Студентка

      Под чутким руководством Даши весь материал, который должна была выучить Саша, был поделен на три больших части, которые, в свою очередь, были разделены на еще три части.       — Девять частей — девять дней, — произнесла Даша.       — Прямо как поминки, — мрачно сказала Саша. — Поминки счастливой жизни.       — Тебе, дурехе, нужно всего лишь выучить вот это все, сдать, а потом забыть, — ответила Даша. — А потом снова будешь пить, бухать и хуйней страдать. Учить по шесть листов в день — это не надругательство над мозгом, а вполне нормальная практика.       Саша тяжело вздохнула и взяла в руки план. На первый взгляд все казалось не слишком пугающим, однако уже после первого вопроса захотелось выть на луну или хотя бы лампочку.       — И почему они взятки не берут как в Димкиной шараге? — вздохнула Саша.       — Потому что это приличный уник, а не шарага, — ответила Даша. — Ты же сама хотела учиться в нормальном месте, а не хер знает где.       — Хотела… — еще раз вздохнула Саша и продолжила попытки учиться.       Наблюдать со стороны за тем, как Даша собирается на гулянку, было невыносимо. Дочитав до конца абзаца, Саша отложила листы и сказала:       — Я с тобой.       — Когда выгонят с учебы, можешь не возвращаться домой, восстановиться в свою шарагу и жить дальше со мной — жалко терять соседку, — ответила Даша.       — Даже не надейся — я все сдам, — выругалась Саша.       Саша быстро собралась, за пару минут накрасилась и сказала:       — Губы и глаза — и что еще надо? Нет, штукатурят себя часами!       Дорога в соседнюю общагу, где жили аспиранты и магистранты, заняла минут десять.       — Саша, а ты за что любишь город? — спросила Даша.       — За то, что здесь бухать можно, — ответила девушка.       — Можно подумать, в деревне нельзя, — удивилась Даша.       — В деревне нельзя, в деревне мама, — сказала Саша. — Здесь я могу приползти домой, проблевать полночи, прийти в себя ближе к обеду и все будет хорошо. А дома, вот не сомневаюсь, мама будет еще неделю тыкать носом в то, что пришла бухая. Ты только представь: Димка, когда возвращается домой, всегда жует жвачку. Так он на бровях и не приползал ни разу, если намечаются какие-то грандиозные пьянки, он просто говорит маме, что останется у друга до утра, чтобы не возвращаться слишком поздно. Вот Димке она разрешает, а мне… Мне бы не разрешила ни за что! Потому что меня выебут черенком от швабры, а потом воткнут его в жопу вместо флага, а мама потом сдохнет от стыда, когда это покажут в местных новостях. То есть не моя безопасность ее пугает, а то, что это в новостях покажут!       — Это твоя больная фантазия такое советует? — опешила Даша.       — Да не сказала бы, — отмахнулась Саша. — Мне было лет десять, когда мама спалила, что я переходила дорогу в неположенном месте. Ну смысл переться до светофора, если дорога полупустая? Так она мне каких пиздюлей надавала? Не «это опасно», а «мне ПДНщики [1] надают пиздюлей за то, что дочь не воспитала». Ну просто за год до этого Димка перебегал дорогу хер знает где, его машина чуть-чуть зацепила, сразу гаишники, менты, маму сорвали с работы, ПДНщики и вправду маме пиздюлей надавали за то, что она херово сына воспитала, так потом мама Димке еще долго припоминала, что ей сначала пришлось «лезть в глаза и отпрашиваться с работы» из-за «раздолбайства того, кто не мог дойти до светофора», а потом ее крыл хуями инспектор ПДН. Нет, ты не подумай, ее именно хуями никто не крыл, просто ясно дело, что ПДНщик не слишком ласково с ней разговаривал и обещал все возможные кары земные в виде пятихатки штрафа по статье 5.35 КоАПа, а потом она постеснялась на следующий день отпроситься с работы, чтобы сходить в соц.защиту или куда там она хотела сходить, и ждала лишнюю неделю. В общем, хорошо в городе: можно хоть забухаться, хоть запереходить дорогу в неположенных местах, хоть вообще в хате не появляться — всем будет похер.       Саша посмотрела на удивленную Дашу и спросила:       — А тебе чем нравится город?       — Да примерно тем же, — ответила Даша. — Вот только у меня дома не все так херово, как у тебя. Но тоже такие фокусы не прошли бы. Ты, кстати, в курсе, что мы идем на вписку до утра?       — А почему это вписка, если общага? — спросила Саша.       — Да захотела так и назвала, — произнесла Даша. — Вот только из общаги раньше, чем утром, выйти будет проблематично. Ну разве что по пожарной лестнице потом спускаться…       — Бухой по пожарной лестнице — можно и наебнуться, — уточнила Саша.       — Кстати, ты никогда не хотела травы покурить? — вдруг спросила Даша.       — Да ну нахуй! — выругалась Саша. — Если там будут курить траву, то пусть засунут горящий косячок в жопу, причем любой стороной. А я не пойду.       — Нет, мы идем именно бухать, — ответила Даша. — Курить траву будут на другой хате, я туда не пошла. Но если тебе интересно, могу дать адресок.       — Неинтересно, — сказала Саша.       Перед входом в аспирантскую общагу Даша завела Сашу в магазин и сказала:       — Пропуск на хату — или коробка с полторашкой вина, или бутылка водки. Что больше хочешь пить?       — Вино, — ответила Саша.       — И еще пачку вафель купим, чтобы наутро было, на что валить, если отравимся, — произнесла Даша и понесла покупки на кассу.       Заходить в общагу пришлось с черного хода. Даша куда-то позвонила, после чего с шестого этажа на землю скинули ключ.       — Ищи его, это ключ от задней двери, — сказала Даша. — Не знаю как, но он у всех обитателей есть, копии понаделали. Главное — это не забывать закрывать за собой дверь.       Саша практически сразу увидела ключ и, подняв его, ответила:       — Не общага, а проходной двор какой-то, — удивилась Саша. — А почему мы не могли просто взять и пройти через вертушку со своими пропусками?       — Потому что они здесь другого цвета — вдруг бабка-вахтерша увидела бы? — ответила Даша. — В тетрадочку бы записала, пришлось бы вовремя уходить…       — Что синий картон в обложке, что зеленый — не вижу разницы, — сказала Саша и отдала ключ Даше.       Даша подошла к двери, быстро открыла ее, а потом, когда Саша зашла, закрыла изнутри.       — Вот и все, — сказала девушка. — Сейчас пойдем на гулянку.       Гулянка мало отличалась от всех остальных гулянок, на которых уже успела побывать Саша. Однако когда разговор вдруг зашел о сессии, девушка с явно тоской сказала:       — А я линал [2] все сдать не могу… Ай, ну его в анал!       — Тот самый чудик принимает, который списывальщиков терпеть не может? — спросила какая-то странная девушка с пятью хвостиками и одной косой.       — Да, — ответила Саша.       — Попробуй его умаслить, — сказала девушка. — Некоторые сдавали именно через магазин. Но это было давно и, как говорится, неправда. Мало ли, сколько времени уже прошло.       — А как это происходило? — спросила Саша.       — Парни покупали так называемый «праздничный набор», — ответила девушка. — Три бутылки коньяка по ноль пять, копченая колбаска, сыр, еще что-то. Подходили без свидетелей, поздравляли с праздником. Он спрашивал, с каким, они отвечали, что с праздником сданного экзамена. Он улыбался и ставил четверку. Тройку не ставил, потому что неудобно ставить тройку взяточнику, а пятерку не ставил, потому что на пятерку надо выучить. Как-то так.       Саша поблагодарила собеседницу, после чего продолжила празднование чьей-то закрытой сессии, а Даша тихо сказала одногруппнице:       — Мало ли, кто что напиздел, всем верить нельзя. Не вздумай вот так подставляться, мало ли что.       — Ты мне не мать, чтобы указывать, — удивилась Саша.       — Я тебе не мать, но от ебанавтов правды ждать не стоит, — ответила Даша. — Человек с такой прической — стопроцентный ебанавт. Бухай лучше, больше пользы будет.       — Сейчас бы людей за причу [3] осуждать, — сказала Саша.       — Не за причу осуждать, а сракой чуять, что это пиздеж чистой воды, — произнесла Даша. — На который вестись не стоит.       — Лады, уговорила, — согласилась Саша. [1] инспектор по делам несовершеннолетних [2] линейная алгебра [3] прическа