Ялта, август

      У Антона перехватило дыхание. Он не понимал, что случилось с Арсением, и почему он вдруг начал тонуть. Думать времени не было, Антон среагировал сразу. Он скинул с себя кофту, которая до этого висела на нём с расстёгнутой молнией, и тут же бросился в воду. Антон старался плыть как можно быстрее, ему казалось, что никогда в своей жизни он так не напрягался как сейчас. Руки и ноги начинали болеть, всё тело немного трясло от холода, но парень игнорировал эти ощущения. В его голове крутилась только одна мысль - спасти Арсения. Неважно как и какой ценой, главное - спасти. Антон подплыл к тому месту, где ещё секунд 30 назад видел вожатого. Сейчас его там не было, за это время Арсений полностью ушёл под воду. Антон понимал, что если тот уже опустился на дно, он его не достанет. Он не сможет нырнуть так глубоко, а даже если и нырнёт, то не найдёт там Арсения, а уж тем более не вытащит его. Парень успел помолиться про себя, набрал в лёгкие побольше воздуха и нырнул под воду. Практически сразу он почувствовал руку Арсения и тут же изо всех сил потянул её на себя. Однако рука потянулась слишком легко, будто она была отделена от тела. Антон рефлекторно открыл глаза в воде. Несмотря на то, что на улице была ночь, яркий свет луны освещал всё вокруг, а особенно озеро. Вода в озере была довольно чистая, и поэтому на небольшой глубине у Антона получилось рассмотреть то, что он держал в руке. Лучше бы он этого не видел. Парень держал в руке человеческую руку. Без тела, просто руку, размякшую от воды. Антон тут же отбросил её и хотел было закричать или вообще выплыть на поверхность, но тут заметил Арсения, который медленно опускался на дно совсем рядом с ним. Вожатый рефлекторно дергался, подавая какие-то признаки жизни. Подплывая к Арсению Антон заметил, что на ногах вожатого была какая-то сеть, рыбацкая что-ли. Возможно Арсений запутался в ней и поэтому начал тонуть. Но это они выяснят потом, сначала нужно спасти. Антон обхватил вожатого руками и изо всех сил потянул его вверх, гребя при этом ногами. Это было тяжело, очень тяжело. Хотя они были совсем неглубоко, Антону показалось, что прошла целая вечность перед тем, как они с Арсением наконец оказались на поверхности. Подросток сделал долгожданный глоток свежего воздуха, а затем, вспоминая как им рассказывали когда-то на ОБЖ, развернулся на спину и, придерживая голову Арсения двумя руками, поплыл к берегу. В какой-то момент Антону показалось, что вожатый начал дёргать головой и пытаться откашляться. Это был хороший знак.       Антон смотрел на яркую луну перед собой, которая сильно выделялась на контрасте с чёрным ночным небом, и из последних сил, старался приплыть к берегу как можно быстрее. Сердце его бешено стучало, в голове проносилась куча мыслей. Арсений не мог умереть. Не сейчас, не на руках у Антона. Чья это была рука? Это её наверно Арсений испугался, отбросил, а затем запутался ногами об сеть и.. Ладно, об этом потом.       Антон, на руках с Арсением, наконец подплыл к берегу и коснулся ногами дна. К этому времени Арсений пришёл в себя и стал сильно кашлять, а подросток закинул его руку себе на плечо, помогая выйти на берег. Они вдвоём рухнули на траву полностью вымотанные и обессиленные. Арсений всё ещё сильно кашлял водой, стоя на четвереньках и держась за своё горло. А Антон лежал на спине, пытаясь отдышаться. Его трясло и от холода, и от только что пережитого ужаса. Спустя пару минут Антон сел и обхватил колени руками, а Арсений наконец избавил лёгкие от воды и смог сделать нормальный вдох. Затем вожатый подобрал откуда-то свои шорты, быстро нажел их и сел рядом с Антоном. Следующие минут десять они провели молча, каждый осознавая и обдумывая то, что только что произошло. Антон очень устал. Он смотрел в одну точку и, казалось, находился совсем не здесь. Из раздумий его вывело лёгкое касание вожатого по плечу. Подросток обернулся, а Арсений аккуратно спросил: – Ты как?       Антон долго смотрел ему в глаза, прежде чем что-то ответить. Как он? Нормально? Плохо? Нет, он в ужасе. Антон резко встал и начал ходить из стороны в сторону. – Да нормально знаешь. Немного правда взволнован тем, что ты, идиот, только что тут чуть не умер, но это так, пустяки. А ещё.. – затараторил Антон.       Арсений тоже встал и оказался напротив Антона. – Антон, я серьёзно я... – перебил его вожатый.       Но теперь уже Антон не дал ему договорить. Он без лишних слов резко обнял Арсения: обхватил его двумя руками и уткнулся головой ему в шею. Вожатый тут же обнял его в ответ. Арсений обхватил рукой голову парня и начал поглаживать его по мокрым волосам. Какое-то время они простояли так молча, потом Арсений немного отстранился и аккуратно коснулся рукой подбородка Антона. – Арс, я так испугался, я думал ты умрёшь... – Я жив. Благодаря тебе, ты спас мне жизнь, ты в курсе?       Антон слабо улыбнулся. Он хотел было что-то сказать, но ему вдруг стало так холодно. Он будто бы резко ощутил ветер около воды, и к тому же мокрую майку и шорты, которые с каждой секундой казались всё тяжелее. Антон начал дрожать. Арсений, заметив это, ещё раз прижал его к себе, а затем быстро поцеловал его в лоб. Подросток немного смутился и не совсем понял, зачем вожатый сделал это. Однако сейчас это его волновало в последнюю очередь. – Хочешь надень мою кофту? – предложил вожатый. – Да у меня своя есть.       Антон поднял кофту с земли, быстро накинул её, а затем устало сел на траву. Вожатый оделся и тоже сел рядом. Где-то вдалеке слышались множество голосов, напевающих какие-то песни. – Они что, до сих пор песни поют? – удивлённо спросил Антон. – Похоже что да. Сегодня же экватор, можно и до поздна посидеть. – Экватор? – Ну середина смены. – пояснил Арсений. – Аа..       Антону, как и Арсению, не хотелось даже думать о том, что только что было. Хотелось спокойно посидеть, поговорить на отстранённые темы, но оба понимали, что рано или поздно надо будет всё обсудить. – А ты меня когда ну... тащил, ты не заметил у меня ничего на ногах такого? – спросил Арсений. – Там была какая-то сеть, рыболовная что-ли. Знаешь, как-то не было времени рассмотреть. – Так вот что. Я же получается когда увидел... блять руку, я ахуел. Ещё и в этот момент ногами запутался в той хуйне. Откуда она вообще там взялась? Ну и я в моменте испугался и.. – Блять ты бы знал, как я нахуй испугался! Я смотрю ты под воду ушёл, думаю всё пиздец, потеряли тебя походу. И я как поплыл! Да я сука никогда в жизни так быстро не плавал! А потом я нырнул и нащупал под водой руку... Думал твоя, с потом как потянул. Пиздец, я чуть там не месте не умер. Мне даже сейчас, когда я говорю об этом, уже плохо становится. – Антон закашлял, стараясь сдержать рвотный позыв. – Ну а потом я тебя увидел и... вытащил. Я, прикинь, обж вспомнил, типо как правильно утопающего вытаскивать! Я... – Антош.. – не дал договорить ему Арсений. – Спасибо тебе, правда. Я даже не знаю, что я должен.. – Ой да перестань, что ты там должен тоже. Ну только если в следующий раз ты мне жизнь спасёшь. – Договорились. – согласился вожатый и улыбнулся.       Парни сидели довольно близко друг к другу, они оба опирались на руки, а ноги вытянули вперёд. В какой-то момент их мизинцы слегка соприкоснулись. Антон резко отдернул руку и посмотрел на Арсения. Подросток будто хотел что-то сказать, возмутиться, но вдруг передумал и вернул руку на место. Вскоре Арсений ещё раз, уже намеренно, коснулся своей рукой руки Антона, а затем и вовсе, накрыл её сверху. Все это время парни молчали. А слов здесь и не нужно было. Антону казалось, что весь мир замер в этот момент. Только они вдвоём с Арсением, держащиеся за руки. А большего и не надо. – И что делаем, сбегаем из лагеря и звоним в полицию? – решил нарушить молчание Антон. – Да. – Блять, это реально человеческая рука. Настоящая! А если это Сережи.. – после этих слов Антон снова принялся сдерживать рвотные позывы.       Арсений молча помотал головой, а потом тихо проговорил: – Она с маникюром...       Подросток покрылся мурашками и немного задрожал. Не только от сильного холода, но и от ужаса. Он до конца не верил в то, что он видел. Точнее верил, но не мог этого осознать. Он взглянул на вожатого и заметил, что того трясёт не меньше, чем его. – Всё Арс, пойдём.       Парень встал и потянул за руку вожатого. Тот слегка отстраненно посмотрел на него, а затем молча встал и последовал за Антоном. Вернувшись в отряд, парни разошлись переодеться по своим комнатам, а позже договорились встретиться и обсудить дальнейший план действий. Но когда Антон постучал в вожатскую, ему никто не открыл. Вместо этого он услышал за дверью усталый голос Арсения: – Антон, давай всё завтра. И Диме передай, что на свечке меня не будет.       Подросток немного удивился, но не стал спорить, просто согласился и ушёл. Он понимал Арсения, понимал насколько тот устал, но он же не один всё это пережил. Антон тоже может устал. И как ему теперь идти к этому костру и допевать песни после всего, что было? Конечно, петь Антон не стал. Он отозвал своих друзей в сторону, включая Поза, и пересказал им всё, что было. Реакция друзей была понятна - все ахуели. Но, помимо этого, все действительно начали бояться. Происходило что-то странное. В лагере дети пропадают, трупы в озере плавают, а все сидят у костра и поют песни, делая вид, что всё нормально. Все потихоньку сходили с ума. Позов сказал, что ждать не стоит. Нужно прямо сейчас выйти из этого лагеря, найти каких-то людей и позвонить в полицию. И плевать, что сейчас ночь, лучше эту ночь провести в одиночестве в лесу, чем в лагере с маньяками, так безопаснее даже будет. Ребят долго уговаривать не пришлось. Когда все стали расходиться по своим корпусам, Позов объявил, что свечки сегодня не будет, и все могут отправиться спать. А в это время Антон с друзьями и с вожатым направились к выходу из лагеря. Подходя к воротам, парни заметили, что охранников там стало куда больше, человек 6-7 здоровых мужиков. Зачем такая охрана нужна в детском лагере, который к тому же на карантине, - непонятно. Дима Позов подошёл к одному из охранников, а все остальные остались стоять в стороне и наблюдать за их диалогом. После нескольких минут напряжённого разговора вожатый недовольный и злой вернулся к друзьям. – Пиздец, никому нельзя покидать лагерь, это приказ, Шеминов сказал то, Шеминов сказал сё... – начал передразнивать их Дима, пересказывая парням их разговор. – А если я прям очень захочу уйти, они меня что, схватят и к столбу привяжут? – возмущённо спросил Серёжа. – А ты пойди и проверь. – ответил Дима, но быстро понял, что Серёжа сейчас реально может пойти и проверить и тут же добавил: – Нет, оставайся тут, и вы все тоже. – вожатый обратился ко всем. – До завтрашнего дня как минимум. Все таки завтра с Арсом... Арсением Сергеевичем посовещаемся и может че-то придумаем. – Да пиздец, вы там сколько раз думали? Че-то пока ничего не придумали. – возмутился Дима Журавлёв. – Ты от меня то что хочешь? Да я сам мечтаю съебаться отсюда поскорее, мне вообще похеру уже на работу эту! В общем всё, я всё сказал. Слушать меня или нет уже ваше дело. – после этих слов вожатый усталой походкой отправился в корпус, а остальные немного постояв, отправились за ним.       В ту ночь Антон курил очень много, почти целую пачку выкурил. Сначала они выходили все вместе, включая Позова. Потом ещё раз с Макаром, потом уже он один. Он всё никак не мог выкинуть из головы образ тонущего вожатого, или умирающего вожатого у него на руках, или образ той руки... женской руки. Наплевав на правила подросток открыл окно в комнате и стал курить прямо туда. Он заметил, что в соседних корпусах во многих комнатах горит свет, хотя отбой был часа 2 назад. Видимо, сегодня всем наплевать на правила лагеря. О каких правилах может идти речь, когда этот лагерь буквально становится твоей тюрьмой?       Утром Антон встал раньше, чем все остальные. Всю ночь ему снились кошмары, он постоянно ворочался и нормально поспать ему так и не удалось. Подросток не знал, что будет дальше, не знал, что ему делать, он понимал только то, что без Арса ему ничего и не хотелось делать. Вчера вожатый ушёл от разговора, сказав, что они всё обсудят завтра. Завтра наступило. Антон быстро сходил умыться, почистить зубы и, накинув поверх футболки какую-то кофту, отправился в вожатскую. Пройдя по коридору, подросток постучал в дверь и стал ждать ответа. После нескольких настойчивых стуков из-за двери всё же послышался недовольный голос Позова: – Кого там принесло, вы время видели? – Поз, это я.       И не дожидаясь ответа Антон вошёл в комнату. – Ты че дурень, время пол седьмого. – сквозь сон проговорил вожатый, кутаясь в одеяло. – А Арс где? – проигнорировав вопрос спросил Антон. – Да я хуй знает, ушёл куда-то. – А давно? – Да минут 10 назад, может 20, откуда я знаю? Я спал вообще-то, и сейчас планирую. – недовольно ответил Дима. – Ой ладно, спи.       Антон вышел из вожатской, а затем и из корпуса. Ну и где искать Арсения? Куда он мог пойти в 6 утра? Хотя, зная его, куда угодно. Подросток обошёл почти весь лагерь. Он прошелся до столовой, до медпункта, даже до заброшки, у которой, на свое удивление, увидел несколько точно таких же охранников, как и у главного входа в лагерь. Арсения нигде не было. Вдруг Антону в голову пришла одна мысль. Он пошёл в сторону большого костра, от которого теперь осталось лишь множество углей, а затем в сторону озера. Подходя к озеру Антон заметил вдалеке чей-то силуэт, сидевший на берегу на траве. Это точно был Арсений.       Рано утром в лагере было немного прохладно, а у озера тем более. Холодный ветер обдувал лицо, проникал под одежду и заставлял тело парня покрыться мурашками. Антон слегка поморщился, застегнул до конца свою кофту и подошёл к Арсению. Тот, услышав чьи-то шаги, резко повернулся, а потом как-то отрешенно спросил: – Антон? – Арс, а ты чего тут? – Да мне не спалось просто... – Мне тоже.       Антон собирался сесть рядом с вожатым, но тот вдруг резко поднялся и сказал: – Ладно, я пойду, а то уже холодно. – Стой. – подросток аккуратно придержал его за плечо, заставляя остановиться, а затем продолжил. – Вчера ты сказал, что мы сегодня поговорим. Вот уже сегодня. – О чем поговорим? Что мне тебе сказать? Знаешь, я подумал... Короче не стоит нам в это лезть. В лагере повсюду охрана, свалить отсюда не получится. Поэтому сейчас нам нужно просто забыть обо всём и постараться спокойно дожить до конца смены, всё.       Антон поднял брови от удивления, не ожидал он от Арсения такое услышать. – Чего? Ты реально щас говоришь всё забыть? А ту руку я как забуду? А то, что ты вчера чуть не умер?... А Гороха ты тоже предлагаешь забыть? – Да. После смены, когда мы наконец уедем отсюда, пойдём в полицию и всё расскажем. – А если мы не доживём до конца смены? – Вот поэтому нам и стоит не лезть во всё это. Или ты тоже хочешь, чтоб твою оторванную руку нашли где-то в озере?       Последнюю фразу вожатый проговорил настолько серьёзно, что Антон действительно испугался и зачем-то сделал шаг назад. – Не хочу. Но как можно взять и... – Я всё сказал. – не дал договорить Арсений. – С этого дня ты даже на шаг не подойдёшь к той заброшке и к охранникам, и к Шеминову тоже. И друзьям своим передай тоже самое. – Но Арс...       Арсений не стал больше слушать Антона, он развернулся и быстрым шагом отправился в сторону лагеря. Подросток проводил его обиженным взглядом. Он не совсем понимал почему Арсений так резко поменял своё мнение. Как можно забыть всё что было?       На линейке ребятам объявили о том, что после кружков начнут проходить лагерные «олимпийские игры», среди которых будет футбол, баскетбол, волейбол, прыжки через скакалку, прыжки в длину и что-то там ещё. Антон, как и другие пацаны, должен был участвовать в футболе и баскетболе, остальное по желанию. Желания участвовать вообще где-либо у парня не было, но его никто не спрашивал. Позов собрал почти всех парней из 1 отряда на футбольном поле и объявил, что они будут играть против 2 отряда, поэтому им нужно тренироваться. А парни из 2 отряда в тот день тренировались с каким-то другим вожатым. После тихого часа у них должна была состояться игра, а баскетбол завтра.       Парни разделились на две команды и начали играть. Антон, как и остальные, много бегал по футбольном полю в погоне за мячом. Ему даже удалось забить гол один раз, но парень не придал этому особого значения. Мыслями Антон был совсем не здесь. Он много думал об Арсении, о Горохе, о том, что же делать дальше. Арс вообще не прав, нельзя просто забить на всё, что происходит! И как он мог вообще такое сказать? Дебил. Антон сильно ударил по мячу. – Красава Тоха, уже второй гол забил! – крикнул другу Макар.       Парень подбежал к Антону и, пытаясь отдышаться, довольно сказал: – Мы точно второй отряд разъебем. – Даа.. – без особого энтузиазма согласился Антон. – Бля, я устал че-то, без меня играйте пока.       И под недовольным взглядом Макара Антон ушёл с поля и сел на трибуны для болельщиков. Он взял лежащую рядом бутылку с водой, открыл её и сделал несколько жадных глотков. Все таки беготня на жаре сильно выматывает. Затем Антон заметил Катю, которая подошла к трибунам и села чуть дальше от него, рядом с Димой. Тот мило улыбнулся ей, и они принялись о чём-то разговаривать, совершенно не обращая внимания на игру. Антон был рад за друга, не каждому может повезти найти человека, с которым ему будет действительно хорошо. Парень снова вспомнил Арсения, да пошло оно всё! Он встряхнул головой, отгоняя странные мысли, а затем побежал обратно на поле.       После тихого часа первый и второй отряд собрались на том же футбольном поле. У остальных отрядов соревнования по футболу уже прошли, остались только первый и второй, поскольку они были самые старшие. На трибунах сидели те, кто не принимал участия в игре. Некоторые девочки заранее нарисовали плакаты, и теперь поднимали их и выкрикивали разные кричалки. А некоторые, такие как Ира, были своего рода «черлидершами». Девчонки надели одинаковые чёрные юбки и белые топы, раздобыли откуда-то помпоны и вышли перед игрой на поле поддержать команду. Они положили колонку, а затем станцевали красивый женственный танец, будто не лагерные «олимпийские игры», а какой-то американский чемпионат. Ира стояла в самом центре. Она выглядела безупречно и танцевала безупречно, но Антона это никак не цепляло. Вместо того, чтобы смотреть на девушку, он непрерывно смотрел на Арсения, который сидел через пару рядов перед ним. О чем вожатый думал в тот момент? Почему он начал его избегать? Или Антону кажется? И почему Антона это волнует? Но волнует же.       Антон встал вместе со своей командой, в которой, помимо него, были Макар, Максим, Дима, Игорь и несколько других парней из его отряда, и начал спускаться по трибунам. Когда парни вышли на поле, черлидерши как раз собирались уходить. Ира подбежала к Антону, легонько взяла его за руку и радостно сказала: – Ну всё, давайте, хорошей игры!       После чего девушка быстро убежала вслед за своими подружками, а Антон проводил её задумчивым взглядом. Она вроде милая. Но «мутить» сейчас с кем-то Антон не хотел. Ему хотелось забить на эту игру и пойти поговорить с Арсением. Оказаться снова в том шкафу... Похоже Антон и правда начал сходить с ума.       Послышался свисток одного из вожатых, который был судьёй, а затем началась игра. Антон постарался отключить все мысли и сосредоточиться только на этой игре. Он бегал за мячом по всему полю, иногда выбивая его из под ног у соперника, а затем теряя. Антон смог забить гол, самый первый, а за ним и Макар. Все переживания ушли на второй план, осталась только радость за эти 2 гола и сильное желание победить. После второго гола парни немного расслабились и даже стали что-то выкрикивать парням из второго отряда. Те явно были недовольны, но Антона это сейчас волновало меньше всего. В какой-то момент Антон встретился глазами с Эдом, с тем парнем, с которым тогда чуть не подрался на поле. Они вдвоём кинулись за мячом, а после... Антон вдруг упал. Он зацепился обо что-то ногой и резко полетел вниз, благо успел руки подставить. Однако падение все равно было не из приятных. Судья заствистел в свисток, и вся команда сбежалась к Антону, помогая тому подняться. Антон сел на поле и принялся осматривать свои руки, которые были стёрты в кровь, почти до локтей. Антон поднял голову и посмотрел на друзей, а затем, стараясь не показывать насколько ему больно, вдруг заявил: – Этот пидор мне подножку подставил, сто процентов! Ему пизда, отвечаю. – Да внатуре, я видел, как он тебе подножку подставил, вот еблан! – начал ругаться Максим. – Я щас ему сам такую подножку поставлю, ахуеет!       К друзьям вдруг подошёл судья, и пока те начали ему что-то доказывать, Антон снова посмотрел на свои руки, а затем попробовал ими пошевелить. Вдруг захотелось плакать. Но нет, нельзя из-за такого плакать, что за бред! Антон прижал руки к груди и застонал от боли. Над ним опять все столпились. Затем парни помогли ему встать и отвели его на трибуны, а затем вернулись к игре. Был назначен штрафной, хотя Антон считал, что за такое Эду красной карточки мало будет. За такое ему надо ебало разбить, но это уже после игры. Антону предлагали прямо сейчас пойти в медпункт, но он отказался, сказав, что сходит после, а сейчас ему важно знать, чем закончится игра. Сидя в первом ряду Антон вдруг понял, что прямо рядом с ним сидит директор лагеря. Шеминов сочувственно посмотрел на Антона, а затем спросил: – Ты как, парень? Антон, кажется, да? – Да. Да я ну как... более менее. – немного удивлённо ответил Антон. – Антон, не переживай, до свадьбы заживёт. – подбадривающе сказал директор и немного потрепал подростка за плечо.       Антон натянуто улыбнулся, а затем потупил взгляд. До этого Антон контактировал с Шеминовым только один раз, и то тогда он стоял за спиной Макара и за стенкой туалета, поэтому тот его, скорее всего, даже не запомнил. Ну и хорошо, а то было бы неловко. Вообще Антон до конца не понимал, правда ли всё то, что он слышал про Шеминова от тех мужиков в заброшке. Он с виду казался обычным мужчиной, ничем не примечательным, но уж точно не маньяком, готовым убивать детей и продавать их на органы. От воспоминаний об этом у Антона вдруг закружилась голова, и он прикрыл глаза. – Может всё таки сходишь в медпункт? Проводить тебя? – вдруг спросил директор лагеря.       Он произнёс это как-то уж слишком доброжелательно. Антону не хотелось пропускать игру, и уж тем более идти в медпункт с Шеминовым. Кто знает, может они только отойдут подальше от толпы, а тот возьмет и вколит ему какой-нибудь шприц, и очнётся Антон уже на операционном столе без почки. От мыслей об этом парню стало ещё хуже. С трудом он выдавил из себя: – Не, всё нормально. Мне надо просто водички попить.       Антон взял в руки бутылку, лежащую рядом, и вдруг снова вспомнил о своих больных руках, почувствовав резкую пронзающую боль. Подросток держал бутылку с трудом, что уж говорит про то, чтобы её открыть. Шеминов снисходительно посмотрел на парня, затем почему-то слегка улыбнулся и сказал: – Давай открою.       Не дожидаясь ответа, он аккуратно взял из рук Антона бутылку, открыл её, а затем также аккуратно вручил ему обратно. – Спасибо.. – сказал Антон и принялся жадно пить воду, при этом осознавая, что директор до сих пор непрерывно на него смотрит.       Внезапно рядом с Антоном сел кто-то ещё. Долю секунды он понадеялся на то, что это Арсений, но затем услышал знакомый женский голос: – Антош, ну как ты? Я еле к тебе пробралась! Представляешь, лезла через все эти трибуны, а там ещё эти девки вечно недовольные из второго отряда не хотели меня пропускать, ну и я им... – начала тараторить Ира. – ... вот она вообще короче... ой, здрасте!       Девушка вдруг заметила директора лагеря, который всё это время тоже был вынужден слушать её интересный рассказ. Директор вновь широко улыбнулся и поздоровался с ней. Какой-то он подозрительный. Все таки видно по нему, что маньяк. – Ну так что, Антош, ты то как? – снова спросила девушка. – Гоооол! – внезапно послышались весёлые крики с соседней трибуны, где сидели болельщики второго отряда.       Антон взглянул на поле, и правда гол. Вот он и последил за игрой. Настроение стало хуже некуда. Антону хотелось выбежать на поле и въебать пару раз этому Эду, который умудрился поставить ему подножку, но он продолжал сидеть на месте и наблюдать за игрой, стараясь не обращать внимания на сидящего рядом директора.       Игра закончилась со счётом 3:1 в пользу первого отряда. Парни на радостях выбежали с трибун и, вместе с Антоном, принялись кричать: «Первый всегда первый!». Затем друзья еще раз вспомнили ту подножку и начали что-то выкрикивать парням из второго отряда. Назревал реальный конфликт, но нельзя же выяснять отношения вот так вот на глазах у всех. Краем глаза Антон заметил Арсения, который спускался по трибунам к их компании. Вожатый подошёл к ним и, стараясь сделать серьёзный вид, сказал: – Пацаны красавчики. Но давайте сейчас без разборок, хорошо? Вы и так победили, ведите себя достойно что-ли.       Затем Арсений обеспокоено посмотрел на Антона и обратился к нему: – Ты как, нормально? Пойдёшь в медпункт? – Да мы его проводим, не переживайте! – ответил за парня Максим. – Антоха там постоянный гость, его уже медичка заждалась наверно!       Друзья засмеялись, а затем обхватили Антона под руки с обеих сторон и повели его в сторону медпункта. – Блять, и почему всё время я? То с ногой, то эта хуйня.. – возмущался Антон. – Да это всё из-за Эдика педика. – встрял в разговор Серёжа. – Бля, он реально как будто специально нарывается! – Короче, ему в следующий раз пизда по-любому. – спокойно заявил Макар. – Пацаны, давайте пить сегодня? – внезапно предложил Дима. – Без Гороха не то. – отрезал Максим. – Ну выпьем тогда за Гороха. – не сдавался Дима.       Все вопросительно посмотрели на него. – Ну за то, чтоб он нашёлся поскорее. – поспешил оправдаться парень.       Друзья одобрительно кивнули и продолжили идти до медпункта. Прийдя туда, Антону обработали и перебинтовали руки так, что это было похоже на неудачную попытку суицида. Вскоре парни также все вместе отправились обратно в корпус. – Ты видел, как эта медичка была рада тебя видеть? Соскучилась наверно. – шутливо сказал Серёжа. – Да по-любому. Она ещё такая: Ой, а кто это к нам пришёл, опять Шастун?». – начал передразнивать Антон. – Да не, нафиг я ей сдался, у неё там в изоляторе полно детей, каждый день наверно новые приходят. Может любого парня себе выбрать.       Друзья засмеялись, а затем вдруг к ним пришло осознание того, что заболевших и тех, кто исчез, действительно с каждым днём всё больше и больше. Кто-то из них возможно уже и не живой, как та девушка, которую отчасти видели Арсений с Антоном. Лежит там на дне озера разрубленная на кусочки. Или у неё просто оторвалась эта рука, кто знает.       Потом парни пошли покурить, а затем был душ, ужин, свечка - всё как обычно. На свечке явно уставшие Арсений с Димой похвалили всех, кто сегодня участвовал в «олимпийских» играх, а затем отправили всех спать. Антону по-прежнему казалось, что Арсений игнорирует его, причём парень даже не понимал почему. Вожатый хотел, чтоб Антон забыл обо всем и просто спокойно жил до конца смены, он это и делал, ну по крайней мере старался. Что ему не нравится? Не хочет с ним разговаривать - ну и не надо. Антон с друзьями отправились к себе в комнату пить, как и запланировали. У них оставалась целая бутылка виски, которую они разлили по пластиковым стаканчикам и начали пить, не запивая ничем. Антону было плевать что пить и как, главное пить. – Ну давайте за Гороха что-ли.. – сказал Макар и поднял свой стаканчик.       Остальные парни тоже подняли стаканчики, а Серёжа вдруг спросил: – Чокаемся же, да? – Ты че еблан? Конечно чокаемся. – серьёзно ответил Макар.       Все выпили и на какое-то время замолчали. Потом Дима решил спросить: – Тох, а ты правда видел руку... отрезанную?       Антон молча кивнул, а затем сделал большой глоток. – И ты как вообще... после такого? – Ну как, не очень. – с трудом ответил Антон. – А Арсений Сергеевич как интересно? Он же вообще чуть не помер... – задумчиво сказал Серёжа. – Не знаю. – устало ответил Антон.       Разговаривать о таком абсолютно не хотелось. Алкоголь путал мысли, голова кружилась всё сильнее. Антон встал и слегка завалился на сидящего рядом Макара, но быстро выровнялся и сказал: – Я к Позу.       Затем подросток положил к себе в карман чью-то пачку сигарет и, стараясь не споткнуться и не упасть, вышел из комнаты и направился в вожатскую. В коридоре он почти сразу столкнулся с Арсением, который не заметил идущего на него Антона. Парни неловко посмотрели друг на друга, каждый из них собирался что-то сказать, но не решался. У Антона плыло всё перед глазами. Он старался сфокусировать взгляд на Арсении, но выходило у него плохо. На долю секунды подросток даже подумал о том, что вожатый - это его галлюцинация, пока Арсений не коснулся его руки. Антон тут же расслабленно улыбнулся. Вот Арсений, стоит перед ним прямо сейчас такой красивый, такой хороший, такой.. настоящий. Антону опять вспомнился шкаф. И их объятия у озера, и то, как они потом держались за руки. И пусть все эти моменты происходили между ужасными событиями, они все равно оставили приятный осадок в душе. Пока подросток обо всём этом думал, его немного повело. Он облакотился о стенку и начал медленно сползать вниз, но Арсений удержал его на месте, сжав сильнее его забинтованную руку. Антон немного поморщился. – Ой прости, я... – начал оправдываться вожатый.       Потом его взгляд резко изменился, и он более строго спросил: – Вы опять пили?       Антон почему-то опять улыбнулся и замотал головой. – Забей Арс, я вообще к.. Позу шёл.       И не дожидаясь ответа вожатого Антон резко отстранился и пошёл дальше по коридору до вожатской. Он влетел в неё без стука и под удивленным взглядом Димы плюхнулся на кровать Арсения. – Какие люди.. – без особой радости в голосе сказал вожатый. – Ты чё бухой что-ли? – Угу. – Антон кивнул и прикрыл глаза. – Пошли покурим. – Я вообще спать собирался. – Ой, да потом пос..пишь. На зарядку с утра можно и.. хуй забить, а вот покурить.. - это святое дело! – Бля, ну доля правды есть в твоих словах. Пошли. – устало согласился Позов.       Парни вышли на улицу и немного отошли от корпуса туда, где они обычно курят. Закурили. – Прикинь, Арс пошёл к Шеминову разбираться. Он ему скажет, что больше не может тут оставаться, что нужно закрывать лагерь и всех домой отправлять.       Антон недовольно посмотрел на друга и уже собрался что-то сказать, но тол его опередил: – Я знаю, что мы так уже ходили и нихуя не получилось. Но в этот раз он собирается как-то че-то намекнуть на полицию. Припугнуть короче.       Глаза Антона расширились. – Он че вообще.. дебил? Это ж не поможет нихуя, только хуже б..будет. – заявил подросток. – Ну он считает, что не будет. Куда хуже? Разве что мы потом найдём Арса где-нибудь в озере... – Сплюнь. – резко ответил Антон. – Вообще мне иногда кажется, что это всё какой-то прикол. Может мы сами себе чего-то надумали? Ну не может же быть такого, чтоб реально тут детей убивали там... Это ж вообще пиздец. – начал рассуждать Дима. – Блять, я нахуй разговор тех пидоров слышал! Про органы там, а потом Арса из воды хотел вытащить, а вместо этого просто чью-то блять руку вытянул! И ты не веришь нахуй в это? – вспылил Антон. – Да успокойся, верю конечно. Я просто не могу это всё осознать до конца... Почему вообще мы до сих пор здесь? Мы как будто смирились со своим положением, и вместо того, чтоб свалить нахер отсюда, мы стоим тут и курим...       Дима прям философ. Вообще он всё правильно говорил, просто пьяный Антон даже не до конца понимал смысл этих слов. Он не понимал, что с ними всеми происходит, что с ним происходит. Всё было странно. – А мы с Арсом поцеловались... – внезапно выпалил Антон.       Он сказал это быстрее, чем успел подумать. С другой стороны почему бы и нет? Тем более с кем этим поделиться, кроме как с лучшим другом? Лучший друг аж закашлялся. Затем он молча потушил сигарету, закурил новую и только после этого переспросил: – Реально? – Да. – Пиздец. – более спокойно сказал вожатый. – Пиздец. – подтвердил Антон.