Сверхдобро vs Чёрное Благо

      Пожалуй одно из главных свойств сверхдобра — это его элитарность. В чём идея масонства и просвещения? В том, что народные массы, массы простых трудяг, крестьян, садовников и лавочников не в состоянии прийти осознанно к созданию качественно лучшего общества. Поэтому необходимо, чтобы некое элитарное общество, Достопочтенная ложа, их к этому направляла. У Стругацких мы порой находим крайне выраженный снобизм подобного рода — у них, как кажется, в идеале существуют нравственная возвышенная интеллигенция, простые люди и всякие отморозки. В «Трудно быть богом» мы видим именно такую ситуацию — есть добрая интеллигенция, но при этом абсолютно беспомощная, прямо как Жюстина де Сада, и злобное быдло — те самые бюргеры, которые оргазмируют при виде фюрера или генсека — это злобное быдло истребляет интеллигенцию просто по той причине, что эти гопники ненавидят науку и просвещение. Прямо как пролетариат и буржуазия у Маркса и Энгельса или как немцы и евреи у Гитлера и Гимлера — однозначное добро и зло. Финальный замысел братьев по поводу Островной Империи — это апофеоз их элитарной мастурбации — целое общество как раз построено по принципу идеалистического разделения на три озвученные мной выше категории. В этом примере наиболее видно, что подобный подход приводит к возникновению двойной морали, согласно которой к высшему классу применяются одни нормы морали, а по отношению к низшему классу — совершенно другие. Мол, пусть палачи и изуверы на окраинах Империи шокируют своей жестокостью даже милитаристов из Страны Неизвестных отцов — главное, что просвещённая элита, живущая в центре страны, пребывает в состоянии прекрасной утопии. Не буду говорить о том, что подобное устройство общества в принципе противоречит всему опыту человеческого социума. Стругацкие хотят сказать, что интеллектуальная элита Островной империи к каждому изуверу прицепила на горло радиоуправляемый взрывной ошейник? Приватиры — легализованные пираты, которые обещали одному государству грабить только его врагов, в конце концов были склонны грабить всех подряд. Военная элита Империи, состоящая из касты прирождённых некропедозоофилов-пассионариев, вероятно бы очень быстро решила пойти войной на свой же собственный центр. Оставим этот вопрос сейчас и зададимся вот каким. Может ли узкая группа лиц определять, что хорошо, что плохо для всего общества?       В правой, консервативной и реакционной мифологии существуют образы заговора философов. Этот миф можно проследить ещё с древней античности, когда секта пифагорейцев играла роль сегодняшних масонов и иллюминатов. Но наиболее полно миф о заговоре философов вошёл в культуру именно после Французской революции, когда возникла теория масонского заговора. Согласно этой конспирологии орден тамплиеров, после своего разгрома, ушёл в тень и вознамерился отомстить всем Бурбонам и вообще всей монархии в Европе. Эти масоны-тамплиеры начали организовывать революции с помощью заговоров. Позднее этот миф дополнился еврейским заговором — евреи и масоны объединились в одного врага всей белой христианской расы. Отдельные черты прибавлялись сообразно вкусам тех, кто верил в этот заговор. Для какого-нибудь Галковского ядро заговора заключается в английских спецслужбах, а для американского мракобесного протестантского проповедника — это в первую очередь католические иезуиты из Фонда Сороса, продвигающие культурный марксизм. И, да, когда я говорю «миф», я не хочу сказать, что «миф — это полностью выдуманная информация»; миф — это мировоззренческая конструкция, которая определяет ценности индивидуума и демонстрирует своих и чужих. И масоны, и иезуиты, и Фонд Сороса, конечно, реально существуют и ведут, в том числе свою собственную деятельность в своих интересах. Миф — в первую очередь нарратив, который ставит подобные организации и их цели во главу угла всех значимых событий, зачастую додумывая факты или произвольно их интерпретируя. Не стоит думать, что теории заговоров — это только увлечение общепризнанных правых и ультраправых движений и идеологов — при Сталине буйным цветом расцвела идея заговора троцкистов и прочих врагов народа. Человек не имеет права на ошибку — если кто-то ошибся, то на самом деле он не ошибся — он идейный враг народа и адепт тайного братства Голдстейна.       В целом генезис мифа о заговоре философов — это страх перед тем, что некая группа лиц обретёт слишком много власти и будет указывать остальному обществу, что такое хорошо и что такое плохо. Существует огромное количество произведений так или иначе воспроизводящих миф о заговоре философов, где эти самые злодеи представлены как враги рода людского. Приведу несколько примеров подобных «клубов друзей человечества»:       Аниме и манга «Милый во Франксе» — действие происходит в будущем, власть захватила корпорация, возглавляемая Советом Семи Мудрецов — загадочных людей в масках (как потом оказывается, трое членов совета — это не люди, а бестелесные инопланетяне). Они сделали людей бессмертными, но взамен лишили их эмоций и довели большую часть человечества до такого состояния, что люди лежат в специальных электронных гробах, где им стимулируют центры наслаждений. Больше эти тунеядцы ничего не делают и ведут жизнь гедонистических овощей. Бестелесные инопланетяне, на которых работают мудрецы, подобно манихейским ангелам, хотят освободить человеческое естество от оков в плоти и зла индивидуальности и абсорбировать сознание обитателей Земли в свой собственный сверхразум. По сути они представляют собой аналог Сверхправителей из «Конца Детства», но действуют тайно, как масоны.       SEELE из «Евангелиона», мною описанные ранее, сюда же.       Апостолы Нечестивой Субботы из манхвы «Священник». Представляет собой группировку падших ангелов, которые вселились в человеческие тела, чтобы распространить свою Тёмную доктрину — зомби-вирус. Они ненавидят Бога-Творца за то, что он, по их мнению, не оценил их подвиги в войне с Люцифером и недостаточно любит своих ангелов. Ангелы намерены превратить человечество в жрущих друг друга зомби — по их мнению, это будет высшее благо такое, ведь плотоядным зомби-садомазохистам неведомы земные страдания в привычном смысле этого слова.       Синобиты (более верный перевод — киновиты) Клайва Баркера — инфернальные садомазохисты, способные превращать людей в себе подобных. Они подчиняются Левиафану — гигантскому разумному ромбу из другой вселенной, который рассматривает земную жизнь как отвратительный органический хаос, и он хочет его упорядочить. Потому, например, превращает людей в бессмертных демоноидов-садомазохистов, для которых бесконечные страдания — это чистое наслаждение.       Дуниани Скотта Беккера — закрытая секта монахов, поклоняющихся безличному принципу Логоса, представляющая собой нечто среднее между буддистами, столиками и фрейдомарксистами. С помощью бесчеловечной евгеники, они превратили своих женщин в родильные механизмы, а мужчин — в безэмоциональных мудрецов, наделённых сверхчеловеческим интеллектом, сверхчеловеческими когнитивными способностями, но при этом полностью отрицающих обычную мораль и считающих обычных людей за животных, а также, не способных в норме испытывать сочувствие, сострадание и жалость. Эти дуниане воспринимают обычных человеческих существ как рабов «тьмы, что предшествует» — совокупности обычной морали, общественных норм, предрассудков, комплексов, животных инстинктов и тому подобного. Дуниане беспощадны ко всем вокруг, в том числе к самим себе, они готовы заморить себя голодом, если считают, что утратили способность нормально соображать или были осквернены мирским. Они проводят вивисекции себе подобных, если признали молодых дуниан неудачными образцами евгинических изысканий. С обычными людьми они проявляют себя как аморальные манипуляторы, будучи готовы сказать что угодно и идеально изобразить любую эмоциональную реакцию для того, чтобы повлиять на поведение обычного человека в нужном для них ключе. Как правило, они одержимы установлением контроля над всеми, с кем взаимодействуют. Каждое их слово направлено на циничную манипуляцию. Сам Бэккер начинает повествование с того, что показывает нам одного из предтеч дуниан — всё ещё обычного человека, одного из тех, кто заложил евгеническую практику. Этот наивный идеалист считает, что люди причиняют друг другу зло лишь тогда, когда они прибывают в невежестве, но стоит их просвятить, как они сразу станут добрыми.       Короче говоря, видная часть так называемой «правой» фантастики пестрит образом закрытого интеллектуального и элитарного сообщества, которое само для себя решило, что такое добро и что такое зло — и начало творить лютый трэшак по отношению ко всему остальному обществу и, зачастую, по отношению друг к другу (по крайней мере Ангелы Субботы и дуниане выпиливают друг друга столь же цинично, как они выпиливают обычных профанов).