Васильки

Настало злощастное воскресенье. Снег светился в лучах утреннего Солнца, приятный мороз стоял на улице. Из окна было видно главную площадь, где располагался каток. Радостные школьники на самодельных коньках играли в какие-то игры, вроде догонялок. Народ толпится у ярмарки поблизости, тут же танцевали и пели артисты, а неподалёку показывали медведя. Виктор наблюдал за всем этим из своего окна, и от увиденного было совсем не весело. "К двенадцати часам... Не опоздать бы..." - думал он. Юноша спустился в гостиную. В доме были только он, мать и маленький Уильям. Все остальные ушли то в гости, то по делам. Камин приятно потрескивал. Виктор сел на против него. Вид огня немного успокаивал, но терзания, тем не менее, не покидали голову. Чувство страха и желание увидеть Анри переплелись в какую-то непонятную смесь. А тревога продолжала наростать. Дыхание участилось, на секунду Виктору показалось что он задыхается. Часы пробили одиннадцать-тридцать. "Пора собираться." - вздохнул Виктор. Он пошёл в свою комнату переодеваться. Пуговицы, как на зло долго не хотели застёгиваться, это жутко раздражало. Дрожащими от гнева руками Виктор наконец застегнул злощаструю рубашку. Одевшись, юноша спустился вниз, надел пальто и вышел на улицу. Морозный воздух приятно обдал щёки. Виктор пошёл вниз по улице к дому Анри. Подходя, он замедлил шаг. "Вот бы камень упал с неба. И прямо мне на голову." - пронеслась в голове тревожная мысль. Но вот уже показался дом Клерваля. Рыжеволосый парнишка стоял на крыльце и глазел по сторонам. На нём было свободное светло-коричневое пальто и зелёный шарф. Завидя Виктора, Анри улыбнулся и бросился к нему навстречу. - Здравствуй, Виктор! - улыбнулся он, повесившись на шею друга. - Здравствуй! - неловко улыбнулся Виктор, обнимая Анри. "Он так мило улыбается." - пронеслось в голове. Синие, как васильки, глаза Анри сияли от радости. - Пошли скорее на каток! - он взял друга за руку и быстрым шагом направился в сторону площади. - Стой, но у меня же нет коньков. - неуверенно воскликнул Виктор. - Ничего, у меня тоже. Мы и так, на своих двоих. И они помчались к площади. Окунувшись в шум и веселье толпы, Виктор почти забыл о своих страхах. Анри затащил его на каток, и они закружились на скользком льду. - Ау!... - испуганно вскрикнул Виктор, поскальзываясь. Однако Анри его поймал. - Осторожнее! - весело сказал парень. - Не крути меня так. У меня обувь скользящая. - Ой, не отмазывайся. И Клерваль снова закружил товарища в... Танце? Да, пожалуй, это можно было назвать танцем, пускай и очень своеобразным. Виктор невольно усмехнулся. Наверняка он выглядел очень неловким, крутясь на льду среди детей. "Хоть бы знакомые не увидели." - подумал он и тут же рассмеялся. Так хорошо ему становилось на душе, когда Анри находился рядом. Клерваль, когда веселился, часто вёл себя не соответственно своему возрасту: дурачился, играл и, как будто впадал в детство. Эта его черта всегда очаровывала Виктора. Анри был похож на тёплый летний дождь, на народную песню о любви, на полевые цветы. Его смех согревал душу, развеивал все страхи и переживания. Казалось, что в мире пропало всё: школьники на коньках, уличные танцоры, мысли о будущем и страх осуждения. Но вот они остановились чтобы перевести дух. И всё вернулась на круги своя. Виктор вздрогнул от осознания того, что они сейчас вытворяли. "А если нас видели? А что подумают?" - запаниковал он и тихо сказал: - Анри, пойдём. У меня голова кружится. - Хорошо. - улыбнулся тот. Они пошли вдоль площади. Торг шёл бойко. Продавцы заглушали криками друг друга, покупатели громко спорили, громкие звуки были повсюду. Домосед Виктор не очень любил такие мероприятия, он предпочитал проводить время в тёплой комнате с книгой или за умной беседой с кем-нибудь из членов семьи. Анри же был полностью доволен. Он ходил от одной лавки к другой и рассматривал товары. Юноша не хотел ничего покупать, ему просто нравилось шататься по магазинам и рассматривать вещи. Виктору, тем не менее, было не скучно. Анри при виде любой безделушки начинал рассказывать какую-нибудь историю, потом, не дорассказав, переходил к другой, потом так же к третьей, и в конечном счёте этому всему не было ноца и края. Виктору нравилось слушать такой поток мыслей. Клерваль имел свойство завораживать своими разговорами. Его голос был похож на журчание ручья, а речь была такой приятной, что Франкенштейн мог часами, без устали, слушать её. Однако, все, кроме Виктора, этого не замечали. Другие люди считали Анри просто интересным собеседником, не более. * * * К вечеру, вдоволь нагулявшись, друзья направились по домам. Шли медленно, расходиться не хотелось. - Нам надо когда-нибудь ещё так же погулять. - вздохнул Анри - Ты сможешь на следующей неделе? - Наверное только в воскресенье. - отозвался Виктор - Я слишком мало учусь в последнее время. Планирую навёрстывать упущенное. - Чтож, удачи тебе в научных познаниях. Эх, я бы тоже хотел уехать учиться. Но отец вряд-ли разрешит. - Почему? - удивлённо спросил Франкенштейн. Анри, вздохнув, ответил: - Мой отец - человек хороший. Но он... Как бы это сказать... Довольно ограниченный в своих взглядах. И обучение в университете считает пустым делом. В его понимании, я должен продолжать его торговые дела, а не "думать о всякой ерунде". Виктор поджал губы. Он хорошо знал о тяжёлом характере господина Клерваля. "Всё-таки сыновья любовь - крайне удивительная вещь. - думал юноша - Иначе я не могу объяснить как человека настолько грубого и недалёкого можно назвать хорошим." - Терпения тебе, милый Анри. - сочувственно произнёс Виктор и похлопал друга по плечу - Терпения и выдержки. Клерваль угрюмо покачал головой. "А почему я сейчас неосознанно назвал Анри "милым"? - вдруг напрягся Виктор, но тут же успокоился - Просто проявление дружбы, не более." До дома они шли молча. Слабый свет фонарей подсвечивал крупные снежные хлопья, которые повалили к вечеру. "Сегодня ведь всё было нормально, так? - размышлял Виктор - Мы общались как обычно." Однако, в груди что-то щемило. И страх, и тревога оставались, как прежде. "Я себе всё внушил. Наверное, так и есть. Когда-то ошибся в своих чувствах, теперь страдаю из-за этого. А может быть это был даже не я? Точно, это Элизабет мне сказала про огоньки в глазах при виде Анри. Эта поганая мысль не моя. А Элизабет может быть и не это имела ввиду. Она, наверное, тоже говорила о дружбе, о платонической любви. А я не правильно понял." Рассуждения Виктора прервал мягкий удар в плечо. Парень оглянулся. Следом за первым последовал второй. Это Анри кидал в Виктора снежки. - Эй! - вскрикнул Франкенштейн. - Ничего не знаю, давай защищайтесь, господин! - рассмеялся друг и кинул в него третий снежок. - Ну держитесь сударь! - подхватил Виктор - Вы задели мою честь, я этого так не оставлю! - и грянул бой. Пока парни, смеясь, закидывали друг друга снегом, из соседнего дома вышла какая-то женщина. Она недовольно взглянула на друзей, что-то пробубнила и пошла по своим делам. Виктор испуганно оглянулся. - Ты слышал её? Что она говорила? - Нет. Да мало ли что она говорила, какая разница? - Ладно, не важно, пойдём. Анри вздохнул. - Хорошо, пойдём. - он обнял Виктора за плечо - Неужели ты так переживаешь из-за неё? - Нет, не переживаю... Оба понимали, что это ложь. Клерваль попытался успокоить друга: - Да ладно, тебе, мало ли, кто что говорит. Хотя в душе он понимал, что это бессмысленно. Виктора было крайне сложно в чём-то переубедить. Хотя, он не имел привычки переживать из-за мнения других людей. Поначалу друзья шли до дома молча, потом разговорились. Сначала говорили о книгах, Анри с жаром рассказывал сюжет романа, который он начал недавно читать. Виктор с интересом слушал. Потом заговорили о семьях. - Как там Эрнест? - поинтересовался Клерваль. - Скучает по тебе. Может, зайдёшь как-нибудь к нам, увидишься с ним? - Может быть. Правда, не хочу тебя отвлекать. - Не переживай так за меня. - тут Виктор усмехнулся - Только, пожалуйста, не бейте больше стёкла. В прошлый раз нам это дорого обошлось. - Ты мне это до гроба припоминать будешь? - Сколько нужно, столько напомню. - в голосе не было ни капли строгости, лишь веселье. - Твой отец не сильно на меня злится? - осторожно спросил Анри, который всё ещё испытывал вину за разбитое окно. Он не был хулиганом по натуре и с уважением относился к чужому имуществу. - Нет, конечно. Уже нет. - тут же успокоил его Виктор - Сначала ворчал, но потом успокоился. Эрнеста, конечно, наказал, но не сильно. - Ну и хорошо. Вот показался дом Клерваля. Дойдя до порога, друзья обнялись. - До следующей недели! - улыбнулся Анри. - До свидания! - ответил Виктор. Франкенштейн направился домой. Снег приятно скрипел под ногами. Снежные хлопья сменились изящными снежинками. "Хорошо, наверное я действительно прав, и все мои переживания из-за Анри ложны. Вроде-бы сегодня было всё нормально. Или... Нет, нормально. А та женщина? Господи, да что я к ней привязался? Женщина и женщина. Мало ли что она думала. У меня всё равно своя голова на плечах. Мы с Анри ничего не делали." Виктор устало вздохнул. "Нужно срочно избавляться от привычки постоянно всё обдумывать. Иначе сойду с ума." Вот показался родной дом. Все уже поужинали. Виктор отказался от еды, отправился в свою комнату. Впервые за долгое время он крепко и долго спал.