Виновница и её фетиш.

Измученное тело девушки истекало алой, чуть засохшей кровью. Ещё немного и её сердце, правда остановится навсегда. Может, она не была очень хорошим человеком, но ей явно не хотелось закончить свою жизнь именно таким способом. Её ноги были согнуты к груди. Последний акт насилия закончился жёстче обычного. Тонкая кожа была разорванной в области левого колена из-за острых каблуков, что давили на неё в тот день. Может, если бы она издавала меньше криков и стонов боли, её бы покормили и дали обработать рану. В стороне дверного проёма показался ослепляющий свет. – Ну здравствуй, милая. — С ехидно довольной ухмылкой её "госпожа" прошла вглубь комнаты. В каменной коробке, что, кажется, было подвалом, зажглась тусклая лампочка. Которая была точно неисправна. Ведь мигала слишком часто. От долгих мучений и времени, проведённом тут, со временем начало казаться, что это азбука Морзе. Женщина подошла к изрядно измученному телу и аккуратно, как будто даже нежно, приподняла Фурину и подняла ее в сидячие положение. В попытках сдержать стон боли, она прикусила губу и прищурила глаза. – Срок твоего наказания закончен. — С неким расслаблением произнесла Арлекино. Она подняла на руки израненную девушку и понесла ее в ванну. Фурина сдерживалась, чтобы не кричать от боли. Но получался лишь тихое шипение. Из-за которого Арлекино периодически ухмылялась. Свет ослепил глаза. Арлекино положила Фурину в чуть наполненную ванну и начала отмывать девушку от крови и зализывать её раны. В голубых глазах появилась искра надежды. Чтобы не травмировать девушки ещё больше, Предвестница решила исправить всё сделанные ранее здесь же. Арлекино взяла в руки йод, стоящий на стиральной машинке и обработала места возле ран. Пока измученная Фурина уже не в силах даже реагировать на боль, просто смотрела в одну точку. Иногда вздрагивая от прикосновений. Властная девушка поставила красную баночку и взяла в руки ранее обработанную в огне иглу с уже вставленной шелковой ниткой. Раны Фурины были вторичнные-ранние. – Алкоголя нет. Будешь терпеть так. — Сказала строго женщина и с предельной осторожностью начала накладывать обычный хирургический шов. Это было тяжело, учитывая, что игла была самой обычной, но она была аккуратна в своих действиях. Она вставила иглу в начало раны. Фурина вскринкула, а Арлекино рыкнула, чтобы та не дергалась. Фурина прикусила щеку. Было очень больно. Арлекино продолжила протягивать нить. Она делала это с особой осторожностью. Начав делать шов, девушка косо проводит в подкожной клетчатке, всё более удаляясь от края раны. Достигнув одного уровня с основанием раны, она поворачивает иглу в направлении средней линии и вкалывается в самой глубокой точке раны. Фурина тяжело дышала. Голова пульсировала. А боль была сравнима с дрелью в колене. Сделав последний кол, женщина оторвала нить, стянув её. Не сильно, конечно. И сделала узел. Она отложила иглу и улыбнулась. Погладив Фурину по голове за терпение. После приступив к обработке более мелких ран. Кровь немного застыла. В попытках снова смыть её, Фурина жалобно хныкала. Ран было много. Всё тело было в порезах. Она перевязала бинтами всё, что могла. Взяв исколеченное тело на руки, Арлекино не спеша поднималась наверх. – Я усвоила свой урок. Я больше никогда так не поступлю... — Фурина зжалась от вины и страха. Женщина прошла в комнату и уложила виновницу на диван, начиная вытирать ее от воды ранее подготовленным полотенцем. После данных манипуляций Арлекино вздохнула и аккуратно протянула ей воду со стола рядом... ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~