DARK RÓSES

Холодный ноябрьский вихрь хлестал Пака по лицу, пробираясь под тонкую куртку. Он поежился, кутаясь в воротник. Свобода, которую он так жаждал ощутить за все эти годы в тюрьме, оказалась сырой, промозглой и безрадостной. Город, когда-то казавшийся таким знакомым, теперь выглядел чужим и враждебным. Он остановился на углу улицы, прислонившись к холодной стене заброшенного здания. Ветер проносился мимо, поднимая пыль и мусор, но он совсем не замечал этого. Его мысли были заняты только одним — Джейком. Теперь парень, только что вышедший из тюрьмы, был полон решимости найти его. Первым делом Пак отправился в свой старый район. От его квартиры, конечно, давно ничего не осталось. На месте привычной пятиэтажки высился безликий ресторан с табличкой «Closed» на двери. Сонхун чувствовал себя призраком, блуждающим по руинам прошлого. Он провел несколько дней, ночуя у своих старых знакомых. Дни превратились в бесконечную череду поисков. Пак расспрашивал людей, которые каким-либо образом были связаны с его бывшим другом, рылся в архивах, прочесывал интернет. Каждый тупик, каждая неудача оставляли на его душе всё более глубокие раны. Имя Джейка, словно ядовитый плющ, обвивало его мысли, отравляя каждую минуту существования. Предательство друга было как незаживающая рана, которая постоянно кровоточила Пак знал, что Джейк остался в городе, но после его ареста он исчез из поля зрения. Их дружба закончилась в тот момент, когда Джейк решил пустить в него пулю ради собственных побуждений. Воспоминания о том вероломном дне до сих пор жгли Сонхуна, как горячий уголь. Он помнил, как они вместе планировали ограбление, как смеялись и делились мечтами о свободе. А потом Джейк предал его, как безжалостный зверь. Пак достал из кармана свой старый мобильный телефон. Он включил его и стал просматривать контакты. Большинство номеров были мертвыми, но один привлек его внимание — номер Кимми, старой знакомой, которая когда-то помогала им с мелкими делами. Он не знал, поможет ли она ему сейчас, но другого выбора у него просто напросто не было. Пак набрал номер и дождался ответа. Сердце колотилось в груди. — Кимми? Это я, Сонхун, — произнес он с надеждой в голосе. — Сонхун? Ты вышел? — она звучала настороженно. — Да. Мне нужно найти Джейка. Ты знаешь, где он? — Я не знаю. Он исчез после твоего ареста. Но могу попробовать узнать что-то через использование его кредиток или звонков. — Пожалуйста, сделай это. Это важно для меня. Они договорились встретиться в старом кафе на окраине города. Сонхун знал это место — здесь они с Джейком часто проводили время. Он пришел туда через час, чувствуя на себе взгляды прохожих. За столиком сидела Кимми с чашкой кофе в руках. — Ты выглядишь плохо, — заметила она, когда Пак сел напротив. — Спасибо за комплимент, — бурчал он. — Просто скажи мне, что ты знаешь. Кимми вздохнула и покачала головой. — Вся история его банковских операций и номера телефона полностью чиста. Он не мог проделать это в одиночку. Из бегающих слухов и известной мне информации могу лишь предположить, что он непосредственно может быть связан с этим человеком. - придвинув к Паку фотографию мужчины, Кимми продолжила. - Николас Брейн. Вероятно, ты должен его знать. Сонхун почувствовал, как адреналин бурлит в его венах. Это могло быть его шансом. — Где я могу его найти? — Я не знаю точно, они каждую неделю меняют местоположение своего укрытия. Возможно в этот раз они переберутся ближе к центру Лос-Анджелеса. Сонхун кивнул и вскочил со стула. — Спасибо, Кимми. Я должен идти. Блондинка схватила его за руку. — Подожди! Ты ведь понимаешь, что это опасно? Ты туда пойдёшь один одинешенек, не имея даже капли безопасности. — Я знаю, — ответил он с решимостью в голосе. — Но я должен это сделать. На дальнейшие поиски ушли дни. Сонхун скитался из одного конца города в другой, заходя в каждый бар, не примечательную кафешку, бордель: был абсолютно везде, расспрашивая персонал, не встречали ли те его бывшего напарника. Он жил, стиснув зубы, подгоняемый одной лишь целью – найти Джейка и заставить его ответить за содеянное. Он знал, что этот путь будет долгим и опасным, но он был готов на все, чтобы добиться справедливости. Боль предательства и годы, проведенные в тюрьме, закалили его, превратив в машину мести. Пак шел по следу Джейка, словно хищник, преследующий свою добычу, и ничто не могло его остановить. Однажды, в полутемном баре, Сонхун наткнулся на старого приятеля, который когда-то вращался в тех же кругах, что и он с Шимом. За бутылкой дорогого виски, мужчина неохотно поделился скудной информацией: Джейк последние дни часто посещал это место, после чего направлялся в сторону улицы Бэйкин-Стрит. Это был маленький, едва заметный след, но для Пака он стал путеводной звездой в кромешной тьме. Сонхун вышел из бара и направился вдоль отделываемой улицы, где временно приостановилась стройка. Каждый шаг напоминал ему о том времени, когда он был свободен и счастлив. Теперь же парень чувствовал себя одиноким волком в мире предательства и лжи. Когда он подошел ближе к какому-то старому, заброшенному небоскрёбу, который всё ещё не снесли, шатен остановился. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его можно бы было услышать откуда угодно. Он огляделся — вокруг ни души. Лишь лёгкий бриз, изредка колыхавший листья молодых деревьев в округе. Что-то неизвестное и пугающее манило его туда, что-то обволакивающее, полностью лишающее воли. Пак глубоко вздохнул и медленно направился внутрь. Осколки стекла хрустели под ногами, когда он пробирался сквозь завалы мусора в темном, заброшенном небоскребе. Луна, пробиваясь сквозь грязные окна, отбрасывала причудливые тени, превращая и без того мрачное место в настоящий лабиринт страха. Воздух был тяжелым, пропитанным пылью и запахом сырости. Пак поежился, но не от холода, а от какого-то первобытного ужаса, который исходил от этого места. Он чувствовал, что Шим где-то здесь. Эта уверенность пульсировала в его висках, вела его вперед, сквозь лабиринт темных коридоров и пустых комнат. Сонхун шел медленно, осторожно, прислушиваясь к каждому шороху. Его рука крепко сжимала рукоять пистолета, что заранее был спрятан под курткой. Сердце бешено колотилось в груди. Внезапно он услышал тихий скрип. Затаив дыхание, Пак прижался к стене, пытаясь разглядеть что-то в темноте. Скрип повторился. Сонхун двинулся на звук, его тело напряглось, готовое к схватке. Он чувствовал, что Джейк близко. Эта мысль одновременно пугала и воодушевляла его. Он жаждал встречи, жаждал мести, но в то же время где-то в глубине души теплилась искорка надежды на то, что все это – страшный сон, что Джейк сможет объяснить все, что произошло. Но с каждым шагом, с каждым скрипом эта надежда таяла, уступая место холодной, неумолимой ярости. Внезапно свист пули прорезал тишину ночи, пролетел в дюйме от уха Пака, заставив его вжаться в бетонную стену. Адреналин ударил в голову, заглушая все остальные звуки: стук сердца, шум ветра, даже собственное дыхание. В голове вспыхнула каждая деталь плана: время, место, цель. Но план, как оказалось, был всего лишь иллюзией. Потому что ничто не могло подготовить парня к тому, что случилось дальше. Мир вокруг закружился в водовороте хаоса. Он услышал грохот взрыва, чувствовал жар огня, и увидел, как из под развалин высокой башни вырывается темная фигура. Это был он. — Ты.. - прошептал Сонхун, вытаскивая из за пазухи свой пистолет. Он был не просто целью. Он был кошмаром. Он был тем, что преследовало его ночами, тем, что заставляло Пака сомневаться в каждом шаге.  И теперь, под звезным небом, на руинах заброшенного небоскреба, они вновь встретились лицом к лицу. Теперь это была битва не на жизнь, а на смерть. Ветер изредка завывал в разбитых окнах заброшенного здания, словно оплакивая предстоящую трагедию. Луна, бледная и холодная, безразлично наблюдала за двумя фигурами, замершими друг напротив друга в огромном, засыпанном досками зале. Джейк и Сонхун. Когда-то верные друзья, теперь – заклятые враги. Между ними – призрак предательства, тень выгодной сделки, которая стоила Паку свободы, а Джейку – души. Шим, стиснув зубы, вспоминал тот день. Возможность быстро разбогатеть, обеспечить себе безбедное будущее в обмен на то, чтобы остановить своего друга. Предложение наркодиллера было заманчивым, но цена оказалась слишком высокой. Он предал Пака, подставил его под удар, обрек на годы тюрьмы. Теперь, стоя напротив него, Джейк чувствовал, как ледяные пальцы страха сжимают его сердце. Он жалел. Боже, как он жалел! Но гордость, проклятая гордость, не позволяла ему произнести эти слова. Пак, его взгляд, холодный и жесткий, буравил Шима насквозь. Годы, проведенные за решеткой, не сломили его, а закалили, превратив в машину возмездия. Он пришел сюда за одним – забрать то, что Джейк у него отнял – его жизнь. — Почему?! - очередной выстрел разорвал тишину, когда шатен, срываясь на крик, вымещал годами копившуюся злобу. Джейк, словно очнувшись от сна, ответил. Помещение наполнилось грохотом выстрелов, свистом пуль, эхом, отражающимся от бетонных стен. Они двигались быстро, ловко, словно два хищника, сцепившихся в смертельной схватке. Каждый выстрел – крик боли, обвинение, приговор. - Почему ты, грёбаный ублюдок, предал меня!? Пули пробивали бетонные стены, искры летели в разные стороны. Обе стороны были полны решимости; каждый из них знал: если они не остановят друг друга сейчас, это может закончиться катастрофой, но всё равно продолжали. — Убери оружие, Сонхун! - попытался уговорить Джейк разъярённого парня, но ничего не получалось. — Нет! Ты не оставил мне выбора! - Пак резко выскочил из-за укрытия и бросился вперед, но Шим оказался быстрее. Он выстрелил в сторону друга, и пуля попала ему в плечо. Ровно туда же, куда он выстрелил и в прошлый раз. Пак вскрикнул от боли и от неожиданности рухнул на колено. Кровь хлестала из раны, но он не собирался сдаваться. Ни за что. — Ты видел, на что я готов ради выживания! — крикнул Шим. Его голос звучал истерично, настолько, что, казалось, это просто напросто жалкий сон. Но это их реальность. Реальность, в которой оба погрязли с головой. Пак схватил своё оружие и прицелился в Джейка. Получив молниеносное ранение в ногу, он оступился. Сонхун стал приближаться. В его глазах – торжество и безжалостность. Но в этот момент Шим, собравшись с силами, выстрелил. Пуля пролетела мимо. Тогда, воспользовавшись моментом, Пак набросился что было силы и повалил предателя на холодный пол. Одно неверное движение, один лишний шаг и сквозь разгромленные ограждения небоскрёба они повалятся вниз. С этого ракурса можно разглядеть бескрайне просторы Лос-Анджелеса, можно было любоваться насыщенной жизнью ночного города, но сегодня это место станет ареной их вероломного сражения. Внизу, далеко внизу, мерцали огни ночного города, кажущиеся отсюда, с головокружительной высоты, крошечными искорками. На краю обвалившейся крыши, на самом краю бездны, лежали два силуэта. Теперь дружба, когда-то крепкая как сталь, превратилась в ржавые обломки, разбросанные по полю предательства. — Зачем, Джейк? Зачем ты это сделал? – голос Сонхуна хриплый, полный боли и непонимания. Он смотрел на бывшего друга, не узнавая в этом человеке с холодными, пустыми глазами того, кому когда-то доверял свою жизнь. — Деньги, Сонхун. Большие деньги, – Джейк усмехнулся сквозь боль и собственное противоречие. - Ты же знаешь, на что я способен ради них. — Я думал, мы друзья, – Сонхун нанёс пару мощных ударов по лицу своего друга, едва сдерживая рвущиеся наружу капли его солёных слёз. – Я верил тебе, чёрт бы тебя побрал! Верил больше, чем самому себе! — Дружба – это для слабаков, – Джейк сплюнул алый сгусток крови на бетон, стараясь показаться сильным в глазах своего нового врага, но он жалеет. Чертовски жалеет о содеянном, но он просто напросто не может отказать своим грёбаным принципам. – Выживает сильнейший. А ты.. ты оказался слишком доверчивым. — Ты заплатишь за это, – прошипел Сонхун, его глаза горели яростью. — Попробуй, – Джейк, поднимаясь и едва прихрамывая, принял боевую стойку. Началась схватка. Быстрая, жестокая, без каких-либо правил. Каждый удар, каждый блок – крик души, выплеск накопившейся боли и обиды. Они дрались, словно дикие звери, забыв обо всем, кроме жажды мести. Ветер свистел вокруг них, подгоняя их безумный танец на краю гибели. В какой-то момент, в пылу схватки, Пак споткнулся, совсем потерял равновесие. Ветер хлестал в лицо, рвал волосы, заставляя их летать как черные вороны. Холод проникал сквозь кожу, оставляя после себя мурашки, которые бежали по телу не от страха, а от отчаяния. Шим держал его за руку, вцепившись в нее всем своим телом, но Пак скользил, как змея по мокрому камню. — Что ты творишь! Просто отпусти меня! - кричал шатен, и слова его растворялись в реве ветра, словно в пустоте. Глаза Сонхуна, такие знакомые, такие любимые, были полны ужаса, и в них уже читалось смирение с неизбежным. Он был бледен, как луна, и его губы были сжаты в тонкую розоватую полоску. Джейк тянул, вкладывая в свои движения всю свою силу, но он был слишком слишком слаб. — Прости меня.. - прошептал он, его голос был хриплым, как у умирающего волка. Только сейчас он понимает, что пути назад нет. Его слова, полные душевной искренности, затерялись в бездне. В этот момент, словно от безысходности, он отпустил руку. Но не Сонхуна. Он ослабил хватку на сдерживающем его ограждении и вместе с последним вздохом, последним желанием быть прощённым, он ринулся вниз, с неистовой силой сжимая холодную руку своего старого друга. Два тела, сплетенные в смертельном объятии, рухнули на бетонный пол несколько этажей ниже. Тишина. Только ветер шелестел обрывками, словно оплакивая трагический конец двух друзей, превратившихся в заклятых врагов. Ветер стих. Небо, ранее затянутое тучами, прояснилось, и луна осветила два мёртвых тела своим холодным, безжалостным светом. Она осветила их печаль, безысходность, их пустые, безмолвные души. Их жизни, их мечты, их воспоминания и пылкая ненависть – все растворилось в этой пустоте, как в черной дыре. Их смертельная схватка закончилась. Только разрушенный небоскреб остался немым свидетелем последней встречи двух мёртвых роз.