Mea ex amica vel futurae uxori?

–Я закажу нам чай и десерт, сейчас вернусь–Хамин удалился оставив их наедине. Йеджи выдыхает –Да. Если человек любит, то не сможет изменить. А врать любимому или еще хуже, оправдываться говоря, что хотел отдохнуть от своего партнера-полный идиотизм. Если ты выбрал партнера, то должен оставаться верным. Если честно, совсем не понимаю смысла изменять, если есть проблемы, то их нужно решать разговорами, а не прыгать в постель к чужому человеку. Изменять своему партнеру-изменять своему выбору. Рюджин улыбнулась, понимая, что Йеджи разделяет её взгляд на отношения. Они обе знали, как важно быть искренними друг с другом, и эта открытость создавала атмосферу доверия.  –Я согласна с тобой, – произнесла она, – измена разрушает не только отношения, но и самих себя. Это как предательство собственных эмоций. Йеджи слегка наклонилась вперед, заинтересовавшись.  –А что ты думаешь о прощении? Можно ли его сделать, если измена все же случилась? Рюджин задумалась, ощущая, как её сердце тяжело стучит в груди.  –Не думаю, что измену можно простить. Придерживаюсь того мнения, что если изменит раз изменит и второй.  Йеджи кивнула, поддерживая эту мысль. Она прекрасно знала, что доверие — это хрупкая вещь, которую легко разрушить. В отношениях, основанных на любви и уважении, измена могла стать финальной точкой, после которой восстановить прежнюю гармонию было бы почти невозможно. – Верно, – добавила она, – одна измена может породить цепочку оправданий и лжи. И чем больше будет секретов, тем сложнее будет вернуться к искренности.  Я принес нам айс американо и тирамису–Хамин подслушал некоторые реплики и кашлянув, ответил –Я так не думаю. Есть много обстоятельств при которых измену, как я думаю, можно простить. Йеджи обернулась к Хамину с недоумением. Она не ожидала услышать такую точку зрения. Его слова заставили её замереть, и в воздухе повисло напряжение. – Как ты можешь так думать? – спросила она, глядя ему в глаза. – Измена всегда вносит разлад, она размывает границы доверия. Ты говоришь о прощении, но как можно забыть о предательстве, которое выходит за рамки обычного конфликта? Хамин вздохнул, осознавая, что его слова могут быть истолкованы неправильно. Он продолжил: – Я понимаю, что причин для измены нет, но иногда обстоятельства складываются так, что люди ошибаются. Прощение может стать началом восстановления отношений, если обе стороны готовы работать над своими проблемами. Йеджи почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. Она знала, что каждое слово может изменить ход их беседы. – Ты говоришь о восстановлении, – сказала она, словно подбирая каждое слово. – Но нельзя просто взять и восстановить то, что разрушено. Измена оставляет раны, о которых не способен забыть ни один из партнёров. Хамин, чувствуя, как воздух становится тяжелым, попытался объясниться: – Я не утверждаю, что это легко. Но есть случаи, когда люди меняются, когда раскаяние становится искренним. Мы все несовершенны и совершаем ошибки. Рюджин, погруженная в собственные мысли, резко вмешалась: – Но каждый раз, когда мы прощаем, мы рискуем снова столкнуться с предательством. Нужно ли открывать сердце тому, кто уже раз его разбил? Принять человека, который дважды может стать причиной боли? В этой тени доверия скрыт весь ужас измены. Йеджи кивнула, внутренне соглашаясь с Рюджин, но в глубине души надеялась на действие любви. – Ты права, – тихо произнесла она, – каждый случай уникален. Мы можем закрыть глаза на прошлое или, наоборот, отпустить его, но это не значит, что боль не останется. Важно понять, готовы ли мы рисковать снова, чтобы узнать, сможет ли этот человек быть другим.  –Так даже если так, то изменщики, как правило, не меняются. Девушка простила первый раз, значит готова простит еще миллионы раз. Думаю, этим людям нравится видеть страдания людей и они продолжают это делать, не пытаясь исправить и работать над своими ошибками. Самые первые шаги к восстановлению отношений уже подразумевают полное признание ошибки, и если этого нет, то зачем продолжать? – Рюджин взглянула на Хамина с убеждением. Она знала, что не все люди способны на искреннее раскаяние. Хамин вновь вздохнул, решив подойти к обсуждению с другой стороны. – Но бывает так, что обстоятельства, эмоции и внезапные чувства и страсть могут заставить поступить неправильно. Я верю, что если они искренне хотят исправить свои ошибки, возможно, им стоит дать шанс. – Но шанс на что? – резко перебила его Йеджи. – На очередные обещания, которые, вероятнее всего, снова окажутся пустыми? Всегда будет сомнение, что однажды может повториться та же самая ошибка.  –Внезапные чувства и страсть?! Ты слышишь себя? Но это лишь оправдание для безответственности, – резко произнесла Рюджин. – Если чувства могут заставить нас поступить неправильно, значит, мы не понимаем ценности тех, кто рядом. Любовь требует уважения, а не просто эмоционального порыва. – Да, я прекрасно понимаю как это звучит– ответил Хамин, пытаясь сохранить спокойствие. – Я говорю о том, что иногда люди действительно могут ошибаться, не зная всех последствий своих действий. Любовь, которая возникает в отношениях, не всегда бывает однозначной.  –Так, я не хочу ругаться на первой встрече. Давайте перейдем на другую тему –Йеджи понимала, что такое обсуждение может ни к чему хорошему не привести. –Хамин, твоя очередь задавать вопрос.  –Хорошо, я же могу задать любой вопрос,верно?– Рюджин кивнула и Хамин задумался, прищурившись. –У вас есть определенные фетиши? Йеджи всколыхнулась, и её лицо слегка покраснело. Она всегда считала, что подобные темы лучше оставлять за пределами формальных бесед. Но, глядя на Хамина, почувствовала, что это может быть интересным опытом. – Фетиши… – произнесла Рюджин, раздумывая над ответом. – Наверное, у каждого из нас есть что-то такое, что возбуждает или привлекает. Вопрос в том, как мы это воспринимаем. Я, например, люблю ароматы – определенные запахи способны вызвать приятные воспоминания. Йеджи, немного успокоившись, решила включиться в разговор. – А что, если переходить к более личным вещам? У меня есть несколько неординарных предпочтений, которые я иногда не спешу открывать людям. Например, мне нравится чувство ткани на коже – особенно шелк. Это не просто материал, это своего рода опыт. Шелк ассоциируется у меня с нежностью и близостью, поэтому наверное. Хамин внимательно слушал, его интерес возрастал с каждым словом. Он улыбнулся, понимая, что разговор принимает неожиданное направление. – Звучит заманчиво, – произнес он. –Шелк действительно придаёт ощущениям особую утонченность. Но интересно, можно ли считать это фетишем? В конечном итоге, каждый из нас по-своему воспринимает мир и то, что его окружает. Меня возбуждает прежде всего, игра света и тени, особенно когда они падают на тело. Я люблю, когда в помещении есть мягкий свет, который создает атмосферу таинственности. Это словно приглашение в мир, где каждый штрих и каждое движение становятся более выразительными. Рюджин кивнула, представив себе его слова. – Да, свет действительно может изменить восприятие. Многие находят что-то притягательное в тенях. Они как бы скрывают часть реальности, оставляя место для фантазии и воображения. Это как будто двойная игра, где каждая деталь открывается постепенно. – Совершенно верно, – согласился Хамин, ощущая, как к разговору подкидывается атмосфера доверия. – Свет и тень могут создать интригующую игру субтилностей. Это подобно тому, как мы сами скрываем или раскрываем свои желания. Часто люди боятся говорить о своих предпочтениях, но, на мой взгляд, в этом нет ничего постыдного и это наоборот помогает разнообразить интимную жизнь и сексуальные желания. – Да, но иногда бывает сложно понять, где проходит грань между фетишем и просто увлечением. Может, это нечто более интимное и глубокое, чем кажется на первый взгляд. Когда ты начинаешь исследовать свои фантазии, открываются совершенно новые горизонты.  –Йеджи, почувствовав себя более уверенно, продолжила. – Вы правы, обсуждать свои предпочтения – это важно. Я думаю, что у каждого есть свои желаемые границы, которые стоит исследовать, но одно – это озвучить их, а другое – реализовать. Мне нравится мысль о том, чтобы быть открытой, но иногда внутренние сомнения останавливают меня –Йеджи немного помолчала затем добавила–Моя очередь. Что для вас является самым сложным в отношениях или браке? Рюджин, задумаясь, произнесла: – Я думаю, самым сложным является поддержание честности. Искренность в отношениях требует смелости, особенно когда речь идет о чувствах и желаниях. Боязнь обидеть партнера порой заставляет нас замалчивать важные вещи. Хамин кивнул, проникаясь ее словами. – Да, компромиссы играют огромную роль, но иногда сложно найти баланс между своими потребностями и потребностями другого человека. Я стараюсь быть открытым, но порой опасения мешают мне. Это настоящая борьба. Йеджи улыбнулась, понимая, что этот разговор стал настоящим обменом мнений. – Мне кажется, страх потерять кого-то может сделать нас менее уязвимыми. Но именно уязвимость объединяет людей. Если мы не будем делиться своими страхами и непониманием, то как мы можем добиться истинной близости? – Именно так, – заключила Рюджин. – Чувство доверия — это тонкий процесс, который требует времени и искренности. И в конечном итоге, именно эти моменты делают нас сильнее и сближают. Прозвенел звонок в телефон. Хамин на мгновение застыл, уставившись на экран своего телефона. Сердце забилось быстрее, она позвонила именно в неподходящий момент.  Йеджи заметила его выражение лица и слегка нахмурилась. – Все в порядке? Ты можешь говорить, если нужно, – сказала она, пытаясь понять, что происходит.  –Все в порядке. Это рабочий звонок, я отойду на минуту – Хамин улыбнулся ей и двинулся в сторону выхода. Хамин вышел на улицу, стараясь успокоить колебания своего сердца. Он знал, что этот звонок не сулит ничего хорошего. Внутренний конфликт разрывал его: с одной стороны, он хотел быть честным с Йеджи, а с другой — его связь с любовницей давала ощущение скрытой остроты в жизни, которую он не готов был терять. На другом конце провода раздался знакомый голос –Хамин? Сегодня приедешь? Я соскучилась и у меня для тебя сюрприз–произнесла она сладким голосом, заставляя Хамина забыть все, что он хотел сказать. – Да, я приеду, – ответил он, стараясь внести в голос уверенности. – Какой сюрприз? – Не спеши. Лучше увидимся, и я все расскажу, а лучше покажу – произнесла она игриво. Ее голос обволакивал, и Хамин почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее.  — Хорошо, — сказал он, заставляя себя успокоиться. — Я постараюсь придти. Повернувшись, Хамин на мгновение взглянул на солнце, которое садилось за горизонт, окрашивая небо в яркие оттенки оранжевого и розового. Это было как-то символично — время, когда день переходил в вечер, когда одну реальность заменяла другая. Его мысли о Йеджи и о той откровенности, которую они только что разделили, начинали меркнуть на фоне возрастающего влечения к загадочной женщине. Вернувшись в кафе, Хамин заметил, что Йеджи внимательно на него смотрит. Её глаза отражали вопрос, который он не хотел озвучивать. Он понимал, что, чем больше он погружался в эту двойную жизнь, тем труднее ему будет объяснять свои чувства. Но в этот момент он решил не думать об этом — просто наслаждаться тем, что есть сейчас. –Извини, появились некоторые дела, которые нужно решить. Очень бы не хотел оставить тебя здесь и уходить, но работа срочная. – Хорошо, но ты придешь домой ночью?– спросила она мягко, словно стремясь удержать его на месте хотя бы чуть дольше. – Сам не знаю, но скорее всего задержусь– ответил он, хотя в глубине души знал, что его мысли будут заняты совершенно другим человеком.  Йеджи поцеловала его на прощание и Хамин направился к машине. В голове все еще звучал игривый голос любовницы и ожидание того сюрприза, который она готовила. Он был разрываем двумя мирами, двумя возможностями: одним, где была честность и тишина, и другим, полным страсти и неожиданных поворотов. С одной стороны, была Йеджи - его жена, с которой он делил уютный дом, тихие вечера и нежные объятия. С другой - тайна, страсть и захватывающие приключения с его любовницей.  Йеджи повернулась и вздохнув села рядом с Рюджин. Рюджин заметила перемену на лице Йеджи и передвинула в ее сторону тарелку с тирамису. –Как он тебе?–спросила Йеджи, будто не замечала как Рюджин к Хамину относилась и как разговаривала –Нормальный. Я думала, он получше будет, так как по твоим рассказам он трудолюбивый, спокойный и довольно серьезный парень. Мне кажется, он немного странный, постоянно глазами бегает будто что-то пытается скрыть или наверное стесняется меня. Мне показалось, что вы друг-друга тоже недостаточно знаете и поторопились со свадьбой, но тебе комфортно с ним, а это главное–Рюджин поджала губы –Правда, Йеджи, если тебе он нравится, то я не имею права его осуждать или что-то еще, ты мне очень важна и твой выбор это никак не поменяет. – Спасибо, Рюджин, – тихо произнесла она, стараясь скрыть внутренние волнения. – Да, возможно, мы поторопились, но у нас есть свои причины. Просто иногда мне кажется, что Хамин не всегда понимает меня. Рюджин чуть нахмурилась, но тут же размягчилась. Она всегда хотела, чтобы Йеджи была счастлива, даже если это значило отдалиться от нее. – Я просто хочу, чтобы ты была с тем, кто сделает тебя счастливой, – сказала она и прикоснулась к руке подруги. – Если тебе нужен разговор, ты всегда можешь прийти ко мне. – Спасибо, Рюджин, мне очень важно это слышать, – сказала она, уставившись на тарелку с тирамису, что-то сладкое помогало сосредоточиться. – Я иногда сама не знаю, что чувствую. Многое кажется поверхностным, и я боюсь, что это только начало каких-то более серьезных проблем–Йеджи замолчала на несколько секунд, смотря в глаза Рюджин, затем продолжила – Я говорила, что хотела бы загладить вину перед тобой, может сейчас? Проведем время вместе как раньше и забудем все обиды. Рюджин тепло улыбнулась и кивнула, чувствуя, как сердце забилось быстрее. –На свидание зовешь?–Рюджин пошутила, заставив Йеджи рассмеяться, хотя на губах её сохранилась лёгкая грусть.  – Может быть, – ответила Йеджи с хитрой улыбкой –Пойдем? Расскажешь мне о жизни в Штатах  Рюджин почувствовала, как ее сердце радостно забилось в унисон с ожиданием. Они встали из-за стола и направились к выходу, легкий ветерок обнял их, как старый друг. Свежесть летнего ветра наполняет воздух легкостью и беззаботностью. Он колышет листву деревьев, словно играя с природой, и приносит с собой воспоминания о безмятежных днях под солнцем. – Ты знаешь, я всегда думала, что жизнь в Штатах должна быть как в фильмах, - начала Рюджин, пытаясь отвлечься от своих чувств. – Так много ярких огней и возможностей. Но на самом деле там очень одиноко. Там настолько быстрый ритм жизни, что иногда мы забываем о простых радостях. Как будто мир вращается вокруг работы и успеха, а не вокруг людей. –Всю жизнь думала, что Америка хорошее место, чтобы найти свою любовь-Йеджи вздохнула громко и Рюджин усмехнулась. – Может быть, это именно так, – задумалась Рюджин, глядя вдаль, где вечернее солнце касалось горизонта. – Но порой кажется, что настоящая любовь прячется в самых неожиданных местах, как будто хочет, чтобы мы искали её вдали от стереотипов. Йеджи с интересом слушала, и её глаза сверкали в свете заходящего солнца. – Я всегда думала, что стоит лишь увидеть человека, и все станет на свои места. Наверное, именно поэтому существует столько фильмов о любви, – пробормотала она, улыбаясь, – это ведь такой романтичный миф. – Да, но жизнь не всегда так проста, – ответила Рюджин, чувствуя, как её голос наполняется неуверенностью. – Мы строим идеальные ожидания, а реальность часто оказывается совершенно другой. Может быть, настоящая любовь – это не яркие события, а тихие моменты, проведенные вдвоем– ответила она, смотря на лицо Йеджи, освещенное вечерним светом солнца. –В любом случае, любовь– это и есть жизнь, – завершила Йеджи, чувствуя, как эти слова наполняют её сердечный ритм новым смыслом. – Она умеет удивлять, внезависимости от того, где мы находимся. –Йеджи, я не хотела про это говорить, но…через сколько времени после нашего расставания ты начала встречаться с Хамином?–Рюджин остановилась, смотря с сожалением в глазах. Йеджи на мгновение замерла, глаза ее потемнели, словно вечернее небо. Она не ожидала такого вопроса, и по лицу пробежала тень сомнения. – Честно говоря, я не знаю, сколько прошло времени… – начала она медленно. – Может быть, пару месяцев? Как-то так. Я поняла, что наша любовь была всего лишь детской влюбленностью, которая должна была пройти и начала новый этап. Рюджин кивнула, стараясь скрыть свои эмоции. Её сердце сжалось от незнания, нужны ли такие сравнения. – Я всегда считала, что наша история была чем-то большим, чем просто глупая влюбленность – произнесла она тихо, словно боялась разрушить хрупкое состояние, в котором они находились. –Я назову это моей первой настоящей любовью, – продолжила Рюджин, её голос едва слышен на фоне мягкого шёпота ветра. – Она оставила свой след, изменив нас обеих. Каждый момент, проведённый вместе, был важен и значим, даже если в итоге всё закончилось. Йеджи тихо сказала, будто искала утешение в воспоминаниях. – Да, но ты же знаешь, что время лечит. Мы учимся отпускать, чтобы дать шанс новым возможностям. Я не жалею ни о чем, даже о нас. Каждое переживание – это урок. Рюджин кивнула, хотя внутри неё росло чувство неуверенности. – Ты права, – ответила Рюджин, но её мысли снова вернулись к тому времени, когда они были вместе. – Я просто надеюсь, что смогла бы хотя бы раз ещё ощутить ту искренность, что была между нами. *** Они гуляли до захода солнца и уже собирались расходиться, когда Хамин написал Йеджи что приедет домой к утру. Увидев расстроенное выражение лица Йеджи, Рюджин предложила ей переночевать у нее и как раз отпраздновать ее новоселье. Йеджи с благодарностью приняла предложение Рюджин и написала Хамину, что переночует у Рюджин, блокируя телефон. Они отправились в ее квартиру в тишине наполненного только звуками вечернего города. Они обменивались взглядами, понимая, что и в этой тишине есть что-то важное.  Приехав к ней домой Йеджи ощутила укрытие от напряжённости, которая висела в воздухе между ней и Хамином. Она прошла внутрь и села на диван расслабляясь. –У тебя уютно, вчера переехала, верно? Так быстро все обустроила–Йеджи оглянулась с интересом рассматривая квартиру. – Спасибо, – скромно ответила Рюджин – Я старалась создать атмосферу, чтобы было комфортно. Чувствуй себя как дома.  Йеджи глубоко вздохнула, наслаждаясь свежестью, витавшей в квартире. Она старалась отвлечься от мыслей о Хамине, но его образ всё равно не покидал её разум. –Как насчет того, чтобы выпить? Я в курсе, что мы только недавно пили, но наедине с тобой всего несколько раз и то это было так давно. – Звучит отлично, – ответила Йеджи, стараясь скрыть свое волнение. Она наблюдала, как Рюджин направилась на кухню, её фигура исчезла за дверью. В голове всё еще крутились мысли о Хамине, но с каждой минутой, проведенной в компании Рюджин, напряжение начинало отпускать.  Рюджин вернулась с несколькими бутылками и бокалами, её улыбка светилась в тусклом свете кухни. Она поставила всё на стол и присела рядом, их плечи соприкоснулись. Йеджи почувствовала, как тепло разливается по телу, даря ей комфорт.  Рюджин налила в бокалы ароматное вино, его багряный цвет игриво сверкал в свете вечерних ламп. Они подняли тост за новое начало и дружбу, но в воздухе витала неясная напряженность. Йеджи старалась оставаться сосредоточенной на разговоре, но взгляд Рюджин словно притягивал её, заставляя сердце биться быстрее. С каждым глотком вина Йеджи чувствовала, как расслабление охватывает её. Рюджин, непринужденно болтая, смеялась над старыми воспоминаниями, и Йеджи невольно улыбалась, вспоминая забавные моменты их дружбы. Но в её сердце всё ещё было место для смятения — где-то глубоко под поверхностью прятались сомнения и нежные чувства, которые она не могла полностью игнорировать.  –Знаешь, я часто думала о тебе, пока жила в США. Вспоминала наши совместные моменты, наш последний разговор, просматривала наши фотографии, смотрела подарки подаренные тобой даже немного плакала.  Йеджи вздрогнула, почувствовав как ее сердце немного сжалось от неожиданного признания. Слова подруги эхом прокатилась по её сознанию, вызывая воспоминания о тех днях, когда они были ближе, чем сейчас. Сложные чувства охватывали её, и она попыталась найти слова для ответа, но они застряли в горле. – Я тоже думала о тебе, – наконец произнесла она, ощущая, как напряжение между ними нарастает. – Твои подарки я храню до сих пор, как хорошие воспоминания.  Рюджин улыбнулась, её глаза блестели в тусклом свете. – Я не могла тебя забыть. Без тебя было сложно. Йеджи отвела взгляд, внутренне борясь с тем, что её привязывало к прошлому. Она знала, что между ними все еще жила искра, которую она так старательно пыталась подавить. С каждым мгновением, проведённым рядом с подругой, её сердце всё больше колебалось между прошлым и настоящим. – Ты всегда знала, как меня поддержать, – тихо произнесла Йеджи. Её руки дрогнули, и она встретила взгляд Рюджин, в котором наряду с нежностью читались недосказанные слова. – Иногда я задаю себе вопрос: как бы сложилась моя жизнь, если бы мы были вместе? –Ты сказала, что считала нашу любовь лишь детской шалостью–недовольно буркнула Шин  Йеджи почувствовала, как в груди задымило от натянутого напряжения. Она знала, что её слова резанули Рюджин, и невольно сосредоточилась на горьком осознании близости, которая стала чем-то недостижимым. – Однако я не могу отрицать, что то, что у нас было, было настоящим, – осторожно продолжила она. – Мы были молоды и наивны, но моя жизнь сейчас другая. Рюджин вздохнула, её взгляд потемнел. – Это не отменяет того, что я чувствую, Йеджи. Я никому так и не смогла отдать своё сердце, ведь оно всё ещё принадлежит тебе – тихо произнесла она, не до конца осознавая свои слова. Йеджи почувствовала, как сердце замерло на мгновение, слова Рюджин эхом отразились в её сознании. Она знала, что между ними были границы, которые сложно пересечь, особенно теперь, когда её жизнь была связана с другим человеком. Но что-то в голосе Рюджин, в её искренности, разжигало в ней угли забытых чувств. – Не забывай, что у нас есть свои жизни, – произнесла она тихо, стараясь удержать контроль над эмоциями. – Я люблю своего мужа, не переступай границы дозволенного. Рюджин промолчала, её глаза по-прежнему искрились обидой и печалью. Она знала, что эти слова были правдой, но не могла избавиться от чувства, что между ними всё ещё тлеет нечто большее, чем дружба.  – Я не хотела бы разрушать твою семью, Йеджи, – тихо произнесла Рюджин, произнося каждое слово с горечью. – Но как мне забыть то, что мы имели? Это словно старая рана, которая не заживает. Я всё еще помню –Рюджин, ты слышишь меня? Я говорю, что люблю своего мужа. Твои чувства заставляют меня чувствовать себя виноватой и если так и будет продолжаться, я буду вынуждена прекратить общение с тобой. Йеджи отвела взгляд, чтобы не смотреть на ее глаза. Она знала, что история между ними не закончена, но продолжать было страшно. Все эти чувства были как старое обручальное кольцо, оставленное в ящике комода – оно никуда не делось, но вернуть его на палец было невозможно. – Я не знаю, что будет дальше, – произнесла Хван наконец. – Но мы должны помнить, что прошлое не вернётся. Мы должны жить дальше. Рюджин потянулась к бокалу, её рука дрожала. Она смахнула слёзы, чтобы не показать, как глубоко резанули её слова. В душе бушевали противоречия: от одной мысли о почтении к решениям Йеджи до желания вернуть время назад и сделать совершенно иначе.  –Иногда мне кажется, что это не просто воспоминания, а часть меня, которая не может исчезнуть, поэтому я и не могу все это так легко забыть–тихо произнесла она, пытаясь скрыть свою горечь. – Может быть, это и правда, – прошептала она. – Но мы должны найти способ двигаться вперед. Я люблю своего мужа, и это не изменится. Рюджин покачала головой, её голос был полон тоски. – Но разве не стоит хотя бы признать, что мы могли бы быть счастливы вместе? Я не прошу тебя оставить всё ради меня, просто… иногда я мечтаю о том, что было бы, если бы всё сложилось иначе. – Это всего лишь мечты, – ответила Йеджи резко и ее голос прозвучал грубо – Мы не можем позволить прошлому затмить наше настоящее. У нас есть свои жизни, и я не собираюсь разрушать то, что у меня есть сейчас.  Йеджи, настороженно преодолевая кашель, приняла решение о том, что не может больше оставаться в этом разговоре. Она вслышала в своих словах нотки слабости, что пугало ее. Внутри возникла борьба — между обязанностями и чувством, которое не давало ей покоя. – Я не могу позволить себе разводить мосты с прошлым, – произнесла она, пытаясь вернуть уверенность в голос. – Мы были вместе, но это было давно. Я выбрала свой путь и теперь должна жить с этим, несмотря на то, что чувствую.  –Йеджи, я просто хочу знать любила ли ты меня когда-нибудь? Я по-прежнему влюблена, но я не дура, чтобы разрушать твою семью ради своих никчемных чувств. –Так даже если и любила, то что это изменит?–Йеджи, чувствовавшая, как в груди разгорается гнев, произнесла: – Это не так просто, как ты думаешь. У меня есть обязательства, и я не могу позволить себе страдать из-за прошлого. Ты говоришь о любви, но что это за любовь, если она приводит к разрушениям? Да, были хорошие моменты, но они остались в прошлом. Сейчас я люблю другого и хочу построить с ним семью. Уважай мой выбор, пожалуйста, я не прошу тебя меня любить.  Рюджин стиснула зубы. – Так что же, мне сложить все эти чувства обратно в коробку и заклеить? Я не могу! Ты – часть меня, и даже если ты этого не видишь, я не могу забыть.  – Ты не понимаешь, Рюджин, – произнесла она, стараясь удержать слезы. – Я не могу разрушить то, что построила. У меня есть муж, и он тоже заслуживает любви и преданности. Да, мы были близки, но жизнь не стоит на месте. –Я поняла, давай забудем про этот разговор, давай поговорим о другом. У Йеджи в этот момент в голове что-то щелкнуло –Хочешь узнать про решение, которое я приняла недавно, это правда интересно. Я сама себе удивляюсь, но я решилась на это. Рюджин нахмурилась –Ты про что сейчас?