Странная симфония Фёдора. / Fyodor’s Odd Symphony.

теперь-то я сам для себя знаю, что ты не идеален, но, другим-то ничего не могу сказать, я ведь и сам эти яблоки ел. придётся спалить тебя ещё перед чем-то, но думаю, это мне особого труда не составит. нет, я не так пакостен, просто обещал же, что докажу всем какой он неправильный. *** время ранее, святой праздник, вот и все село собралось в местной церкви, да у нас... и в принципе все верующие, даже этот черт святой, сидит в стороне, закрыв глаза, и молится. ай, как молится, как же он хорош, с виду примерный человек, а за спиной пиздит яблоки. (хм) меня дед тряхнул за ухо, за то, что не сосредоточен на службе, а ведь и вправду много пропускаю мимо ушей, но может ли быть иначе? этот... подонок, из-за него всё. Николай наконец отвёл взгляд и услышал тихий смешок, взгляд вернулся к Фёдору, он прикрыл рот ладонью в жесте сострадания речи батюшки, но он-то знает, что он смеётся. над ним? его это забавляет? — а ну, Микола, заспокойся, — не успел он окончательно переварить мысли, как тут же дед недовольно стал ворчать и потянул его за ухо, в этот раз увереннее, и ему ничего не оставалось, как после этого знака спокойно слушать, что говорит отец, читая молитвы и рассказы. служба подходила к концу, и он пошёл снимать свечки, что догорели, меняя на новые. потянулся и по очереди снимал, а после достал и наклонил свечку, зажигая, быстро и привычно. его семья до ужасающее христианская, не пропускает и воскресенья без церкви. это было до боли одинаковые движения, на автомате. однако он, видимо, был рассеян, раз по его запястью потёк воск. Николай ахнул, это было странно приятно. тут он услышал шепот бабушек, ничего нового. бабушки обсуждали рядом примерного парня в костюме, с чёрными и ухоженными волосами — фёдора, как неудивительно. — хотел бы я быть на твоём месте. хоть раз, — сказал Николай, глядя на фёдора из-под лобья, его голос был тих, словно он для себя это сказал. — хотел бы? — переспросил фёдор, склонив голову. голос у него был низкий, спокойный, с едва заметной насмешкой. Николай хотел ответить, но язык будто заплёлся. в этот момент Фёдор потянулся вперёд и бесцеремонно забрал свечку прямо из его рук, помедлил, глядя на воск на его запястье, потер большим пальцем, а после наклонился ближе и тихо, почти ласково, выдохнул. — держи аккуратнее, а то ещё обожжёшься, — сказал он, взглядом скользя по его запястью. пальцы Фёдора мягко, почти лениво сжались на запястье, на руке Николая, и тот почувствовал, как чужие холодные пальцы касаются его кожи там, где только что был горячий воск. и прежде чем Николай успел вырваться или сказать хоть слово, его запястье оказалось накрытым чем-то нежным и мягким — губы, это губы Фёдора, Фёдор, закрыв глаза, склонился к его запястью и поцеловал. тихо, незаметно от посторонних глаз. — не отвлекайся, Николай. Бог всё видит. Николай остолбенел. воск на запястье будто обжигал вдвойне. он резко отвёл взгляд, уставившись в свечи, и молчал до конца службы, не проронив больше ни слова. служба закончилась. всё по немногу стали расходится, и Коля в том числе. точнее сказать, первый вылетел из церковки, а после, и из территории церкви. позже у реки, когда он пытался найти хоть какую-то ясность в своих чувствах, камешек со свистом улетел в воду. — дурачина вонючая. — пробормотал он сквозь зубы, наблюдая, как рябь расходится по воде, и сам не понимал, что его бесит сильнее — сам этот поцелуй или то, что он не может выкинуть его из головы. Фёдор... этот гад... почему он вообще это сделал? Николай чувствовал, что тот просто издевается, но почему? да не могло же это быть чем-то серьёзным! ну может быть такого, — это ненормально! и, они ж не парочка какая-то чтобы позволять себе такое в адрес друг друга! так странно. Фёдор, зачем ты это сделал? неужели специально, чтобы сильнее сбить с толку. Николай кинул ещё один камень в воду, пытаясь утопить вместе с ним этот дурацкий момент. — странный он… чёрт возьми, какой же он странный… откинув назад голову, он тяжело вздохнул. — лучше бы мне держаться от него подальше. *** прошло некоторое время, дни, неделя? Николай, конечно, пытался держаться подальше, но это оказалось куда сложнее, чем он думал. Фёдор всегда был рядом — в церкви, на улице, в поле, даже у колодца, когда он набирал воду. и вот сегодня он снова его увидел. Фёдор стоял на крыльце своего дома, читая какую-то книгу. ветер слегка шевелил его чёрные волосы. и, конечно же, выглядел он так, будто снова на обложке какого-то священного писания. — ну конечно, ещё и в позе мученика... — пробормотал Николай. Николай ходил обратно и назад, опять же! не может он сказать про ещё один странный поступок Фёдора, ведь это касается и его, а про такое говорить — это... ну, как подставить себя! почему он снова не мог? снова придётся искать несовершенство фёдора, но в этот раз всё получится.