Золотая эйфория

— ... Не волнуйтесь, он скоро очнётся... Вы должны... Рядом... Готовьтесь к тому, что... Наступит раньше... Подавители... Лололошка жмурил глаза, его веки подрагивали, но он никак не мог их открыть. Он слышал голоса, но мог разобрать лишь несколько слов, но даже так сложить воедино их не получалось. Тело словно горело, было невыносимо жарко. Что-то холодное прикоснулось к его губам, он закашлялся. Потом парень ощутил чужое тело, его тепло, и льнул ближе, но всё это происходило обрывками, было ощущение, будто он как сломанная техника, то работает, то нет. Сознание возвращалось так же быстро, как и уходило. Лололошка с тихим стоном открывает глаза. Тело казалось тяжёлым и чувствовался жар, будто температура подскочила сразу до сорока градусов. Он узнал потолок выделенной ему Тадмавриэлем комнаты, и тут же почувствовал чужие феромоны. Ими буквально была пропитана вся комната, да и он, кажется, сам. «Странно... Почему тут так пахнет Тадмавриэлем?..» Ответ на свой вопрос он нашёл, когда обернулся. Рядом с ним лежал доминантный альфа, явно пребывая во сне. Его волосы, которые он всегда собирал в высокий хвост, сейчас были разбросаны по подушке. Ло никогда не видел спящего Элундаэля, поэтому разглядывал его без стеснения. Внизу живота внезапно чуть потянуло и парень распахнул глаза. События прошлого вчера и ночи накатили на него, словно морская волна.

***

Тадмавриэль ногой открыл дверь в комнату, быстрым шагом дошёл до кровати и положил на неё парня. Он потрогал его лоб, подмечая, что температура только повысилась. — Вызвал врача? — не поворачиваясь, спросил он и не сводил глаз с Ло. Он нежно огладил его щёку. — Да, он уже выехал, — Лукий топтался на пороге, не решаясь зайти. Он не сводил глаз с запястья, которое стало едва ли не сиреневым. Синяк возник с невероятной скоростью, но то, в каком рука была положении... Лукий содрогнулся. — Ваша рука... — Лукий, забудь, — Тадмавриэль снял с парня куртку и обувь, а после сам сел на край кровати, взявшись за свою руку. Мужчина сжал челюсть, раздался хруст. Бета поморщился, словно это ему вправляли запястье. Альфа рвано выдохнул. Эта его чёртова особенность... Блять, хорошо, если вывих заживёт через две недели, а не дольше. Синяк же, наверное, сходить будет дольше. Лукий молчал некоторое время, прежде чем всё же спросить: — Господин... Вы ведь уже всё осознали, верно? — ... Ты всегда такой проницательный, — Фыркнул мужчина, нежно прикоснувшись к чужому лбу. Его подвеска выскользнула из-под ворота рубашки и он подумал, прежде чем снять её и надеть на парня, чуть приподняв его голову. Это действие было намного понятнее и ярче любых слов. Лукий слегка улыбнулся, и казалось, словно какой-то груз упал у него с плеч. Внизу раздался звон и бета поспешил вниз. Он таким тоном приказал личному доктору семьи Элундаэль приехать, что неудивительно, что тот примчался на всех парах. Это был мужчина средних лет, с лёгкой щетиной. Он являлся дельтой, но Тадмавриэль не опасался подпускать этого альфу к Лололошке, так как был уверен в нём, тем более у доктора уже имелась своя пара в виде другого альфы, с которым они вместе работали. Авиан, так звали мужчину, осмотрел омегу, измерил температуру. Он поправил свои очки, записывая что-то на листке. Тадмавриэль взволнованно стоял чуть в стороне, обеспокоенно смотря на Ло. Запах гардении уже распространился по всей комнате, и мужчина уже догадывался, что скажет Авиан. — Когда у него должна быть течка? — Я... Я не знаю... — впервые растеряно произнёс Элундаэль, и доктор покачал головой. — Ладно. Скорее всего она должна была быть уже скоро, но из-за сильного и негативного воздействия феромонов разных альф его цикл сдвинулся, — мужчина порылся в своей сумке и достал оттуда коробку с подавителями и вложил её в руку мужчины. Запястье того было перевязано эластичном бинтом. — Когда он очнётся, дайте ему таблетку и будьте готовы помочь. — Помочь?.. — пробормотал альфа, и Авиан приподнял бровь. — Ну, удовлетворить сексуальное желание, — словно наивному подростку, объяснял доктор. Он собрал вещи. — Или это проблема? — Нет, но у господина и Лололошки ещё не тот статус отношений, — встрял в разговор Лукий, и Авиан медленно кивнул и посмотрел на мужчину. — Как бы то ни было, ваши феромоны гармонично сочетаются. Я не призываю вас заниматься с ним сексом, но проявить ласку будет нужно. Так течка быстрее откатится на некоторое время и господин Лололошка будет чувствовать себя лучше. Тадмавриэль ничего не мог возразить. Пока Лукий провожал доктора до двери, альфа посмотрел на таблетки в своих руках и поджал губы. Он сходил в ванную и намочил полотенце, после положил его на горячий лоб парня. — Господин, что вы планируете делать дальше? — в дверном проёме показался Лукий. Он с сочувствием смотрел на омегу, на долю которого выпало за один день повстречать сразу четырёх агрессивных альф. — Ты можешь уходить. Я дальше справлюсь сам. Бета поджал губы, но не возразил. Здесь наверняка всё пропиталось феромонами Лололошки, но он бета, ему их не почувствовать и в подобной ситуации он мало чем может помочь. Поэтому прежде, чем уйти, мужчина попросил: — Позвоните мне завтра, пожалуйста. Лукий ушёл, а Тадмавриэль так и остался сидеть на краю кровати. Стакан воды давно стоял на тумбочке, чтобы дать Ло попить, если тот захочет. Феромоны гардении буквально окутывали его, но Тадмавриэль сдерживался. Этот запах манил к себе, пленил, словно оковы, но Элундаэль не являлся слабовольным. Прошло минут десять, прежде чем послышалось мычание со стороны Лололошки и тот приоткрыл глаза. Мужчина тут же подлетел к нему, помогая чуть приподняться. — Ло, тише, аккуратнее... — как только парень посмотрел на него, альфа поджал губы. Глаза были словно поддёрнуты плёнкой. Мужчина взял стакан с тумбы и таблетку подавителя, которую заранее подготовил. — Давай, тебе нужно выпить таблетку. Лололошка дёрнул носом, вяло приподнимаясь сам и поддаваясь вперёд, уткнулся носом в шею Элундаэля, от чего тот сглотнул. — Мне так нравится твои феромоны... Риэль... Тадмавриэль замер, словно его облили ледяной водой. Его руки опустились на чужие плечи и с силой отстранили. Тадмавриэль заглянул в тёмные глаза и сказал: — Открой рот. Парень беспрекословно выполнил просьбу, и на его язык тут же опустилась таблетка. Тадмавриэль дал ему стакан в руки. — Пей. Омега посмотрел на жидкость в своих руках и помотал головой. — Не хочу, — Ло явно собирался выплюнуть таблетку, но мужчина резко отобрал у него бокал и сделал глоток сам, потом внезапно впился в чужие губы. Лололошка выдохнул, прильнув как можно ближе, словно этого и ждал, и проглотил воду, что передал ему альфа. Тадмавриэль собирался отстраниться сразу же, но парень вцепился в него и не хотел отпускать. Элундаэль вскинул руки, не зная, что делать. Его разум пришёл в смятение, а сущность альфы желала сейчас же обладать этим омегой. Сделать его своим. Лололошка, видимо, совсем не осознавал опасности всей ситуации, ведь сам взял чужие руки и положил их на свои бёдра. Парень рвано выдохнул. Разум плыл, хотелось больше прикосновений этого мужчины, поцелуев, стонов... Тадмавриэль резко отстранился от него. Между их губами тянулась нить слюны и каждый тяжело дышал. Элундаэль смотрел на пухлые губы, что поблескивали от влаги и света светильника. Он ещё ощущал, как чужой язык ещё несколько секунд назад юрко проникал в его рот. — Почему?.. Ты не хочешь меня?.. — Ло учащённо дышал, его тело пылало, одежда съехала и задралась, а какой запах исходил от парня... Да чёрт подери, да если бы в этом мире не было вторичного пола, Тадмавриэль понимал, что не сдержался бы и в таком случае. — Хочу... — тихо выдохнул мужчина и поднял взгляд. — Но я желаю, чтобы ты чётко осознавал всё. Лололошка прикусил губу, склонив голову набок. Если здравомыслие и осталось где-то в нём, то сейчас оно спряталось в самом тёмном уголке внутри него. Тадмавриэль кинул взгляд на свои наручные часы. Обычно эффекта от подавителей нужно ждать где-то час, если не больше, но Авиан дал ему препарат премиум-класса. Так что скоро уже... Лололошка вдруг потянул мужчину на себя и они вместе оказались лежать на мягкой кровати лицом друг к другу. Омега прижался к нему, снова утыкаясь в шею и вдыхая феромоны пассифлоры. Тадмавриэль же вновь сглотнул, но обнял парня в ответ, крепко прижав к себе за талию. Господи, он с ума сойдёт от этого сладкого запаха... Элундаэль замер, когда понял, что Ло прижался к нему слишком близко. Особенно его пах, он был прямо... — Помоги мне, Риэль... — тихо протянул парень прямо ему в ключицы. Блять. Блять. Блять. «Проявить ласку будет нужно. Так течка быстрее откатится на некоторое время и господин Лололошка будет чувствовать себя лучше» — вспомнил совет Авиана Тадмавриэль, и едва не зарычал, стиснув челюсти. Его здоровая рука медленно скользнула вниз, и Лололошка хрипло простонал, сделав движение бёдрами. — Тадмавриэль... Риэль... — Вздыхал Ло, сжимая руками ткань чужой рубаки на спине. Рука мужчины быстро расстегнула ремень штанов и медленно скользнула под резинку нижнего белья. Лололошка начал хватать ртом воздух, его тело из-за течки стало таким чувствительным, что он готов был застонать от одного прикосновения к себе. Он совсем потерял связь с реальностью, чувствуя только, как крепкая рука доминантного альфы совершает быстрые движения по его члену. Бельё стало мокрым, штаны, кажется, тоже, их точно нужно будет отправить в стирку. Тадмавриэль прикусил губу, чувствуя, как в собственных штанах становится болезненно тесно. Омега прогнулся в спине, изливаясь в чужую руку. Элундаэль тяжело дышал и медленно отстранил от себя парня, который, кажется, снова отключился. Он был всё ещё слаб, поэтому не выдержал накрывших его ощущений. Тадмавриэль медленно поднялся на локтях, аккуратно укладывая Ло на подушку. Мужчина был даже рад, что омега снова провалился в сон. Иначе он бы просто не выдержал и... Элундаэль даже думать не хотел, что мог бы сделать. Никогда он так не возбуждался и не хотел кого-то до дрожи в теле. По крайней мере последние шесть лет. Альфа встал с кровати и направился в ванную. Волосы он решил распустить. Вряд ли Лололошка проснётся в ближайшее время, поэтому после небольшой «помощи» для себя, мужчина переоделся, обтёр тело Лололошки, заодно переодев его в домашнюю одежду. Руки подрагивали, когда он стягивал чужие боксёры, но не оставлять же парня спать в испачканном нижнем белье. В общем, стараясь не пялиться на обнажённое тело, Тадмавриэль быстро одел Ло, а потом сам лёг рядом на кровать, решив не уходить в свою спальню. Вдруг у омеги снова поднимется температура? Лололошка промычал что-то и повернулся, обнимая мужчину. Тот уже спокойнее ответил на объятия, вдыхая чужие феромоны, которые, кажется, пришли в норму и больше не были такими сладкими, как недавно. Видимо, подавители подействовали. Тадмавриэль поцеловал чужую макушку и прикрыл глаза. Он знал, что некоторые омеги могли не помнить события во время течки, и не знал, чего хотел больше: чтобы Лололошка ничего не вспомнил из сегодняшней ночи или наоборот, всё помнил.

***

Парень вспыхнул, тяжело сглотнув. Ему было ужасно стыдно за своё распутное поведение. Именно поэтому он всегда проводил период течки в одиночестве. По крайней мере старался. Единственный раз, когда не получилось, это в период его отношений с Эбардо. И вот, получается, сейчас. Лололошка постарался успокоиться. Они ничего такого не делали. Ну поцеловались. Ну Тадмавриэль ему «помог». Намного серьёзнее всё было бы, если бы у них с Риэлем был секс. Подождите... Риэлем? С каких пор он называет так альфу? Парень помотал головой и услышал тихий звон. Лололошка в недоумении посмотрел на свои ключицы, на которых была видна серебряная подвеска в виде небольшой искорки. Он перевёл шокированный взгляд на спящего мужчину, его руки задрожали, когда он коснулся ворота его рубашки и оттянул, словно желал убедиться. Сердце отбивало бешеный ритм. На шее Тадмавриэля ничего не было. Лололошка пребывал в растерянности. Элундаэль... Действительно отдал ему настолько ценную для себя вещь? Значит ли это, что..? Взгляд тёмных глаз зацепился за чужие уши. Они были заострёнными. Не то чтобы парень не замечал, но сейчас ему впервые удалось более лучше рассмотреть их форму. В начале он думал, что ему кажется, но как оказалось, нет. Лололошка аккуратно коснулся их, чуть нахмурившись. В особенности доминантных альф входили только фиолетовые глаза и способность подавлять других альф, но никак не заострённые уши. Это казалось странным. Потом взгляд Лололошки скользнул к чужому запястью, которое было перебинтовано эластичным бинтом. Он вспомнил, как вчера мужчина сдержал удар Эбардо именно этой рукой. «Но ведь даже у обычных альф от такого минимальные повреждения...» — Лололошка, не сумев преодолеть своё беспокойство, тихо и аккуратно привстал и немного развязал повязку. Сквозь пространство бинтов в глаза ярко бросалась потемневшая кожа. Парень рвано выдохнул. Это был уже не синяк, а настоящая гематома. И судя ещё по эластичности бинта, скорее всего был вывих. Ло вздрогнул, когда понял, что пусть Тадмавриэль и доминантный альфа, но у него явно была какая-то особенность. Парень оглянулся, обнаружив свой телефон на тумбе. Как можно бесшумнее взяв его, он принялся искать в интернете, введя простой поисковый запрос: «Заострённые уши и частые травмы». Спустя пару неудачных попыток, Ло всё же смог найти нужную ему, вроде бы, информацию. Возможно у Риэ... Тадмавриэля был синдром Элерса-Данлоса. — Как ты себя чувствуешь? Лололошка едва не подскочил на кровати. Он резко обернулся и столкнулся нос к носу с мужчиной, который проснулся и заглядывал ему через плечо в телефон. Тадмавриэль бросил взгляд на его губы и парень невольно облизал их, а потом вспыхнул, вспоминая, что творил ночью. Ло совершенно не обеспокоился тем, что Элундаэль нарушил его личное пространство и принялся извиняться: — Тадмавриэль, прости!.. Я совсем не контролировал себя... И я не хотел узнавать о тебе что-то тайно, просто... — Ло замолк, почувствовав нежный запах чужих феромонов, который буквально окружил его, успокаивая. — Тебе не за что извиняться, — мужчина заправил выпавшую прядку за чужое ушко и улыбнулся. — Я совершенно на тебя не злюсь. Всё хорошо. Лололошка невольно прильнул к прикосновениям, прикрывая глаза. Подавители, которые дал ему Тадмавриэль ночью, действовали отлично и он чувствовал, что пока не ощущает сильного жара. Течка накатывает волнами, давая омеге перерывы на сон и еду. Если бы она шла беспрерывно несколько дней, парень вообще не знал, что тогда делал бы. Сидел дома все эти дни, наверное. — Так... Что с твоей рукой?.. — Лололошка выглядел крайне обеспокоенным, поэтому Тадмавриэль не стал больше скрывать. Он вздохнул, убрал руку и честно сказал: — Всё верно, у меня есть этот синдром. Из-за него заострённые уши и я легко получаю травмы, даже обычный ушиб заживает дольше. Говорить о переломах вообще нечего. Полгода, может, чуть меньше, — мужчина выглядел спокойным и легко улыбался, но Ло выглядел потрясённым. — Из-за того, что я проявился, как доминантный альфа, мне повезло и моя кожа не слишком эластичная, чтобы заметить что-то неладное. Скажем так, из всех синдромов я больше всего избежал именно этого. Эграссель тоже перенял это и поэтому... Умер сразу, когда машина врезалась. Ло почувствовал болезненное чувство в груди, словно это он пережил потерю близких людей. Парень протянул руку и коснулся щеки мужчины, отчего тот поднял на него взгляд своих фиолетовых глаз. — Мне правда жаль... — прошептал Лололошка, и захватил Элундаэля в свои объятия. Тот выдохнул и прижался к парню ближе. Слабый запах феромонов смешался, распространяясь по комнате. — Сейчас... Я счастлив... Сердце Лололошки стучало, как бешеное, и он мог поклясться, что чувствовал, что у Тадмавриэля то же самое. В голове невольно снова всплыли сцены поцелуев. Ох, как же не вовремя... И в этот же момент зазвонил телефон. — Тц, — мужчина явно был не доволен, что этот момент прервали. Пришлось отстраниться и ответить на звонок. — Алло? — альфа шёпотом произнёс для Ло: — Это Лукий. Тадмавриэль поднялся с кровати и вышел из комнаты, чтобы поговорить. Лололошка неловко мял край тонкой одеялки. Он вдруг подумал, что ему следовало бы позвонить Лукию, чтобы кое-что уточнить. Поэтому как только Тадмавриэль закончил разговор и вошёл обратно в комнату, Лололошка, неловко улыбнувшись, произнёс: — Прости, что напрягаю, но... У нас есть что-нибудь на завтрак? — О? А, да, конечно, сейчас приготовлю, — Элундаэль сказал это так поспешно и казался немного растерянным, будто не ожидал такого вопроса. — Я тогда пока в душ схожу. — Хорошо. Мужчина покинул комнату, спеша приготовить завтрак. Ло сейчас был более-менее в нормальном состоянии а значит подавитель все ещё действовал. Честно говоря, к кухне он не прикасался уже много лет, но... Руки же должны помнить, верно? Ох, боже... Он надеялся, что ничего не спалит. Лололошка тем временем взял сменную одежду и пошёл в душ, не забыв при этом прихватить телефон. Он включил воду, чтобы было не слышно разговора. Найдя нужный контакт, он набрал его и послышались гудки. — Алло, Лололошка? — голос был взволнованным. — Да, — парень неловко улыбнулся, хотя знал, что собеседник не мог его видеть. — Как ты? Всё в порядке? — хоть бета уже и спросил обо всём у Тадмавриэля, видимо, хотел лично убедиться. — Да всё хорошо, я чувствую себя гораздо лучше. Ну, я думаю, это только на ближайший час или два, а потом снова накатит течка, — Лололошка вздохнул и решил сразу перейти к вопросу, по которому звонил: — Лукий, слушай... Я сегодня проснулся и обнаружил на своей шее подвеску Тадмавриэля. Скажи, насколько это действие... Серьёзное? На той стороне вывисло небольшое молчание, но после мужчина всё же ответил. Его голос был серьёзным, но в нём скрывалась некая теплота: — Лололошка, ты ведь знаешь, что эту подвеску подарила ему Тейрасса, — скорее как утверждение, чем вопрос, произнёс Лукий. — Так вот, как я уже говорил, при мне за все эти шесть лет он не снимал её ни разу. Про то, чтобы отдать её кому-то другому, и речи быть не могло. Но, видимо, тебя он посчитал дорогим для себя человеком, раз сделал это. — То есть это..? — Ло сглотнул. Его голос был тихими и хриплым. Он уже всё понял. — Это его признание, Лололошка. Признание в том, что он тебя любит. Не нравится, не интересен, а именно любит. Эта мысль крепко засела в голове, и Ло казалось, что ему вдруг стало так легко, словно у него отросли крылья. Его совершенно не пугало признание Тадмавриэля. Да и он уже знал, что ответит ему. Вернее, а так ли нужно отвечать? Может быть он может сделать так же, как и Элундаэль? Без слов. Ло совсем замечтался и забыл, что Лукий все ещё на связи. Омега поспешно попрощался и не забыл поблагодарить бету за помощь. Конечно, он бы и сам это понял, но, скорее всего, лишь через несколько дней. Лолололошка был не тем, кто любил терять время зря. Он быстро ополоснулся, решив больше не отвлекаться и не задерживаться. Когда он спустился вниз, то учуял запах жареного теста. Заглянув на кухню, он обнаружил Тадмавриэля с надетым фартуком. Тот стоял у плиты и жарил оладьи, кажется, не учуяв его феромоны из-за запаха их. Лололошка тепло улыбнулся, внутри сразу стало так приятно и радостно, что парень не выдержал и тихо подошёл к мужчине, облокачивая ему голову на предплечье. Тот вздрогнул и повернул голову, встречаясь с тёмными глазами. Ло нежно улыбался и Элундаэль медленно понял, что значит столь близкий жест. Ответ на подвеску. Слова и правда были излишни. Не то чтобы Тадмавриэль не мог их произнести, но он просто... Отвык. Он обязательно произнесёт их, только... Чуть позже. Да и Лололошка вроде поддерживает такое выражение чувств. — Я не знал, что ты умеешь готовить, — тихо протянул парень, и мужчина почувствовал себя таким счастливым, каким не ощущал уже давно. — На самом деле, я отвык... — Тадмавриэль усмехнулся, кинув взгляд в сторону. Ло посмотрел туда и заметил сгоревшие оладьи в количестве трёх штук. Он не сдержался и хихикнул, на что альфа шутливо хмыкнул, будто бы изображая недовольство, но не сдержал улыбки, выдавая себя полностью. — Ладно, если честно, я думаю они будут вкусными. Тем более, у тебя же болит рука, — Ло потянулся к одному из неудавшихся оладьев, но его руку тут же перехватили. — И все же не бери эти. Я сейчас делаю намного лучше. Парень не смог сдержать счастливой улыбки, ему очень нравилось то чувство, когда мужчина заботился о нём. Он не стал больше ничего говорить и послушно сел за стол, ожидая завтрака. Лололошка сам себе удивлялся, насколько быстро привык ко всем удобствам. Нет, в доме его родителей тоже всё было роскошно, ужин всегда готовила домработница. Однако не было в этом всём тепла, нежности и любви, в которой сейчас пребывал Ло в чужом доме. Поэтому он старался сохранить в памяти каждое мгновение, хотя знал, что это невозможно. Спустя где-то минут пятнадцать завтрак всё-таки был готов и Тадмавриэль поставил тарелку с румяными оладьями на стол, полив сверху карамелью. — Попробуем же наконец, — Ло с нетерпением протянул руку к тарелке. — Осторожно, горячее, — предупредил Элундаэль, но Лололошка уже откусил кусочек. Он быстро жевал, и Тадмавриэль, хоть и не подавал виду, был взволнован. Как уже и упоминал мужчина, к готовке он притронулся впервые за шесть лет, так ещё и повреждённое запястье мешало нормально готовить, поэтому он волновался, что... Послышался хруст. В тишине он был отчётливо слышан. Парень замер, как и мужчина. Ло медленно высунул язык и снял с него небольшую яичную скорлупу. — ... — ... Тадмавриэлю хотелось провалиться под землю. Только кончики его покрасневших ушей выдавали смущение. — Давай просто выбросим это, — решил он, протягивая руку, чтобы забрать тарелку. — Нет! — омега, который только секунду назад хотел посмеяться, но сдерживался, в испуге придвинул все оладьи к себе. — Я съем! Откуда ты знаешь, может быть, это был единственный... Такой? Элундаэль промолчал. Ему не оставалась ничего, кроме как тоже взять себе порцию. И, как выяснилось, всё же тот «особенный» экземпляр был не единственным. Мужчина себе пообещал, что начнёт каждый день тренироваться в готовке, чтобы больше так не ударить в грязь лицом. Он всё время вспоминал это выражение лица Лололошки, когда он старался не засмеяться и подавлял смех. Его явно позабавила вся эта ситуация, а вот Тадмавриэлю оставалось только сидеть не только с покрасневшими ушами, но и шеей. К сожалению, долго сидеть вместе не получилось. Как уже упоминалось, подавитель это лишь временный эффект, да и сама течка откатывает только на несколько часов, поэтому вскоре, ближе к двенадцати дня, Лололошка ушёл в свою комнату и просидел там почти до вечера. Ему не хотелось как-то смущать Тадмавриэля, да и себя тоже, и он до сих пор не знал, на что способен, если почувствует полюбившийся феромон пассифлоры. Хотя омежья сущность и требовала присутствие альфы рядом, и Ло даже несколько раз за день порывался выйти из комнаты, чтобы найти в этом огромном доме Элундаэля, который, скорее всего, был в своём кабинете, заваленный работой, которую откладывал, он этого не сделал. К своему счастью, парню удавалось удержать себя. Тадмавриэль периодически, раз в час, стучал в его комнату, спрашивая о состоянии, и Лололошка мысленно поблагодарил его за то, что он так понимает всю ситуацию. Лишь ближе к вечеру Лололошка смог выйти из комнаты, когда принял очередную таблетку подавителей. Его феромоны заметно успокоились и он надеялся, что не будет сильно влиять на Тадмавриэля. Поэтому Ло предложил первое, что пришло ему в голову, чтобы провести выделенное время до новой волны течки вместе: — Посмотрим фильм? — Конечно, давай, — альфа не противился и даже был рад такой перспективе провести этот вечер. Фильм оказался приключенческим, с элементами юмора. И сначала Лололошка смеялся, был увлечён просмотром, но к девяти вечера начал клевать носом. «Ха, ну что за детские планы выдумывает этот парень?» — мысли Тадмавриэля были обращены к глупому главному герою на экране телевизора. Внезапно он ощутил тяжесть на своём плече. Повернувшись, мужчина обнаружил, что Ло уснул и положил голову ему на плечо, а через несколько секунд обнял его за руку. Элундаэль тихо выдохнул, чувствуя, как в нос ударил тонкий аромат феромонов гардении. Мужчина подумал, прежде чем окружить парня своими феромонами. Совсем чуть-чуть, чтобы тот не среагировал на них. Тадмавриэль аккуратно взял пульт и убавил звук на телевизоре. Он медленно наклонил свою голову и положил её на чужую макушку. Лишь слегка облокотился, чтобы не мешать Лололошке давлением от лишнего веса. Подобная сцена была когда-то в прошлом, лет восемь назад. Но сейчас Тадмавриэль совершенно не хотел вспоминать о прошлом. То, что было давно, уже не вернуть. Ему теперь нет нужды держаться за события прошлого. Ведь сейчас на плече Тадмавриэля спит его настоящее.