Цитируя Уайльда

Едва Локи открывает глаза, как ощущения в теле намекают ему на то, что ночь он провел не за просмотром сериала. Он приподнимается на локтях, позволяя простыне сползти и обнажить его спину, и поворачивает голову. — Тор, — мрачно окликает он. Голова немного гудит от выпитого вечером вина, но это далеко от того похмелья, с которым Локи приходилось сталкиваться, когда он перебирал с виски. Тор, очевидно проснувшийся немногим ранее, тут же выставляет руку в упреждающем жесте: — Прежде, чем ты что-то скажешь, — он тянется к прикроватной тумбе и берет с нее смартфон, после чего запускает на нем видео. "Локи, я записываю это видео для тебя из будущего..." — звучит из динамика голос Одинсона-младшего. Локи видит себя оседлавшим его колени, с упоением покрывающим поцелуями его шею и челюсть, и ощущает, как внутри поднимается удушающая волна стыда. "Не настолько я пьян," — заявляет Локи из видео, и Локи вспоминает, как действительно произносил эти слова. — Я... понял, — говорит он, падая лицом в простыню и закрывая голову подушкой. — Пора мне завязывать с алкоголем... — он несколько раз ударяет кулаками по постели, что, конечно же, не лучшим образом сказывается на головной боли. — Почему ты так злишься? — осторожно спрашивает Тор. — Ты ведь хотел забыться и достиг цели. — Да, — резко откликается Локи. — Ценой самоуважения. — Почему самоуважения? — хмурится Одинсон-младший. Локи отбрасывает подушку, снова приподнимается на локтях и встречается с Тором пылающим взглядом: — Потому что напиться и приставать к первому, кто подвернулся под руку — это не тот стиль поведения, который я считаю для себя приемлемым! — яростно выпаливает он. Тор поджимает губы и медленно кивает: — К первому, кто подвернулся под руку, значит, — его взгляд становится пронзительнее. — И часто с тобой такое происходит? — Впервые, — огрызается Локи. — И я хочу, чтобы так и оставалось! Тор запрокидывает голову и с тяжелым вздохом смотрит в потолок. — Локи, почему ты не можешь признать, что я просто тебе нравлюсь? — вопрос звучит почти риторически и от этого злит еще больше. — Потому что ты не нравишься мне, Тор, — Локи спускается на пол, замотанный в простыню. — И, что бы я ни сказал этой самоуверенной нахалке, мы не в отношениях, — отрезает он, подхватывая аккуратно сложенную на стуле одежду, прежде чем направиться в душ. Теплые струи воды вместе с освежающим гелем с запахом мяты и цитрусов помогают ему немного собраться с мыслями. Локи открывает рот, позволяя воде наполнить его, и пьет прямо в душе — стоило, конечно, взять бутылку минералки, но он не подумал об этом, выходя из спальни. Память проясняется все сильнее, рассказывая ему, как и что происходило вчера вечером. — Скажи же мне, Локи, чего ты истинно желаешь? — шутит Тор, и Локи шутит в ответ. А затем целует его. Эта последовательность Локи совсем не нравится — он не хочет, чтобы Тор даже в шутку предполагал, что в действительности истинным его желанием в этот вечер была близость с ним. Потому что это неправда. Ведь так? Локи встряхивает головой, пуская вокруг кучу брызг. Вчера утром он уже признал, что секс с Тором ему нравится, но это ведь не повод повторять ошибки и заниматься с ним сексом вторую ночь подряд. Локи несколько раз легонько прикладывается лбом к кафельной плитке, чувствуя новый всплеск стыда. Он собирался всего лишь на несколько дней спрятаться здесь, чтобы переждать ажиотаж в прессе — вместо этого же он успел дважды попасть в переделку с Сигюн, дважды напиться и дважды переспать с Тором. И все это за два дня. — Надо было ночевать под мостом Куинсборо, — зло выдыхает он, выключая воду. Вытерев кожу и волосы, Локи надевает белье и останавливается напротив зеркала. Тор всегда бережен, однако несколько свежих отметин все же видны на коже. Поймав себя на этом "всегда бережен", Локи сжимает руки в кулаки, опираясь на раковину, и опускает голову. Буря противоречивых чувств и эмоций бурлит внутри, не имея возможности ни выйти наружу, ни придти к согласию. Открывается дверь — Локи вновь оказался слишком небрежен, чтобы запереть ее — и в ванную заходит непосредственная причина всех его внутренних противоречий. — Не мог пару минут подождать? — ворчливо укоряет Локи. — Или тебе нужны зрители? Тор молча подходит ближе и целует его плечи, обнимая левой рукой поперек груди. Тело тут же отзывается дрожью и все нарастающим теплом внизу живота. Тор спускается поцелуями вдоль позвоночника, и Локи хочет вывернуться, невольно замечая, как дыхание начинает сбиваться. Неожиданно Тор опускает ладонь, стягивает с него белье и находит вход пальцами второй руки. — Тор! — возмущенно восклицает Локи, закусывая губу, как только чувствует проникновение. Его пальцы скользкие и влажные, а значит, Тор шел сюда с конкретной целью — и это были совсем не водные процедуры. — Какого дьявола?! — шипит Локи, но, впрочем, не сопротивляется. Ощутив легкое давление между лопаток, он наклоняется сильнее, держась за раковину и позволяя внезапному интервенту ласкать и целовать себя. — И зачем я, по-твоему, был в душе? — снова подает голос Локи, но и сам слышит, что его упрек звучит неубедительно. Прикусив кожу чуть ниже загривка, Тор прогибает его в пояснице и входит. Локи сдавленно стонет, плотно сомкнув губы и опускаясь на раковину локтями. Ему кажется, что его колени вот-вот подогнутся, но этого так и не происходит — Тор придерживает его возле точки излома, и ощущение крепких рук рядом с выступающими косточками каким-то образом помогает ему устоять. Плавные деликатные движения постепенно переходят в быстрые и яростные. — Посмотри на себя, Локи, — хрипло требует Тор, очевидно, глядя в висящее перед ними зеркало. Локи не хочет смотреть. Он чувствует себя униженным — не Тором, а удовольствием, которое испытывает и искушению получить которое не смог противостоять. Чтобы утолить любопытство, было достаточно одного осознанного раза — однако Локи сам позволяет Тору делать это с ним снова. Он ощущает расходящиеся от Одинсона-младшего волны возбуждения, проникающие в кровь, плоть и кости. Бросив мимолетный взгляд на собственное отражение, Локи, не в состоянии вынести увиденного, плотно смыкает ресницы. В поясничной ложбинке собирается пот, он тяжело дышит, его искусанные губы пересохли, а тело требует разрядки. Тор уже почти достиг кульминации, а потому вскоре взрывается внутри него, уперевшись лбом ему в спину. Локи мелко дрожит. Опалив горячим выдохом кожу, Тор целует его в шею и находит ладонью член, чтобы помочь любовнику сбросить напряжение. Содрогнувшись всем телом, Локи кончает после нескольких движений и запрокидывает голову, изгибаясь точно змея. Наконец Тор выходит из него, и Локи пошатывается, отчего тот ловит его за талию, не давая упасть. — Ты... животное, — прерывисто выдыхает Локи. — Угу, — соглашается Тор, зарываясь носом в мокрые темные пряди. — И тебе это, похоже, нравится, принцесса. — Мне не... — слова обрываются полустоном, когда Тор добирается до места за ухом. — Идем в душ, — утягивает он его от раковины, предварительно стащив белье окончательно и оттолкнув прочь. Локи не в силах сопротивляться, и смысл слов тоже доходит до него не сразу. — Какая. К черту. Принцесса. Тор? — прожигает он Одинсона-младшего негодующим взглядом, пусть на ногах ему и помогает удерживаться стена, на которую Локи опирается. — Ну если я животное, — смешливо улыбается Тор, включая воду. — Мультфильм еще такой был... Локи глухо рычит и глубоко закатывает глаза: — "Красавица и чудовище", кретин! — Так разве она не принцесса? — озадаченно хмурится Одинсон-младший. — Он принц, она нет, — Локи качает головой, не веря, что ему приходится кому-то это объяснять. — Она просто неудачница, — едко замечает он. — Поверить не могу, что ты не знаешь классику. — В Гарварде была несколько другая классика, знаешь ли, — усмехается Тор, приближаясь на расстояние вдоха. Он пристально смотрит Локи в лицо, спускаясь от глаз к губам. Локи быстро пробегает по ним языком, и уже в следующее мгновение Тор целует его, начиная полномасштабное вторжение в его рот. — Ты тоже меня хочешь, — шепчет он в приоткрытые губы. Ответить получается не сразу — руки Тора вновь начинают свой танец, а его бедро оказывается между бедер Локи. Локи сам не замечает, как обнимает его за шею, зарываясь пальцами в волосы. — Ты же понимаешь, насколько спорно это утверждение, — выдыхает он, глотнув воздуха, — учитывая, что мне пока не с кем тебя сравнить? — он бросает в Тора усмешкой. — Не сравнивай, — просит Тор, посылая дрожь от уха ниже. Он гладит, целует, прикусывает, и Локи решительно за ним не успевает. Вода продолжает струиться по обнаженной коже, добавляя аккомпанемент в эту симфонию ощущений. Темные пряди спукаются вдоль шеи, вторя потокам воды. После еще одного бесконечного поцелуя Тор отрывается от его губ, поворачивает Локи лицом к стене и снова входит, на этот раз сразу же захватывая член Локи в кольцо своих пальцев. Раскрытые ладони скользят по мокрой плитке, Локи опять упирается в нее лбом, тихо постанывая, сознание плывет, и он понимает, что может в любой момент отключиться от интенсивности прибоем накатывающих впечатлений. Скользнув по ушной раковине языком, Тор втягивает в себя мочку его уха, посасывая, и Локи — сам того не ожидая — стремительным рывком достигает кульминации — столь сильной и бурной, что свет все-таки меркнет перед его глазами. Он приходит в себя парой минут спустя — они все еще в душе, вода смывает остатки семени, а Тор удерживает его, не давая упасть. — Не многовато ли секса для одного дня? — с ноткой сарказма интересуется Локи. Очень хочется пить, а голос слушается его с оговорками. — Зато теперь ты знаешь, что с Сигюн тебе не будет так хорошо, как со мной, — подняв на него взгляд, Локи видит, что улыбка Тора скорее искренняя, чем самодовольная. Впрочем, ему это, вероятно, лишь кажется. — Да не хочу я Сигюн, — раздраженно огрызается он, снова закатывая глаза. — Я польщен, — Тор самодовольно морщит нос. — Ты невыносим, — констатирует Локи, кивком подкрепляя свое утверждение. — Предполагалось, что ты уже в курсе, — подмигивает ему Одинсон-младший, и Локи начинает смеяться. — Тор Одинсон, — пораженно качает он головой, — ты гребаный ублюдок... — Мы вроде сошлись на том, что я кретин, — дружелюбно возражает тот. — А еще идиот, — щурится Локи, разглядывая голубые радужки, напоминающие ему океан. — Хочешь еще? — с улыбкой щурится Тор в ответ. — Ты можешь еще? — Локи шокированно распахивает ресницы. — Ты очень меня вдохновляешь, — игриво признается Одинсон-младший. — Должен ли я быть польщен? — Локи с наигранной иронией изгибает одну бровь. — У меня сегодня ни одной встречи, я могу провести с тобой в постели хоть весь день, — шепчет Тор ему в ухо, приникая поцелуями к линии челюсти, чтобы спуститься к кадыку. — Я не так вынослив, как ты, — бросает Локи, рвано вздыхая. — Ты снова смущаешься, — дразнит его Одинсон-младший. — Локи... — выдыхает он его имя куда-то в затылок, отчего в животе опять начинает скручиваться возбуждение. — Тор, — пытается возразить Локи без особого успеха. — Тор, — прерывает он очередной поцелуй, — меня ноги не держат, я же просто упаду. — Не упадешь, — говорит Тор, оставляя новый засос у него на шее. — Я удержу тебя. Приподняв его левую ногу, Тор направляет себя внутрь. — Тор... — обессиленно стонет Локи, повисая у него на шее. — Мне так нравится, когда ты стонешь мое имя, — откликается тот, подхватывая правую и удерживая Локи на весу. Оказавшись в воздухе, Локи от неожиданности широко раскрывает глаза и еще сильнее вцепляется в него руками. Переместив предплечья так, чтобы было удобнее сохранять равновесие, Тор начинает двигаться, но ритмический рисунок слишком рваный, чтобы привести их обоих к оргазму. Используя стену, как точку опоры, Локи чуть сдвигается, немного иначе опираясь на плечи Одинсона-младшего и предоставляя ему большую свободу движения. Шум воды, шум дыхания и запах секса наполняют пространство — мог ли Локи предположить, что окажется в этой точке пространства-времени, когда бежал по собору Святого Патрика? И мог ли он предположить, что — к собственному ужасу — будет сам жаждать близости с тем, кто навязал ему ее?