Вумный зебр

      Со стороны скрывающейся под плащом-невидимкой Багиры раздался едва уловимый шорох, а затем абиссинка скинула маскировку и сорвалась с места, в стремительном рывке проносясь над бассейном. Стороннему наблюдателю могло показаться, что она вовсе летит, но на самом деле её ноги всё же касались поверхности воды, верхний слой которой становился плотным ровно на тот отрезок времени, что был нужен дабы оттолкнуться и продолжить движение (артефакты в виде браслетов на лодыжках отлично справились со своей работой).       - Берегись, Марк! - воскликнула кошка, заставив обернуться и, придерживая бессознательную пегаску, вопросительно выгнуть брови. - У неё блохи!       Последние слова невольница произнесла уже оказавшись на платформе, расставив ноги так, чтобы не наступить ни в одну из мисок, с крайне ехидным выражением мордочки сверху вниз глядя на жеребца.       - ...Очень смешно, - констатировал ровным голосом, на что Багира подозрительно прищурилась. - Ладно: это было смешно. Довольна?       Абиссинка хмыкнула, присела на корточки и с искренним любопытством посмотрела на лежащую на раскрытой ладони господина маленькую жукопони, похожую на какую-то причудливую куклу для жеребёнка. Существо было худощавым, можно даже сказать - тощим, в его конечностях виднелись сквозные отверстия, выглядящие на удивление естественными, на голове имелся кривой рог, а за спиной - стрекозиные крылья.       ...На месте гривы у пониподобного (вовсе не зебраподобного) существа находился кожистый гребень, ну а хвост представлял из себя широкую, пусть и лишь относительно остального тела, длинную перепонку.       "И вот это было медальоном? У эквестрийцев своеобразное понимание моды", - воображение нарисовало картину того как пони приходят на жучинную ферму и ходят между стеклянных аквариумов, выбирая особь пожирнее.       - Что-то я сомневаюсь, что - это питомец, - констатировал негромко, прислушиваясь к своим ощущениям и пытаясь расшифровать информацию, передаваемую духом жизни. - Ненавижу оказываться правым. Зеро, создай полый шар с дырочками для дыхания, размером с мою голову.       - Что ты узнал? - встопорщила вибрисы абиссинка, откинувшая всякую шутливость, из-за чего её глаза будто бы засветились изнутри.       - Это существо - самка, которая должна быть ростом не меньше тебя, - ответил невольнице сосредоточенным голосом, старательно погружая жертву собственного произвола в состояние, близкое к анабиозу. - Вероятно, её уменьшили при помощи магии, после чего она превратилась в медальон. А ещё... у неё странная система пищеварения. Никогда не видел ничего подобного...       - Она - враг? Шпион? Убийца? - прервала попытку погрузиться в исследовательский транс Багира, хвост которой раздражённо дёрнулся из стороны в сторону, а голос приобрёл рычащие нотки.       - Понятия не имею, - ответил совершенно честно, а затем осторожно положил жукопони внутрь половинки стеклянного шара, буквально из воздуха сформировавшегося на поверхности воды, после чего сформировалась и вторая половина сферы, имеющая несколько мелких отверстий вверху. - Но, полагаю, скоро мы получим хотя бы часть ответов.       Освободившейся рукой взял сферу за низ и поднял из воды, чтобы передать её абиссинке. Невольница осторожно обхватила импровизированную тюрьму обеими ладонями и с брезгливым интересом стала разглядывать содержимое, одновременно с тем напряжённо шевеля ушами, словно бы опасаясь, что сородичи этой шпионки могут скрываться где-то рядом.       "И что теперь делать с пони? Усыпить её покрепче, сковать понадёжнее, допросить со всем пристрастием? Судя по её поведению - от последнего она, возможно, сама не откажется", - перехватив всё ещё бессознательную огненную пегаску обеими руками, с некоторым сожалением всё же откинул кажущиеся вполне логичными мысли.       ...Нет, разумеется, появление неизвестного существа в непосредственной близости от трепетно оберегаемой (дорогой как память о лучших годах жизни) тушки императора Мира, конечно, развязывало руки на многое, но вот слишком резкие действия всё ещё могли в самом прямом смысле дорого стоить в ближайшем будущем. В конце концов у пони и этих жуков мог иметься военный, торговый, шпионский союз, который они хотели скрыть от всех остальных народов, даже не подозревающих о истиной природе дорогих блестяшек, ходящих из рук в руки и собирающих ценные сведения.       "С одной стороны - проблема: сколько уже эти жучки услышали? С другой стороны - возможность: Эквестрия, наверняка, не пожалеет средств, чтобы о её шпионских хитростях молчали и дальше. Тут главное не перегнуть, чтобы сохранение тайны не стало более дорогим, нежели раскрытие. Но... это всё при условии, что пони сами понимают то, кого пригрели на груди", - последняя мысль отрезвила и заставила вернуться к реальности, в которой веки крылатой кобылки задрожали, а из приоткрытого рта вырвался глубокий вздох.       Обратившись к духу воды попросил подхватить тело пони, чтобы она лежала как на мягком матрасе, после чего убрал свои руки и отступил на шаг. В то же время Багира сместилась к дальнему краю возвышающейся над бассейном платформы, продолжая держать шар с жукопони между ладонями.

***

      Спитфайр медленно выплывала из беспамятства, ощущая туман в голове и покалывание во всём теле. Ей казалось, что она парит в невесомости совсем без помощи крыльев, в то время как ноги чувствовались онемевшими, а в животе растекалось тепло.       "Охвостеть: если ты довёл меня до такого только руками, то я уже почти жалею, что отказалась стать рабыней", - прорезали туманную пелену первые чёткие мысли, за которыми потянулись цепочки воспоминаний, которые будто падающие домино обрушили за собой другие образы.       Кровь начала стучать в висках, вызывая мигрень и прогоняя блаженную негу, из-за чего огненная пегаска почти болезненно простонала. Ей казалось, что она упускает нечто важное; будто бы её память скрывает что-то беспокоящее. Только вот все попытки ухватиться за ускользающую мысль не приносили никакого успеха, лишь провоцируя неприятные ощущения в висках и затылке.       - Мисс Спитфайр, как вы себя чувствуете? - ворвался в уши приглушённый голос Марка, заставивший откинуть попытки ухватить крутящуюся в голове мысль и открыть глаза, чтобы увидеть потолок купален.       - Я... Всё хорошо, Марк, - ответила огненная пегаска не совсем правду, затем пошевелила руками, ногами и крыльями осознавая, что лежит на воде как на матрасе. - Я потеряла сознание? Марк, это было нечто... невероятное. Надеюсь, я не доставила вам неудобств?       "Какой жеребец будет жаловаться на то, что кобылка в его руках настолько сильно кончила, что отключилась?", - мысленно хмыкнула капитан Вандерболтов, успешно перевернувшись на ноги, чтобы попытаться подняться, тут же ощутив как подрагивают колени.       Чтобы устоять Спитфайр пришлось облокотиться бедром о стол (или как называется эта платформа?), что, впрочем, не помешало ей одарить полосатого жеребца, который мог бы и на руках её подержать, а не бросать в свободное плавание по бассейну, удовлетворённой и многообещающей улыбкой. С некоторым трудом она вспомнила предлог, что и привёл к нынешней ситуации, облизнула пересохшие губы и спросила:       - Какой ваш диагноз, доктор?       - М...? - казалось, на секунду император Мира растерялся, но затем уверенное выражение вернулось на его морду и, подняв согнутую в локте правую руку с выставленным вверх указательным пальцем, зебр провозгласил: - Если пациент хочет жить - медицина бессильна. Скажите, леди Спитфайр, откуда у вас ваш медальон и почему вы носите его не снимая?       Переход от возвышенного и шутливого тона к требовательному и холодному оказался настолько резким, что огненная пегаска растерялась, а затем в её голове словно бы что-то щёлкнуло и правая рука метнулась к груди...