То, что было на поверхности

— Хината, я дома, — раздался из прихожей усталый, но звонкий голос Наруто.  Где-то на кухне послышались быстрые шаги, двигающиеся в сторону слабо освещённого коридора. Сегодня девушка держалась до последнего, чтобы не заснуть, ведь Наруто пообещал, что придёт пораньше обычного. Несмотря на то, что дети уже спали, он и правда пришёл на пару часов раньше. Наконец Хината показалась в дверном проёме. Немного сонная, но счастливая она не спеша подошла к мужу. Большие бездонные глаза выражали абсолютное счастье. — Наруто, я так рада, что сегодня ты не очень задержался, ты хочешь есть?  — Да, спасибо, милая, Баруто уже спит?  Девушка приняла из рук Узумаки накидку хокаге и нежно положила руку ему на плечо, как бы призывая пройти на кухню. — Сегодня он тоже тебя ждал, но всё-таки заснул, не переживай за него, в этом возрасте все дети немного упрямые, завтра всё обсудите. На столе как всегда было несколько блюд на выбор. Хината давно уже распрощалась со своей карьерой ниндзя, зато жена из неё получилась просто восхитительная. И ещё не встречался тот человек, который не завидовал бы их семье. Два сильных клана, он – хокаге, она – наследница дома Хьюга, разве можно было желать чего-то большего? Разве что Наруто постоянно пропадал у себя в кабинете, дел каждый день накапливалось столько, что они уже вдвоём с Шикамару не вывозили. Однако Нара всё-таки не ночевал на работе, потому что после единственного такого раза, Тэмари чуть ли не выгнала его из дома со всеми его вещами. Но Хината понимала, на что шла, когда дала согласие стать женой Седьмого Хокаге. Она так сильно любила его, что принимала любое его решение, поддерживала во всём. Глава деревни – большая ответственность, и она ни в коем случае не собиралась мешать делам мужа, просто не хотела быть помехой. Одна мысль о том, что он всё-таки был с ней, согревала душу, поэтому сегодня её счастью не было предела, потому что у них было как минимум пару часов побыть наедине. — Это просто божественно, — сказал Наруто, прикрывая глаза и отодвигая тарелку в сторону. Девушка смущённо улыбнулась и начала собирать посуду со стола. Ей нужно было так мало для счастья, лёгкая улыбка не покидала её лица. Наконец-то Наруто хоть нормально поел, а то пропадает до ночи у себя в кабинете, кроме документов уже ни о чём не думает. Но она его понимала.   — Пойдёшь ложиться или посидим немного? — девушка подошла к нему и положила ладони на широкие сильные плечи и начала делать подобие лёгкого массажа большими пальцами. Наруто накрыл её маленькую руку своей и немного развернулся, чтобы посмотреть на девушку:  — Я бы хотел сегодня лечь пораньше, завтра Шикамару ждёт меня чуть ли не с рассветом, нам поступили новости о заброшенном храме Кагуи. Чем быстрее мы со всем разберёмся, тем быстрее сможем отложить ненадолго остальные дела. — Наруто улыбнулся, затем неспеша поднялся со стула, поцеловал Хинату в щёку и направился в ванную.  Девушка смотрела ему вслед, щека пылала после губ Наруто, сколько раз он её так чмокал, но каждый из них как первый. Хината провела по щеке пальцами, пытаясь чуть ли не почувствовать в буквальном смысле оставленный поцелуй, и когда она уже привыкнет к роли жены Наруто? В такие моменты она постоянно вспоминала себя тринадцать лет назад, когда всеми силами пыталась завоевать внимание Узумаки, когда выходила биться с ним плечо к плечу, когда Сакура подтолкнула её к тому, чтобы наконец признаться. Хьюга улыбнулась и прошла в спальню, оставив дверь немного приоткрытой. Сегодня Наруто опять устал, а значит о близости не могло быть и речи, но самым главным было и остаёся просто его присутствие. Когда Хината проснулась, Наруто дома уже не было, зато был Боруто, как всегда кричащий на закрытую дверь о том, как он ненавидит своего отца, и что тот опять ушёл, даже не поздоровавшись с ним.  — Послушай, у Наруто сейчас очень много важной работы, ты должен это понимать как никто другой, его сейчас нужно поддерживать. Подросток со всей силы сжимал кулаки и злобно смотрел на закрытую дверь. Его недавно причёсанные волосы опять неровно лежали, весь в отца. — Ну маам, мы же его семья, так почему мы никогда его не видим? — он старался сдержать слезу так и наровившуюся сорваться и побежать по щеке. — Химавари уже который день спрашивает у меня о нём, а я даже не знаю, что ей сказать. Хината присела на корточки возле сына и взяла его руки в свои. — Он хокаге, это огромная честь, а также огромная ответственность и перед нами, и перед всей деревней в целом, и ты это знаешь. Подожди немного, когда самые важные дела растрясутся, и тогда Наруто сможет больше времени проводить с нами. А сейчас соберись, скоро тебе в академию. — Я сейчас же пойду и набью ему морду. — Боруто поджал губы от злости, он упорно не смотрел в глаза Хинаты, знал, что она недовольна его поведением. — Так, перестань так говорить, иди завтракать и отправляйся в академию, я обещаю тебе, что поговорю с отцом. Боруто недовольно вырвался из её рук и уже молча последовал на кухню. Девушка лишь тяжело вздохнула, у неё было такое чувство, что как только их сын научился разговаривать, ничего кроме обиды в сторону Наруто она не слышала, а это значит, что уже столько лет её муж и правда не уделял времени своей семье. Она тряхнула головой, пытаясь убрать печальные мысли; это скоро закончится. Солнце уже встало, его свет мягко скользил по дорожке к дому, прогревая камни и заставляя тень дерева у входа дрожать, как лёгкий шелк. Стук в дверь прозвучал негромко, но уверенно. Хината, всё ещё держа в руках тарелку и полотенце, которым она её протирала, удивлённо выглянула в коридор. «Может быть Наруто что-то забыл?». Она отправила полотенце на плечо и пошла открывать. На пороге стояла Сакура, с едва заметной улыбкой, которая больше скрывала усталость, чем выражала радость. В руках у неё был пакет, из которого доносился заманчивый аромат свежеиспечённого печенья. — Привет, Хината, — сказала она как всегда радостно и слегка прикрыла глаза от улыбки. — Не занята? Дети в академии, я подумала… может, сходим к Ино? Посмотрим цветы, потом где-нибудь посидим? У меня как раз сегодня выходной, честно говоря уже так надоела работа, я просто не вылезаю из госпиталя. И к тому же, — Сакура шутя пригрозила Хинате указательным пальцем, — в прошлый раз ты отказалась с нами пойти. Хината на миг замялась: — Прости, пожалуйста, в прошлый раз я действительно не могла, мне нужно было остаться с Химавари. — Да я всё понимаю, ты чего оправдываешься? — Сакура развела руки в стороны, пакет с печеньем зашуршал, это напомнило Хинате о том, что они до сих пор стоят в дверном проёме. — Господи, Сакура, проходи пожалуйста, я сейчас быстро соберусь и пойдём.  Харуно кивнула, а затем прошла по коридору и свернула на кухню. — Я как раз прибралась… — послышался из другой комнаты голос Хинаты. — Наруто опять ушёл рано. Он практически всегда уходит раньше, чем я просыпаюсь, и возвращается, когда я уже в постели. Хотя вчера он даже смог поужинать. Хината как будто разговаривала сама с собой, и Сакура это прекрасно понимала. Но если Хината хотя бы раз в пару дней видела Наруто, Сакура не видела Саске уже практически полгода. Она не винила Хинату в слабости, ведь сама ощущала то же самое и даже больше. Однако решила поддержать подругу: — Мне казалось, после войны всё изменится. Что мы будем жить, а не ждать. Но, похоже, ждать — это навык, который мы слишком хорошо освоили в своё время, особенно я. — На этих словах уже взгляд Сакуры взметнулся куда-то наверх. Хината ничего не ответила, только тихо выдохнула и надела куртку. В цветочном магазине царила лёгкая влажность и насыщенный запах свежесрезанных стеблей. Воздух был густым от ароматов: лилии, жасмины, пионы. Ино стояла за стойкой, собирая в вазу бело-розовый букет, что-то напевая. Увидев подруг, она оживилась. — О, ну наконец-то! — с облегчением в голосе сказала она. — С утра — только клиенты и “дайте что-нибудь подешевле к годовщине”. Словно чувства можно купить по скидке. — Она недовольна перекинула свой белый хвост с плеча на плечо. — Пить что-нибудь будете? А то мне здесь ещё минут пятнадцать работы. — Да, давай чаю, — проговорила Сакура, разглядывая новый привоз цветов, которые Ино как раз и распределяла по вазочкам. Блондинка последний раз подправила розы и протянула подругам маленькие фарфоровые чашечки.  —Чай уже заварился, Сакура, где чайник – ты знаешь.  Харуно зашла за прилавок, нашла взглядом чайник с причудливым цветочном узором, и вынесла его в зал.  — У тебя здесь так спокойно… — сказала она, разливая тёплую жасминовую жидкость в три чашки, — Иногда мне хочется работать здесь с тобой. Хината отпила из своей чашки и подошла к стенду с белыми пионами. Она не прикасалась к ним, только смотрела, слегка наклонив голову.  — Здесь и правда так красиво и спокойно, – подтвердила Хьюга. — Наруто раньше приносил мне цветы. — внезапно она перевела тему. — Сам не знал, какие. Мог прийти с охапкой ромашек или с каким-то полевым букетом, весь в пыли. Но он приносил. Просто так. А теперь… Она замолчала. Её голос дрогнул, и она тихо улыбнулась, опуская глаза. Сакура, стоя рядом, посмотрела на нежные розы в стеклянной вазе. Её лицо стало задумчивым, губы чуть поджались. — А Саске… Он дарил мне цветы один раз. Один. В день нашей свадьбы, и то я потом узнала, что это Наруто его надоумил, после разговора с тобой, Хината. А я всё равно была счастлива, как никогда. Хранила тот букет до последнего лепестка… — голос её стал безжизненным. — А теперь его нет полгода. Ни писем. Ни новостей. Только молчание.  — Так, бабоньки, — Ино удивлённо метала взгляд от одной подруги к другой, – это что ещё за депрессия? Вы даже не представляете, насколько вам повезло, именно вы смогли урвать двух лучших шиноби всего мира, вы хотя бы представляете насколько вы везучие?  Взгляд Сакуры тут же повеселел.  — А ты права, сама не знаю, что на меня нашло. Саске он всегда такой, всегда непредсказуем, наверно за это я его и люблю. — Ага, и за красивые глаза, — смеясь проговорила Ино, — причём в прямом смысле этого слова, если мы говорим именно о его глазах. Сакура покраснела. Подруги знали, что она была как без ума от Саске в принципе, так и от его внешности в частности. Хината развернулась к девушкам, её взгляд был устремлён в одну точку, но голос прозвучал ясно: — Я не виню Наруто. Я знаю, он делает всё, что может. Он хочет, чтобы всем было хорошо. Я приняла это уже давно, просто иногда хочется помечтать.  — Ты потрясающая жена, – сказала Ино, – даже не знаю, кто мог бы подойти Наруто больше, чем ты, готова поспорить на что угодно, такого человека просто не существует. Хината благодарно улыбнулась. Тем временем, в здании администрации Хокаге, утро давно сменилось полуднем, но в кабинете Наруто ничто не изменилось. Солнце, пробиваясь сквозь стёкла, падало на край стола, который был завален стопками бумаг, свитками и папками с отметками “срочно”, “приоритет”, “повторная проверка”. Наруто сидел за этим хаосом с хмурым, но сосредоточенным лицом, быстро водя ручкой по очередному документу. Взгляд его был серьёзным, но в нём не было огня — только автоматическая готовность выполнять любое задание, отточенная годами. За дверью раздался короткий стук, и не дожидаясь приглашения, вошёл Шикамару. В руках у него была ещё одна папка, но он даже не сразу подошёл к столу — только облокотился о косяк и внимательно посмотрел на друга. — Ты уже с самого утра не выходишь из кабинета, — произнёс он, как бы между прочим. Наруто не поднял головы. Только бросил короткое “угу” и продолжил писать. Шикамару подошёл ближе, поставил папку рядом с остальными, облокотился руками на стол и немного навис над документом, который так тщательно изучал Наруто. Несколько секунд он просто смотрел, как Хокаге работает. — Ты точно не перерождаешься в Канкуро из-за того, что тебя окружает столько бумаги? — лениво спросил он. — Представляешь, его марионетки оказывается всегда были сделаны именно из бумаги, только плотной, — добавил Шикамару, пытаясь хоть чем-то привлечь внимание Седьмого. Наруто наконец замер, отложил ручку и потянулся, разминая шею. Потом посмотрел на друга и усмехнулся. — Во мне столько чакры, что я могу подписывать отчёты за всех шиноби мира до конца жизни. — Это не чакра, — отозвался Шикамару, — это уже какое-то саморазрушение. Тэмари говорит, что я перегибаю с работой. Угрожает вытащить меня силой из этого кабинета, а потом переквалифицировать, если я ещё раз задержусь здесь. Наруто снова взял ручку, но на этот раз не начал писать, просто вертел её в пальцах, бездумно изучая. — Хината ничего не говорит, — тихо сказал он. — Ни слова. Всё как обычно: еда на столе, дом в порядке, дети — в академии. Она даже улыбается, когда я ухожу, если конечно застаёт этот момент, и встречает меня в какой бы час я не вернулся, хотя иногда всё-таки засыпает. Я думаю, у нас всё нормально. Вот только дети периодически на меня злятся, но я поговорю с Боруто.  Шикамару посмотрел на него с легким прищуром. — Именно это и должно тебя насторожить. Я имею в виду, такое спокойствие со стороны Хинаты.  Наруто слегка нахмурился, но ничего не ответил. — Иногда, когда человек молчит, это не потому что всё в порядке. А потому что он уже перестал надеяться, что ты его услышишь, — добавил Шикамару спокойно, без упрёка. Наруто уставился в одну точку на столе, в его лице появилась неуверенность. Он провёл рукой по лицу и тяжело выдохнул. — Наверное, я даже это чувствую. Я просто хочу всё закончить. Навести порядок. Сделать так, чтобы никто не пострадал. Если я буду отвлекаться, всё развалится, а нам ещё нужно изучить информацию о заброшенном храме Кагуи. — Но если ты не будешь отвлекаться, развалишься ты, — сказал Шикамару и встал. — И, возможно, потеряешь то, что считаешь самым важным, — или того, в полуоборота добавил Нара. Он не стал ждать ответа и направился к выходу. Наруто остался сидеть в тишине, глядя на кучу бумаг, с которыми он точно не разделается за эту неделю. Но он должен работать, столько лет он буквально вымаливал должность хокаге, неужели теперь он сдастся? Конечно нет, и Хината полностью его поддерживает и понимает. Было уже далеко за восемь вечера. За окнами кабинета небо темнело, окрашиваясь в густой синий с розовыми остатками заходящего солнца. Свет в кабинете был тусклым — одна лампа на потолке и настольная, которую Наруто даже не включал: ему хватало и привычного сумрака. Бумаги на столе, казалось, размножались. Чернила на пальцах, затекшая спина, гул в висках — всё смешалось в одну затяжную рабочую рутину. Неужели все хокаге, да что уж там, и все -каге проводят свои дни так же, как Наруто? Он сжал кулаки, не может же он просиживать столько времени в кабинете не делая абсолютно ничего физически, возможно кому-то нужна его помощь, а он отсиживается здесь. Наруто только сейчас осознал, что почти не двигался весь день. Рука продолжала автоматически подписывать, глаза — пробегать по строчкам, но мысли давно уплывали куда-то в сторону.  В какой-то момент, в кабинет вернулся Шикамару, Седьмой даже не поднял на него глаз. Наруто время от времени слышал, как Нара, стоявший у стены с кипой уже подписанных документов, что-то тихо бормотал себе под нос, сортируя их по приоритету. Наверное ругался, опять Наруто сделал что-то не то. Казалось именно сейчас блондин первый раз дает себе передохнуть, осматривая свой кабинет. Шикамару потёр нос, и опять углубился в проверку документов, подписанных Наруто. В зале царила тишина, наполненная только шелестом бумаги и поскрипыванием кресла. И вдруг — хлопок. Резкий, неожиданный. Дверь распахнулась, и в кабинет влетело что-то чёрное и лёгкое, как тень. Наруто даже не понял, что происходит — тело среагировало раньше сознания. Он перехватил летящий предмет в воздухе, крепко сжал ладонью и только тогда, моргнув пару раз, опустил взгляд - свиток.  Шикамару резко поднял голову от документов. Его глаза расширились, лицо посерьёзнело, и он инстинктивно сложил руки, готовясь применить теневой захват. Наруто медленно поднял взгляд. В проёме стоял он. Саске. Полутень коридора обрисовывала его силуэт, делая его почти призрачным. Его взгляд был холодным, но не враждебным. В этой тишине казалось, что даже стены затаили дыхание. Лёгкий сквозняк, ворвавшийся в кабинет сквозь открытое окно, задел полы его плаща и пошевелил волосы, открывая взгляду то шаринган, то риннеган.  Наруто не сразу смог вымолвить хоть что-то. Сердце громко билось в груди, руки чуть дрожали — не от страха, а от переизбытка эмоций. В сердце словно сжалось что-то давно забытое, оставленное в прошлом. — Саске… — выдохнул он. — Ты… Саске сделал шаг вперёд, всё ещё не меняя выражения лица. — Ты выглядишь хуже, чем я ожидал, Хокаге. Наруто усмехнулся, коротко, почти с горечью. — А ты выглядишь так, будто только что вернулся из ада. — Не очень далеко от истины, — бросил Саске и оглядел кабинет. Его взгляд на секунду задержался на Шикамару, который кивнул ему в знак приветствия, но не вмешивался. — Где ты был? — спросил Наруто, чуть громче. — Полгода. Ни единой новости, ни письма. Надеюсь ты придумал что сказать в своё оправдание? Шикамару отметил, что Наруто изменился в считанные секунды. Из усталого, практически смирившегося со своей участью шиноби он в момент превратился в того Наруто: энергичного, звонкого, наполненного жизнью и стремлениями. Саске подошёл к столу и положил на него ещё один небольшой свиток. Затем посмотрел прямо на Наруто. — Я нашёл кое-что. За пределами Страны Огня. Что-то, что может снова изменить всё. Но это не единственное, почему я сейчас вернулся. Он сделал паузу и посмотрел на Шикамару. Тот опустил голову делая вид, что изучает какие-то документы. Наре всегда было как-то не по себе, когда Учиха возвращался с очередной миссии, как будто кроме этих двоих не существовало ничего. Он уже бросил надежду разгадать эту непонятную связь между ними, поэтому каждый раз предпочитал просто делать вид, что его нет в том помещении, в котором есть эти двое. — Я пришёл, потому что… В кабинете вновь воцарилась напряжённая тишина. — Мне пришлось сразиться с двумя из Ооцуцуки, — сказал он. Голос был ровным, но глухим. — С двумя? — переспросил Шикамару, оторвавшись от стола. Он даже не пытался скрыть удивления. — Ты имеешь в виду… — Ооцуцуки, — подтвердил Саске. — Новые. Не Кагуя, которую нам удалось запечатать. Другие, но по всей видимости из её же клана. Их чакру очень сложно отследить.  Он сделал шаг вперёд, и в этот момент что-то в его походке выдало усталость — не физическую, а внутреннюю, тяжёлую, как будто он нёс на себе ответственность за этот бой даже сейчас, находясь здесь. Наруто молчал, всматриваясь в друга. Его пальцы сжали крышку стола. — Где? — только и спросил он. — Возле храма Кагуи, в другом измерении, куда могу пробраться только я. Когда я нашёл эти два свитка, они появились из ниоткуда, как будто бы уже были там, ждали. Слова Саске звучали слишком спокойно для того, что он рассказывал. Но это и пугало больше всего. Шикамару немного отошел в сторону от своего недавнего места. Его лицо было сосредоточено, глаза чуть прищурены. Он явно уже прокручивал всё в голове, но не мог найти объяснение. — Почему ты не сообщил в моменте? — спросил он. Саске слегка мотнул головой. — Они… чувствуют сигналы. Ищут силу. Если бы я использовал обычную связь, они бы пришли сюда. Но в любом случае — я думаю, они уже идут. Тишина легла густо и холодно. Наруто наконец заговорил, медленно, будто пробираясь через осознание: — Ты в порядке? — голос практически отчаянный. Нара уже давно не слышал страх в словах Наруто. Саске лишь усмехнулся: — Как видишь. Наруто прикрыл глаза, он даже не хотел представлять, что пережил его друг во время битвы с двумя Ооцуцуки.  — Они идут… за мной? Саске посмотрел ему прямо в глаза. В этот миг его лицо не дрогнуло, но в зрачках промелькнуло нечто — та искра тревоги, которую он так долго прятал. — За Девятихвостым, — ответил он тихо. Сердце Наруто сжалось. Он почувствовал знакомый жар в груди, словно нечто родное вдруг оказалось под угрозой. Он уже не думал о бумагах, о кабинетах, о долге. Он снова был поглощен в такую забытую историю, когда он был гарантом мира во всём мире, был тем, кто должен защищать. — Чёрт… — выдохнул Шикамару, отступая на шаг. — Если это правда, у нас нет ни плана, ни ресурсов. И никто не знает, кто они вообще такие. — Отправьте эти свитки на расшифровку, даже с помощью риннегана я не смог прочитать их. Наруто перевёл взгляд на Саске. Их глаза встретились, и между ними на миг возникло то самое напряжение, которое можно почувствовать, но невозможно описать. Как электрический разряд в воздухе перед бурей. В этом молчание было всё: доверие, страх, злость, — и нечто, что было на поверхности, но пока не имело названия. — Саске, — тихо сказал Наруто, встав и подойдя ближе, — расскажи всё. До последней детали. Саске кивнул. Его лицо всё ещё было холодной маской, но голос стал ниже, тише. Он начал говорить — описывать, как они двигались, как мгновенно появлялись за спиной, как их чакра врывалась в клетки, ломая структуру… как один из них даже попытался проникнуть в его разум, и Сусаноо треснул.. Наруто слушал, затаив дыхание, его глаза были прикованы к Саске. Он следил не только за словами — за каждым движением, за каждой паузой. И когда Саске замолчал, и в комнате осталась только глухая тишина, между ними вдруг повисло что-то совершенно иное. Едва уловимое, но осязаемое. Как будто они оба на мгновение шагнули ближе к какому-то краю, не осознав этого. Их дыхание синхронизировалось, взгляды не отрывались друг от друга. Шикамару это почувствовал первым. Он перевёл взгляд с одного на другого. Поджал губы, будто хотел что-то сказать — и передумал. У него было ощущение, что он наблюдает не просто диалог, а нечто личное. Глубоко личное. И то, что для них обоих это сейчас незаметно, однако он как будто в этот момент являлся третьим лишним. — Хм, — коротко хмыкнул он, прерывая молчание и отворачиваясь. — Пойду доложу о произошедшем всем связным. Думаю, вы пока… поговорите. — Он забрал один свиток со стола, а второй выдернул из руки оцепеневшего Наруто, затем вышел из кабинета, аккуратно прикрывая за собой дверь. Наруто и Саске остались. И между ними по-прежнему было напряжение — не боевое. Что-то мягче. Глубже. В их взглядах ещё оставался страх за деревню, тревога за будущее… но вместе с этим и ещё кое-что, едва уловимое, но непонятное даже им обоим. — Я рад, что ты вернулся, — произнёс Наруто, тихо. Саске посмотрел на него. Молча. И только кивнул.