Испорченный брокколи

      Когда что-то портится, это нужно незамедлительно отправить в мусорку. Но иногда, это что-то, становится таким родным, словно прирастает к тебе невидимыми нитями. И ты все понимаешь, соглашаешься с собой, но чувствуешь иначе, и оно продолжает лежать пока возможно из этого что-то не зародится новая жизнь.        — Харе хандрить, малышка, — это что-то огромное и шумное схватило меня за плечи, не давая собраться с мыслями, теребя из стороны в сторону.        — Это не хандра — это работа. Перестань меня дергать и иди куда хотел, — выдохнула, потирая виски. В последнее время часто болела голова и причин для этого было несколько: подача субсидий и гиперактивный Джоб, который после отъезда брата в Германию словно сошёл с ума. — И хватит этого противного "малышка", если думаешь, что это круто, ты явно свернул не туда.        — Постоянно забываю, что ты мамонт. Сколько там тебе? Сорок пять?        — А ты гангста-репер? Иди отсюда, не порть настроение.        С сумасшедшей семейкой Беллингемов судьба меня свела пять лет назад, когда профессор предложил пройти практику в компании его давнего знакомого. Ферма находилась недалеко от моего дома, что для меня, тогда, казалось крайне выгодным предложением. Никогда бы не подумала, что сто раз пожалею о своем решении. И нет, зарплата и условия тут совершенно не при чем. Проблема в открытом добродушии семьи, из-за которых я уже пятый год не могу уволится и поехать работать в Лондон, о котором мечтала в студенческие годы.        — Эвелин! — широко распахнув двери вошел глава семейства и директор Марк, — Мы все получили, сейчас пришло подтверждение на почту. Ты молодец! Премия от меня, начислишь себе с тридцати процентной надбавкой.        Видимо, благодаря бывшей футбольной карьере мужчина был всегда подтянут и энергичен, тем не менее, первое впечатление о нем было, по большей части, ошибочным он казался смурным и тяжелым, по факту имея справедливый, добродушный характер. Даже миссис Беллингем казалась на его фоне милой и доброй, хотя как раз она была тем самым жестким лидером, всецело занимаясь непростыми делами детей.        — Можно я тогда поработаю сегодня из дома? У нас не бухгалтерия, а проходной двор. Дэвис заходил, сказал привезли не те удобрения и Кэтлин просила вас заехать на ферму, что-то там на сыроварне, я уже не разобрала что, она гудела как чайник.        Марк разразился глухим смехом.        — Я только от них, эти женщины сведут меня с ума.        — Не вас одного, — пробурчала себе под нос. На сыроварне, которую мы ласково называли "Дом безумия", постоянно происходили разборки, драки. Женщины то и дело наперебой приходили жаловаться на очередную выходку друг друга, рассказывая кто кого увел, и с кем теперь встречается агроном Грэнхолм, и куда вчера вечером ходила доярка Альберта. Влиял на них так коллектив или что-то не так было с местом оставалось загадкой, но стоило нам взять нового спокойного и тихого сотрудника, как через пару месяцев у него срывало крышу и он поддавался общему безумию. — Тогда я пойду, и ты тут не стой, уходи уже, — подтолкнула ковыряющегося в бумагах Джоба. — Не трогай, после тебя вечный бардак!        — Подвезешь? — Джоб неспешно шел рядом, пока я торопливо вышагивала к своей машине.        — Садись, — закинув сумку на заднее сиденье компактного форда, села за руль.        — Не устаю удивляться, у тебя все такое маленькое, — Джоб пытался уместиться в кресле, максимально отодвигая его назад, и комично съезжая, чтобы удобно вошли ноги.        — Да, — устало протянула, намекая, чтобы он от меня отстал.        — Завтра прилетает Джуд, отвезешь меня в аэропорт? — никак, не затыкался, — Не хочу ехать с родителями, они опять начнут спрашивать про успеваемость, планы, результаты. Надоело. А ещё у Джуда матч скоро в Лондоне, ты с нами?        — Что мне там делать? Работы полно.        — Я думал, ты его фанатка. Раньше вы часто общались.        — Раньше — это четыре года назад? Ещё что вспомнишь?        — Как ты танцевала со мной на день города? Тогда ты еще была не такая маленькая. Ещё мадам Беркли тебя отругала, что ты не в форме, думая, что ты моя одноклассница. Это было забавно, особенно после того как она узнала, что тебе двадцать четыре.        — Что ты пристал к моему росту? Сейчас пешком пойдешь.        — Да ладно, теть, не злись, - добродушно смеялся парень. — Мне вот тоже нравятся маленькие девушки. Помнишь, ещё было забавно, когда к тебе подкатывали старшеклассники, Джуд тогда влетел на полных парах, думал тебя задирают, - продолжал болтать, смеясь на весь салон, чем ещё больше раздражал и без того ноющую голову. — Я до этого думал, Джуд из нас самый добрый и таких слов даже не знает. Как все рты позакрывали, когда ты Джуду по ноге пнула.        — Все, я больше тебя не выдержу, — строго посмотрела на неумолкающего парня. — Поедем в тишине или я еду одна.        — Ты же не сможешь меня вытолкать, — самоуверенно посмеялся.        — Оставлю машину здесь.        — Ладно, понял.        Закончив с делами, устало упала на кровать, заворачиваясь в плед словно гусеница. Хотя бы сегодня, я мечтала отдохнуть от постоянных тревожных мыслей и накручивания себя по пустякам, но увидев криво лежащую сумку, поняла, что не убиралась дома уже минимум неделю. Обругав себя за лень, все же принялась за уборку, чертыхаясь, что не могу позволить себе простого, до боли банального — лечь и ни о чем не думать.        — Ты обещала меня отвезти в аэропорт! — на автомате взяла трубку и тут же пожалела, услышав голос Джоба.        — Поезжай с родителями или вызови такси, — сбросила вызов не дав договорить, времени на шутки не было, Дью, после веселой ночки, напортачил с документами на продукцию и поставку могли отменить, поэтому я как очумелая неслась в отдел, нарушив, наверное, сотню правил. Не сказать, что Томас Дью был плохим работником, или не ответственным, но для своих сорока с копейками достаточно инфантильным и невнимательным. И эта его невнимательность проявлялась в самые важные моменты, при том, предугадать, когда выстрелит это Чеховское ружье было просто невозможно.        Я вбежала в здание ровно в тот момент, когда женщина принимающая документы, с видом полного разочарования, шла по коридору, уже намереваясь разворачивать машину, нагло впихивая в ее руки новые, попутно извиняясь за совершенную ошибку.        — Надеюсь, это в последний раз, — отчитывала меня как младшеклашку. — Можно же заранее все проверить. По несколько раз пересматривайте. Штрафы потом не мне придут.        — Хорошо, — заверила я ее.        Питер Лэгли — водитель с большим стажем работы, степенно курил у машины ожидая финального вердикта. Выдержка этого мужчины меня поражала, казалось, пошатнуть его спокойствие не способен даже начавшийся тайфун. Конечно, мне не было известно вел он себя так всегда или только на работе, ведь судить я могла только по ней, и подобен он был вековой горе.        — Едем? — спокойно спросил он, затушив недокуренную сигарету.        — Да, все обошлось.        Безмолвно кивнув он сел в кабину. Машина тронулась с места и у меня наконец отлегло, как жаль, что это состояние не продлилось чуточку дольше чем двадцать три минуты, сорок пять секунд. Лопнуло переднее колесо. Мне хотелось бы сейчас послать все к чертям, пнуть мой маленький комфортный форд и уйти на встречу с бесконечным вечным. Вызвав эвакуатор и ощутив всю беспомощность положения, легла за заднее сиденье, включив музыку. Было ли мне весело? Нет. Хотелось ли продлить этот миг? Возможно. Больше предпринимать было по сути нечего, позвонив отцу я убедилась, что он на смене и сиюминутно помощи ждать не от кого, поэтому отдалась в руки беспощадной тревожности вперемешку с тотальным бездействием.        — Как раз тебя я и скала! — Кэтлин неслась ко мне со всех ног, — Представляешь что происходит?! — она задыхалась от волнения и бега. Тем не менее, намереваясь продолжить выливать на меня информацию.        — Не сегодня, — отрезала я.        Мало того, что вся эта крысиная беготня, колесо — сожрали весь день. Доставив машину в ремонт, оказалось, что помимо смены колеса там работы часа на четыре и на эти четыре часа я оказалась без машины, с единственным средством передвижения — своя правая и левая.        — Эвелин! — бодро вышагивал директор, видимо удачно встретив старшего из сыновей. — Ты же должна быть дома, но смотрю, прямо, тянет тебя работать, - по-доброму усмехался мужчина.        — Директор! — переключилась на него Кэтлин, но тут же была остановлена жестом.        Единственное, что я сейчас хотела, это оказаться дома, принять душ, полакомиться чем-то вкусным, завернуться в зеленый длинноворсный плед и смотреть сериал, осталось придумать как добраться до дома: подождать машину или разориться на такси.        — Только не сегодня, вчера наслушался. Подкопи информацию, — давал указания директор Кэтлин. — В понедельник, во вторник все и расскажешь.        — Ну это невозможно! — сокрушалась девушка, но тем не менее позиции сбавила, ещё раз кинув на нас, полный желания поделиться информацией, взгляд удалилась в сторону обеденной, рассказывать сплетни другим.        — Ты без машины? — неожиданно приметил Марк.        — В ремонте, — подтвердила. — Мастер сказал часа на четыре.        — Да, поздновато, — по-отечески скрестил руки на груди, сводя брови к переносице. — Давай тогда довезу. Дождемся только моих.        Иногда наши сокровенные мысли и желания каким-то чудом уходят во вселенную, преобразуются и становятся реальностью, но только не в том виде, в котором ты желаешь, а совершенно наоборот. Порой, мне кажется, где-то сидит полный неуч, который превратно понимает и передает людские мысли, которые становиться сюром происходящем в реальном мире.        — Всё посмотрели? — радостно и очень гордо сказал Марк, смотря на приближающихся сыновей. — Увидел, как за три года тут все поменялось? — беззастенчиво хвалился старшему сыну директор.        — Да, в последний раз я приезжал масштаб был гораздо меньше, — подтвердил слова отца Джуд.        — Только одно в нашей ферме неизменно, — тряс меня довольный приездом брата Джоб. — Ты такая предательница, Эли, как ты могла.        — Что за Эли? Где ты это берешь? — скинула руки со своих плеч.        — Привет, Эви. Эви же можно? — потянулся для объятий Джуд.        — Можно, — согласилась, не думая, что он ещё помнит это, уходя от неловких объятий.        — Как это работает, объясните? Одна буква так много решает, брат? — висел уже на брате Джоб. — Эви? Что за Эви? А откуда это взялось? Пап.        — Садитесь в машину, подбросим Эвелин, — сказал директор и я по привычке, если это была не моя машина или машина отца села назад.        — Так мне кто-нибудь объяснит? — не унимался Джоб. Приезд брата вплеснул в его кровь конскую дозу эндорфина, поэтому сев, по той же, банальной привычке вперед, он оборачивался на Джуда ерзая в кресле. — Когда я это пропустил? Ты же говорила вы четыре года не виделись.        — Получается так, — подтвердил Джуд.        Момент, когда я стала Эви был для меня смазанным. Тогда, все мои мысли занимал Фрэнк, высокий татуированный молодой человек, на два курса старше меня, он давно выпустился, но не пропускал ни единого удобного момента появиться в стенах университета, покоряя юных особ своим красноречием и необыкновенным юмором. На тот момент я уже не считалась юной, но его юмор был мне близок, поэтому мы часто соприкасались, оказываясь в одних тусовках. Многим позже я поняла, что ему просто нечем было заняться и по сути за красноречием не скрывался какой-то особенный ум, только харизма, которая давала трещину стоило узнать человек глубже, потому что той самой глубины в нем и не оказалось. Но в тот момент я была полностью поглощена пылким чувством, которое увы смелости мне выплеснуть не хватило, или не дала гордость, которой я, тем не менее, благодарна. На этот же период наложилась первая серьезная влюбленность Джуда, имя девочки я не знала, но могла предположить, что это красавица Эйлин. Мы много разговаривали, делились мыслями, он постоянно спрашивал и я беззастенчиво отвечала, так как считала себя опытной взрослой. Возвращаясь назад, могу лишь посмеяться оттого, какой же самонадеянной я тогда была.        — Мама просила вернуться побыстрее, — словно напомнил отцу важную информацию ,сидящий рядом со мной, Джуд, — Давай к нам, а потом, я возьму машину и сам довезу Эви. Так же будет удобно? — обратился уже ко мне.        — Если торопитесь, я и на такси доберусь, — ответила. — Можете прямо здесь высадить.        — Молодец. Всё нормально, как раз и поужинаем все вместе, — я прямо почувствовала как зажегся этой идеей директор.        Неловко было отказывать, но ещё более неловко было ехать на ужин.        — У меня дела дома.        — Какие дела? — уточнил директор.        Мой мозг взорвался в попытке придумать правдоподобную отмазку. Что-то убедительное, но как на зло в голове был полнейший хаос, а резкое, но правдивое — " Не хочу" звучало слишком жестоко.        — Ты же как раз у нас и была года четыре назад, — ворвался в разговор Джоб. — И не видела мою коллекцию футболок.        — Ххмх — кашлянул многозначительно Джуд.        — Ну, не совсем моя, но так как я за нее отвечаю, то считаю отчасти своей, — улыбался Джоб. — Я прав, брат?        Джуд улыбнулся махнув головой.        — Только если ненадолго, — ответила согласием, хоть и совершенно не желала этого.        — Обещаю, долго не задержим, — тепло улыбнулся Джуд.        Не знаю точно, почему судьба решила подарить мне такой суматошный день, заканчивающийся, впрочем, не уютным вечером в компании меня, а совершенно взрывным в компании неугомонного Джоба.        — Пойдем покажу, ну пойдем! — я собиралась уже уходить, но младший из Беллингемов настырно тащил на второй этаж. — Тебе понравится, гарантирую.        — Футболки как футболки, — но я готова была сказать что угодно, лишь бы оказаться дома. — Но готова петь дифирамбы, если после этого я поеду домой.        Джоб открыл дверцу являя приемлемого размера коллекцию футболок разных клубов        — Вау! Ащее, — наигранность невозможно было скрыть. — Футболки! Вот это круто!        — Реально же? — совершенно открыто радовался Джоб.        — Поехали, отвезу, — прислонившись к стенке стоял Джуд.        После небольшого ужина я поняла насколько изменился Джуд. Это и не удивительно, мы не виделись четыре года, а тогда он был совсем сопляком. Конечно это не десять, не пятнадцать лет и он все ещё молодой мальчишка, но теперь в нем чувствовалось уверенное спокойствие и сила.        — Я с вами, — подорвался с места Джоб        — Лучше помоги маме, — как отрезал старший.        Может и следовало взять с собой неугомонного младшего Беллингема, неловкость пришла как-то неожиданно с открытой для меня дверью и поднятой большой смуглой руки, в попытках помочь мне сесть в машину.        — Джентльменом растешь. Девушки, наверное, в восторге, — сказала без злого умысла, взявшись за протянутую руку, не без труда запрыгивая в высокую для меня машину.        — Чем обычно занимаешься? Встречаешься с кем? — обойдя машину и сев за руль, начал с неуютного опроса. — Давно не виделись, интересно, — расслабленно добавил.        — Ага, но что за вопросы? — скривилась. — Работаю у твоего отца, всё. Фильмы смотрю, дома прибираюсь. Что ещё? В фитнес зал хожу. Кота моего ты видел, эта пушистая жопа мне недавно всю комнату обгадила. Возила в ветеринарку. У тебя как?        — Сборы, тренировки, матчи, тренировки, иногда получается выбираться в театр и музеи, такие моменты ценю особенно. Буквально на прошлой неделе был в Королевском театре, смотрел "Иоланту" в классической постановке. Тебе нравиться опера?        — Я больше по кино, сериалам.        — Что посоветуешь?        — "Наследники" посмотри, бомбезная постановка.        — А из книг?        — Допрос что-ли? Ярмарка Тщеславия, может.        — На какой ты стороне, Эмилии или Бекки?        — В современных реалиях все поменялось, поэтому я как Жан Клод Ван Дамм, балансирую где-то между. И тихое семейное счастье мне не чуждо и денюжка нужна, но конечно, с моим характером, не по головам ходить.        — А если муж будет достаточно зарабатывать?        — Всё равно необходимо реализовываться. Может в таком случае я занималась бы чем-то другим, но что сейчас размышлять о нереальном.        — А что твой парень мало зарабатывает?        — Какой? Воображаемый? — усмехнулась, — Может и много, только на них ничего не купишь.        — А как же тот, — на секунду парень задумался, — Фрэд.        — Нашел кого вспомнить, было и хорошо, что прошло. Мимолетное помешательство. У тебя как на личном? Ты же у нас сейчас звезда мирового масштаба. В городе на доске почета висишь.        — Какая честь, — посмеялся. — Тоже только воображаемая.        — Вот ты врун, конечно, — вспомнила, как, буквально, полгода назад мне Джоб показывал фото какой-то модели. — Джоб говорил ты у нас любитель девушек постарше.        — Вот мне сейчас даже неловко. Где мои солнцезащитные очки? — посмеялся, делая вид, что что-то ищет.        — Прими как факт, Джоб тебя с потрохами сдает. Я слушать не хочу, он все равно заставляет.        — Не знаю, сказать брату за это спасибо или отругать.        — О, ты помнишь мою улицу, — я удивилась, когда поняла, что машина завернула в нужном направлении. — Дальше не заезжай, после дождей там месиво.        — Да ладно, — невзирая на мои протесты подъехал прямо к дому.        — Спасибо! По.. — не успела договорить, Джуд выскочил огибая машину, открывая дверь и снова подавая руку. — Ладно, — взялась за руку, прыгая на землю. — Теперь точно. Пока, — вопреки желанию уйти мне не удалось вырвать руку из плена.        — Дашь свой номер? — протянул телефон, мягко освобождая руку.