Миссия

Прошло два месяца после тех событий, которые жители Кири теперь стыдливо называют «малой революцией». Воспоминания о ней размывались у большинства, но не у Кагуры. Для него каждый день начинался одинаково: он проходил по коридору тюрьмы и останавливался возле камеры, где сидел человек, похожий на Шизуму. Похожий… но не тот. Хотя остальные не замечали разницы, Кагура видел её каждый раз. Это чувство преследовало его, словно туман, от которого невозможно скрыться. Последние две недели заключённый почти не появлялся — и это приносило облегчение. Но за облегчением неизменно следовала тревога. «Он что-то замышляет…» — снова подумал Кагура, зябко сжав пальцы. Мизукаге предупреждал: скоро в Кири снова прибудут студенты из Конохи. Но на этот раз вместе с ними должны прийти несколько неизвестных союзников. И хоть Мизукаге говорил это спокойно, Кагура уловил тревогу в его голосе. И теперь, идя по коридорам тюрьмы , он понял — тревога не была случайной. Внезапный мощный толчок сотряс стену тюрьмы. С потолка упала пыль. Охранники вскинулись, доставая оружие. — Что это? — выдохнул один из них. Кагура не знал ответ: это было не нападение. Это было…предупреждение. «Ооцуцуки» Единственное что подумал Кагура когда увидел уже знакомые силуэты Их было двое :Урашики и … Кеншики один из самых неприятных и сильных Кагура схватив меч бросился в бой попутно бросив сигнал тревоги Он знал что Ооцуцуки победит он не сможет , но их нужно задержать любой ценой Пару охранников уже были мертвы Кагура был одним из самых способных но и ему не удалось избежать серии ударов один из которых пронзил его насквозь в области живота  Этот удар откинул его на два метра —Чер…т,— прохрипел Кагура от боли и схватился за рану на животе Ооцуцуки быстро , почти молниеносно приблизился к Кагуре и уже хотел нанести удар… По коридору ,если его можно было так назвать, разнесся звук , а точнее удар метала об метал  Единственное что успел увидеть Кагура пока не потерял сознание , это высокого парня который со спины был похож на Шизуму , но для Шизумы он был очень высок и по телосложению они разные  Его волосы были собранны в высокий хвост  Время 00:34 — Кагура… Кагура очнись — Кагура открыл глаза, медленно , и увидел перед собой Бунтан , которая помогала медикам лечить раненых  — Кагура это… ты его одолел! —…Кого? Бунтан указала на безжизненно лежащие тело Ооцуцуки с отрубленной рукой по плечо  —… Нет…это ,— Кагура замялся и в голове стали всплывать обрывки парня который его спас. Но когда он оглядел помещение того парня он не увидел —Но если не ты то… кто тогда? — Парень… или мужчина—Кагура слегка замялся вспоминая детали или то по чему его можно было определить — с татуировкой… на левом… или право плече я не помню Бунтан прищурилась. — Татуировка? Какая? Кагура хотел ответить… но в этот момент вход в медицинскую комнату распахнулся. На пороге стоял Мизукаге Чоджуро — бледный, тяжело дышащий, с отсечёнными клочьями тумана на плаще. За его спиной стояли двое АНБУ, выглядящих не лучше. — Где он? — спросил Чоджуро сразу, не тратя время на приветствия. — Где тот, кто его остановил? — Я не… знаю , но точно знаю что шумом могли воспользоваться заключенные и сбежать — Значит пропал…,— сказа Чоджуро посмотрев на тело Ооцуцуки ещё раз—… насчет заключенных не волнуйся их успели поймать, но…   Пауза —Является ли этот человек союзником…— Чоджуро задумался—,… Или же новым врагом. Чоджуро и АНБУ переглянулись — и в этом взгляде была тревога, которую Кагура никогда прежде не видел у своего наставника. — Никто из наших не способен победить Ооцуцуки вот так, — сказал один из АНБУ, не поднимая головы. — Даже задержать его… это невозможно для обычного шиноби. — Значит, он не обычный, — тихо произнёс Чоджуро. — И его отсутствие… Он медленно выдохнул, переводя взгляд на тёмный коридор за дверью. — …пугает меня сильнее, Кагура почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он не привык слышать страх в голосе Мизукаге. — Чоджуро-сама, — подала голос Бунтан, всё это время внимательно наблюдавшая за раненым. — Если этот человек действительно убил Ооцуцуки… возможно, он просто ушёл, получив раны. Или не хотел показывать лицо. — Или не хотел, чтобы мы знали, кто именно находится в Кири, — ровно сказал Чоджуро, сжимая рукоять меча Хирамекирей. — Убийство Ооцуцуки — не подвиг. Это заявление. Он подошёл ближе к телу Ооцуцуки, наклонился — и внимательно рассмотрел место, где рука была отрублена. Срез был настолько ровным и чистым, что кожу будто разорвал водяной клинок, усиленный силой, которую Кагура даже не мог представить. — Это не работа обычной техники воды, — пробормотал Мизукаге. — И даже не работа Хирамекирей или другого любого меча. Это… что-то иное. АНБУ наклонился, протягивая перчатку с ядовито-закристаллизовавшимся участком ткани. — Мы нашли это рядом с телом, Мизукаге-сама. Следы… крови? Но она… кристаллизована. Структура странная, нестабильная. Время 02:47 Больница Кири Кагура уже лежал и спал на кушетке. Сон проявлялся отрывками флэшбеков с сегодняшнего сражения Туман вокруг становился густым, почти вязким. Кагура чувствовал, как из живота течёт кровь, согревая его ладони, а мир вокруг медленно размазывается в серую кашу. Он пытался подняться — хотя бы на колени — но ноги не слушались. Шаги Ооцуцуки звучали как удары по камню. Чёткие. Спокойные. Не спешащие. Тени тянулись вдоль стен — и последние силы покидали тело. «Не здесь… не так…» — пронеслось в голове Кагуры. Ооцуцуки поднял руку, и воздух вокруг словно дрогнул, наполняясь сверкающими частицами чакры. Смерть уже была рядом. В одном ударе. В одном движении. И вдруг… Звук. Глухой. Резкий. Металл о металл. Удар, от которого вибрировали стены. Вспышка. Серебристая. Холодная. Как лезвие. Кагура увидел силуэт — высокую тёмную фигуру, появившуюся между ним и Ооцуцуки так быстро, что туман даже не успел рассеяться. Только спина — широкая, мощная. Только волосы — собранные в высокий хвост, выбивавшиеся из дымки. Только одно мгновение. Силуэт двинулся. Не как человек. Скорее как тень, которая вдруг решила стать материальной. Молниеносный рывок — и воздух вокруг взрезало давление неизвестной силы, заставив туман закрутиться спиралью. Ооцуцуки отступил — впервые. А фигура медленно повернула голову ровно настолько, чтобы Кагура увидел край его лица сквозь туман. — …Ты… — выдохнул Кагура, но боль снова ударила. Глаза незнакомца блеснули. Не злобой. Не яростью. Скорее… хищным расчётом. Спокойствием того, кто привык убивать — и делает это без тени сомнений. На мгновение Кагуре показалось, что он видит татуировку — тёмный узор, расползающийся по плечу и уходил дальше по руке , но это не было похоже на карму или какой-то режим… что-то иное .Но туман скрыл деталь, будто сам не хотел раскрывать правду. Неизвестный поднял руку. И воздух вокруг сломался. Будто давление резко упало, а звук исчез. Всё вокруг стало тихим. Нереальным. Отрезанным от мира. Только вихри тумана описывали странные дуги вокруг его ладони — слишком чёткие, слишком контролируемые для обычной чакры. Ооцуцуки попытался переместиться… …но туман вокруг него схлопнулся, как зверь, закрывающий пасть. Кагура видел всё словно во сне: — Вспышка. — Вихрь. — Лезвие… или поток? — Рука Ооцуцуки летит в сторону. — Крики. — Тишина. Неизвестный шагнул вперёд. Одно движение. Почти неуловимое. И тело Ооцуцуки обрушилось на каменный пол. Кагура чувствовал что уже не мог удерживать глаза открытыми.Он заметил что этот неизвестный остановился возле него  Перед тем как провалиться в беспамятство, он почувствовал как чья то рука легла поверх его лба . Он услышал голос — тихий, спокойный, безэмоциональный. Слова будто проплыли мимо сознания, но одно он запомнил точно: — “Не смотри.” И мир исчез. 02:59 Кабинет Мизукаге В кабинете стояла тишина — необычная для административной башни. Туман проникал даже сюда, словно хотел подслушать разговор. Чоджуро сидел за массивным деревянным столом, но каждый мускул его тела был напряжён. Перед ним лежало три свитка. Все запечатаны. Все с отметками «Срочно» и «Конфиденциально». Двое АНБУ стояли напротив, их маски отражали слабый свет ламп. — Докладывайте, — сказал Чоджуро, не поднимая глаз. Первый АНБУ развернул свиток. 1. Доклад о разрушениях — «Разрушения в восточном крыле тюрьмы — масштабные. Стены не разрушены полностью, но структура повреждена. Следов взрывных техник нет. Техника неизвестна. Возможно воздействие давления… или чего-то похожего на мощный поток чакры воды.» Чоджуро поднял голову: — Поток чакры воды способен разорвать камень, но не с такой точностью… и не без следов влаги. Вы нашли воду? — Никакой, Мизукаге-сама. Стены сухие. Они обменялись тревоженными взглядами. ⸻ 2. Доклад о трупах охранников Второй АНБУ подал другой свиток. — «Среди погибших охранников — восемь человек. Все смерти наступили от одного и того же типа ранения. Разрыв тканей почти хирургически ровный. Нет следов оружия, нет остатков чакры, тепловых следов… ничего.» — Ровные разрезы? — медленно повторил Чоджуро. — Без чакры? Без лезвия? — Да, Мизукаге-сама. Чоджуро сжал кулаки. «Так не убивает человек. Так не убивает мечник. Так не убивает даже убийца уровня АНБУ…» Он глубоко вдохнул, пытаясь не показать напряжение. ⸻ 3. Доклад о перемещениях неизвестного Третий свиток он развернул сам — внутренности тревожно сжались уже от первой строки. — «Присутствуют многочисленные следы неизвестной техники. Следы появляются и исчезают внезапно, как будто человек двигался… скачками. По показаниям выживших, неизвестный появлялся из тумана, но не как обычный шиноби с техникой скрытия.» АНБУ продолжил: — Один охранник утверждает, что незнакомец «проходил сквозь туман так, будто туман пропускал его первым». Чоджуро замер. — «…туман пропускал первым»? Это не скрывающая техника. Это… что-то иное. — Мы тоже так подумали, — сказал АНБУ. — Как будто туман не скрывал его, а… сотрудничал. Реагировал на его движение. ⸻ 4. Отсутствие Шизумы — И последнее, Мизукаге-сама. Заключённый Хошигаки Шизума… пропал без следа. Камера пуста. Следов побега нет. Чоджуро уже это знал. Но услышать снова — было неприятно. — Значит, — он говорит тихо, — тот, кто лежал в камере всё это время… был не Шизума. — Похоже на то, Мизукаге-сама. Чоджуро встал. Его привычно спокойная поза сменилась тяжелой, почти угрюмой. — И никто не заметил подмены? АНБУ опустили головы. — Его лицо закрывали волосы. Он был всегда молчалив. Не вступал в диалог. Не просил еду… почти не шевелился. Это выглядело… — Нормальным для Шизумы, — горько закончил Чоджуро. Внутри всё кипело. ⸻ 5. Странная деталь Первый АНБУ тихо добавил: — Есть ещё кое-что. Чоджуро жестом велел продолжать. — Один из охранников выжил. Он сказал… что видел татуировку. На плече. Короткий миг — но он уверен. Тёмный узор. Ни на что не похожий. Чоджуро медленно сел обратно. — И никого с такой татуировкой мы не знаем? — Никого, Мизукаге-сама. — Камеры наблюдения? — Выведены из строя ровно за три секунды до нападения. — Следы входа или выхода? — Ничего. Чоджуро закрыл глаза и, наконец, позволил себе выдохнуть. ⸻ Осознание, хуже любого врага — Значит, — проговорил он, — в тюрьму Кири проник неизвестный. Хладнокровный. Способный уничтожить Ооцуцуки. Способный подменить заключённого. Способный двигаться так, как не двигается никто из известных нам шиноби. Он поднял взгляд на АНБУ — взгляд, от которого даже маски словно побледнели. — И мы не только не заметили его присутствия… — голос стал ледяным. — мы всё это время держали его в сердце нашей деревни — и даже не поняли, кто он. Молчание давило. — Что прикажете, Мизукаге-сама? — осторожно спросил АНБУ. Чоджуро посмотрел в густой туман за окном, который будто жил собственной жизнью. — Ничего. Он сжал рукоять меча. — Если он хотел спрятаться — мы бы его не нашли. Если он хотел убить — мы бы все были мертвы. Пауза. — Значит, он пока… не наш враг. Но и не друг. Он повернулся к АНБУ: — Единственное, что мы можем — ждать. И наблюдать. Он посмотрел в сторону больницы. — И надеяться, что Кагура вспомнит больше. Туман за окном дрогнул. Словно кто-то стоял по ту сторону стекла.