"Тренер, я тону в ваших глазах (и не только)!"

                              Чай и правда был исключительным, как и все, что делал Чжун Ли. Он пах древесным дымом и горным туманом, и Нёвиллет, сделав глоток, почувствовал, как напряжение, накопившееся за день, особенно после спонтанного визита в клуб, медленно отступает. Они сидели в просторной гостиной, где каждая деталь интерьера, от древних свитков до минималистичных диванов, говорила о безупречном вкусе хозяина. Нёвиллет поставил чашку на низкий столик из темного полированного дерева и наконец-то почувствовал себя в безопасности, вдали от публичного внимания и удушающего мира славы. Чжун Ли начал говорить о последнем соревновании.                         – Четыре награды, Нёвиллет, на последних твоих соревнованиях. Ты превзошел все ожидания, даже свои собственные, чего уж там.                         – Старался, – Нёвиллет отмахнулся, хотя внутренне гордился своими достижениями, которые, к сожалению, не приносили ему душевного покоя. Ему всегда казалось, что чем больше он выигрывает, тем больше отдаляется от обычных человеческих связей.                         – И я так понимаю, в следующем году ты едешь на Олимпиаду? – произнес Ли, пристально глядя на друга своими янтарными, всегда всезнающими глазами.                         Нёвиллет, который никогда не любил говорить о будущих планах, чтобы не сглазить, прищурился, но тихо произнес: – да, еду. Это моя первая Олимпиада, и хотя я стараюсь об этом не думать, давление колоссальное.                               – Да, это, конечно, большая ответственность и, несомненно, напряжение как физическое, так и моральное. Но зная тебя, ты справишься, – Ли слегка улыбнулся, и его слова прозвучали, как нерушимая клятва.                          – И твои родители гордились бы тобой, поверь, – тихо добавил Чжун Ли, его голос стал чуть ниже, и это было единственным признаком его глубокой эмоциональной вовлеченности.                         Нёвиллет кивнул, ощущая легкий укол в груди при упоминании родителей. Он до сих пор остро переживал их отсутствие, и это одиночество было одной из причин его спортивного фанатизма и отчужденности.                         – Да, я знаю. Жаль, что их нет с нами.                         Его взгляд вернулся к Чжун Ли, который, почувствовав, что разговор стал слишком тяжелым, поспешил сменить тему, чтобы вернуть в комнату легкость, присущую их дружеским посиделкам.                         – Так, ладно, хватит о грустном. Давай рассказывай, – произнес уже с веселой ноткой Чжун Ли, опираясь локтем на подлокотник.                               – Кто тебя так привлек в нашем спортивном клубе, что ты променял наш идеальный чай на спортивный клуб и опоздал? Нёвиллет улыбнулся, предвкушая возможность выплеснуть свое внезапное и иррациональное возбуждение, вызванное тренером.                                     – Сам не знаю, что так привлекло, – произнес он, делая глубокий вдох, будто это могло стабилизировать его чувства.                               – Сначала вывеска, а когда я зашел и увидел ЕГО, я просто впал в ступор. Такого мужчину я еще не встречал никогда, – Нёвиллет понизил голос до заговорщицкого шепота.                         – Харизматичный, брутальный, сильный, накаченный, красивый… Он просто воплощение дикой энергии.                         – О... ох… друг, стоп, – Чжун Ли прервал его, делая вид, что проверяет его пульс.                         – Ты сейчас описал самого бога Аполлона. Ты там вообще не перепил свои «коктейли здоровья»? – Произнес Ли, уже громко смеясь от столь восторженного, совершенно не свойственного Нёвиллету описания.                         Нёвиллет сначала сделал вид, что насупился, изображая обиду, но, видя искреннее веселье на лице своего лучшего друга, тоже рассмеялся, его смех был чистым и звонким.                         – Ли, я не знаю, что я там перепил или нет, но я записался на занятия к этому тренеру. Я буду у него тренироваться.                         – Ого! – Чжун Ли поднял брови, и Нёвиллет видел, что тот впечатлен его необдуманным поступком.                         – Нёвиллет, это уже серьезно. Тебя еще так никто не «задевал», чтобы ты необдуманно кинулся в омут с головой, отбросив всю свою педантичность и осторожность. А ты уверен, что он твоей ориентации? Ты же сам прекрасно знаешь, сколько раз ошибался в этом вопросе.                         – Вот и проверю, – произнес Нёвиллет, сжимая кулаки от предвкушения. В его глазах блеснул азарт.                               – Занятия завтра, сегодня я не пошел, сказал, что не подготовился, – это было наглой ложью, но выглядело убедительно.                          – А вот с завтрашнего дня буду ходить три раза в неделю. И не смей спрашивать, как я впишу это в свой плотный график.                         – Нёв, – Чжун Ли покачал головой, не веря услышанному.                          – Ты будешь ездить на другой конец города только для того, чтобы потренироваться с этим… инструктором? Твои тренировочные базы, твой личный бассейн, твоя команда — все в пяти минутах езды от виллы! – ошарашенно произнес Ли, поднимая руки в жесте капитуляции.                         – Ну да, – произнес Нёвиллет, пожимая плечами с показным безразличием.                          – Тем более Фурина мне уже давно говорила, чтобы я начал выходить из дома, общаться с людьми после последней неудачной моей любовной интрижки. Мне нужен толчок, Ли, а этот... Ризли, кажется, идеальный толчок.                         – Ну, ты тогда был не виноват, – серьезно произнес Ли, его тон резко изменился, вспоминая детали того инцидента.                         – Кто знал, что он больной на голову, что способен на такое. Хорошо, что нож прошел по касательной и не травмировал тебе ногу серьезно. Воспоминание было болезненным.                         – Да, но шрам остался, – Нёвиллет прикоснулся к внешней стороне бедра, где под тканью брюк скрывался тонкий, но заметный рубец – не физический, но психологический якорь его неудач. Почему то он всегда прикасался к нему когда кто-то или что-то об этом напоминало.                               – Ну, как ты только что сказал про того тренера, шрамы украшают мужчин, – произнес Ли, улыбаясь, чтобы смягчить серьезность темы.                         – Может, это карма, Нёв. Шрам, который тебя отпугивал от отношений, теперь привлек тебя к человеку, который весь состоит из таких же шрамов.                         – Да, украшают, – задумчиво произнес Нёвиллет, закрывая глаза на мгновение, чтобы воспроизвести образ Ризли у себя в голове. Шрамы тренера выглядели не как результат несчастного случая, а как карта сражений, и это было невероятно притягательно.                         – Нёвиллет, а ты, случайно, не влюбился, а? – произнес искренне, но шутливо Чжун Ли, наклоняясь вперед и пытаясь поймать взгляд друга.                         – Фр… Хм, – Нёвиллет фыркнул, чуть покраснев от прямого вопроса.                         – Тоже придумал! Нет, конечно. Просто мне понравился тренер, да и не помешает мне лишняя физическая нагрузка. Я спортсмен, Ли. Я не могу позволить себе расслабиться перед Олимпиадой. Это просто профессиональный интерес.                         – Ну да, ну да, – протянул Ли с циничной интонацией, сдерживая улыбку. Только в каком виде она будет эта твоя «физическая нагрузка», вот в чем вопрос. Надеюсь, ты потом сможешь плавать, а не только лежать, восстанавливаясь после «растяжки», – он намеренно сделал акцент на последних словах.                         Нёвиллет засмеялся, принимая игру. Это было именно то, что ему нужно - дружеское поддразнивание, которое снимало налет драмы с его совершенно безумного решения. Он взглянул на часы, встроенные в стену, и понял, что время летит незаметно.                   – Ладно, уже поздно. Мне пора. Давай, до встречи, – он встал с кресла, поправляя одежду.                         Ли тоже поднялся, провожая его до двери. – Ну, заходи на чай после тренировок. Я пока в отпуске, так что пока дома сижу, отдыхаю от всей этой бумажной волокиты и юридических квестов.                         – О, вот даже как, – удивленно произнес Нёвиллет, останавливаясь у порога. Значит, наш лучший юрист-трудоголик решил взять отпуск? И за сколько лет? Сколько тебя знаю, ты всегда работал, двадцать четыре на семь.                         – Ну, все бывает. Вон, у тебя тоже начинаются изменения в жизни, – философски ответил Ли.                         – Да и устал я, возраст уже не тот, чтобы так работать. Мне нужно время, чтобы подумать о вечном, знаешь ли.                         Нёвиллет одобрительно покивал, понимая, что за этой фразой кроется нечто большее, чем просто усталость. Но сейчас он был слишком поглощен собственными планами, чтобы расспрашивать.                         – Хорошо. Буду знать. Если что, заеду на чашечку чая.                         Друзья тепло попрощались, и Нёвиллет направился к своей машине. Он вырулил со стоянки, и вместо того, чтобы сразу направиться к своей вилле, его рука сама повернула руль в сторону спортивного клуба. Это было вне его контроля, будто его тело хотело еще раз убедиться в реальности Ризли.                         Проезжая мимо спортивного клуба, он неосознанно затормозил, снижая скорость до еле ползущей, и вдруг, в тусклом свете уличных фонарей, увидел знакомую темную растрепанную шевелюру. Это был он.                         Его будущий тренер, Ризли, шел к мотоциклу, припаркованному аккуратным силуэтом около здания. Он накинул кожаную куртку поверх черной майки, и этот жест был полон непринужденной, хищной грации.                               Ризли надел шлем, который скрыл его лицо, но не его ауру. Он завел байк, и низкий, утробный рев мотора заглушил шум проезжающих машин, а затем резко рванул по дороге, сливаясь в плотном потоке ночного трафика.                         Нёвиллет вздохнул, его легкие будто забыли, как дышать, пока он наблюдал эту короткую сцену. Он не мог оторвать взгляд от удаляющегося силуэта. А мотоциклетная форма ему очень к лицу.                         Ох, боже, что это я вдруг… – Нёвиллет мысленно отругал себя за такие сентиментальные мысли, которые были совершенно несовместимы с его обычно холодной и рассудительной натурой.                         Он собрался, привел мысли в порядок и, нажав на педаль, двинулся домой. Но образ тренера на байке прочно засел в его голове, как навязчивая мелодия. Приехав домой, Нёвиллет первым делом направился не в спальню, а в кабинет. Включив ноутбук, он набрал название клуба, «Цербер». Сайт высветился почти мгновенно.                               -Оригинально, – произнес в пустоту Нёвиллет, саркастически хмыкнув. Это название идеально подходило брутальному образу его нового тренера.                               Он начал листать страницы, просматривая галерею и раздел «Наша команда». Там были представлены все тренеры, доступные для индивидуальных тренировок: их фотографии, квалификации, специализации. Вот только Ризли там не было.                               Он проверил еще раз, медленно прокручивая список, опасаясь, что просто пропустил его. Но нет. Ни одного упоминания о тренере по имени Ризли. Это было странно и только усилило его интригу.                               Нёвиллет чувствовал, как его профессиональная жилка аналитика и спортсмена-стратега просыпается. Он не любил, когда что-то ускользало от его внимания, особенно когда это касалось человека, который вызвал в нем столь сильные эмоции.                         Кто ты? – пробормотал Нёвиллет, обращаясь к мерцающему экрану. Этот человек был загадкой. Ладно, вскоре узнаем.                               Он закрыл ноутбук с решительным щелчком, пообещав себе, что завтра, на первом занятии, он получит ответы на все свои вопросы. Нёвиллет, впервые за долгое время, почувствовал настоящее возбуждение, не связанное со спортом. Он направился спать, предвкушая завтрашний день, который обещал быть не просто тренировкой, а началом нового приключения.