Закрой глаза, идиот

Приближалась середина января, и замок будто стряхивал с себя остатки праздничной суматохи. Коридоры снова заполнили тёплые клубы пара от мантии после прогулок, запах чернил и аккуратный, почти убаюкивающий шум школьной рутины. Для Драко всё действительно вернулось на круги своя: книги, расписания, переполненные конспекты и его привычное желание быть лучшим. Он часто писал матери. Коротко, без лишних подробностей, но достаточно, чтобы она понимала: он работает, старается, держит себя в руках. Иногда он даже чересчур тщательно переписывал письмо заново, лишь бы не отправить ей неряшливо оформленный лист. Самым странным для него самого стало другое: он начал время от времени играть в шахматы с Невиллом. Драко до сих пор не знал, как вышло, что они вообще сели за один стол, но как ни крути — хотя бы против Лонгботтома он выигрывал стабильно. И это приятно грело самоуважение, особенно если вспомнить, как Уизли захлёбывался смехом после их декабрьской партии. Малфой стал меньше разговаривать с этой троицей. Не потому, что что-то испортилось. Он просто был занят. Настолько, что иногда не замечал, как проходят дни. Он хотел доказать отцу — и, возможно, себе — что способен на большее. Что общение с гриффиндорцами не делает его слабым. Что он ещё кое-чего стоит. Чаще всего его можно было найти в библиотеке. Чуть шуршащие страницы, запах старого переплёта, ровное потрескивание свечей вдоль стен — всё это словно собирало мысли в один плотный, аккуратный узел. Иногда рядом оказывался Бёрк. Он говорил мало, но достаточно едко, чтобы Драко иногда поднимал голову от книги. Они часто обсуждали статьи в «Ежедневном пророке» — особенно те, где Скитер взялась за Хагрида. — Честное слово, она пишет так, будто сама присутствовала при каждом нелепом происшествии, — заметил как-то Бёрк, хмуро перелистывая газету. По Скитер выходило, что Хагрид не просто преподователь , а почти диковинное существо, наполовину великан, наполовину катастрофа. Школа гудела от сплетен. Даже те, кто раньше относился к Хагриду ровно, теперь шептали за спиной. Каждый день, буквально каждый, Драко замечал одно и то же: Поттер, схватив свежий номер, пробегал глазами столбцы текста и моментально раздражённо морщил нос. — Эта стерва… — бормотал он, бросая газету на стол так, будто она была проклятой. Грейнджер ворчала, Уизли закатывал глаза, а Поттер кипел. — Нет, она издевается! — громко выдал Гарри, так резко опуская газету на стол, что чашка с тыквенным соком дрогнула. — Вот просто издевается, иначе это не назвать! Драко, сидевший рядом, лениво приподнял бровь. Он ещё не успел открыть газету, но по выражению лиц Гарри и Гермионы было понятно — Скитер снова решила прославиться очередной порцией грязи. Рон что-то бурчал про «ей бы уже кто-нибудь перо сломал», но Гарри его даже не слушал, настолько был возмущён. — Она, кажется, в этот раз переплюнула саму себя, — протянул Драко, всё же заглянув Гарри через плечо. — Хагрид теперь у неё и великан, и угроза безопасности, и, кажется, полукотёл… или я неправильно понял? Гарри фыркнул и отбросил газету подальше, будто боялся, что от её страниц появится уродливое лицо Скитер После ужина они шли по коридору вместе. Гермиона делилась какими-то новыми фактами, Рон зевал, а Драко мечтал лишь о своей кровати. Он уже представлял, как упадёт на неё лицом и перестанет существовать на ночь. Но внезапное прикосновение сбило все мысли. Тёплая ладонь схватила его за руку, осторожно, но явно не случайно. Драко вздрогнул и резко повернул голову. Гарри. Он смотрел куда-то мимо, как будто всё ещё что-то обдумывал. Затем глубоко выдохнул, будто принял решение. Быстрым жестом он показал Гермионе и Рону идти дальше. Те обменялись взглядом, но спорить не стали и скрылись за поворотом. Гарри остался рядом. Немного неловко провёл рукой по затылку, словно извиняясь за собственную смелость. — Можешь… — он замялся, но всё же закончил: — пойти со мной в ванну? Драко моргнул. Один раз. Второй. Вот уж чего он точно не ожидал после ужина. — В ванну? — переспросил Драко таким тоном, будто сомневался, что Гарри не ударился головой о что-то твёрдое по пути. Гарри слегка покраснел и неуверенно кивнул. Мгновение спустя, будто испугавшись собственного кивка, он торопливо поднял руки. — То есть… не просто в ванну! В ванну старост. Мне… — он запнулся, подбирая слова, — мне нужно для загадки яйца. Понимаешь? Он сглотнул, потом добавил поспешно, как будто заранее оправдываясь: — И я подумал… ну… что рядом должен быть кто-то умный. Прям как ты. Да! Драко уставился на него как на человека, внезапно решившего заговорить на языке троллей. Его бровь поднялась почти до линии волос, выражая и недоумение, и лёгкое презрение, и вопрос «ты серьёзно?». — Ванна старост? — уточнил он, будто проверяя, не ослышался. — Это Седрик посоветовал, так? Гарри снова кивнул, уже более уверенно. — Да. Там… там можно услышать подсказку. Он сказал, что это сработало у него. Драко вздохнул. Что-то между раздражением, сомнением и усталостью. И всё же к своему собственному удивлению он кивнул. — Ладно. Пошли. Улыбка, появившаяся на лице Гарри, была слишком яркой для простого «спасибо». Так, шаг за шагом, они поднялись по лестницам, прошли длинный коридор, где стены тихо отдавали эхо их шагов, и остановились перед массивной дверью. Гарри толкнул её, та легко поддалась и густой тёплый пар тут же обдал их обоих, окатив сладким запахом мыла и свежей воды. Так они и оказались в ванне старост. Гарри замолчал, словно пытаясь собрать мысли в одну чёткую фразу, но так и не находя слов. Ванна была наполнена туманным паром, плитка отливала мягким светом, и всё казалось странно тихим. Он посмотрел на Драко — чуть неуверенно. В этом взгляде было что-то… тянущее. Смущённое. Драко сделал вид, что его это никак не задело, но плечи у него всё же напряглись Гарри первым отвёл взгляд. принимая решение. Он стянул с себя мантию, аккуратно бросил её на скамью рядом, затем расстегнул рубашку, быстро, без колебаний, будто иначе просто сорвётся с места и убежит. Из-за пара контуры двигались мягко, но уверенно, и Драко только моргнул, не зная, куда девать глаза. Поттер не смутился сосредоточенный, он шагнул к бассейну, поставил яйцо на край и спустился в воду. Она вспенилась вокруг него мягкими кругами. После нескольких манипуляций в огромном бассейне, когда Гарри то поднимал яйцо над водой, то опускал его под поверхность, то снова тряс его у уха, он решился на очередную попытку. Вздохнул, вытер ладонь о мокрую кожу плеча и щёлкнул замком. Яйцо распахнулось — и на всю ванну раздался дикий, режущий визг, от которого воздух будто содрогнулся. Драко скривился, зажал уши так, будто Гарри пытался подвергнуть его пытке. — Ты уверен, что делаешь всё правильно? — раздражённо бросил он, перекрикивая вой. — Конечно же нет! — огрызнулся Гарри, торопливо захлопывая яйцо. Он фыркнул, смахивая с лица мокрые пряди. Драко приготовился ответить — но вдруг раздался тихий, отчётливо слышимый голос, будто исходящий прямо из пара — Я бы на твоём месте опустила его в воду, — протянул чей-то тягучий шёпот. Гарри вздрогнул, сделал резкое движение и мгновенно наглотался пены. Закашлявшись, он приподнялся, протирая глаза. Драко подался вперёд, пытаясь разглядеть, откуда раздался голос. На кране, скрестив ноги, сидело привидение хмурой девочки с блестящими, чуть выпуклыми глазами и длинными, вечно мокрыми прядями. Плакса Миртл. Она выглядела так, будто не решила ещё — плакать ей или довольно улыбаться. — М-миртл? — выдавил Гарри. — Что ты здесь делаешь? Драко едва заметно напрягся. Он слишком хорошо помнил их прошлые разговоры. Слишком много показал свои эмоции. Он опустил взгляд на воду, будто изучая отражение плитки, лишь бы не встретиться с ней глазами. Миртл медленно наклонила голову, рассматривая обоих с интересом. — Здесь тепло, — вздохнула она. — И вода шумит приятно. И… — её взгляд скользнул к Драко, — сюда приходят такие… растерянные. Драко сжал челюсти. Ему совершенно не нравилось, когда Миртл говорила так, будто видит насквозь. Гарри поспешил сменить тему: — Значит… опустить яйцо в воду? Миртл кивнула — мечтательно, почти торжественно. — Конечно. Иначе ты никогда не услышишь, что оно хочет сказать. — Ты что, Миртл..— возмутился Гарри, захлюпав вокруг себя пеной. — Я же совсем голый. Под толстым слоем пузырей, конечно, ничего не было видно, но Гарри вдруг очень живо представил, как давно она могла сидеть в одном из кранов и подглядывать с самого его появления. — Я зажмурилась, когда ты разделся и полез в ванну, — обиженно сообщила Миртл, хлопая ресницами за толстыми стёклами очков. — Ты сто лет не приходил меня навестить. — Да… ну… — Гарри поспешно согнул колени, чтобы быть уверенным, что кроме головы Миртл ничего не увидит. — Но мне вообще-то нельзя в твой туалет. Он для девочек. — Да-а, раньше-то ты заходил! И хоть бы что! — простонала Миртл, закатывая глаза. Драко тихо хмыкнул и отвернулся, будто разговор о туалетах был ниже его достоинства, хотя уши у него заметно покраснели. Гарри смутился ещё сильнее. — Мне за то был нагоняй, — пробормотал он. Хотя нагоняй был скорее моральный, чем настоящий — но оправдываться перед призраком становилось неловко. — Вот и перестал заходить. — Тогда ладно… — Миртл щипнула невидимый прыщик на подбородке и наклонилась вперёд. — А яйцо опусти в воду. Седрик Диггори так делал. Драко резко поднял голову: — Чего? Ты и за Диггори следила? Гарри поморщился: — Ты тут каждый вечер появляешься и смотришь, как купаются старосты? — Изредка… — слишком неуверенно протянула Миртл. — И ни разу не выходила из крана. Ни с кем не говорила… — Спасибо за честь, — процедил Гарри. — Закрой глаза. И не открывай, пока я не скажу. Миртл послушно прижала ладони к очкам, едва не перекрывая себе половину лица.малфой тут же отвёл взгляд. Гарри вылез из воды, торопливо укутался полотенцем, схватил яйцо, снова нырнул в бассейн с отчаянным шлепком, от которого Драко едва не прыснул от смеха. Миртл, разумеется, глянула сквозь пальцы и протянула: — Теперь открой его под водой. Гарри сдержанно кивнул, хотя выглядел так, будто ему хотелось возразить. Он осторожно опустил яйцо в воду и раскрыл. На этот раз вместо оглушительного рева из него вырвалось низкое, гулкое бурление — будто кто-то пел, спрятавшись за толщей озёрной воды. Мелодия шла дрожью по плиткам бассейна. — Это уже лучше, — пробормотал Драко, наклоняясь ближе, чтобы расслышать хоть что-то. Его брови были хмуро сведены: он явно ненавидел, когда загадки оставались загадками. — А ты сам нырни под воду! — с довольством скомандовала Миртл, словно ей наконец нашлось развлечение на вечер. — Ну же, Поттер! Под воду! Гарри коротко, зло фыркнул, но всё же глубоко вдохнул. Драко смотрел на него так, будто пытался решить, поддерживать его или закатить глаза. В итоге махнул рукой: — Только не задохнись, ясно? Гарри показал ему большой палец, жест скорее успокаивающий для Драко, чем для себя, потом сел, нырнул и опустился на мраморный пол бассейна, где вода была густой и тёплой, словно пропитанной заклинаниями. Под водой всё затихло… а потом прорезало. Из раскрытого яйца лился хор голосов — странных, тянущихся, глубоких. Гарри почувствовал, как от этих звуков у него побежали мурашки по затылку и спине. Будто кто-то пел прямо сквозь воду, не словами, а мыслью, эхом. Снаружи Драко подался вперёд, стараясь разглядеть Гарри сквозь колыхающиеся волны. У него на лице мелькнуло беспокойство. Тронутый чем-то, о чём он сам себе, конечно же, не признается. Гарри слушал, задержав дыхание, пока голоса складывались в слова, которые можно было понять только под водой: Ищи, где наши голоса звучать могли бы, Но не на суше — тут мы немы, словно рыбы. Ищи и знай, что мы сумели то забрать, О чём ты будешь очень сильно горевать. Ищи быстрей — лишь час тебе на розыск дали На возвращение того, что мы украли. Ищи и помни, отправляясь в этот путь, Есть только час, потом пропажи не вернуть. Гарри оттолкнулся от пола, вынырнул, шумно вдохнул и встряхнул головой, откидывая мокрые волосы с лица. Пена разлетелась в стороны. — Ну что, слышал? — лениво спросила Миртл, болтая ногами прямо над водой. — Ага. « Ищи, где наши голоса звучать могли бы…» — пробормотал Гарри, морща лоб. — Выходит, они… стой. Послушаю ещё раз. Он глубоко вдохнул и снова нырнул. Гарри всплыл ещё раз, и ещё. Он нырял трижды, пока не запомнил песню полностью, будто слова отпечатались у него в голове, как узор на холодном стекле. Наконец, выбравшись из воды, он закинул полотенце на плечи и прошёлся взад-вперёд по влажным плиткам, оставляя следы. Миртл сидела на кране, покачивая ногами и сияя так, как Гарри видел всего пару раз в жизни. Один — когда Гермиону временно украсили кошачьи уши и хвост. Похоже, чужие сложности всегда поднимали ей настроение. — Гм… — Гарри нахмурился. — Надо найти тех, кто не может говорить на земле… Кто бы это мог быть?.. — Долго думаешь, — оживилась Миртл, чуть ли не подпрыгивая на месте. Драко тихо фыркнул: — Поттер, под водой голос звучал так, будто тебя тянут вперёд. Как будто зовут. Думаю, это довольно очевидно. Гарри остановился, оглядел ванную. Волны, пар, глубокий бассейн — и мелодия, что раскрывалась только в воде. — Значит, они живут под водой, — медленно произнёс он. — И петь могут только там… Он посмотрел на Миртл, но та только хлопала ресницами, подбадривая его загадочным видом. — Под водой, — повторил Гарри. — То есть… жители озера. Русалки. Драко выдохнул, будто всё это время держал воздух в груди: — Вот теперь ты догадался. Наконец-то. Миртл довольно улыбнулась, а Гарри вдруг почувствовал, как внутри него поднимается лёгкое, тревожное предвкушение — словно песня всё ещё звенела где-то у него в ушах. — Как же там дышать? — растерянно спросил Гарри, почесав затылок. Следовало бы подумать, прежде чем говорить. Особенно при призраке. У Миртл сразу намокли глаза — буквально за секунду. Она резко охнула, будто Гарри ударил её под дых. — Какая бестактность! — вскрикнула она с такой трагедией, будто объявили конец света. — Просто ужасно! Невыносимо! Она полезла в карман за носовым платком — немного влажным, потому что он всегда был влажным, — и громко, обиженно шмыгнула. Гарри моргнул, не понимая: — Бестактность?.. — Разумеется! — взвыла Миртл. — «Как дышать?»! Говорить такое при мне?! При мне?! — голос прорезался жалобным эхом по всей огромной ванной. — Я не… — хлюп! — не дышу… столько лет… Драко закатил глаза, пробормотав себе под нос: — Вот же… великолепно. Поттер, ты довёл призрака до истерики. В ванне старост. Полночь. Просто блестяще. Гарри вспыхнул. — Прости, Миртл! Я не хотел… правда. Я просто… забыл… Миртл демонстративно всхлипнула, ещё раз высморкалась, и платок пролетел сквозь её лицо, упав на пол, как мокрая тряпка. — Все забывают, — трагически выдохнула она. — Все. Про мою смерть… про мой… вздох… отсутствие дыхания… Гарри беспомощно развёл руками. Драко глубоко вдохнул, потом резко выдохнул, делая усилие, чтобы не сорваться на смех или раздражение. — Миртл, — осторожно сказал он, подходя ближе, — Поттер имел в виду заклинание. Он не спрашивал… ну… о твоём состоянии. Просто пытается понять, как не утонуть. Миртл моргнула, переводя взгляд с Гарри на Драко. Несколько секунд молчала, будто проверяя, искренни ли они. — Ах… — протянула она тише, — ну если так… тогда ладно. Она всё ещё всхлипывала, но уже без трагедии вселенского масштаба. Гарри выдохнул с облегчением. Драко фыркнул: — В следующий раз думай, прежде чем спрашивать «как дышать» у того, кто… ну… не может. Гарри только закатил глаза, но уголки его губ дрогнули. Когда Миртл наконец испарилась, оставив их наедине, Гарри почувствовал себя неловко. Вода вокруг шумела, пар клубился, а тишина, оставшаяся после исчезновения призрака, казалась странно плотной. Драко протянул ему руку, как бы приглашая выйти из бассейна, но Гарри, едва заметив жест, не выдержал. Он усмехнулся и внезапно толкнул его на себя. — Эй! — Драко не успел опомниться и с размаху плюхнулся в воду, всплески разлетелись во все стороны. Он весь промок, вода стекала с волос и мантий, а лицо выражало одновременно ужас и возмущение. — Ты что творишь!? — завопил он, выныривая и трясаясь, словно пытался стряхнуть с себя весь позор и воду. Гарри, не удержавшись, рассмеялся, брызги летели в разные стороны, а мокрые волосы прилипали к его лбу. Он протянул руку и схватил левую кисть Драко, заметив на пальце знакомое кольцо. Малфой, не снимая его, чуть нахмурился. Черное кольцо вдруг вспыхнуло красным — явный знак раздражения его владельца. Гарри улыбнулся про себя: приятно видеть, что кольцо не только не потеряло значение, но и откликнулось на эмоции Драко. — Спасибо, — тихо сказал Гарри, всё ещё придерживая Драко за руку. Драко изогнул бровь, будто Гарри сказал что‑то подозрительно странное. Затем фыркнул, отводя взгляд в сторону. — Я особо ничем не помог, Поттер. — Спасибо тебе за всё, — повторил Гарри мягко, уже без шутливой интонации. Драко замер. Реально замер — будто его ударило ледяным дыханием, а не тёплой водой. Он медленно повернул голову, встречаясь взглядом с Гарри. Между ними оставалось какое‑то смешное расстояние — полтора шага, если бы они стояли; пару взмахов руки, если сидели. Опасно близко. Гарри чуть наклонил голову и улыбнулся искренне. — Я бы не справился со многими вещами, если бы не ты, — тихо сказал он. — И я… правда ценю тебя как друга. Ты хороший друг, Драко. Слова ударили Драко куда‑то под рёбра. Он ощутил, как горячее что‑то стремительно поднимается к лицу. Не от пара — от Гарри. От того, как он это сказал. От того, как смотрел. Ответ исчез где‑то в горле. — Я… — Драко сглотнул, отчаянно пытаясь сохранить достоинство. — Я знаю, что я идеальный… — выдавил он наконец. И мгновенно стал красным до кончиков ушей. Гарри тихо рассмеялся. Драко отвернулся, пряча вспышку смущения. Но Гарри всё ещё держал его руку. И не торопился отпускать. Оба не заметили как кольцо принял розовый цвет. Смущение.