Любовь

Любовь — это быть разными и дополнять друг друга. Не то что бы Зоро когда-либо парился об отношениях. Для него это долгое время был лишь секс и забота — то, что нужно делать что-то в ответ, ему бы никогда не пришло в голову. Соответственно, с таким практичным подходом и серьёзных отношений у его долгое время не было, пока на его голову на свалился Сабо, в этом своём элегантном костюме, в этой своей дурацкой шляпе, со своей этой мягкой ухмылкой на мягких губах. Сабо, как водится, аристократ. Зоро думает об этом каждый раз, когда его бледная кожа так сильно контрастирует с его, более загорелой. Это чувствуется в том, как Сабо разговаривает: умно, наполнено, сложными такими предложениями. Что на контрасте тоже забавно, с учётом того, что Зоро открывает рот только для того, чтобы выпить. Сабо учился в элитной частной школе, окончил её с отличием. Зоро едва не выгнали из государственной, не говоря о том, что кроме физкультуры все предметы едва закрыты на тройки. Зоро было бы все равно. Должно быть все равно. Но Сабо это какой-то другой случай. Не только про секс, но и как это? Платонические отношения? Когда хочется не только губами по шее, ниже, ниже, но и куда-то глубже, чем просто в зад. Кок сказал, что Зоро просто растёт и ему хочется уже чего-то большего, ещё и духовного, теплой любви р привязанности. Зоро после этого послал Санджи далеко и надолго. Тем не менее, с Сабо они уже встречаются около двух месяцев, и Зоро искренне не понимает, что их вообще удерживает вместе. Даже сейчас, когда Сабо с интересом смотрит какую-то политико-историческую драму, попивая вино, а Зоро включается в фильм, только когда начинаются драки. В свою защиту он может сказать, что Сабо заснул, когда они смотрели форсаж. Задумавшись, Зоро придвигается ближе, аккуратно, проводит пальцами по ладони Сабо. — Надо же, у кого-то сегодня настроение? — улыбается Сабо, но дальше ничего не заходит. Зоро так это все ненавидит. Ему так хочется понять, что, блядь, может быть такого интересного в том, как два умерших чувака отправляют на смерть других. Ему бы также хотелось понять, как Сабо читает эту классику, особенно русскую — Зоро к этой дряни не притронется даже под угрозой смерти. Пытался какой-то, началась головная боль. Не проходила неделю. Зоро все чаще сталкивается с тем, насколько они с Сабо разные. Насколько они из разных миров. Особенно, когда Сабо приводит его на выставку каких-то художников. Какое-то гнездо с глазными яблоками внутри, кукла с цветами вместо члена и дракон с крыльями бабочки. Увидели бы сейчас Зоро знакомые — засмеяли. — Сабо, ты тоже тут? Вездесущий и поднасрущий Трафальгар Ло. У Зоро все скрежет в зубах при одной мысли от этого парня, а он, как назло, в последнее время ещё и перед глазами мельтишит, как муха. Сабо оборачивается и улыбается, радостно здоровается. Сказать, что Зоро ревнует, не сказать ничего. Трафальгар бывший Сабо, из той самой категории, которые идеальнее тебя во всем. Начитанный, любящий все эти тупые умные фильмы, красавчик с образованием врача. Твою мать, даже Тони Старк перед этим меркнет. Зоро злобно фыркает, наблюдая за их диалогом. По какой причине они вообще расстались, когда и слепому ясно, что такой как Ло — просто идеален для Сабо? На этот вопрос Зоро не хочет знать ответ. Знает, что просто остыли друг к другу. Но к себе Зоро не даст остыть. Потому, следуя советам кока, третий раз за неделю, садится читать чёртово «Преступление и наказание». Читая о том, как парень зарубил бабку топором, Зоро думает, как это вообще может кому-то нравиться. Как это может нравиться Сабо? Может, он тоже хочет зарубить его топором? Он бы смотрелся сексуально с топором в руках… С этими мыслями Зоро благополучно засыпает, книжка валяется где-то на полу. Сабо возвращается домой, с хихиканьем обнаруживая парня. Накрывает пледом, через два часа целует, аккуратно будит. Зоро мило моргает, просыпается, как котёнок. — Я приготовил ужин, — Сабо улыбается, гладит его по голове. Зоро кивает. Сабо сделал его любимые сашими, и внутри от этого у Зоро все как-то скручивается. — Кстати, — Зоро открывает холодильник, — Твои пирожные. Ты говорил, что хочешь их вчера. — Правда? — улыбнулся Сабо, — Ты заехал в такую даль, чтобы взять их мне? Зоро пожал плечами, на что Сабо, приблизившись, тихо прошептал: — Не откажешься от своего десерта? Зоро немного краснеет, но все же целует Сабо в ответ. После ужина они действительно занимаются ленивым, спокойным сексом. Сабо проводит пальцами по спине Зоро. — Тебя что-то беспокоит последние дни. Зоро молчит. Признаваться в том, что он тупой, он не любит. Особенно блондинам. — Сашими не получились? Зоро качает головой. Сабо продолжает водить пальцами по спине, чувствует, что не выдержит, расколется. И это происходит. После долгих минут упрямства Зоро поворачивается к нему, смотрит прямо в глаза. Какие же они, блядь, красивые. Зоро бы так хотелось сказать все то, что его мучает. Тоже облечь все в красивые слова, по типу «мы как огурцы и молоко, по отдельности классные, но вместе говно», но чем дольше он думает, как это сказать поэтичнее, тем больше понимает, как жалко он будет звучать и как жалко он признает, что он не достоин такого, как Сабо. — Я люблю тебя, — говорит вдруг Сабо, словно развеевает туман, что возник в голове Зоро. Сабо так спокойно и уверенно улыбается, что у Зоро внутри все ломается, переворачивается, а потом снова расцветает. Зоро вдруг понимает, что ему становится страшнее его потерять, что он… Сабо берет его за руку. — За твое спокойствие и уверенность, надёжность, — говорит Сабо, целуя его костяшку большого пальца, — За твою силу и стойкость, — костяшку указательного, — за твою бесконечную преданность, — костяшка среднего, — за твою доброту и внимательность, — костяшка безымянного, — За классный секс. Зоро улыбается. Перед глазами вдруг возникает снова этот проклятый Трафальгар. Он моргает и откидывает его образ. — Я тебе совсем не подхожу, — находится наконец-то Зоро, — Я не из тех, кто любит музеи и умные книжки. Я не Трафальгар Ло. — И слава богу, — улыбается Сабо, на что Зоро удивлённо смотрит на него, — За это я тебя и люблю. Зоро усмехается, а затем прижимается к Сабо, улыбаясь и спокойно закрывая глаза. — Люблю тебя, — легко произносит он. Любовь — это не общие интересы. Любовь — это быть лучше его бывшего. Быть собой. Быть любимым таким, какой ты есть.