Закрой глаза, идиот

Толпа оживлённо зааплодировала, шум наполнял пространство, но Драко Малфой едва замечал происходящее вокруг. Его взгляд был прикован к Гарри Поттеру, стоящему у края комнаты с книгами Гилдероя Локхарта в руках. Драко почувствовал, как раздражение подкатывает к горлу, смешанное с горечью. Поттер — тот, кому он рискнул написать письмо, открыться хоть чуть-чуть, — даже не соизволил ответить. И теперь этот самый Поттер, окружённый вниманием. Да как он посмел? Драко подошёл ближе, его шаги были твёрдыми, но внутри него бурлили обида и злость. Гарри обернулся на его голос, на секунду замер, словно что-то скрывал. — Знаменитый Гарри Поттер, — сказал Малфой, вкладывая в слова всю накопившуюся горечь. — Не можешь даже в книжный сходить без того, чтобы попасть на первую полосу. Драко не мог не заметить, как Гарри едва заметно нахмурился, но не ответил. Он был странно тих, как будто нарочно избегал разговора. Эта его сдержанность только сильнее разозлила Малфоя. — Отстань от него, он этого не хотел! — раздался звонкий голос. Это была рыжеволосая девчонка, Джинни Уизли, которая встала между ними, защищая Поттера. Она смотрела на Драко с такой злобой, будто он был виновником всех бед на свете. Драко нахмурился, отвернувшись на мгновение. Он едва заметно сжал кулаки, а потом посмотрел прямо на Гарри, как будто хотел увидеть хоть тень сожаления на его лице. Но Поттер ничего не говорил, просто держал книги, слегка нахмурившись. Малфой усмехнулся, но улыбка была натянутой, почти горькой. — Неужели он и вправду думает, что может просто игнорировать меня? — пронеслось в его голове. Драко отвернулся, его гордость мешала показывать, насколько сильно задело его молчание Гарри. Мальчик повернулся, собираясь уйти, но внезапно услышал, как за его спиной раздались шаги. Не успел он обернуться, как перед ним оказался Гарри Поттер. Лицо Гарри было слегка растерянным, но он внезапно улыбнулся — тепло и непринуждённо, как будто между ними никогда не было неприязни. — Как прошли каникулы, Малфой? — спросил Гарри с лёгкой улыбкой, держа руки в карманах. Его голос был на удивление спокойным, как будто он решил полностью игнорировать сарказм, прозвучавший в словах Драко мгновением ранее. Драко почувствовал, как внутри всё кипит. "Каникулы?" — пронеслось у него в голове. Каникулы, которые прошли под осуждающим взглядом отца, среди бесконечных напоминаний о том, что он — позор фамилии? И этот Поттер, который так легко игнорирует его письмо, теперь вдруг ведёт себя так, словно они старые друзья? — Что? — вырвалось у него, прежде чем он смог взять себя в руки. Его голос прозвучал резче, чем он хотел. — Тебе действительно интересно, Поттер? Гарри приподнял брови, но его улыбка не исчезла. Этот вид только сильнее выводил Драко из себя. — Конечно, интересно, — ответил Гарри, не убирая улыбку с лица. — Мы ведь будем учиться ещё мнооогооо лет вместе. Почему бы не узнать друг друга получше? Драко почувствовал, как его злость нарастает. Его лицо слегка порозовело, а пальцы сжались в кулак. Он сделал шаг ближе к Гарри, его серые глаза сверкнули холодом. — Ты не мог найти для этого лучшего времени, Поттер? — произнёс он, наполовину шипя. — Или решил, что сейчас самое подходящее, чтобы посмеяться надо мной? Он отвернулся, стараясь скрыть свой гнев. Это был не просто Поттер. Это было всё — неудачи, осуждение отца, одиночество… всё, что скапливалось внутри Драко, теперь вырывалось наружу. Он заметил, как Уизли и Грейнджер пробились сквозь толпу с целой кучей книг в руках, и его губы скривились в фирменной ухмылке. — Поттер, да ты нашёл себе подружку! — протянул Драко с видом крайнего пренебрежения, смотря на мелкую. Он специально сделал паузу, чтобы насладиться мгновением, когда лицо девчонки Уизли залилось краской. Её смущение доставило ему мимолётное удовольствие, хотя внутри всё ещё тлела горечь. — Ах, это ты, — бросил Рон Уизли, глядя на Драко с выражением отвращения. Его тон был таким, будто перед ним стоял особо неприятный вид слизня. — Наверное, удивлён увидеть здесь Гарри? Драко лениво пожал плечами, притворяясь равнодушным, хотя его сердце подсказывало ему, что это шанс уколоть не только Уизли, но и самого Поттера. — Не так сильно, как удивлён увидеть тебя в магазине, Уизли, — ответил он. Его голос прозвучал ровно, с чуть насмешливым оттенком. — Полагаю, твоим родителям придётся поголодать месяц, чтобы заплатить за всё это. Слова были произнесены с нарочитым равнодушием, но в глубине души Драко чувствовал, что это больше о нём, чем о Роне. Раздражение от недавней сцены в магазине Боргина и Беркса, злость на отца и подавленная обида на Поттера нашли своё выражение в этих словах. Рон покраснел так же быстро, как его сестра, его лицо стало почти такого же цвета, как его волосы. Он резко сбросил книги в корзину и двинулся к Драко, но тут вмешались Поттер и Грейнджер. Драко наблюдал за этим с мрачным удовлетворением, хотя в глубине души его терзали противоречивые чувства. Взгляд Гарри, обращённый на него, был не злым, но и не добрым, и это почему-то задело его больше, чем злость Уизли. Люциус Малфой уверенной походкой шагнул вперёд, окинув взглядом мистера Уизли и его семью. Его рука легла на плечо Драко, словно для того, чтобы подчеркнуть превосходство, хотя сам Драко остался позади, глядя на сцену с мрачным выражением. — Так, так, так… Артур Уизли, — произнёс Люциус с той неприязненной вежливостью, которая всегда заставляла его слова звучать ещё более язвительно. — Люциус, — сдержанно кивнул мистер Уизли, скрестив руки на груди, подойдя ближе к детям. — Я слышал, в Министерстве аврал, — продолжил Люциус, слегка покачивая головой, словно укоряя собеседника. — Все эти рейды… надеюсь, они платят тебе сверхурочные. Драко знал этот тон. Его отец любил подавлять людей своей холодной язвительностью. Когда Люциус запустил руку в корзину Джинни, доставая потрёпанное «Руководство по Трансфигурации для Начинающих», Драко невольно отвёл взгляд. — Видимо, нет, — бросил Люциус, глядя на старую книгу с таким выражением, словно держал грязное тряпьё. — Боже мой, в чём же смысл так позорить звание волшебника, если тебе даже хорошо за это не платят? Драко почувствовал, как напряжение в комнате нарастает. Мистер Уизли побагровел, а Рон и Джинни сжались от злости и стыда. — У нас очень разные понятия о том, что позорит звание волшебника, Малфой, — отрезал мистер Уизли. — Естественно, — протянул Люциус, переводя взгляд на мистера и миссис Грейнджер. — Какая же у тебя компания, Уизли… а я-то думал, твоей семье уже некуда опускаться… Драко невольно взглянул на Гермиону и её родителей. Его губы сжались в тонкую линию. Хотя он привык к колким словам отца, видеть выражение замешательства и боли на их лицах было странным и неприятным. Кажется Грейджер смотрела на него с осуждением. Как будто Малфой виноват! Черт. Затем всё произошло слишком быстро. Корзина Джинни полетел в сторону, книги рассыпались, а мистер Уизли с яростью набросился на Люциуса. Книжные стеллажи рухнули, полыхнул крик миссис Уизли, и крик продавца потонул в общем хаосе. Драко отпрянул в сторону, когда толпа в панике качнулась назад. Его сердце колотилось, но он сохранял спокойствие внешне, понимая, что отец никогда не потерпит его растерянности. Хагрид появился словно буря, разметая книги и людей. Как же Драко его ненавидел. Именно он был виноватым во всем. Хагрид вытащил мистера Уизли и Люциуса из завала, словно это были игрушки. Драко заметил, как Люциус злобно подал учебник Джинни, его глаза сверкали холодным презрением. — Держи, девчонка… вот твоя книга… это лучшее, что может тебе дать твой отец… Люциус резко обернулся к Драко и знаком подозвал его. Драко поспешил за отцом, стараясь не показывать растерянности. Когда Драко вышел из магазина вслед за отцом, он украдкой обернулся, бросив взгляд назад. В толпе мелькнули знакомые рыжие головы Фреда и Джорджа Уизли. Они стояли неподалёку от упавших книг, помогая миссис Уизли собрать их обратно. На мгновение их взгляды пересеклись. Драко не смог удержать выражение растерянности и лёгкой вины, которое мелькнуло на его лице. Это было совсем не похоже на его привычное холодное высокомерие. Он быстро отвёл взгляд, но перед этим его губы слегка дрогнули, будто бы он собирался что-то сказать или хотя бы объяснить. Фред и Джордж переглянулись, а затем, к удивлению Драко, оба одновременно подняли большие пальцы вверх и широко улыбнулись. Это было не издевательски, не насмешливо, а словно они говорили: «Всё нормально, Малфой, не парься». Драко на мгновение замер, не зная, как на это реагировать. Он повернулся обратно, снова спрятав своё лицо под маской безразличия, но внутри почувствовал странное облегчение. Может быть, не всё потеряно, и не каждый видит в нём только врага. — Драко, не отставай, — резко сказал Люциус, даже не оборачиваясь. — Да, отец, — коротко ответил Драко и поспешил догнать его, но в памяти всё ещё мелькали улыбающиеся лица близнецов Уизли. И какой-то странный Поттер. *** На перроне Драко бросил взгляд на мать, которая стояла чуть в стороне, наблюдая за ним. Её глаза были обеспокоенными, а губы плотно сжаты. Отца не было, и эта пустота ощущалась особенно сильно. Драко вздохнул, стараясь не показывать своих чувств, и слегка улыбнулся, чтобы успокоить мать. Она кивнула ему в ответ. Взяв свою сумку, он направился к вагону. Как только поезд тронулся, Драко начал искать свободное место, его взгляд пробегал по заполненным купе. Он надеялся, что сможет найти Поттера в одиночестве, чтобы наконец проучить его за унижения прошлого года. Но Поттера нигде не было видно. Вместо этого его внимание привлекло купе, где сидели Гермиона Грейнджер и Невилл Долгопупс. Увидев его в дверях, они растерянно переглянулись. Гермиона, как всегда, первой взяла слово: — О... Эм... Если тебе нужно место, можешь сесть здесь. Драко на мгновение колебался, а затем с лёгким пренебрежением кивнул и вошёл. — Благодарю, — сухо произнёс он, усаживаясь напротив. Купе наполнилось напряжённой тишиной. Гермиона, не привыкшая к молчанию, быстро начала болтать. Она достала из своей сумки книгу по зельеварению и, держа её так, чтобы Невилл тоже видел, начала рассказывать: — Я много читала об улучшении эликсиров. Например, "Напиток живой смерти" можно сделать эффективнее, если добавить истолчённый корень валерианы в нужной пропорции... Малфой раздражённо поднял бровь. Её энтузиазм раздражал его сильнее, чем он готов был признать. — Грейнджер, — перебил он, не скрывая сарказма. — Неужели ты всерьёз думаешь, что кто-то кроме тебя горит желанием обсуждать состав зелья в первый же день? Гермиона посмотрела на него, на мгновение нахмурившись, но затем вздохнула, словно решив что-то для себя. — Я просто пытаюсь поддержать разговор, Малфой. А ты? Он сжал челюсти, но после небольшой паузы ответил: — Слушай, Грейнджер, я... не собирался ссориться. Просто... иногда ты слишком зацикливаешься на этом. Она удивлённо подняла брови, а затем сдержанно улыбнулась: — Ты пытаешься извиниться? Это необычно. — Возможно, — сухо ответил он. — Не привык. — Ну что ж, — сказала Гермиона, наклонив голову, — извинения приняты. Драко нахмурился, не понимая, как относиться к её словам. Гермиона лишь улыбнулась шире, а Невилл осторожно кашлянул, чтобы не выглядеть лишним. Драко, нахмурившись, посмотрел на Гермиону, которая всё ещё держала книгу, явно ожидая, что разговор продолжится. Наконец, он не выдержал: — Ладно, раз уж ты так настаиваешь, Грейнджер, объясни мне: зачем вообще усложнять "Напиток живой смерти"? Это зелье уже работает идеально. Или ты считаешь себя умнее авторов учебника? Гермиона прищурилась, но вместо гнева в её глазах мелькнуло любопытство: — А ты не думаешь, что совершенству нет предела? Вдруг тот, кто создал это зелье, просто не знал о валериане? — Не знал? — Драко фыркнул. — Это тебе не маггловские поваренные книги, Грейнджер. Каждый ингредиент выбирался годами. Зачем рисковать уничтожить весь котёл ради твоих... экспериментов? — Потому что наука магии — это не просто следование правилам, — парировала Гермиона, её голос стал твёрже. — Это поиск лучшего. Да, есть риски, но если всё делать правильно... — Если всё делать правильно, — передразнил её Драко. — В твоём идеальном мире все, конечно, всё делают правильно. А в реальном мире? Одно неверное движение — и взрыв. В лучшем случае. Гермиона не сдержала улыбки: — Это всё потому, что ты боишься ошибиться, Малфой. Страх ошибок — признак слабости. Драко открыл рот, чтобы возразить, но вместо этого только сжал челюсти. Её слова задели его, хотя он никогда бы этого не признал. Невилл, который до этого молча наблюдал за их спором, вдруг тихо рассмеялся. Оба обернулись к нему. — Что смешного? — одновременно спросили они. — Просто... — Невилл едва удерживал улыбку, — это так похоже на вас. Гермиона хочет улучшить зелье, а ты, Малфой, хочешь доказать, что всё должно быть как есть. Вы же как противоположности, и всё равно сидите здесь и спорите, как будто... — Как будто что? — нахмурился Драко. — Как будто вы друзья— закончил Невилл и снова рассмеялся. Гермиона тихо хихикнула, глядя на смущённого Драко, который не знал, что ответить. Вместо этого он отвернулся к окну, буркнув: — Просто идиотская шутка, Долгопупс. Драко сидел в углу купе, рассеянно разглядывая пейзаж за окном. Гермиона увлечённо читала книгу, а Невилл возился со своим горшком мандрагоры, стараясь устроить его так, чтобы он не упал на пол. Внезапно дверь распахнулась, и в купе ворвались Фред и Джордж Уизли. — Вот это да! Нашли Малфоя! — громко объявил Фред, ухмыляясь. — И он цел, невредим и даже сидит с Невиллом и Гермионой! — Это потому, что мы — купе мечты, — подхватил Джордж, плюхаясь на ближайшее свободное место, явно не обращая внимания на возмущённый взгляд Гермионы. Драко закатил глаза: — У вас всегда столько энергии, или это особое качество, которое включается, когда вы видите меня? — Не льсти себе, Малфой, — рассмеялся Джордж. — Мы просто в поисках приключений. И, кстати, вы не видели Рона и Гарри? — Нет, — отозвалась Гермиона, не отрываясь от книги. — Они, вероятно, где-то на платформе. Фред и Джордж переглянулись, а затем Джордж с ухмылкой посмотрел на Драко: — Ты точно не видел их? Может, они уже устраивают тебе сюрприз? — Очень смешно, — сухо ответил Драко. — Если хотите пошутить, найдите другую жертву. — Эй, не будь таким угрюмым, Малфой, — подмигнул Фред. — Может, мы даже понравимся тебе в этом году. — Очень маловероятно, — спокойно заметил Драко, бросив взгляд на близнецов. Гермиона, не поднимая глаз от книги, добавила: — Вы можете перестать трогать его? Может быть, он хочет отдохнуть от ваших "шуток"? Фред засмеялся: — Ладно, ладно. Мы уйдём. Но если увидите Гарри или Рона, передайте, что мы ищем их! Они выскользнули из купе, громко смеясь, а Гермиона наконец отложила книгу и посмотрела на Драко: — Они могут быть навязчивыми, но на самом деле не такие уж плохие. — Это ты сейчас серьёзно? — Драко удивлённо посмотрел на неё. — Да, — пожала плечами Гермиона. — Просто у них странный способ показывать что ты им дорог. Возможно. Когда поезд прибыл в Хогсмид, Драко быстро сошёл с платформы, стараясь не задерживаться. Он не обращал внимания на шумную толпу студентов, толкавшихся у карет, запряжённых фестралами. Привычное волнение перед началом учебного года было ему безразлично. Вместо этого он размышлял о предстоящем ужине в Большом зале и о том, как справиться с ожидаемыми трудностями. Когда они наконец вошли в замок, потолок Большого зала сиял тысячами звёзд. Драко сел за стол своего факультета, машинально обводя взглядом зал, но Гарри Поттера нигде не было видно. Это странное отсутствие не вызвало у него сильного интереса; он сосредоточился на еде, периодически бросая взгляд на Грейнджер, которая оживлённо обсуждала что-то с Невиллом. После окончания ужина и объявления профессора Дамблдора, когда студенты начали подниматься из-за столов, Драко внезапно услышал знакомый голос: — Драко! Он едва успел обернуться, как к нему радостно подскочила Паркинсон. Она буквально светилась от восторга. — Я так рада видеть тебя! Ты не представляешь, как скучала! — Паркинсон говорила быстро, её голос был на грани визга. Драко кивнул, стараясь не выглядеть слишком равнодушным. — Привет, Паркинсон. Лето было… вполне обычным. А у тебя? — Уж точно лучше твоего, — фыркнула она, её глаза блестели. — Но это не важно! Теперь мы снова вместе, и я надеюсь, ты найдёшь время для нашей компании. Паркинсон даже не заметила Грейнджер, которая стояла неподалёку, о чём-то переговариваясь с Невиллом. Если и заметила, то полностью её проигнорировала. — Конечно, — холодно ответил Драко, бросая короткий взгляд на Грейнджер. Паркинсон потянула его за руку: — Пойдём, я хочу рассказать тебе всё! Драко позволил ей увлечь себя в толпу студентов, хотя в глубине души ощущал растущее раздражение. Паркинсон, таща Драко за собой, игнорировала все его попытки спросить, куда именно они направляются. Она уверенно свернула в один из боковых коридоров, откуда открывался путь к редко используемым классам. — Паркинсон, что ты задумала? — недовольно бросил Драко, чувствуя, как его терпение на исходе. — Всё увидишь, — коротко ответила она, толкая дверь одного из классов. Драко шагнул внутрь и тут же остановился. В центре комнаты стояли Блейз Забини, Крэбб и Гойл. Все трое выглядели неуверенно и даже немного растерянно. Драко замер, его холодный взгляд скользнул по каждому из них. — А это ещё что такое? — спросил он, обращаясь скорее к Паркинсон, чем к стоящим перед ним однокурсникам. — Они хотели с тобой поговорить, — сказала Паркинсон, прикрывая дверь и скрещивая руки на груди. — Я просто помогла устроить встречу. Блейз сделал шаг вперёд, явно собираясь взять слово. — Драко, мы… Мы хотим извиниться, — начал он, подбирая слова. — Мы вели себя, как… ну, не лучшим образом в прошлом году. — Ты слишком мягко выражаешься, — прервал его Драко, скрестив руки на груди. Крэбб и Гойл переглянулись, будто ожидая поддержки друг от друга, прежде чем Гойл добавил: — Мы не знали, как себя вести… Всё было слишком запутанным… — Запутанным? — Драко поднял бровь. — И это твой оправдательный аргумент? — Мы сожалеем, — глухо произнёс Крэбб, глядя в пол. — Это всё, что мы можем сказать. Малфой долго смотрел на них, его лицо оставалось непроницаемым. В комнате повисла тишина. Наконец, он вздохнул. — Ладно, — сказал он, опуская руки. — Прощаю. На лицах Крэбба и Гойла появилась заметная тень облегчения. Блейз кивнул, едва заметно улыбнувшись. — Спасибо, — коротко ответил Забини. Паркинсон хлопнула в ладоши. — Ну вот и прекрасно! А теперь, если вы трое уже всё обсудили, может, пора расходиться? Драко, наконец, улыбнулся, хотя и едва заметно. — Может, и пора, — сказал он, направляясь к выходу. — Но всё равно спасибо, Паркинсон. Её лицо тут же озарилось довольной улыбкой, а остальные, включая самого Драко, покинули класс с ощущением, что старые разногласия наконец-то остались позади. Драко шагнул в общежитие, оглядев его в мягком свете свечей. Комната была тихой, лишь изредка слышались приглушённые звуки с улицы. Его взгляд скользнул по расставленным койкам, и он заметил фигуру Невилла, уютно свернувшегося под своим одеялом. Лицо Лонгботтома было расслабленным, даже в некотором роде мирным, как будто сон был его единственным спасением от всех тревог. Малфой остановился на мгновение, его брови слегка нахмурились. Вздохнув, он чуть качнул головой. — Лонгботтом, как ты умудряешься так безмятежно спать? — тихо пробормотал он себе под нос, поднимая руку, чтобы ослабить галстук. Драко медленно направился к своей кровати, стараясь не издать ни звука, чтобы не потревожить общежитие. Сняв мантию и небрежно бросив её на стул, он опустился на постель. Подушка под его головой оказалась удивительно удобной, а тяжесть дня наконец начала отпускать. Лёжа в темноте, он ещё какое-то время смотрел на потолок, обдумывая разговоры и события этого дня. Но вскоре веки начали тяжелеть, мысли замедляться. Он закрыл глаза, позволив сонным видениям унести его прочь от всех размышлений. Малфой проснулся от приглушённого гомона, раздававшегося из гостиной. Его лицо исказилось раздражением — шумная компания в такой поздний час была ему совсем не по душе. Он неторопливо натянул мантию, пригладил растрёпанные волосы и направился к выходу из спальни. Подойдя к арке, ведущей в гостиную, он остановился. В комнате царил хаос: толпа студентов стояла плотным кольцом, кто-то выкрикивал слова одобрения, кто-то смеялся. На мгновение Драко нахмурился, пытаясь понять, что вызвало такой ажиотаж. Его взгляд упал на двух человек в центре внимания. Гарри Поттер и Рон Уизли стояли среди студентов, которые буквально осыпали их вопросами и поздравлениями. Поттер выглядел немного растерянным, но, похоже, наслаждался всеобщим вниманием. Драко вышел из тени и сделал пару шагов вперёд, чтобы лучше видеть происходящее. В этот момент Поттер заметил его. Их взгляды встретились. Гарри замер на месте, словно застигнутый врасплох, а радостная улыбка на его лице померкла. — Что здесь происходит? — холодно бросил Малфой, скрестив руки на груди. Его голос прорезал общий шум, заставляя ближайших студентов обернуться. Поттер, казалось, не знал, что ответить. Он только открыл рот, но слова так и не вырвались наружу. Малфой поднял бровь, демонстрируя своё нетерпение. — Очередной подвиг? — саркастично уточнил он, склонив голову к плечу. Толпа зашепталась, кто-то тихо рассмеялся. Рон Уизли шагнул вперёд, будто намереваясь ответить, но Гарри положил ему руку на плечо, остановив. — Ничего такого, Малфой, и кстати привет— спокойно сказал Гарри, хотя в его голосе чувствовалась некоторая напряжённость. Драко фыркнул, его губы скривились в лёгкой усмешке. Он обвёл взглядом толпу, задержавшись на Фреде и Джордже, которые с хитрыми улыбками переглянулись. — Как скажете, — небрежно бросил он, развернувшись на каблуках и направляясь обратно в спальню. Но на пороге он ненадолго задержался, не оборачиваясь, и добавил с холодной насмешкой: — Постарайтесь не разбудить весь замок своими празднованиями. Как только Драко удалился, в комнате повисла напряжённая тишина, которую вскоре разрезали первые шипящие и насмешливые голоса. — Вот и великий Малфой ушёл! — выкрикнул один из студентов, хлопая в ладоши. — Да ну, кто он вообще такой? — подхватила другая. — Только и умеет, что хвастаться и устраивать сцены! Толпа начала расходиться, переходя от шепотов к более громким насмешкам и колким замечаниям в адрес Малфоя. Некоторые студенты выкрикивали оскорбления, другие ехидно перешёптывались, озвучивая свои пренебрежительные оценки. В самом центре внимания стоял Гарри Поттер. Он молча уставился в одну точку, будто бы пытаясь осмыслить произошедшее. Его лицо было спокойным, но в глазах читалась скрытая усталость. Не выдержав нарастающего шума, Гарри тихо повернулся и направился к выходу из зала, оставляя за собой разгорающуюся суету и разносящиеся в воздухе ехидные слова. Его шаги постепенно стихли, и вскоре он исчез за дверью, оставив комнату наполненной оживлёнными разговорами и перебранками.