо в потолок. Их руки держались вместе, совсем небрежно, но виесте. Блондин первый натянул на себя одежду, вставая с чужой кровати. Парень быстренько выскользнул из комнаты, стараясь двигаться как можно спокойнее. В щеку ударил свежий дневной воздух, пропитанный запахом сосновой хвои. После душной комнаты, пропахшей потом и спермой, этот запах казался глотком свежей воды. Он поёжился, накинув на плечи олимпийку. Ноги сами понесли его в сторону небольшой тропинки, раскинувшейся у подножия лагеря. Солнце уже почти собиралось уходить за верхушки деревьев, окрашивая небо в багряные и золотые оттенки. Саша присел на скамейку, наблюдая за этой мимолетной красотой. В голове роились мысли, то возвращая к Лёше, то разбегаясь в разные стороны. Он не мог понять, что сейчас чувствовал. Стыд? Возбуждение? Растерянность? Наверное, всего понемногу. Из раздумий его вывел знакомый голос. – О, Санчес, ты чего тут один? – Саша вздрогнул и повернулся. Перед ним стоял Ярик, высокий, с мокрыми от пота волосами, которые прилипли ко лбу. В руках он держал полотенце и бутылку воды. – Ярик? Да так… просто решил подышать свежим воздухом, – неловко ответил Саша, стараясь не смотреть в глаза. Ему почему-то стало стыдно перед Яриком, как будто он совершил что-то неправильное. Хотя, если подумать, ничего криминального не произошло. Просто… он переспал с Лёшей. – Понятно, – хмыкнул Ярик, присаживаясь рядом. – Я вот только с дополнительной тренировки, только закончил… Бля, а чё ты со мной не пошёл-то? – Саша пожал плечами. – Да хз, просто, устал немного. Решил отдохнуть. – Ярик внимательно посмотрел на него, прищурив глаза. – Что-то с тобой не так, Парадеев. Ты какой-то… странный. Чё случилось? – Саша замялся, не зная, что ответить. Рассказывать Ярику про Лёшу? Нет, это было невозможно. – Да всё нормально, Ярик, – попытался отшутиться Саша. – Просто немного перенервничал из-за тренировок, надо навещать допы. – Ярик не поверил. Он, конечно, не прям знал Сашу слишком хорошо, но поверить в такую нелепую отговорку Ярче не мог. Но он не стал настаивать. Шатен просто вздохнул и отвернулся, глядя на небо. – Ладно, как знаешь, – сказал Ярик. – Но если что, ты можешь мне рассказать. Я всегда выслушаю, бро, – Саша молча кивнул, чувствуя благодарность к другу. Он знал, что Ярик всегда будет рядом, что он всегда поддержит. Но рассказать ему про секс с Деревяшкином, это было выше его сил. Он понимал, что, блять, это слишком стыдно, но… У него же был оральный с парнем, буквально сегодня. Они сидели в тишине, наблюдая за тем, как облака медленно плавают по небу. В воздухе витала тревога, которая с каждой минутой становилась всё сильнее. Но, бля, парень был безумно рад тому, что он сделал это.