Парамнезия

«Затуманенные окна ада вспыхнули на мгновение, обращенные ко мне; однако черт, глядевший из них обычно, был, казалось, так далек – за тучами и ливнем, – что я не побоялась еще раз громко рассмеяться.»

- Эмили Бронте «Грозовой Перевал»

- Сплошная пустота, - досада сквозила в шепоте Элис, - Ничего не вижу.       Мы выходили на поляну уже третье утро подряд. Вольтури так и не пришли.  - Я так усердно, но безуспешно тренировалась, чтобы начать видеть твое будущее и будущее оборотней, а теперь не вижу даже будущее других, - повернувшись ко мне, проговорила она.       Я потянулась, не вставая с земли и положила руку на ее ладонь.  - Тут нет твоей вины… - Может, они и не придут вовсе? - С надеждой спросила Тиа, - Они могли же тебя обмануть?       Элис качнула головой и успокаивающе погладила мокрую траву.  - Придут, - выдохнула она, - Образ был четким - решение уже принято. Кто-то играет с моими видениями. Если бы нас ждала гибель - я бы это увидела.       Я заметила, как несколько вампиров недоверчиво кинули взгляд на Элис. Та сразу же сделалась еще более виноватой, а я почувствовала ядовитый укол обиды, и гневно посмотрела на тех, кто посмел в ней усомниться.  - Прекратите, - скрипучим, но командным голосом проговорил Маркус, - Это все проделки Аро. Не смейте так смотреть на Элис.       Элис тут же подняла глаза и робко ему улыбнулась. Защита Маркуса была авторитетна. Сомневающиеся осеклись и заметно потупились. - Так кто эта Долорес? - Задумчиво спросила Тиа, - Мне кажется, дело в ней. - Она сильна, но без доступа к жертве никак не может на нее влиять. Если она хоть раз проникла в чье-то сознание - человек становится вблизи нее всего лишь марионеткой. Стоит ей с ним снова заговорить - как жертва тут же вновь проваливается в ее чары, - прошептал Маркус, глядя на меня, - Долорес любовница Аро. Его страстный роман, который со временем сдвинет Сульпицию. Но он никогда не поселит ее в башне - ее дар сейчас ценнее, чем любого другого одаренного.        Значит, Долорес на поле битвы мне лучше не слушать. Придется все-таки отдать кому-то другому право оторвать ей голову.  - Аро убил собственную сестру. Жена для него ничего не значит. Чему мы удивляемся, когда встречаемся с его жестокостью? - Печально сделал выводы Бенджамин.       Маркус качнул головой, словно отгоняя непрошенные мысли.  - Они явятся в светлое время суток, - отвлеченно проговорил Джаспер, - Если не придут до темна - отправимся на охоту. - Везет же вам! - фыркнул Владимир, - Живности тут пей - не перепей, а люди все за сотни километров.        Джаспер сделал приглашающий жест рукой. - Никто вам не запрещает присоединиться к нам.       Румыны одновременно наигранно скривились.        Мы сидели у самого края поляны, и за трое суток я изучила каждую ямку и каждую неровность на ней. Солнце периодически выглядывало и сегодня грязь высохла окончательно. Хороший день для битвы.        Времени было предостаточно, чтобы снова погрузиться в раздумья. Тревога была волнообразной: сейчас я ее не ощущаю, но пройдет немного времени и меня снова захлестнет липкий ужас.       Нас было много: тридцать три вампира (вместе со мной) и двадцать оборотней. И все испытывали одинаковую палитру чувств.        Ожидание было физически невыносимым и насладиться последними минутами покоя не удавалось, как и занять голову хоть чем-то. Я несколько раз пожалела, что не прихватила с собой какую-нибудь книгу.       За трое суток я начала скучать по обыденным вещам: горячем душе и вкусном завтраке. И внизу живота подозрительно предательски тянуло. Я надеялась, что это вовсе не «женское», а всего лишь играющие нервы.        От безделия мысли гуляли, проникая в самые темные уголки сознания. Я украдкой посмотрела на Алека, представляя, как отреагирует он, когда увидит Джейн. В душу, ко всему прочему, стал закрадываться страх, что он может передумать и не справится с чувствами к сестре. От этих мыслей становилось стыдно, и я понимала, насколько они абсурдны.        Время шло, но на горизонте никого не появлялось. Как только я мысленно выдохнула и настроилась провести сегодняшний день расслабленно - лицо папы резко изменилось.       Я заметила, как он сжал кулаки, заставляя костяшки стать белее, чем снег.  - Идут, - едва слышно выдохнул он, сквозь плотно стиснутые зубы, - Я слышу их мысли: они хотят сначала поговорить. У нас есть несколько минут.        Адреналин в моей крови вдруг подскочил: мне захотелось плакать и смеяться одновременно.        Я вскочила на ноги, сплетая остатки собранности и уверенности в один узел.       Все тут же выстроились рядами и напряглись. Посыпались признания в любви и короткие мотивационные речи. - Где предпочитаешь обосноваться, когда все закончится? - Отвлеченно спросил Гаррет, обращаясь к Маркусу.       Попытка говорить об обыденном казалась отчаянной. - В Вольтерре, - усмехнулся наш названный правитель. Выглядел он настолько умиротворенно, что меня пробрала зависть, - Это мой дом, мой сад, и я его не покину.       Мама, завидев мой ступор, потянула меня в ряд, где стояла моя семья. Я качнула головой и мягко выдернула руку, подлетая к еще неушедшему перевоплощаться Джейку.       Он тут же распахнул объятия и крепко обхватил меня руками, отрывая от земли. Я жадно поцеловала его в горячие губы, одной рукой оплетая его шею, а вторую запустила в его жесткие волосы.        Я безумно хотела разрыдаться, уткнувшись лицом в его грудь, но, каким-то чудом, удержала остатки самообладания.        Джейк медленно опустил меня, не сводя с меня намокших глаз, и, не отпуская мою руку, стал плавно отходить спиной к лесу.       Наши пальцы все же разомкнулись. Я ощутила звенящую пустоту между нами.  - Свадьбу будем праздновать прямо на пляже Ла-Пуш, - с отчаянной надеждой проговорила я.       Джейк горько усмехнулся. - В медовый месяц поедем колесить по Бразилии, - подмигнул он, а затем укрылся за деревьями, вместе со всей стаей.       Я постояла еще секунду, затем зажмурилась, испытывая сильнейшую боль в левой части груди. Глаза все же намокли и я яростно смахнула влагу с ресниц.       Выдохнув, я сняла резинку с запястья и завязала волосы в тугой высокий хвост. Затем подвинула глубже кольца на безымянном пальце и встала в строй, на подготовленное место между мамой и папой. Они нежно взяли меня за обе руки, надежно переплетая наши пальцы.       Воздух с каждым мгновением становился все более отравленным, а шаги неумолимо приближались. Счет шел на секунды.       Перевоплотившийся Джейк прошел позади меня и ободряюще ткнул мокрым носом в мою шею. Я коротко улыбнулась ему, когда он выглянул на меня из-за плеча моего отца. Папа слегка похлопал его свободной рукой по мохнатому боку, вкладывая в этот жест нежную поддержку. Джейк утробно заворчал.        Оборотни выстроились в полумесяц, будто обнимая по краям вампиров. Самые молодые встали позади. Я больно закусила губу, отгоняя дурные мысли.        В самой первой шеренге стояла моя семья, вместе с Маркусом, Алеком и румынами. Джейк и Сет закрывали ряд по краям.  - Вина за междоусобную войну на совести тех, кто вызвал ее угнетением и беззакониями, - шепотом проговорил Гаррет за моей спиной. Кажется, он успокаивающе цитировал Вальтера Скотта.        Я усмехнулась в унисон с другими.  - У Аро совесть отсутствует, - послышался голос Лиама с задних рядов.        Секунда, и десятки тяжелых черных ботинок ступили на помятую пожухлую траву. Их было практически столько же, сколько нас. Я сосредоточенно посчитала: десяток, еще десяток… пятьдесят пять. На два бойца больше - физическая сила практически уравнялась.        Все были в плащах темнее самой ночи, а капюшоны скрывали лица, отчего они казались сплошным безликим черным пятном. Но по центру, чуть впереди, я без труда отличила Аро, Кая и двух их жен. Они еще приблизились, черное пятно медленно распалось на мелкие точки, и я обнаружила, что по краям от них шествовала золотая свита - Деметрий, Джейн, Феликс и Долорес. Я признала последнюю по длинным белым локонам, выглядывавшим из под капюшона и ниспадающим по плечам.       Долгожданная встреча. Едва слышимое шипение вырвалось из моих легких. Если бы мой организм мог вырабатывать яд - рот бы наполнился им.       Папа коротко зарычал, услышав мои гневные мысли. Наша цель была намечена.       Рядом с Аро, держа его за плечи с двух сторон, как намагниченные тянулись две женские фигурки. Очевидно, его щит - Рената. А вторая… - Ровена, - слева, недалеко от меня, выдохнул Алек.       Я забыла как дышать. Как такое возможно?!Ток прошелся от ступней до самых кончиков волос. Я вытянула шею, выглядывая из ряда, чтобы посмотреть на Алека.       Лицо его казалось еще бледнее, чем обычно, а взгляд провожал миниатюрную фигурку, словно призрака. Алек сделал завороженный шаг вперед, но Маркус успел остановить его рукой.       Все пропало! Я переживала насчет Джейн, но Аро подготовил для Алека совершенно другую ловушку.        Остановившись в трехсот метрах от нас, они, наконец, скинули капюшоны, обнажая каменные и надменные лица. Я поразилась грации и синхронности. Вольтури были словно одним организмом.       Я не отводила взгляда от невысокой фигурки, примагниченной к Аро. Снимая капюшон, она так и не отняла руки от его плеча. Аро стал казаться неприкосновенным - две хрупкие девушки защищали его и физически, и ментально.        Она была такой же, какой являлась в моих снах. Невероятно прекрасной, женственной, изящной. Нежным и беззащитным ангелом. А взгляд… потерянный и безучастный. Я с ужасом покачнулась, узнавая в Ровене саму себя три месяца назад.        Глаза Ровены оставались опущенными, она ни на что не реагировала. Ее сломали гораздо сильнее, чем меня в свое время.        Я отвела от нее взгляд и посмотрела прямо в алые глаза Долорес. Ликуя от моей догадливости, она злорадно ухмыльнулась, обнажая острые клыки.        Клянусь, я все-таки ее убью! Оторву белокурую голову, затем подожгу вместе с мертвым телом, растворяясь в собственной долгожданной свободе. Этой твари место в преисподней!        Из моего нутра поднялось и вырвалось протяжное угрожающее шипение. Алек отреагировал и зашипел следом за мной. - Ее держали в подвале целых два века, - быстрым шепотом начал объяснять папа, - Она не сбегала - тебе соврали. Аро знал, что рано или поздно вы оба решитесь и покинете Вольтерру, поэтому инсценировал ее смерть, а потом занялся тобой, закрывая все возможные выходы. Джейн знала об этом…       На последнем предложении моего отца, Алек не сдержался и зарычал, выпуская парализующий туман. Никто не стал его останавливать.       Джейн испытывала мучительное чувство вины - ее ангельское лицо и тело кричали об этом. Глаза на брата она упорно не поднимала, удерживаясь, чтобы не отвечать на его испепеляющий взгляд.   - Аро не хотел терять такой ценный экземпляр, - не останавливался папа, пока туман Алека быстро простирался по поляне к намеченной цели, - Из-за Ровены Элис не видела будущего. Аро знал, что когда-то Ровена ему пригодится.  - И пригодилась, - торжественно сказал Аро, свысока наблюдая за нами, - Но ни о каком сравнении не может быть и речи. Твоя жена драгоценнее для меня, мой дорогой Эдвард.        Аро был совершенно спокоен и не отводил надменного взгляда с тумана, который постепенно охватывал золотую свиту, стоящую вблизи него.        Как только языки парализующей дымки коснулись ботинок Аро, он усмехнулся, а Ровена с равнодушным видом спустила руку с его плеча. Не отрывая пальцев, она медленно проскользнула ладонью вдоль его рукава, и крепко взяла своего господина за руку. Затем послушно прошла вперед, не отпуская ладонь Аро, и встала на колени спиной к нему. Тот угрожающе обхватил ее шею и поднял ее голову за подбородок вверх. Потерянный взгляд Ровена от земли так и не оторвала.        Туман на них не действовал. Ровена безвольно защищала своего короля, послушно ожидая своей гибели.        Я почувствовала как закаменели пальцы родителей, крепче сжимая мои ладони, а Алек снова угрожающе зарычал отступая, притягивая дымку обратно к себе. Свита, выйдя из забвения, растерянно заморгала.  - Алек, не торопись использовать свой дар. Ты можешь сильно обжечься. - Пойдешь на шантаж? - Усмехнулся он, когда туман вернулся обратно в его тело. - Для тебя, как для предателя, эта участь будет милосерднее, чем та, что ты на самом деле заслуживаешь.       Аро позволил Ровене встать на свое место и перевел испепеляющий взгляд на меня, затем покачал головой и проговорил: - Скажи, Алек, оно стоило того?        Алек не ответил. Удивительно, что Аро считает, что дело во мне.        Аро медленно перевел взгляд с меня на Маркуса, поджал губы и не издал ни звука.  - Не удостоишь меня речами? - Скрипучим голосом спросил Маркус. - Должен признать, вы устроили настоящую революцию, - задумчиво начал он, - Я допустил ошибку, отдавая вам столько свободы.        Послышались гневные короткие высказывания. На корабле случился настоящий бунт. - Ты выкрал нашего ребенка, Аро, - не сдержался Карлайл, - Сломал ее и нашу жизнь. Прибегнул к насилию, настраивая против нас. Раз уж ты решил сперва поговорить, то, будь добр, объясни свою позицию.       Аро удивленно вскинул брови и сделал шаг вперед. Две марионетки, в лице Ровены и Ренаты, качнулись следом за ним.  - Столько законов было нарушено вами, и ты просишь меня объясниться? - Изумился он, - Вы раскрыли тайну еще смертной Изабелле, затем родили дитя, на которой запечатлелся оборотень. Кто дал вам право так превозносить себя? Раз уж волки, водящие дружбу с людьми, теперь ваши родственники, значит о вас знают смертные. Можете не пытаться переубедить меня в этом - во второй раз вам нас не провести. К тому же, какого монстра породит ваша дочь, если обручится с волком? Ждать разрушения нашего мира от рук этого чудовища не имеет смысла.        Стая утробно зарычала, грозясь ринуть в бой раньше времени. Мама и папа качнулись вперед, практически готовясь к прыжку, чтобы отстоять мою честь. Я сильнее сцепила наши пальцы.        Аро явно намекал на Чарли, приплетая всю эту канитель про меня и Джейка.  - Мы нарушили столько правил ради вас, - вступил Кай. В его голосе просачивалась холодная сталь, - И не стоит верить всему, что она вам рассказала - с ее больным разумом сложно отличить реальное от вымышленного. Намерение проучить вас было, но насилие - плод ее воображения.       Меня затрясло. Стараются выставить меня сумасшедшей! К чему еще они прибегнут, чтобы себя обелить?        Дедушка раздраженно поднял руку. - Достаточно, - громко сказал он, - Достаточно издеваться над моей внучкой. У нас есть три свидетеля и шрамы на ее теле. Не делайте из нас идиотов! - В таком случае продолжать диалог далее бессмысленно, - глаза Аро практически почернели, - Каждый поплатиться сегодня за свои грехи. Предатели в моем полку не нужны, Алек, и я не собираюсь тратить время, чтобы вразумить тебя. Если желаешь сохранить своей невесте жизнь, не стоит прибегать к своему дару. Я предупреждаю всего один раз.        Аро не стал ждать ответа и махнул рукой. Кай и безучастные жены, которые, тоже, очевидно находились под влиянием Долорес, отошли на край поляны, прильнув к Аро, Ренате и Ровене вплотную. Остальная часть Вольтури с немыслимой скоростью гневно побежала на нас.        Наши руки расцепились. Мы двинулись им навстречу.        В моих жилах перестала течь кровь. Теперь вместо нее протекала жгучая ненависть и ядовитый адреналин. Я собрала всю свою боль в пульсирующий комок, перебрасывая его, как бомбу, в сторону наших врагов. Коснувшись земли она взорвалась, уничтожая все на своем пути.        У меня была своя стратегия - в лобовую атаку я не шла, и мне нужно было продержаться вживых как можно дольше, прикрывая тех, кому необходима помощь. На тренировках я научилась уворачиваться от нападений и двигалась по полю, стараясь не упускать из виду наших бойцов.       Моя семья держались вместе, грациозно справляясь с каждым, кто бежал к ним навстречу. Я видела, как они, то и дело, поглядывают в мою сторону.        Мне показалось, победа была на нашей стороне. Бойцов Аро фактически было сорок девять - меньше, чем нас. Оборотни оказались сильнее вампиров - безымянные головы врагов разлетались в разные стороны.        Я маневрировала, не давая себя схватить, пока не увидела, как один новорожденный, обхватил в стальных объятиях одного из молодых волков. Я тут же ринулась к нему, отпихивая на своем пути вампиров, и успела раньше, чем тот раздавил в стальных объятиях волка, как фарфоровую фигурку. Моей силы оказалось достаточно, чтобы скинуть новорожденного с мохнатой спины, затем я позволила Лайзу расправиться с ним самостоятельно.        Где-то позади меня раздался знакомый душераздирающий крик. Вздрогнув, я обернулась на несгибаемых коленях, молясь, что мне послышалось. В ста метрах напротив меня, у края поляны лежали два неподвижных тела, над которыми склонились Тиа и Бенджамин. Обезглавленные Амун и Кеби, словно растворившись в вечных объятиях, лежали рядом друг с другом. Меня затошнило.        Погрузиться в скорбь мне не удалось: чьи-то каменные руки в ту же секунду обхватили мою грудную клетку, сдавливая с немыслимой силой. Задыхаясь, я постаралась скинуть с себя противника, но не успела.        Джейк тут же подоспел, налету сбивая вампира с меня. Я припала к земле, беспорядочно хватая ртом холодный воздух. Оторванная голова Деметрия покатилась по мятой траве и остановилась возле моих ног.       Джейк заскулил и преклонился передо мной, прося вскарабкаться на его спину. Я коротко погладила его по макушке, успокаивая. - Я в порядке, - выдохнула я, поднимаясь с земли.        Кто-то снова закричал: на этот раз я не смогла подавить поток хлынувших слез. На моих глазах погибла Таня, позволяя Феликсу раздавить ее, как куклу. Она рухнула рядом с мертвыми Елеазаром и Кармен.        Крик Кейт звенел в ушах и разряд электричества поразил громилу, заставляя его пасть на колени. Гаррет тут же подоспел, разрывая его рот и отделяя верхнюю часть головы от нижней.        К нам стали сгущаться оборотни, чтобы прикрыть, пока меня окутал парализующий шок. Смерть была близко, буквально дышала в спину. Моя семья тоже плавно вошла в этот круг, вставая плечом к плечу с волками. Нас постепенно оцепляли оставшиеся новорожденные.       Я с силой похлопала себя по щекам, напоминая, что успею еще нарыдаться, и яростно кинулась в бой, на защиту своей семьи.        Впервые я убила кого-то собственными руками. Мы разорвали вместе с Элис одного из напавших новорожденных, в жилах которого еще текла человеческая кровь. Красные пятна его крови разукрасили мои грязные спортивные штаны. Меня снова затошнило.        Вампиров становилось все меньше. Несколько оборотней, также, пали на поле. Охваченная отчаянием, я отыскала взглядом Алека и непонимающе сдвинула брови. - Ну же, убей меня! Ты ведь так мечтал об этом! - Кричала Джейн, ударяя боковыми частями кулаков в грудь неподвижного брата.       Все, кто приближались к ним, были тут же сбиты с ног, сгорая от иллюзии боли. Алек не исполнял ее просьбу.  - Я все знала, Алек! Я выбрала Аро, а не тебя, и мне теперь гореть за это в аду!       Крики Джейн были отчаянными, отдаленно напоминающие настоящие рыдания. Она, то судорожно хваталась за голову, то продолжала стучать в грудь Алека. - Я тебя никогда не прощу, но убивать не стану, - наконец ответил ей брат. Голос его был абсолютно безжизненным.       Джейн умоляюще посмотрела на него, затем понимающе закивала и кинулась в сторону Долорес.        Все произошло настолько быстро, что я не успела осознать. Джейн, приближаясь, прожигала Долорес взглядом, и ее крик заслонил собой все другие. Затем, прервав инквизицию, Джейн встала на спину напуганной блондинки и схватив ее за волосы, натянула ее шею.        Дьявольская сестра прислонилась губами к ее уху, что-то коротко прошептала, затем, с противным скрежетом, отделила голову моей мучительцы от ее тела.        Меня пробрала дрожь, когда я обнаружила, что умирающая голова Долорес будто повернулась в мою сторону. Ее мертвый взгляд прострелил мое сознание в последний раз.       Я ошиблась. Смерть Долорес не подарила мне свободы. Мой разум снова стал медленно рассыпаться на части.        Воспоминания прокручивались в голове воронкой, смешиваясь и превращаясь в кашу. Я отчаянно сдавила ладонями виски, борясь со звоном в ушах и стараясь зацепиться за ускользающую туманную реальность.       Сквозь дымку и звон я услышала, как вышедшая из забвения Ровена, душераздирающе завопила, окликнув Алека. Жены переглянулись, обретя, наконец, собственную волю.       Они были свободны. В отличие от меня. Цепкие руки погибшей Долорес тянули меня за собой в могилу.       Кай с силой надавил на плечи Ровены, прижимая ее хрупкие колени к земле, напоминая Алеку о предупреждении, и не позволяя воспользоваться моментом. Аро, яростно дернув плащом, скорбя о погибшей любовнице, покинул оба защитных купола и двинулся прямо на Джейн, стоящую возле мертвого тела Долорес. Та, обрадовавшись удавшейся провокации, сладостно улыбнулась.        Алек, осознав на что пошла Джейн, кинулся к ним, но голова его сестры была оторвана ее господином, прежде чем он успел что-то сделать. Ради своего господина она, в свое время, предала брата и, в итоге, погибла от его же руки. Удивительно, как быстро растворилась любовь Аро к Джейн.       Алек отчаянно рухнул на колени в нескольких метрах от них, словно задыхаясь от невыносимой боли. Он не спас ее. Джейн даже не сопротивлялась.        Кто-то позвал меня, но голос, сквозь протяжный звон, невозможно было отличить. Я, покачнувшись на ослабших ногах, обернулась и с ужасом увидела, как обратившийся в человека Джейк, бьется в конвульсиях на холодной земле.        Из моих горящих легких вырвался оглушающий крик, отдающий эхом высоко в горах. Я схватила остатки реальности и сплела их в один узел, бегло выискивая причину бессознательного состояния Джейка, на его обнаженном теле. Из окровавленного укуса на его плече струилась алая кровь.        Я ничего не понимала, поддавшись панике и вороху накативших ложных воспоминаний. Мысли словно высыпа’лись из моей больной головы. Собравшись, я окинула взглядом мою семью, мстившую Сантьяго за совершенное, а сама, превозмогая боль, раскалывающую на двое мой череп, припала на коленях к отравленному ядом Джейку.         Дрожащими руками я разделалась с молнией и сняла с себя кофту, прикрывая его наготу. Мне не было важно, что происходит позади меня и я не заботилась, что большая часть моего сознания считала Джейка моим врагом. Не имело никакого значения, правда ли он совершил то, что навязчиво крутилось в моей голове: я желала одного - спасти его и умереть самой.        Я знала только один способ это сделать. Он был единственным.        Обхватив укус ладонями с двух сторон, я вонзила в рану клыки, и усиленно втянула волчью кровь в себя. Нужно очистить его от яда, пока он не запустил необратимый процесс в его организме - яд смертелен для оборотней, так же, как смертелен для полукровок. Привычный терпкий соленый вкус крови был испорчен горьким, разъедающим мой рот, вкусом яда. С каждым глотком Джейка трясло все меньше, а сознание все больше покидало меня.        Кто-то с силой схватил меня за плечи и, словно невесомую безвольную куклу, оттащил назад, прижимая к себе. Я хотела закричать, что он умирает, и что на его месте должна быть я! Я хотела рассказать про маяк, который перестанет существовать без корабля. Я хотела разрыдаться, и кинувшись в гущу в центр поляны, быть разорванной одним из уцелевших Вольтури.        Но у меня не было сил.       Мое дыхание стало замедляться, а сердце билось все медленнее. Я улыбнулась и приоткрыла глаза. Прямо перед собой я увидела обеспокоенное лицо моего отца, смотрящего на меня, словно ко мне с небес спустился сам Серафим. Он держал мою голову на своих коленях и отчаянно пытался достучаться до меня.  - Не закрывай глаза… Пожалуйста, доченька, прошу! - Сквозь толщу воды кричал он.       Я перевела взгляд с него на серое небо. Холодные капли начавшегося дождя окропляли мое горячее лицо. Затем я вздохнула и позволила тяжелым векам сомкнуться.        Крики на поляне постепенно отдалялись, и, в итоге, окончательно растворились в звенящей тишине. Вокруг сгустилась пустота.        Я провалилась в адский котел с воспоминаниями. 

«Когда придет время умереть, не будь подобен тем, чьи сердца наполнены страхом смерти, так что когда приходит их время, они плачут и молятся, чтобы прожить еще немного и по-другому. Пой свою песню смерти, и умри как герой, идущий домой.»

- вождь Аупамат, мохикан, 1725