Искусство продаваться выгодно

- Нееет!.. Вскрикнув в ужасе, Энджел вскочил, сцапав контракт и буквально выдернув его у Хаска из-под носа. Тяжело дыша, он рухнул на колени, прижимая светящуюся бумагу к груди трясущимися руками... - Не отдам! - Энджел, - просипел Хаск, глядя на него вытаращенными глазами. - Я же даю тебе свободу... - На такую свободу я согласия не давал! - яростно замотал головой паук, не в силах сдержать слез. - За что, Хаск?! Почему ты опять меня прогоняешь?! - Это... это не твоя вина, - босс обошел стол, опустился перед ним на колени. - Так будет лучше для тебя! Я обо всем позабочусь, у тебя будет жилье, безопасность от Валентино и... и от меня тоже... Энджела всего колотило. Обида клокотала в горле, а слезы лились блядским водопадом. Грудная клетка горела... - К-как же... как же больно!.. - Ребра? - Какие, нахуй, ребра?! - выкрикнул он в запале. - Хотя, и они тоже... Ну почему ты так себя ведёшь?! Хватит уже! Просто расскажи мне правду! Всю правду! - Я собирался! От неожиданности Даст даже перестал плакать. А Хаск, поджав уши, признался: - Я хотел все тебе рассказать в ночь перед Истреблением, ведь все в этот день завершают важные дела, но... но Белла появилась так внезапно, и... Она права. Я действительно трус! Я так боюсь, что ты будешь меня презирать. Что будешь ненавидеть... Он попытался дотянуться до контракта, но Энджел только прижал его к себе крепче: - Нет! Нет!.. - Тише, тише, я не буду его рвать! Обещаю... Ну же. Разожми пальцы и мееедленно протяни его мне... Наверное, привычка слушаться Хаска уже отложилась у него где-то на подкорке! Хлюпая носом, Энджел нехотя отдал свиток. И Хаск просто заставил его исчезнуть... - А теперь пойдем домой, - встав, босс подал ему лапу. - Я же обещал поставить тебе укол! Энджел чувствовал себя полностью опустевшим. Хотя слезы, черт бы их побрал, все ещё капали из глаз... Он заявил, что не даст и шагу подойти к своей заднице, пока Хаск не позволит обработать крыло! Скрипя зубами, кот нехотя подчинился. Сначала он аккуратно вытащил пинцетом остатки обгоревших перьев вокруг ожога, а потом, стараясь прикасаться как можно нежнее, нанес заживляющую мазь... Хаск шипел и рычал сквозь стиснутые зубы, но всю процедуру выдержал стойко. Теперь уже настал черед Энджела, и тут все было ровно так, будто и не было на их пути никакой рыжей женщины - постукивание по шприцу, хлопок, лёгкая боль... А потом босс, щеголяя проплешиной в оперении, куда-то вышел. Вскоре он вернулся с пузырьком успокоительного зелья и дымящейся кружкой. - Выпей... Какао с зефирками? Воспоминание о первой его ночи здесь в качестве карты в колоде, а не случайного гостя, вызвали у Энджела горькую усмешку. Тогда Хаск положил его в постель и дал горячего супа... Две картины, противоречащие друг другу, теперь жили у паука в голове. Хаск ведь даже не попытался отрицать обвинения Беллы, и, хуже того - сам себя поставил в один ряд с Валентино! И называет себя чудовищем... Но разве это так? Ни одна душа, кроме Марли, здесь не говорит про него плохо! И он всегда вел себя с Энджелом по-доброму... Конечно, он мог быть и строгим, и властным, но никогда ничего не делал Энджелу во вред! Если и ругал - то не смешивая с грязью и заставляя паука чувствовать себя ничтожеством, если что-то запрещал - то по серьезным причинам... Так где же истина? Вопросы разрывали больную голову. Допив и какао, и успокоительное, Энджел молча подлез к Хаску, кладя голову ему на колени. Горячая лапа опустилась на его макушку, бездумно перебирая волосы... Да быть не может, чтобы Хаск оказался таким же, как Вал! Если это окажется так, то его сердце разобьётся вдребезги... - Ладно, я готов подождать до Истребления, - нарушив затянувшееся молчание, пробормотал он. - Но ты теперь у меня не отвертишься! Расскажешь все, как на исповеди, понял? - Да, Тони, - обречённо ответил Хаск. - Так тому и быть...

***

      Утро встретило Хаска чувством разбитости. У него затекло плечо, на которое прилёг головой Энджел, но он долго не отваживался пошевелиться, просто разглядывая спящего паука... Его припухшие веки и горькую складку у губ, не исчезнувшую даже в забытие. Похоже, как ни пытался бы Хаск поступать правильно - он причинял Энджелу боль любым своим действием! Но, несмотря на это, четыре руки все ещё держались за него крепко. Надолго ли?.. - Доброе утро, - коснулся он лба Даста губами. - Доброе, - хрипло ответил тот. - С-слушай, Хаск... - М? - Когда Хоуп разрешит снять корсет, - Энджел смущённо покраснел. - Можешь... наказать меня, как следует? В первые секунды кот заколебался. Но, столкнувшись с жаждущим, тоскливым взглядом подчинённого, ответил: - Конечно, Тони. Конечно, накажу... Времени вместе у них осталось совсем немного. И все, что им оставалось - цепляться за иллюзию стабильности... Делать вид, что все так же, как и раньше. Тишина в апартаментах была давящей. Чтобы ее развеять, Хаск от нечего делать врубил телевизор. - Свежие новости! - с придыханием вещала Кэтти Киллджой. - Наши репортёры сообщают, что прошлой ночью по неизвестным причинам произошла стычка среди могущественных оверлордов альянса "Ви"! Вокс и Вельветт вытерли ебалом Валентино асфальт, запись с места событий!.. Ну и дела. На записях Вельветт подкидывала бесчувственное тело мотылька на длинных магических нитях, била его об землю снова и снова, в то время как монструозный Вокс прожаривал его электричеством... Результат вышел даже лучше, чем Хаск рассчитывал. Хоть что-то у него вышло правильно! Вдоволь насмотревшись на мордобой самодовольных выскочек, он продолжил свою утреннюю рутину. У Энджела завтраки выходили куда вкуснее, но он честно старался... - Знаешь, я тут подумал, - паук лежал на животе со спущенными шортами. - Эрике нужен телефон! - Телефон? - Хаск набрал лекарство в шприц. - Ага, я не хочу ее отпускать к папаше без связи! Мало ли что... Только она читать не умеет. Не знаю даже, какой ей подойдёт... - Ничего, что-нибудь подберём! Готов?.. Как не хотелось покидать апартаменты! Но долг оверлорда не ждал... Даже поцелуй от Энджела на прощание, и тот отдавал какой-то грустью!

***

      В каземате было прохладно и пахло сыростью. Когда Хаск вошёл в камеру, Ефим последовал за ним неслышной тенью. Белла сидела на железной шконке, как на троне... - О, Хаскер, - хмыкнула она. - Смотри, какой смелый - не можешь сунуться к беззащитной девушке без цепной псины! Этого и следовало ожидать... Прошлым вечером Хаска застали врасплох, и он показал слабость. Но теперь такой роскоши уже себе позволить нельзя! - Знаю я, какая ты беззащитная - с огнеметом во рту, - отрезал он. - Признавайся. Что тебе от меня надо?! - От тебя и твоего вшивого казино с никчёмными работниками? Ничего, - Белла ядовито улыбнулась. - Как там, кстати, поживает Бернадетта с ее выводком бездарностей? Небось, все такая же чопорная, злобная долговязая сука? - О, она поживает просто замечательно, - скрипнул зубами Хаск. - Жизнь вообще становится чудесной, когда тебя никто не поджигает! Но ты так и не ответила на вопрос. Зачем ты снова пытаешься пролезть в мою жизнь? - Зачем? Наверное, я просто дура, - театрально вздохнула бывшая жена. - Решила, по своей наивности, что ты хоть сколько-нибудь изменился за все эти годы... Может, я была слишком резка к тебе. Может, мы могли бы начать все сначала... Насупившись, Хаск щёлкнул пальцами. Ефим все так же молча вынес небольшой раскладной столик, а затем поставил на него блюдо, накрытое железным баранчиком. Оверлорд снял его. На блюде лежал нож, несколько кусков хлеба, порционные кубики сливочного масла и стеклянная банка... Не сводя с Беллы глаз, Хаск снял крышку. Медленно, тщательно размазал масло... - Э-это что... черная икра?.. - впервые в ее голосе зазвучал испуг. Не удостоив ее ответом, Хаск продолжил пытку. Запустив кончик ножа в банку, он начал наносить икру на хлеб толстым, толстым слоем... - Убери это! - закричала Белла, забившись в угол шконки. - Сволочь! Подлец! Ну зачееем я тебе рассказала, как умерла?! Хватит! Пожалуйста, хвааатит!.. Он не повел и усом. Закончив, он, все так же прожигая девушку глазами, плавно поднес бутерброд ко рту и откусил сразу половину! И ещё! И, закончив, смачно облизал пальцы - от каждого чмокающего звука Белла вздрагивала, закрывая рогатую голову руками. - Ладно, сдаюсь, сдаюсь! - в конце концов завизжала она. - Я проигралась, хорошо?! У меня вообще ничего нет! Даже жилья, где можно спрятаться на время Истребления, ты доволен?! - А я и так это знал, - и Хаск с удовольствием увидел, как у нее вытянулось лицо. - Ефим у меня недаром получает зарплату... Но я не думаю, что это весь твой мотив. Не настолько ты глупа... Колись, что ещё? - Н-ничего!.. Но, увидев, как Хаск тянется ко второму куску хлеба, она быстро сдалась: - Ладно, ладно! Может, мне... мне самую малость обидно, что ты меня променял на какую-то шлюху, которую весь Ад перетрахал... Может, я думала тебя немного образумить! - Во-первых, мы развелись семь лет назад, и я давно тебе ничем не обязан, - скрипнул зубами Хаск. - А во-вторых, не тебе рассуждать о чужих беспорядочных связях! Белла недовольно скривилась, сложив руки на груди. Ее присутствие с каждой секундой становилось для Хаска все более гнетущим... - Ну так что, опять будешь меня пытать? - хмыкнула она. - Изобьешь, как в тот раз? Давай, валяй, большой и страшный оверлорд. Покажи, какой ты мужчина! - Второй раз я руки марать не собираюсь, - помрачнел Хаск. - Но, если тебе угодно считать меня чудовищем, то так тому и быть... Ещё раз появишься рядом с моими территориями, попытаешься вступить в контакт с кем-то из моих подчинённых - и получишь ангельскую пулю! Слышал, Ефим? - Есть, царь-батюшка! - Пф! - задрала нос Белла. - У тебя кишка тонка!.. Но уверенности в ее голосе что-то не хватало. Хаск распахнул дверь камеры. - Ты уже достаточно причинила вреда "Фортуне" и душам, живущим в ней, в первый раз я ещё тебя пощадил... Второго не будет, - он показал лапой на выход. - Проваливай, Белла. Для тебя мне жалко даже места в камере!