Цитируя Уайльда

Локи просыпается поздним вечером. В его уши медленно проникают негромкие звуки фильма — Тор что-то смотрит, устроившись на соседнем диване, расположенном перпендикулярно. Отблески сменяющейся на экране картинки дразнят ресницы, и Локи открывает глаза. Гостиная погружена в полумрак — горит только ночная подсветка по периметру потолка, а большая часть света исходит от широкой плазмы на стене. Перед Тором стоит открытая бутылка вина и миска с какими-то снеками. Стараясь ничем не выдать, что он проснулся, Локи тихо поворачивается, чтобы получить лучший угол обзора, и в этот момент понимает, что — пусть он и лежит все на том же диване, на котором устроился, выпив сразу две таблетки снотворного после разговора с Клинтом — на нем другая одежда, а сам он укрыт пледом. — Проснулся? — спрашивает Тор, не отрывая взгляд от экрана. — Ты... — голос не слушается после долгого сна, и Локи несколько раз сглатывает, чтобы убрать сухость, прежде чем продолжить: — У тебя какой-то кинк на переодевание спящих людей? — Как ты догадался? — Тор широко улыбается и отправляет в рот еще одного кальмара. — Рядом с тобой стоит бутылка минералки. Попей, легче будет осыпать меня колкостями. Локи садится, потирая затекшую шею, и наощупь находит возле дивана запечатанную бутылку "Перье". — Сколько таблеток снотворного ты выпил? — спрашивает Тор, пока Локи утоляет жажду. — Две, — отвечает тот, осушив бутылку наполовину. — Не думал, что просплю так долго. — Это сильное снотворное, — Тор наконец скашивает на Локи глаза. — Ты бы хоть инструкции читал, прежде чем принимать что-то. Локи строит гримасу ему в ответ, с плохо скрываемым сарказмом констатируя: — В последнее время я очень плохо сплю. — Неужели из-за меня? — с наигранным придыханием уточняет Тор. — Как ты догадался? — ядовито возвращает Локи. На экране сменяется сцена, привлекая его внимание, и Локи спрашивает — скорее из праздного любопытства, чем из желания поддержать беседу: — Что ты смотришь? — Представь нас вместе. — Что? — он давится последним глотком, который планировал сделать, прежде чем закрыть бутылку. Тор смеется. — Фильм так называется: "Представь нас вместе", — бросив на Локи игривый взгляд, он подмивает. — Но ты тоже можешь представить. Локи, щурясь, всматривается в экран, тут же ловя Тора на лжи. — Но это не "Представь нас вместе", это "Двадцать семь платьев"! — негодующе восклицает он. — Так зачем же ты... — он переводит взгляд на Тора и замечает, как внимательно тот на него смотрит. Раздраженно прикрыв глаза, Локи трет пальцами переносицу. — Ясно. Хотел посмотреть на мою реакцию, пока я сонный. Так вот, Тор... — Не знал, что ты смотришь такие фильмы, — перебивает его Одинсон-младший, устраиваясь поудобнее. — Хотя у тебя это, должно быть, профессиональное, — колко добавляет он. — Не знал, что ты смотришь такие фильмы, — парирует Локи. — А у тебя это, должно быть, какой-то способ самобичевания? Улыбка Тора становится натянутой, он опускает глаза на бокал в своей руке. — Джейн любила фильмы про свадьбы. Как-то привык смотреть с ней, — отпив вина, он возвращает свой взгляд к Локи. — Ну а ты? Локи безразлично пожимает плечами. — Наташа звала несколько раз посмотреть что-нибудь вместе. — И вы что, правда смотрели фильм? — Тор бросает на него выразительный взгляд исподлобья. — Да, — встряхивает головой Локи. — Что в этом такого странного, кроме ее выбора кинолент? Тор хрюкает себе в кулак, после чего разражается хохотом. — Локи... — Что? — возмущенно откликается тот, не понимая столь бурной реакции. — Если хочешь знать, фильмы про свадьбы и правда полезно смотреть, когда твоя работа — их расстраивать, просто я не ожидал, что мы будем обсуждать работу еще и в свободное время! Плечи Тора трясутся так сильно, что впору бы удивиться, как он до сих пор не облился вином. Он накрывает свободной ладонью лицо, не прекращая смеяться: — Святые угодники, бедная Наташа... Раздраженно закатив глаза, Локи поднимается на ноги и направляется в ванную. Несколько раз плеснув холодной водой себе в лицо, он наконец стряхивает остатки дремы и проводит влажной рукой по волосам. Темные круги вокруг глаз и правда как будто уменьшились. Локи разглядывает темно-зеленую шелковую пижаму, в которую одет, и с досадой отмечает, что белья на нем под ней нет, а значит, все его тело снова покрыто прикосновениями Тора. — Если не нравится, я закажу тебе другую, — Тор появляется на пороге, но Локи слышит приближающиеся шаги, а потому не вздрагивает, когда звучит его голос. — Где моя одежда, Тор? — резко спрашивает он, чувствуя, как начинает закипать. — В химчистке, — спокойно отвечает тот, прислоняясь к косяку. — Завтра заеду к тебе и привезу что-нибудь. — Или, например, ты бы мог отпустить меня домой прямо сейчас, — едко замечает Локи, крылья носа которого — как и сжатые кулаки — безошибочно указывают на то, что он в бешенстве. — Босиком и в пижаме? — Тор усмехается. — Босиком? — переспрашивает Локи, переводя взгляд на Одинсона-младшего. — Твоя обувь тоже в чистке. Глухо зарычав, Локи ударяет кулаками по раковине, о которую всего секунду назад опирался. — Успокойся, я не собираюсь держать тебя взаперти, — пытается урезонить пленика Тор. — Разве? А мне так не показалось, — его губы гневно дрожат, глаза сверкают, а указательный палец завис в воздухе в направлении Тора. — Просто не пей больше так много снотворного, чтобы мне не приходилось отменять бронь, — Одинсон-младший выразительно изгибает бровь. — Ты всем своим поступкам находишь оправдание, да, Тор? — Локи зло щурится. — Скажи, это чисто твое или у вас с отцом семейное? Тор поджимает губы. — Я не поведусь на эту провокацию, — отрезает он. — Нужно было не ограничиваться одной сигаретой, — ядовито цедит Локи себе под нос, потирая ушибленные руки. — Ах да, — словно спохватывается Одинсон-младший. — Твои "Чапман", ключи и карты лежат на кухонном столе, — он достает из кармана домашнего худи смартфон Локи и протягивает ему его. — И позвони своему бармену, а то он тебя уже обыскался. Локи выхватывает из руки Тора смартфон и видит на нем три пропущенных. Затем снова поднимает глаза на похитителя. — Копался в моем телефоне? — он наклоняет голову набок, выпятив вперед подбородок. — Много интересного нашел? Или ограничился только установкой очередного шпионского приложения? — Ограничился добавлением своего номера в твой список контактов, — кивает на смартфон Одинсон-младший. — Я тебе не верю, — припечатывает Локи. Тор пожимает плечами. — Можешь не верить, — последнее слово обрывается зевком. — У меня деловая встреча рано утром, так что я иду спать, — он отлипает от косяка. — В холодильнике есть еда, ее нужно только разогреть. Справишься? Локи неверяще трясет головой и фыркает. — Конечно же нет! Я ведь холеный папенькин сыночек, родившийся с золотой ложкой во рту и никогда в жизни ничего не делавший сам, — его голос сочится ядом настолько, что его можно сцеживать для фармацевтических компаний. Тор наигранно морщит нос и прикладывает ладонь к груди, словно Локи поразил его в самое сердце, после чего окончательно покидает порог ванной. Дойдя до двери в спальню, он останавливается, оборачиваясь, чтобы еще раз окинуть задумчивым взглядом своего пленника. Направляющийся в кухню Локи тоже замирает, не зная, чего от него ожидать. — Я нашел только то, Локи, что ты очень одинокий человек, — с ноткой сочувствия говорит Одинсон-младший. — И я никак не возьму в толк, как так вышло, учитывая твои артистизм и, — он делает неопределенный обтекаемый жест рукой, — внешние данные. Локи зло смеется, а взгляд его полон ярости. — Тебя послушать, Тор, так все артисты и красивые люди — шлюхи, успевшие перепробовать все и всех и собрать вокруг себя по меньшей мере гарем из обожателей, — его пальцы дрожат. — Если в твоей картине мира красота означает доступность, то это не значит, что у меня такая же, — выплевывает он. — Или что я намерен соответствовать твоей картине мира. Тор не отвечает, молча стоя под этим градом обвинений. Шумно выдохнув, Локи смотрит себе под ноги, потом разворачивается и уходит в направлении кухни. Спиной он слышит, что Тор так и не сдвинулся с места — вероятно, продолжая провожать его взглядом, а потому через несколько шагов снова останавливается. — И просто, чтобы ты знал, — бросает Локи через плечо прежде, чем переступить порог: — я не считаю себя настолько красивым, каким меня, очевидно, видишь ты.