Странная симфония Фёдора. / Fyodor’s Odd Symphony.

˚　　　　✦　　　.　　. 　 ˚　.　　　　　 . ✦　　　 　˚　　　　 . ★ . 　　　.   　　˚　　 　　*　　 　　✦　　　.　　.　　　✦　˚ 　　　　 ˚　.˚ . * 𓍯 Николай не спешил признавать, что его отношение к Фёдору изменилось, хотя это и было правдой. вдруг тот решит, что он легкомысленный и слишком доверчивый? того Николай никак не мог допустить. обязанности перед бабушкой и дедушкой перестали так давить — их стало меньше благодаря сезону вкусного мяса… проще говоря, забот поубавилось, а мяса прибавилось. именно поэтому мальчуган всё чаще выбирался вечерами на улицу, к гаражам или на склон. иногда он просто сидел и наблюдал за окружающим, а порой к нему прилипали мелкие ребятишки, докучая бесконечными рассказами и показывая всяких жуков, ведь, Коля отлично в этом разбирался. да, малыши порой раздражали своим вниманием и глупыми вопросами, но он всё равно был рад их видеть. даже если они появлялись не в самый подходящий момент, их суета отвлекала его от лишних, ненужных мыслей. в последнее время Фёдора стало уж слишком много его. нужно было хоть как‑то отвлечься. ведь, в конце концов, мир не вращается вокруг одного только этого парня. однако на днях Николай серьёзно провинился в церкви: дурачился, свистел, не слушал замечаний, а в довершение всего умудрился пролить святую воду на провода, из‑за чего перегорело всё освещение в храме. в итоге знакомый священник наказал его — все выходные он должен был убираться в церкви. дома ему досталось куда серьёзнее: дед с бабушкой, недолго думая, смастерили веник из подручных средств — веник, к которому зачем-то прицепили гвозди. зачем — не объяснили. Николай, конечно, был возмущён, но быстро понял, что уборка в церкви — это ещё цветочки по сравнению с перспективой остаться во дворе наедине с бабулей и молчаливым, но зловеще изобретательным дедом. Николай тяжело вздохнул и вошёл в храм, где его уже встречал знакомый священник. тот подробно объяснил все предстоящие задачи: где что лежит, как обращаться с иконами и прочие нюансы — в основном, то, что Коля уже и так знал. сам он считал себя достаточно сведущим в этих вопросах и часто любил умничать перед друзьями, а теперь и перед отцом не стеснялся показать свои знания. — знаете, отец, — облокотился Николай на скамью, переплетая пальцы, — я всегда утверждал, что правильное расположение икон – это не только символика, но и тонкое психологическое воздействие на прихожан. например, символизм левой стороны как пути покаяния… многие об этом забывают. он слегка усмехнулся, словно проверяя, насколько его слушают. — а если копнуть глубже, — продолжил он, — в ранних храмах архитектура была устроена так, чтобы человек ощущал давление пространства, а у алтаря — находил облегчение. чистая игра подсознания, знаете ли… ах, и да, про обряды — однажды читал, что во время литургии свечи ставят не просто «куда ближе», а по старинному правилу: от меньшей к большей, словно путь души от мрака к свету. хехехехех... это так здорово... хех. он говорил с видом настоящего эксперта, хотя многое придумывал на ходу, лишь бы произвести впечатление. — впрочем, — добавил Николай с нарочитой скромностью, — могу и ошибаться. но, знаете… в девяти случаях из десяти я прав. у отца по очереди глаза уже дергались и он поспешно вышел из храма. «даже он моей харизматичности не выдержал, кому другим до меня–...» Николай был очень горд собой, затанцевал с метлой кружась по храму. запнулся о деревяшку ногой, неустох на ногах, то смело полетел на ковёр, недовольно буркнул под себя матюки. — та шо ж робится, йолопе патлатий, піздєц бльот . — Коля потер подбородок, в который и смачно вдался.