Любовь

Любовь — это взять паузу, чтобы разобраться в своих чувствах. И после этой паузы уйти окончательно, осознав, что люди не меняются. Крокодайл курит на крыльце, наблюдая, как дети обливают друг друга из водяных пистолетов. Рядом лежит газета, которую он не прочь прочесть, но он понимает, что строчки будут плыть перед глазами. Поэтому, он просто находит покой в детском смехе, что разносится по заднему двору. Он устало тушит сигарету, когда дети подходят за лимонадом. — А папа придёт сегодня? — тихо спрашивает Луффи. Эйс пьёт лимонад и делает вид, что не слышит, пока Сабо также ждёт ответ. — Сказал, что придёт, — Крокодайл потушил сигарету, выдохнув. Жизнь та ещё сука, но большей мразью является Драгон, который обрывает свои обещания вновь и вновь. Крокодайл ненавидит его и себя ещё больше за то, что поверил, что такой человек способен на семью. Дети допивают лимонад и убегают, кроме Луффи, который остаётся, носком водя по половице. — Я скучаю, — тихо произносит он. Крокодайлу выдыхает и прижимает Луффи к себе, обнимает. Сказать, что он тоже скучает, он не может. Хотя это, в какой-то степени, правда. У Крокодайла больше нет сил оправдывать Драгона, поэтому он просто молчит, пытаясь придумать, чем можно задобрить сына. — Хочешь, пойдём сегодня кушать стейки? Луффи вдруг всхлипывает. — Это правда, то что говорят Эйс и Сабо? — тихо говорит он, — Вы с папой больше не будете вместе?.. Крокодайл выдыхает. Конечно, Луффи тяжелее всего. Ему девять, и Драгоном он восхищается. — Папа будет навещать вас, когда сможет, — выдавливает он. — Ты его больше не любишь? Ненависть не обратная сторона любви. Равнодушие, да. Когда тепла внутри нет. А внутри Крокодайла пожар, что разгорается при мысли об этом придурке сильнее. Этому огню уже нечего сжигать, в душе Крокодайла пустыня, но он все ещё горит, желая оставить после себя лишь пепел. — Люблю, просто по другому, — находится Крокодайл, — Эйс и Сабо ждут тебя. Луффи не дурак. Крокодайл это понимает и читает обиду в его взгляде. Сквозь боль Луффи кивает, берет свой пистолет и возвращается к братьям. Крокодайл трет переносицу от усталости и принимает звонок от Михоука о назначении новой деловой встречи. *** Когда-то кто-то сказал, что человека определяет его выбор. Этот кто-то был прав, и этот кто-то бы явно осудил Крокодайла за его слабость. Драгон подходит к дому в пять утра и Крокодайл словно чувствует его. Выдыхает дым, глядя в окно и смотрит, как тот стоит в руках с не очень дорогими подарками. На минуту у Крокодайла возникает мысль кинуть в него догарающий окурок. В следующую — зашториться и открыть дверь на утро. Но обе идеи проваливаются, когда Драгон перехватывает его взгляд. Крокодайл смотрит какое-то время в ответ и спускается открыть дверь. — Даже не знаю, что сказать, — Крокодайл изучает его взглядом, — Что ты слишком поздно или ты слишком рано? Драгон виновато опускает голову. Крокодайл больше ничего не говорит. Лучше послушает очередные оправдания. — Могу я увидеть их? — вместо этого спрашивает он. — У них завтра школа, будить я их не собираюсь. — Мне нужно будет уехать через несколько часов. Конечно. Как всегда. — Уезжай сейчас, — Крокодайл закуривает вторую сигарету, — Хватит уже их мучить. Драгон оставляет подарки на крыльце и подходит ближе. На Крокодайле — шёлковый халат синего цвета с золотым узором. От него пахнет мускусом, и Драгон приближается, чтобы почувствовать аромат его шампуня. Как же он скучал. Он позволяет себе опустить голову и носом коснуться шеи. Крокодайл злостно отходит на шаг и хочет закрыть дверь, но Драгон заходит внутрь. Драгон прекрасно знает, что Крокодайл не может ему сопротивляться. Никогда не мог. Другой мудрый человек сказал, что истинная любовь — когда у тебя нет страха и дрожи перед человеком. И это, наверное, тоже правда. Потому что то, что чувствует Крокодайл, глядя на Драгона, абсолютно ненормально. Он теряет себя. Он теряет контроль над собой. Он готов отдать Драгону все. Единственное, что сильнее власти Драгона над ним — это дети. Но сейчас они спят, и Крокодайл сам не хотел их будить. Драгон распахивает халат, притягивает Крокодайла к себе, оттягивает за волосы назад и покрывает его поцелуями. Зубами сжимает бледную кожу на шее, спускается вниз, сжимает его член. Крокодайл стонет и хватает его плечи, ноги дрожат и практически не держат. Драгон целует его и одновременно сильно сжимает его член. Крокодайл стонет в поцелуй и кончает практически сразу. Крокодайл сам ведёт его в спальню. Это похоже на гипноз, когда какая-то часть внутри кричит, что нужно бежать, бить, сопротивляться, а другая послушно указывает на дверь и запирает её изнутри. Наутро Крокодайлу будет с себя мерзко, но сейчас он сажает Драгона на кровать и отсасывает ему, щекой трется о его бедро и нежно проводит его головкой по своей щеке. У Драгона близится разрядка и он кончает ему в рот, после чего укладывает его на живот. Крокодайл расслабляется, когда Драгон выводит какие-то символы на его спине. Затем он рыщет в тумбочках и находит смазку. Драгон расстягтвает его. Крокодайл старается не быть громким, но он плывёт от каждого движения и каждого толчка, предвкушая член бывшего мужа. Драгон входит, упираясь о кровать одной рукой. Указательный и средний палец другой руки он кладёт Крокодайлу в рот. Крокодайл мягко посасывает пальцы, послушно толкается Драгону на встречу. Они кончают одновременно. Крокодайл тяжело дышит и переводит взгляд на Драгона, который ложится рядом и смотрит в упор. Остатки благоразумия становятся сильнее и Крокодайл чувствует вину. Драгон притягивает его к себе, затягивает в поцелуй. За эти месяцы у него отрасла лёгкая щитина, что щекотила. Он жадно проводит пальцами по телу Крокодайла и прижимает его к себе так близко, как только может. Когда до подъема детей остаётся час, они делают это ещё раз в душе. Крокодайл отдаёт Драгону какие-то старые футболку и шорты и готовит завтрак вместе с ланчбоксами. Драгон наблюдает за этим. Крокодайл смотрит на него. Все как всегда. Боль. Сожаление. Вина. Но не достаточно сильные, чтобы этот круг разорвать. — Мне осталось пять лет до пенсии, — сказал Драгон. Крокодайл зажёг сигарету и усмехнулся. — Подсказать дом престарелых? — Это все скоро закончится. — Нет, — усмехается Крокодайл, — Не закончится. Потому что если бы семья была важнее, закончилось бы давно. Героизм не лечится, и Драгон — рецидивист. Он мог бросить все еще десять лет назад, когда Драгон принёс на порог дома Эйса, сына погибшего друга. Но зачем. За друга нужно отомстить, дела плохих людей раскрыть. Один из их крупнейших скандалов. Крокодайл умолял его бросить. Он не пережил бы смерть Драгона. По правде, и сейчас не переживёт. — Я люблю тебя, — говорит Драгон. Рука Крокодайла останавливается на полпути к губам. Он сам весь замирает. Не дышит. Даже сердце на мгновенье остановилось. О течении времени сообщает только дым из сигареты. Он отмирает и тушит её. — А я тебя — нет, — ложь, и Драгон это знает. Крокодайл тоже это знает. Но это все, что он может сказать. Быстро, автоматично, пока не спит ночами и прокручивает в голове абсолютно все, — Ешь яичницу. Его любимая. Крокодайл злится на себя. Правда злится. Давно пора вырвать эту страницу из своей жизни. Давно пора вычеркнуть этого человека из их семьи. Но все, что он может — лишь налить его любимый капучино и поставить рядом. Драгон делает несколько глотков, а затем встает, обнимает его за плечи и притягивает к себе. — Иди спать, — сказал Драгон, — Я сам накормлю их и отведу в школу. — Нет, — ворчит он, но, конечно, не может ему сопротивляться. Как всегда. Драгон укладывает его на диван и укрывает пледом. Краем уха Крокодайлу слышит, как просыпаются дети и радостно встречают папу. Все проходит в полудреме, в том числе и лёгкий поцелуй, который Драгон оставляет на его губах перед уходом. *** После затяжного сна Крокодайл встаёт, оглядываясь. Дети все еще в школе, на столе завтрак с запиской. «Новая командировка на три недели. Обещаю, мы поговорим, когда я вернусь. Люблю тебя». Крокодайл бессильно кладёт записку обратно. Даже после такого большого шага вперёд как развод, он все равно делает два шага назад. А может и больше. Как всегда. Крокодайл лжёт себе, что больше не пустит его. Но, по правде, Драгон тоже лжёт. Только Крокодайл лжёт, чтобы выпутаться из этой паутины. А Драгон, чтобы поймать его снова. Драгон лжёт, что любит его. Свою работу он всегда будет любить немного больше. Крокодайл лжёт, что не любит его. Любит его сильнее, чем уважает себя. Иначе бы не ждал. Иначе бы не смирился. Любовь — это порочный круг, из которого, порой, нет никакого выхода. Крокодайл выкуривает ещё одну сигарету.