Последний эскиз / Зверь, которого не было

Часть 24. День ног (и хвоста) Утро началось не с лучей солнца, а с того, что кто-то начал выламывать дверь в комнату Артёма. — РОТА ПОДЪЕМ! — бас Туе сотрясал стены. — Солнце встало! Мышцы сами себя не накачают! Артём натянул одеяло на голову. — Я гражданка мира духов... у меня есть права... дайте поспать... — проскулил он. Дверь слетела с петель (Сыбусян потом вычтет это из зарплаты). Туе, одетый в майку с надписью «NO PAIN NO CARROT», стоял на пороге. Он сиял энтузиазмом и маслом для тела. — Сяо Хуа! Ты вчера показала характер. Но твое тело — желе. Маг должен быть крепким! А если мана кончится? Придется бить с правой. Собирайся. Мы идем в «Железную Пагоду». «Железная Пагода» оказалась спортзалом под открытым небом на заднем дворе. Только вместо штанг тут были каменные львы, а вместо беговой дорожки — гигантское колесо, как для хомяка, только с шипами. — Начнем с разминки, — Туе кинул Артёму скакалку. — 500 прыжков. — Пятьс... Ты больной? — Артём посмотрел на скакалку. Она была сплетена из стальных тросов. — Прыгай! — скомандовал кролик. Артём начал прыгать. Его новое тело было гибким, но абсолютно не выносливым. Грудь (хоть и небольшая) мешала и прыгала не в такт, хвост путался в ногах. На десятом прыжке он запутался и рухнул носом в пыль. Клякса, сидевший на камне, поднял табличку с цифрой «2.5» (оценка за артистизм). А потом процитировал голосом диктора: «ИНДЕКС ПРОМЫШЛЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА УПАЛ НА 15% ПО СРАВНЕНИЮ С ПРОШЛЫМ КВАРТАЛОМ...» — Даже мое пятно меня буллит, — простонал Артём, отплевываясь от песка. — Не ной! — Туе легко поднял огромный каменный жернов одной рукой. — Смотри на меня! Жим Лунного Кролика! Раз! Два! Туе двигался как машина. Его мышцы перекатывались под мехом. — А теперь ты, — он указал на жернов поменьше (размером с колесо от КАМАЗа). — Приседай. Ягодичные мышцы — основа устойчивости мага! Артём подошел к камню. Попробовал поднять. Камень не шелохнулся. Артём напрягся так, что третий глаз на лбу засветился. — Ы-ы-ы... — выдавил он. Камень сдвинулся на миллиметр. — Не могу... я художник... у меня лапки... Туе вздохнул. — Слабачка. Ладно, виси на турнике, пока руки не отвалятся. Будем укреплять хват для стилуса. Артём повис на перекладине. Минуты тянулись как часы. Мышцы горели. В голове была только одна мысль: «За что? Я просто хотел рисовать аниме девочек, а не быть одной из них в армии спартанцев». Часть 25. Заказчик с одним крылом В магазин Артём вполз на четвереньках. Руки тряслись, ноги не держали. Он мечтал только об одном — упасть лицом в подушку и умереть. Но в главном зале его ждал сюрприз. Там стоял посетитель. Это была птица. Точнее, человекоподобная птица — юноша с перьями вместо волос и одним огромным, красивым крылом за спиной. Второго крыла не было. И не было видно шрамов — просто пустота. Сыбусян, увидев полумертвого Артёма, кивнул: — А вот и наш мастер. Сяо Хуа, к тебе клиент. Он видел твой стрим. Артём кое-как поднялся, опираясь о стену. — Здрасьте... — прохрипел он. — Если надо разгружать вагоны — я пас. Птица-юноша обернулся. У него было очень грустное, благородное лицо. — Вы Сяо Хуа? Мастер живой кисти? — Допустим, — Артём упал в кресло. Клякса вылез из кармана и, видя состояние хозяина, превратился в маленькую черную подушечку под шею. — Меня зовут Би. Я из рода Би-И (Птиц, летающих парами), — тихо начал юноша. — Вы, наверное, знаете... Мы рождаемся с одним крылом. Чтобы летать, нам нужно найти пару — другого Би-И с противоположным крылом. Мы обнимаемся в небе и летим как одно целое. Артём кивнул. Он помнил этот миф. Романтично и непрактично. — И... где ваша половина? — осторожно спросил он. Би опустил глаза. — Моя И... она погибла три года назад. Попала в турбину самолета. С тех пор я прикован к земле. Я не могу подняться в небо, чтобы развеять её прах над нашим любимым пиком. В магазине повисла тишина. Даже Тяньлу перестал жевать медь. — Я видел, как вы восстановили свиток, — продолжил Би, и в его голосе зазвучала надежда. — Вы можете создать иллюзию? Иллюзию второго крыла? Мне не нужно навсегда. Мне нужно всего полчаса. Один полет. Артём посмотрел на свои дрожащие после тренировки руки. — Чувак... то есть, господин Би. Создать крыло, которое выдержит аэродинамическую нагрузку? Это не картинку пофиксить. Это физика. Если иллюзия развеется на высоте, ты разобьешься. — Я заплачу любые деньги, — Би выложил на стол мешочек с жемчугом. — Я не боюсь разбиться. Я боюсь не попрощаться с ней. Артём посмотрел на жемчуг. Потом на Кляксу. Клякса перестал быть подушкой и стал знаком «Одобрение». Артём вспомнил себя. Свою серую жизнь. Свой страх перед всем. Этот парень был готов умереть ради памяти любимой. — Убери деньги, — сказал Артём, вставая. Боль в мышцах вдруг отступила, сменившись странным звоном в ушах. — Оплата потом. Если выживешь. Пошли на улицу. Здесь потолки низкие. Часть 26. Фантомная аэродинамика Они вышли на утес за магазином. Ветер трепал белые волосы Артёма и единственное крыло Би. — Встань здесь, — скомандовал Артём. — Расправь крыло. Би развернул свое сине-зеленое оперение. Размах был метра три. Артём закрыл глаза. Ему нужно было создать копию. Зеркальное отражение. Но не просто копию. Крыло должно быть жестким для воздуха, но невесомым для спины. «Вспоминай, Тёма. Анатомия птиц. Ты сдавал зачет. Полые кости. Маховые перья. Подъемная сила». Он поднял руки. Клякса прыгнул ему на плечо, усиливая поток магии. — Mode: Creation, — прошептал Артём. Из его пальцев потекли чернила. Не черные, а светящиеся, цвета лазури. Они закручивались в воздухе, формируя каркас. Артём рисовал прямо по ветру. Штрих — кость. Штрих — сухожилия. Штрих — сотни перьев. Это было сложнее, чем в Фотошопе. Ветер сносил линии. Приходилось удерживать их волей. — Не дергайся! — крикнул он Би, когда тот пошатнулся. Иллюзорное крыло начало обретать плотность. Оно гудело от напряжения. — Клякса, стабилизацию! — крикнул Артём. Клякса спрыгнул и растекся по «суставу» иллюзорного крыла, скрепляя его с телом птицы. — Готово! — выдохнул Артём, падая на колени. — Пробуй! Быстрее! Би взмахнул крыльями. Настоящим и нарисованным. Синхронно. Порыв ветра ударил в лицо. Пыль поднялась столбом. Би оттолкнулся от земли. Один взмах. Второй. Он оторвался! Иллюзорное крыло оставляло красивый след из светящихся частиц, как шлейф кометы, но держало воздух. — Я лечу! — крик Би донесся уже с высоты. — И... мы летим! Он достал из кармана маленькую урну и рванул вверх, к облакам. Артём сидел на траве, тяжело дыша. Руки тряслись так, что он не мог сжать кулаки. Рядом плюхнулся Сыбусян. — Красиво, — сказал олень. — Ты создала фантом, который обрел плоть благодаря вере. Это высший пилотаж, Сяо Хуа. Артём смотрел в небо, где маленькая точка рассыпала серую пыль, смешивая её с облаками. — Знаешь, — прохрипел Артём. — Туе был прав. Качалка помогла. Если бы я не сдох там утром, я бы сейчас отрубился на середине процесса. В этот момент Клякса вернулся. Он спикировал с неба и плюхнулся Артёму на колени. Он был бледный (серый) и уставший. Он открыл рот и тихонько процитировал: «ПОЛЕТ НОРМАЛЬНЫЙ. ОТКЛОНЕНИЙ ОТ МАРШРУТА НЕТ». Часть 27. Финал дня Вечером Би вернулся. Он был уставшим, но его глаза больше не были мертвыми. В них был покой. Он положил на стол не только жемчуг, но и красивое перо из своего настоящего крыла. — Спасибо, мастер Сяо Хуа. Вы вернули мне небо. Теперь я могу жить на земле. Когда клиент ушел, Артём просто лег на пол посреди магазина. — Всё. Я труп. Не будите меня до следующей эры. Туе подошел и тыкнул его пальцем в бок. — Мышцы болят? — Всё болит. Существование болит. — Отлично! — обрадовался кролик. — Это значит, что они растут! Завтра день спины! Артём застонал и закрыл лицо хвостом. — Клякса, съешь его... Но Клякса уже спал, приняв форму маленькой черной гири рядом с головой хозяина.