Цитируя Уайльда

Фейсконтроль "Башни" они проходят в четверть десятого. Краем глаза Локи замечает, что секьюрити, едва скользнув по нему взглядом, поднимает руку к лицу и что-то говорит в гарнитуру, стоит им пересечь порог клуба. Значит, Старк просил уведомить о его приходе. Поведя плечами до хруста, Локи решительным шагом направляется к неприметному выходу на лестницу, скрытому портьерой в глубине зала. Конечно видные клиенты и VIP-персоны пользовались одним из двух внутренних лифтов клуба, выбирая между приватностью и потрясающим обзором на танцпол, однако Локи не был клиентом, да и слишком привык к узким коридорам и лестницам для персонала, чтобы менять маршрут ради одного только выражения инсубординации. Тор отстает на несколько шагов, прежде чем осознать, что Локи идет в другом направлении, и тут же догоняет его. — Никогда здесь не был, — задумчиво роняет он, оглядываясь, хотя, кроме типичных клубных плакатов, разноображивающих однотонные стены, смотреть здесь особо не на что. — Как и никогда не работал на Старка, я полагаю, — сухо возвращает подачу Локи. Он настроен на бой, но уже решил, что выйдет со Старком на поединок, так что Одинсону придется остаться за дверью, хочет он того или нет. — Мистер Одинсон, мистер Лафейсон, мистер Старк ожидает вас, — официант, на подносе которого голубовато поблескивают три свежих тропических коктейля на основе "Блю Кюрасао", жестом приглашает их войти, приподнимая портьеру, однако Локи выставляет ладонь, останавливая своего спутника. — Я поговорю со Старком один, — отрезает он, не удостаивая Тора взглядом, и заходит в комнату, не оборачиваясь. Старк, не изменяя своим привычкам, стоит у обзорного окна, небрежно засунув руки в карманы брюк. — Какого дьявола, Тони? — начинает Локи — в его голосе ледяная ярость находится в балансе замерзшей до основания цунами. — И где мои вещи? Даже глядя ему в спину, Локи знает, что губы Тони пересекает усмешка. — Вижу, в итоге ты приручил его, а не он тебя, — Старк звучит позабавленно, а потому Локи требуется глубокий вдох и медленный выдох, чтобы сохранить самообладание. — Впрочем, я в тебе не сомневался. Рядом бесшумно возникает официант с подносом, на котором осталось лишь два бокала: судя по всему, Тор забрал свой на месте. Локи коротко мотает головой — его коктейль опускается на стеклянный столик между диванами, тогда как второй плывет дальше к владельцу клуба. Властно обняв пальцами харрикейн, Старк наконец разворачивается к своему гостю. — Я думал, ты пришел поговорить о недавнем... — качнув головой, он делает первый глоток, — неудобстве в Ред-Хук. Встряхнув волосами, Локи неверяще усмехается: — Неудобстве? Это теперь так называется? Тони морщится и раздраженно поводит бровью. Локи невольно отмечает, что на его лице нечасто можно заметить такую палитру оттенков досады. — Ты должен понимать, что твое присутствие там не предполагалось, — пристальный взгляд как будто пытается вычислить, как много Локи известно. Подавлять гнев становится все сложнее. — О том, откуда Малекит Дарк знает мою мать и почему об этом осведомлен ты, но не я, мы поговорим позднее, — пресекает он отклонение от первоначальной темы. — Где. Мои. Вещи. Старк? Старк хмыкает и отходит от окна в сторону диванов. — А что, ты наконец надумал переехать на пятьдесят восьмой этаж? — удобно устроившись на одном из них, Тони почти гротескно вздергивает брови. Локи пораженно трясет головой, отказываясь садиться, и начинает мерить шагами комнату. — Зачем тебе это? — бросает он, наконец останавливаясь, чтобы опереться о спинку дивана напротив Старка. — Чего ты пытаешься этим достичь? — Локи делает неопределенный жест рукой и снова непонимающе трясет головой. — Я ведь уже сказал, — спокойно отвечает тот, медленно моргая, подобно крупному хищнику, в планы которого не входит кровавая баня. — Я считаю, что вы с Тором подходите друг другу. — И это повод не считаться с моим мнением? — ядовито выплевывает Локи. Окинув его снисходительным взглядом, Тони делает еще глоток и как-то странно усмехается краешком губ. — Здесь, конечно, довольно темно, но если ты думаешь, что я не вижу свежих засосов на твоей шее, то ты ошибаешься. Кровь бросается Локи в лицо — он был уверен, что замазал все видимые следы в районе ворота. Старк начинает тихо смеяться, и только теперь, будучи пойманным на более чем красноречивой растерянности, Локи понимает, что это был искусный блеф, на который он попался как мальчишка. Ладонь, спускаясь от лацканов вниз, сама собой сжимается в кулак. — Послушай, Локи, — глаза Тони фиксируются на его зрачках, а тон становится строже, — ты ведь спишь с ним. Вы неделю прожили вместе, отчего же новая попытка побега? От подобной прямолинейности Локи на мгновение теряет дар речи, плотно сжимая зубы — так, что челюсть становится олицетворением упрямства. Молчание затягивается — слов слишком много, и Локи не знает, какое пустить в ход первым. — Твои вещи на складе, — продолжает Старк чуть мягче, прикладываясь к коктейлю. — Я распоряжусь, чтобы их доставили на адрес Тора. — Я. Не переезжаю. К Тору. Одинсону, — чеканит Локи, закипая. — Черт побери, Тони! — он ударяет кулаками по спинке дивана. — Откуда эта одержимость контролем над моей жизнью?! — искренность слетает с языка сама, невзирая на красную тревогу, тут же затопившую сознание. — Пусть я тебе должен, я ведь не вещь, которую можно... — он осекается посреди предложения и поджимает губы, немедленно сожалея о том, что сказал это вслух. — Ну, продолжай, — побуждает Тони его жестом, наполненным скрытой угрозой. — Ты ведь не вещь, которую можно что? Локи делает глубокий вдох и шумно выдыхает, запуская в волосы пальцы. — Что мне сделать, чтобы ты счел наконец мой долг оплаченным? — вернув самообладание, ровным тоном интересуется он, пристально глядя на Старка. Разделяемый взгляд звенит перетянутой струной, готовой вот-вот лопнуть. — Ты уже лишил меня дома, лишил работы. Чего еще ты хочешь, раз как актер я больше тебе не нужен? Старк покачивает остатки коктейля в бокале почти задумчиво, не отрывая взгляда от Локи, и от этой задумчивости мороз бежит по коже. — Я не верю, что Тор совсем тебе не нравится, Локи, — наконец говорит он, следующим глотком осушая харрикейн наполовину. — Прими его предложение и можешь считать долг погашенным. Сгустившийся воздух, кажется, можно резать ножом. — Нет, — отрезает Локи тише, чем хотел бы. — Почему? — закономерный вопрос вызывает новую вспышку злости и отчаяния. — Мне не нужна причина для отказа, — хлестко откликается Локи. — Разве? — усмехается Старк. Локи смеется, запрокинув голову. Пальцы его рук снова прочесывают темные пряди с видимым усилием. В памяти всплывают все шутки Тора про принцессу — глупые и наглядно показывающие, насколько же он несерьезен в своих чувствах. В конечном счете Локи оказался прав: Старк действительно хотел, чтобы он расстался со своей свободой ради мелочной мести Одинсона-младшего и во имя мимолетной прихоти самого Старка. Давайте вместе досадим главе "Асгарда". Так ли важно, что пострадает кто-то еще? — Возможно, по непонятной мне причине вы видите во мне упрямую дочь... — хрипловатый сарказм обрывается смешком, не успев развернуться в полную силу: — Скорее, строптивого сына, — подмигивает Тони. — У меня был отец, — вдруг рявкает Локи. Старк, почти расслабленный всего мгновение назад, одаривает его настолько холодным взглядом, что кровь стынет в жилах, а в животе тугой спиралью закручивается безотчетный ужас. — Ты уверен, что хочешь, чтобы я напомнил, к какому итогу Лафей привел свою семью и почему ты до сих пор жив? — он смотрит на Локи, не моргая, и Локи, не выдержав этот взгляд, опускает глаза. — Нет, — глухо отвечает он. Тони делает глоток "Голубой Лагуны" и отворачивается к обзорному окну. — Ты не видишь общей картины, Локи, — его голос звучит отстраненно и не терпит возражений. — Что же, жаль, но я воспользуюсь своим правом заставить тебя, — допив коктейль залпом, он поднимается на ноги. Локи внутренне подбирается. — Потому что ты мне должен, а я хочу, чтобы вы с Тором Одинсоном заключили брак, — снисходительно хмыкнув, Старк ставит опустевший бокал на стол и щелкает пальцами: — Поблагодаришь меня, когда прозреешь. Свободен. Зло пнув диван, будто тот тоже состоял в тайном сговоре незримых сил Нью-Йорка, Локи скрывается за портьерой, так и не спросив, откуда Старк знает историю его матери и Малекита Дарка, что это за история и какие еще секреты, касающиеся его напрямую и совершенно не касающиеся самого Старка, тот хранит. Харрикейн с "Голубой Лагуной" — точно такой же, как та, в которую Тор подмешал Локи экстази — так и остается на столе нетронутым.