Можешь лететь и не бояться

ПРОШУ ТЕБЯ, ДОРОГОЙ ЧИТАТЕЛЬ, НЕ ПРЕНЕБРЕГАЙ МУЗЫКАЛЬНЫМИ ВСТАВКАМИ, Я ОЧЕНЬ СТАРАЛАСЬ ПОДОБРАТЬ ПОДХОДЯЩИЕ МУЗЫКАЛЬНЫЕ КОМПОЗИЦИИ ДЛЯ АТМОСФЕРЫ. СПАСИБО<3 Алоэ вера- Морем 1991 год. Время расцвета русского криминала, эпоха дерзких надежд и кровавых разборок. В это трудно поверить, но прошло уже целых три года с момента повествования первой главы . Пора залатать сюжетные дыры и пролить свет на некоторые теневые моменты прошлого. Вскоре после трогательных серенад Пчелы, в автомастерскую Алии заглянул старый друг отца — дядя Володя, более известный в определенных кругах как Каверин. На этот раз он привез, казалось, не свою машину, а настоящий драндулет, нуждавшийся в капитальной замене двигателя. Пока Алия корпела над сложным механизмом, Каверин, словно между делом, задавал ей весьма странные вопросы. — Ну, ты же знаешь Космоса Холмогорова? Хороший парень, я вас воооот такими помню, — дядя Володя показал руками, как маленькие дети, играющие в песочнице. — А Витю Пчелкина? Он там тебе цветы возил, соседи говорили… А Филатова Валерку? Тоже хороший парень… А Сашку Белого? Он человека пару дней назад убил. Где была в тот вечер? Не знаешь? Плохо конечно… А с Кем? Может с Кем знакома? Тоже не знаешь? Плохо совсем… Пчела, словно растворился в воздухе. Месяц от него не было ни слуху ни духу. Белла, хоть и изначально выступала против этого союза, видя мучения подруги, предложила ей навестить Витю и высказать ему всё, что накопилось в душе. Но Алия была непреклонна. — Смысл? Мы толком и не знакомы. Подарил цветочки, и я должна ему на шею броситься? Да ни за что! И вот, спустя месяц, как только улеглась шумиха вокруг дела Белого, наш герой, словно ни в чем не бывало, возник на пороге шиномонтажной мастерской с приглашением в кино. Алия, решив дать ему шанс, согласилась. Но в кино не пришла. И на следующий день тоже. И еще через день. Космос, обеспокоенный таким поведением подруги , заявился к Алие на работу, пытаясь выяснить, что же пошло не так. На смене была Белла, которая, не стесняясь в выражениях, доходчиво объяснила Космосу все, что думает о подобных исчезновениях. Вдогонку она засыпала его вопросами о том, где же, собственно, носило самого Космоса? Лишь спустя неделю упорные старания Вити увенчались успехом. Он и представить себе не мог, что в каждом телефонном разговоре с Фахадом Алия подробно описывала все его ухаживания. Фарик укорял сестру за игры с чувствами, но в глубине души понимал, что она имеет право на небольшую месть за доставленные переживания. В конце концов неприступная крепость пала, и Пчелкин удостоился поцелуя Алии, правда, пока только в щечку, но это было только начало. Что больше всего удивляло даже Космоса, давшего негласный указ на неприкосновенность Алии, так это то, что за все три года их отношений у них ни разу не было близости. Ни единого. А им это и не нужно было. Вите и Але было просто интересно вдвоем варить необычные настойки, болтать обо всём на крыше дома, беззаботно кататься по городу, смеясь друг над другом. Позже, конечно, выяснилось, что Витя несколько раз ходил налево, но, с другой стороны, они в то время официально не были парой. Да и когда стали, особо ничего не изменилось. Пчела уважал принципы любимой и ее национальные устои. Что касается Беллы, то к 91-му году девушка, так и осталась работать в автомастерской, правда, теперь она занимала должность бухгалтера, но иногда помогала подруге мыть машины, когда было особенно много работы. Космос, Пчела и Белов стремительно росли по так называемой «карьерной лестнице» и кошмарили Артурчика. Но Александр Белов, несомненно, заслуживал отдельного абзаца. Этот "глухарь" умудрился жениться. И не на ком-нибудь, а на настоящей звезде — скрипачке из знаменитой академии имени Гнесиных, обворожительной Оленьке. Девушка была не просто миловидна, но и обладала редким даром — умением поддержать разговор на любую тему. Это особенно оценили наши девочки, когда ребята вновь ввязались в криминальные передряги. Сашка и Оля только обручились, когда жизнь друзей покатилась по наклонной. В тот момент, когда Алия и Белла, с ног сбившись, пытались отыскать пропавших идиотов, и было решено передохнуть у Оли, она, чтобы отвлечь от тревожных мыслей себя и подруг, начала рассказывать о звездах. Как же искусно она знала астрономию! Казалось, нет созвездия, чье положение и историю она не знала бы наизусть. Это очень помогло дамам сплотиться Ох, а какая была свадьба! Пчелкин был в слюни. Еще бы, ведь на разливе был Космос, что уже не оставляло шансов никому остаться трезвым. Тетю Таню успокаивали долго, Тетя Катя такого жару дала…. Но случился памятный инцидент с Гранатой, женская компания в лице Оли, Беллы, Алии и тихой Томы собралась в доме дяди Юры. Попивая чай с секретным ингредиентом из изящной фляжки, искусно пронесенной под пышным платьем Оли, она увлеченно рассказывала о Бетховене и Моцарте. Ее слова, словно волшебная музыка, хоть ненадолго, но помогали отвлечься от сгущающейся вокруг тьмы. Это было как нельзя кстати, ведь Алька в суматохе потеряла драгоценный баллончик , без которого ей сложно было справиться с приступами астмы. Нервы увсех были на пределе, и только чарующие рассказы Оли помогали им хоть немного удержаться на краю пропасти. Фил же, мечтавший о славе, устроился каскадером и постоянно пытался пристроить друзей в кино, надеясь, что когда-нибудь они вместе покорят кинематографический Олимп. Женился на вышеупомянутой Томочке. Какие у Томы закатки, девоньки…… ну не описать словами. Томка в принципе очень отзывчивая и хорошая девушка. Повезло Валере…. Повезло Думаю, я удовлетворила ваше любопытство и могу продолжить повествование с момента инцидента с гранатой на свадьбе Белого. ——————————————————————- Светлана Владимирская- Мальчик мой Мерцающий свет кухонной лампы, казалось, только подчеркивал тревогу, повисшую в воздухе. На просторной кухне дома Холмогоровых, где обычно звучал звон бокалов и раскаты смеха, сейчас царила тягучая тишина, нарушаемая лишь тихим шепотом перепуганных женщин. Они, словно стайка испуганных птиц, сбились в кучу вокруг большого деревянного стола, словно ища защиты друг в друге. Алька, сжимая в руках остывшую чашку чая, чувствовала, как внутри неё клокочет смесь алкогольного опьянения и первобытного страха. Градусы, выпитые за вечер, казалось, испарились под натиском адреналина, который, словно ледяной поток, пронзал её тело. Отец уже оборвал телефон Юрия Ростиславовича. В строгих правилах дома Джураевых поздние возвращения и ночевки вне дома, особенно в компании мужчин, были табу. Но семья Холмогоровых, эти гостеприимные и радушные люди, были исключением из любых правил. И все же, как объяснить отцу свой внезапный страх и нежелание возвращаться домой? Дядя Юра, выслушав сбивчивый рассказ Амира, благоразумно посоветовал не волноваться за дочь, пока она находится в его доме. "Не стоит волновать отца", – сказал Юрий Ростиславович тогда с отеческой заботой в голосе.-« Сердце давно дает сбои, не надо испытывать судьбу». Значит, придется что-то выдумывать, плести сложную паутину лжи, чтобы успокоить родительское сердце и не выдать настоящую причину своего испуга. Внезапно Алька вспомнила о болончике – маленьком, но таком необходимом средстве , который она предусмотрительно прихватила с собой. В суматохе свадебного торжества он бесследно исчез. "Черт!" – мысленно выругалась она. Нужно было срочно идти домой , но одна она точно не пойдет. "Девочек дергать?" – промелькнула мысль. Оля, новоиспеченная жена, и так пережила сегодня слишком много потрясений. Она наверняка уже спит, убаюканная усталостью и пережитым стрессом. Да и куда ей идти в своём пышном свадебном платье? Белла? Белла и сама до смерти перепугана, её глаза выдавали всю глубину пережитого ужаса. Про Тому и говорить нечего – она буквально дрожала от страха. "Витю попросить?" – Алька покосилась на дверь в соседнюю комнату, откуда доносились приглушенные мужские голоса. Они о чём-то оживленно беседовали. Космос тоже отпадал по той же причине. Она не хотела вмешиваться в их разговор, тем более, что тема, наверняка, была намного серьезнее, чем девушки могли себе представить. Но за болончиком нужно было идти. От его наличия зависело её спокойствие, безопасность. А что скажет папа? Будет ли ругать её за беспечность или, наоборот, испугается не на шутку? Вопросы роились в голове, словно назойливые мошки, не давая сосредоточиться. Алька чувствовала себя загнанной в угол. Страх сковывал её движения, не позволяя принять хоть какое-то решение. Она знала, что время играет против неё. Каждая упущенная минута увеличивает риск начала приступа. Нужно было действовать, и действовать быстро. Но как? Тяжёлые раздумья Альки, словно паутина, окутали её сознание, но внезапный скрип отворяющейся двери беспощадно разорвал эту зыбкую завесу. На кухню, слегка пошатываясь, зашёл Виктор Пчёлкин. В его глазах плясали озорные искорки, а в голосе, окрашенном лёгкой хмельной бравадой, звучало некоторое раздражение. – А чего вы тут уши греете, как кошки на печке? – проворчал он, окидывая сонным взглядом притихших девушек. – Девочки, спать! Спать, спать, и чтоб духу вашего здесь не было! Бегом по кроватям! – Пчёлкин весело захлопал в ладоши, словно подгоняя стайку перепуганных воробьёв в родное гнездо. Белла, измученная пережитым за этот долгий день, не проронив ни слова, поспешно удалилась в комнату, оставив влюблённых наедине. Витя, немного смягчившись, бережно обнял за плечи осунувшуюся Алю, словно пытаясь согреть её своей близостью и теплом. – Теперь ты понимаешь, почему я до сих пор не решился жениться на тебе? – с тревогой в голосе тихо произнёс Пчёлкин, опуская взгляд в пол. Аля, задумчиво покручивая чайную ложку в руках , с неохотой ответила: – Ну… как сказать… И да, и нет, наверное. Саня, как никто другой, понимал все риски, связанные с вашей… работой. Но посмотри на Олю! На её безымянном пальце красуется обручальное колечко – символ надежды на счастливое будущее. – Ты сейчас серьёзно говоришь? – Витя резко выпрямился, словно его ударили током. – Оглянись вокруг, Аля! Ты действительно хочешь жить вот так? Каждую секунду вздрагивать от малейшего шороха, постоянно бояться за свою жизнь, за жизнь близких тебе людей? – Ты можешь говорить тише? – зашипела Алия, нервно оглядываясь на закрытую дверь. – Там все спят! – А ты можешь… – Пчёлкин осекся на полуслове, понимая, что излишнее рвение в подпитии может привести к необратимым последствиям. – Аль… я просто боюсь. До чёртиков боюсь. Боюсь, что, например, мы с тобой, увлечённые друг другом, не заметим натянутую леску… Или Фил с Томой… Или Кос…. – парень обессилено опустился на стул рядом с ней и закрыл лицо ладонями. – Ты же ещё и учишься на этого грёбаного мента! Вот зачем оно тебе сдалось, скажи на милость… Алия, вздохнув, встала с места и положила свои ладони на плечи Вити, пытаясь хоть как-то его приободрить. – Вить, – мягко проговорила она, – я не буду лгать и говорить, что мне всё это нравится. Всё то, чем вы занимаетесь, не просто опасно, это смертельно опасно. Но ты и Кос – моя семья. И хочу я этого или нет, я погрязла в этом болоте вместе с вами. Мы связаны одной цепью, хочешь ты этого или нет… Пчёлкин осторожно снял её руки со своих плеч и начал нежно целовать кончики её пальцев, словно вымаливая прощение за свою слабость. Сердце Альки дрогнуло. Она, забыв про все обиды и упрёки, наклонилась и крепко обняла любимого. – Пойдём спать, любовь? – прошептал Пчела, как всегда, нежно называя Алию своим прозвищем. – Завтра нашим головорезам нужно вставать ни свет ни заря. У них самолёт, нужно успеть в аэропорт. – Мне домой нужно, – устало выдохнула Алия. – Я где-то посеяла свой ингалятор, а если меня ночью кашель прихватит… Я же просто сдохну нахер… Пчёлкин, услышав её отчаянные слова, почти рассмеялся. Он, поднявшись со стула, повернулся к девушке и полез в карман своих брюк, откуда и извлёк заветный баллончик. – Держи, растеряша, – Пчела, лукаво улыбаясь, вложил ингалятор в дрожащую ладонь Алии. – Я ещё в машине хотел тебе его отдать, ты его благополучно забыла на столе в ресторане… А потом, как ты помнишь, было совсем не до этого. – Пчёлкин, ну ты в своём репертуаре, – Алия с укоризной, но с любовью посмотрела на парня. – Я уже представила, как бреду в ночь глядя, по злачным местам, в поисках своего спасения… Пчёлкин обнял девушку за талию, сидя на стуле. Алия, в ответ на его ласку, с нежностью погладила его аккуратно зачёсанные назад, слегка влажные волосы. – Алик, – тихо нарушил молчание Витя, – сейчас совсем неспокойные времена. Береги себя, пожалуйста… Я очень тебя прошу. Береги себя, моя девочка. ——————————————————————- Ариэль- в краю магнолий В кабинете Артура, где воздух был пропитан ароматом дорогих сигар и тревоги, Каверин восседал с невозмутимым видом, словно хозяин положения. Его массивная фигура, облаченная в небрежно накинутый пиджак, диссонировала с утонченным интерьером, словно грубое пятно на дорогом полотне. Тяжелые пальцы, испещренные следами прожитых лет, лениво перебирали веер полароидных снимков, словно раскладывая пасьянс из чужих судеб. – Вот этот… – прохрипел Владимир, его голос звучал как эхо из темного подземелья. – Пацан мой… был. Должок за ним числился, должен был Белова убрать, но что-то у него там не заладилось. Что наша жизнь?Воля случая … Артур, словно хищник, перехватил фотографию из рук Каверина, словно тот держал в руках улику, способную перевернуть все с ног на голову. – Стой-ка… А что-то он совсем неживой на снимке, твой «кадр». В морг его, что ли, сразу снимали? Каверин, избегая прямого взгляда, небрежно пожал плечами. – Бывает. Издержки производства, так сказать. – Да его, получается, грохнули уже после того, как он на дело пошёл?! – в голосе Артура засквозило неприкрытое раздражение, сменяющееся паникой. – Да ты урод просто, понимаешь?! Ты хоть соображаешь, что творишь?! Слушай, Вова… да ты меня подставил по полной программе! Что ты мне обещал? За что я тебе деньги платил - за красивые обещания? – Платил, платил, кто спорит, – затянул Каверин, разводя руками в примирительном жесте. – Но… – он запнулся, изображая искреннее сожаление, – Акелла промахнулся. Не срослось. – Ну ты, Вова, и гад ! – Артур вскочил с кресла, словно его ужалила оса, и принялся метаться по кабинету, как зверь в клетке. Его лицо побагровело, на лбу выступила испарина. – Да полегче, Артур, не трясись– ледяным тоном отрезал Каверин. – Он же не знал, кто заказчик, что к чему… Всё через посредников, как и договаривались. Концы обрублены… – А Белый, по-твоему, идиот конченый? – Артур резко остановился, словно наткнувшись на невидимую преграду. Нервно дернув плечом, он плеснул в стакан виски, щедро заливая им лед. – Он не догадается, кто его заказать пытался? И эта твоя лавка новая… как её там… Джураева. Как она у тебя в отделе объявилась, – Артур ткнул пальцем в сторону Каверина, словно пригвождая его к стене, – от этих отморозков вообще не скрыться! Как чуйка на говно у нее.. – Ну, есть такое, да… – признал Каверин, слегка нахмурившись. – Но ты на Альку зря наезжаешь, она у меня ценный кадр. Немного не в ту степь пока работает, но я её направлю в нужное русло, не переживай. Она у меня еще под стол пешком ходила. – Каверин подошел к огромному глобусу, стоявшему в углу кабинета, принялся задумчиво его вращать. – Слушай, а может, тебе пока от греха подальше рвануть куда-нибудь в Монголию, отдохнуть от дел праведных? – Пошёл ты знаешь куда с такой Монголией! – взревел Артур. – Да шучу я, шучу, – Каверин вальяжно поднялся с кресла, разминая затекшую спину. – Зато теперь, после этой неудачи, я могу Белого устранить… по-настоящему. – Ты уже один раз устранил, терминатор херов! – Артур поднёс стакан к губам, осушая его одним судорожным глотком. – Не-е-ет, Артур, теперь я могу его… официально закрыть, в рамках закона, так сказать. Но это, разумеется, за отдельную плату, – Каверин достал из кармана калькулятор и деловито набил на нем внушительную сумму. – Ты его для начала посади, а потом будем считать барыши, – огрызнулся Артур, снова откупоривая бутылку с виски. – А у тебя выбора нет, Артур, – Каверин лениво устроился на широком подоконнике, заложив руки за голову и откинувшись назад. – Попал ты по самое не балуй. Белый парень хваткий,ломом подпоясанный и связями как у осьминога. А у меня в отделе, как ты уже понял, есть прямой выход на всю эту его кодлу. Если я тебе задницу не прикрою, то кто? Так что тут счет идет уже не на часы, а на минуты. Вопрос, кто первым моргнет, и кто кого переиграет. Тем временем, в одном из угрюмых кабинетов районного участка, Алия корпела над ворохом пыльных дел, полученных от своего руководителя в качестве учебной практики. Мягкий свет настольной лампы, пробиваясь сквозь полумрак комнаты, казался единственным лучом надежды в этом царстве забытых историй. Не поднимая головы, она старательно заполняла бесконечные отчеты и протоколы, словно пыталась отгородиться от реальности, в которой ей предстояло оказаться совсем скоро. Она настолько ушла с головой в рутину, что даже не заметила, как в дверях появился Каверин. – Джураева, как продвигается работа? Не заскучала? – с фальшивым сочувствием поинтересовался дядя Володя, словно заботливый наставник, присматривающий за своим подопечным. – Владимир Евгеньевич, – спохватилась Алия, немного смутившись от неожиданного визита начальника. – Я почти закончила, осталось совсем немного. Ещё час, от силы два, и можно будет отправлять всё в архив… пылиться дальше. – Алечка, у меня к тебе совсем другое дело, – оборвал её Каверин, махнув рукой. – Разговор, скажем так, не для посторонних ушей. Ты сегодня после практики работаешь? А то у моего старенького «Бобика» что-то совсем мотор закапризничал, чихает и плюется маслом. Заеду, поболтаем, заодно и посмотришь, что к чему. – Думаю, для вас я всегда найду пару свободных минут, – ответила Алия, откладывая ручку в сторону, хотя в глубине души ее терзало любопытство.-Что за таинственную тему вам не терпится, да ещё и вне стен отдела? – Ну почему же сразу не терпится? – Каверин, с трудом скрывая раздражение за напускной доброжелательностью, придвинул стул и устроился рядом с Алией. – Понимаешь ли, милая… Есть у меня один старый-престарый друг. А у этого друга тоже есть друг, ну, как водится. И вот, у этого второго друга, есть дочка, которая росла и воспитывалась вместе с одним молодчиком, ну, ты понимаешь… криминальным элементом, скажем так. И случилось так, что эта самая дочка ответила отказом племяннику моего друга, когда тот посватался к ней, предпочла ему другого, из той же, мягко говоря, неблагополучной среды. – Он наклонился ближе и по-отечески обнял Джураеву за плечи, от чего у девушки по спине пробежал неприятный холодок. – И вроде бы все ничего, но эта дамочка, понимаешь ли, работает на моего друга и страстно мечтает о повышении, хочет расти по карьерной лестнице и, конечно, не трястись за свою жизнь и за жизнь своих близких. Хочет же? – Каверин сверлящим взглядом посмотрел на подопечную. Глаза его сузились, словно у змеи, готовящейся к броску. – Конечно, хочет! И мой друг, в обмен на то, что чудесным образом из базы данных перестанут пропадать сведения, касающиеся Белова и его подопечных, будет готов предоставить ей это самое повышение. Намек понятен? Алия, ошеломлённая услышанным, едва заметно кивнула в ответ, чувствуя, как ком подкатывает к горлу. – Ну и славно. А вечером я заеду к тебе в мастерскую, – бросил Каверин и, развернувшись, направился к выходу. – Сегодня меня там не будет, – выдохнула Алия, подскакивая со стула и сжимая кулаки. – Небось, к Суриковой на отчётник спешишь? – невозмутимо произнес Каверин, словно знал заранее ее планы. – А, прошу прощения, оговорился… к Беловой . – Он театрально развел руками, изображая раскаяние. – Ты только учти, милая, что долго жены у таких не живут… очень уж это опасная затея – быть женой бандита. Так что подумай хорошенько, на чьей ты стороне. ——————————————————————- Агата кристи-Опиум для никого Сердце колотилось в бешеном ритме, словно пойманная в клетку птица. Аля бежала, не чувствуя под ногами земли, прочь от этого проклятого участка, где еще недавно пульсировала жизнь, а сейчас веяло холодом и предательством. Дождь, словно сговорившись с ее страхами, обрушился на город непроницаемой стеной, размывая очертания зданий и дорог, превращая реальность в зыбкое марево. И словно все беды сговорились обрушиться на нее разом, Фарик исчез. Три долгих дня без единой весточки. Молчание, давящее и зловещее. «Надо к Белле…» – эта мысль затеплилась слабой надеждой в кромешной тьме отчаяния. Звонить Вите, Космосу, Саше… Господи, что делать? На пороге уютной квартирки Беллы Рубинштейн, словно оазиса спокойствия в бушующем море, застыла Алия. Мокрая, продрогшая, она напоминала затравленную кошку, нашкодившую и ожидающую неминуемого наказания. Глаза, огромные и темные, были полны первобытного ужаса. – Алька! – Белла распахнула дверь, и в ее голосе звучало искреннее беспокойство, смешанное с любопытством. – Что с тобой случилось? Землю под ногами чуешь? Аля не ответила. Слова застряли в горле, уступая место неконтролируемым рыданиям. Слезы текли по щекам, смешиваясь с дождевой водой, стекающей с волос. – Мать, ну чего ты сырость развела? – Белла попыталась разрядить обстановку, обняла подругу за плечи и втянула в тепло квартиры. Запах свежесваренного кофе и ванили слегка успокоил Алю. – Что случилось? Пчелкин опять вытворяет? – Вот… – Алия, словно ужаленная, отпрянула от Беллы и бросилась к телефону, стоявшему на тумбочке в коридоре. – Надо позвонить Вите… Он должен знать! Пальцы дрожали, словно осенние листья на ветру, с трудом попадая по кнопкам. Алия судорожно набрала номер. – Ты хоть какую-то ясность внесешь в происходящее? – Белла устало вздохнула, чувствуя, как надвигается буря. Она все еще не понимала, что происходит, но интуиция подсказывала: дело серьезное. – Каверин все знает… – прошептала Алия, словно выдавая страшную государственную тайну. – Про то… Черт!– Вызов сбросился. Алия с отчаянием посмотрела на экран телефона. – Витя не берет… Паника нарастала с каждой секундой. Значит, надо звонить Космосу. Он всегда придет на помощь, даже если весь мир будет против. Снова набор номера. Томительные гудки, казавшиеся бесконечными. – Алло? Слава богу, взял! – вырвалось у Алии с облегчением.– Космос, вы еще не выехали? – голос Алии дрожал, выдавая ее состояние. – И тебе привет, – отозвался Кос с непониманием в голосе. – Да мы и не собирались. Думали, только Саня и ты с девчонками едут. Что-то случилось? – А они выехали? – Нет, Саша еще торчит на работе. Что происходит вообще? – Космос пытался выудить хоть что-то из сумбурного потока слов давней подруги. Чувство тревоги настойчиво скреблось под ложечкой. – Не по телефону. Бери Витю с Сашей и бегом к Белле. Здесь прокатимся, потрещим. – Алия быстро выговорила это и, не дожидаясь ответа, положила трубку. Белла уже встала в позу разъяренной фурии, скрестив руки на груди и сверля Алию испепеляющим взглядом. – Что за хрень здесь происходит? – Белла с трудом сдерживала гнев, но получалось плохо. – Мне-то ты можешь объяснить по-человечески? Алия глубоко вздохнула, собираясь с духом. Придется рассказать все, как есть. Другого выхода нет. – Каверин все знает. Про то, что я прикрываю Космоса и Пчелу. Про все. Намекнул, что, если хочу жить спокойно, надо завязывать… – А в чем он не прав, с другой стороны? – Белла вольяжно поставила чайник на плиту, словно в этом разговоре не было ничего особенного. – Он за тебя боится. По-своему, конечно, но… – Да нихрена он не боится! Ему на меня насрать по большому счету! – взорвалась Алия. – Его идея фикс – поймать Белого. И он готов идти к своей цели по головам. Пусть даже ценой издержек в виде человеческих жизней. Может быть, даже моей. – Знаешь, Аль, – строго сказала Белла, – я бы на его месте еще бы и отцу твоему набрала и рассказала, с кем ты три года якшаешься. – Белла вытерла руки кухонным полотенцем и насмешливо посмотрела на подругу. – Так что скажи спасибо, что дядя Володя еще этого не сделал. Думаю, если бы его целью действительно было достижение поставленной цели, а не твой испуг, он бы первым делом сделал именно это. – А откуда мне знать, что он уже этого не сделал? – Алия, словно приговоренная, подошла к окну, распахнула его и закурила, жадно затягиваясь. Холодный, влажный воздух ворвался в комнату, смешиваясь с горьким дымом сигареты. В душе царила пустота и безысходность. Кому верить? Куда бежать? И что будет дальше? – Так… – Белла, видя, как Алю разрывает на части отчаяние, приобняла ее за плечи, стараясь передать хоть толику своего спокойствия. – Ты давай пока без паники, ладно? Выдохни. Сейчас главное – не наломать дров. Сама никуда не лезь, не геройствуй. Авось как-нибудь да уляжется.-Белла окинула взглядом сумрачное лицо подруги, пытаясь подобрать нужные слова утешения.– Каверин хоть и гад, каких свет не видывал, – продолжила она, – но подставляться перед начальством ради показухи точно не станет. Он слишком дорожит своей шкурой. Может, ребята еще чего подскажут. А может, у них там все уже схвачено и под контролем, а ты тут переживаешь и накручиваешь себя сверх меры. Белов – он тип не глупый, соображает что к чему, думаю, сильно там никого не прессанут. Поворчат, попугают, да и отпустят с миром. Ты главное верь в лучшее, Аль. Все будет хорошо. Просто нужно немного подождать и не делать глупостей. Спустя томительное время, словно тянущаяся сквозь пальцы патока, в дверь раздался настойчивый стук, нарушивший гнетущую тишину квартиры. Белла, помедлив секунду, метнула вопросительный взгляд на Алию и двинулась к двери. Джураева, приоткрыв дверь, увидела на пороге Космоса. Его лицо, обычно излучающее беззаботное веселье, сейчас было серьезным и сосредоточенным. Алия, словно подгоняемая внезапно возникшим порывом ветра, наскоро натянула туфли и, позабыв об осторожности, ринулась вместе с другом вниз по лестничным пролетам. Сердце бешено колотилось в груди, отчаянно пытаясь угнаться за стремительно ускользающим спокойствием. Уже в машине, в замкнутом пространстве салона, где витал терпкий запах табака и дешевого одеколона, состоялся долгожданный разговор. Алька, захлебываясь от волнения, пересказала, как Каверин, словно паук, плел вокруг нее сеть угроз, заставляя сжаться от ужаса и беспомощности. Сашка, молча сидевший на переднем пассажирском, внимательно слушал знакомую, не перебивая, но в его взгляде сквозила неприкрытая тревога. Он попытался ободрить девушку, успокоить тем, что "крыша" у них надежная, что все будет хорошо. Слова, как успокоительная мантра, должны были снять напряжение, но получалось это у него не очень. Витя Пчелкин же, расположившись рядом с Алией, выслушивал ее рассказ с особым вниманием. Алька, словно ища защиты, прижалась к его плечу. Сколько же было в нем гнева, сколько ярости бушевало под внешней оболочкой спокойствия. Он, всегда готовый грудью встать на защиту близких, не смог предотвратить эту ситуацию. Не защитил. Не отстоял. Поддавшись внезапному порыву нежности, Витя бережно чмокнул любимую в лоб, словно пытаясь этим поцелуем снять весь груз ее переживаний. Еще немного покружив по сонному городу, умытому бесконечным дождем, машина наконец заехала во всеми узнаваемый, заветный двор. Дождь не переставал лить, превращая асфальт в зеркальную гладь, отражающую тусклый свет фонарей. Как только машина остановилась, Витя, словно рыцарь, заботящийся о своей даме, снял куртку и, расстелив ее над головой спутницы, превратил в импровизированный зонт. Быстрой перебежкой, смеясь и переговариваясь, они добежали до подъезда, оставив позади себя лишь мокрые следы на тротуаре. Но их веселые, хоть и натянутые, голоса внезапно прервал грубый бас высокого человека в, стоявшего в тени арки… ——————————————————————— Ничего не бойся, я с тобой-секрет Темная фигура отделилась от сумрака арки, словно материализовалась из самой ночной мглы. Это был он. Отец. – Алия, – начал мужчина, и в его голосе, обычно мягком и добродушном, сейчас звучали стальные нотки, – ин чӣ маъно дорад? (что это значит?). Чаро шумо аз мошини пур аз бачаҳо меравед? (почему ты выходишь из машины, полной парней?). Он бачаи рус бо шумо кист? (что за русский парень с тобой?). Чаро Володя-амак ба ман занг зада мегуяд, ки ту бо бандит алоќамандї? (Почему мне звонит дядя Володя и говорит, что ты спуталась с бандитом?). Оё ӯ? (это он?) – в его голосе сквозило нескрываемое отвращение, от которого у Алии похолодело внутри. Отец смотрел на нее испытующе, словно стараясь разглядеть в глубине ее души ту грязь, о которой ему наплел дядя Володя. Алия почувствовала, как к горлу подступает ком, а на глаза наворачиваются слезы. Она не хотела, чтобы отец смотрел на нее так. Она не хотела разочаровывать его. – Падарҷон, хавотир нашав, – залепетала Алия, пытаясь унять дрожь в голосе, – Витя як бачаи боодоб аст. (отец, не переживай пожалуйста, Витя порядочный парень). Вай ба худ ягон чизи нолозимро намедиҳад, марову туро эҳтиром мекунад, ба ман даст нарасондааст. (он не позволяет себе ничего лишнего, он уважает меня и тебя, он не прикасался ко мне) – слова вылетали из нее, словно испуганные птицы, мечтая поскорее долететь до цели и успокоить гнев отца. – Ман хамрохи Космос Холмогоров дар мошин будам. (В машине я была с Космосом Холмогоровым). Шумо набояд ин қадар асабонӣ шавед. (тебе нельзя так нервничать) – добавила она, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться в груди. Девушка крепче сжала руку Вити. Тот посмотрел на девушку глазами, полными защиты. Будто стараясь успокоить любимую. Виктор Пчелкин, видя, как разворачивается эта непростая сцена, внезапно протянул руку отцу девушки, демонстрируя уверенность и уважение. – Виктор Пчелкин, рад наконец то с вами познакомиться- молодой человек повернулся к девушке-Алинька, а что происходит? – спросил он у Алии, стараясь не поддаваться возникшему напряжению. – Алинькой она тебе после свадьбы будет! – резко оборвал его дядя Амир, не дав дочери возможности ответить. – Я Амир Тигранович, отец Алии. – В его голосе звучала неприкрытая угроза, а хватка, с которой он сжал руку Виктора, была крепка, словно стальной капкан. – Алия, ба хона рав! (Алия, домой!) – обратился Амир к дочери, не допуская возражений. В его взгляде читалась непреклонная воля и отцовская власть. – Я позвоню, – тихо произнес Пчелкин, глядя Алии в глаза. В его взгляде она увидела обещание защиты и безграничной любви. Затем он отпустил руку Амира и отступил на шаг, давая понять, что не намерен вступать в открытую конфронтацию. Сейчас главное – спокойствие Алии. Все остальное подождет. – И как долго ты крутишься рядом с моей Алией? – отец был настроен решительно, и его взгляд, как острый кинжал, пронзал Виктора насквозь. – Довольно давно, – Пчелкин старался говорить уверенно, хотя внутри все дрожало от ужасного напряжения. – Я очень люблю вашу дочь и уважаю ваши национальные устои. Если вас, конечно, интересует именно это. – Меня интересует, что ты урус, – серьезно, даже грозно произнес Амир. Его слова прозвучали как приговор, от которого невозможно было уклониться. – Куришь? Я курю. Постоим, пообщаемся. Не дожидаясь ответа, Амир Тигранович направился к небольшому выступу под козырьком подъезда, словно предлагая Виктору уединиться для серьезного разговора. Пчелкин, понимая, что отступать некуда, последовал за ним. – Планы на Алию имеешь? – строго спросил Амир – Или так, ходишь хвостом без цели? – Ну, планы есть, – все с той же напускной уверенностью вещал Пчелкин, стараясь не выдать своего волнения. – Замуж хочу позвать. – Ай-я-яй, – покачал головой родитель, – приличный человек, а с отцом знакомиться не пришел. – Амир достал из кармана серебряный портсигар, достал оттуда искусно скрученную сигару и закурил ее, наслаждаясь терпким ароматом. Пчелкин хотел было что-то ответить, оправдаться, но внезапно, заметив с детства знакомую фигуру, из машины вышел Космос, словно спасительный ангел, посланный с небес. – Амир Тигранович, здравствуйте! – с радушием произнес Кос и пожал руку отцу подруги. В его голосе звучала неподдельная искренность и уважение. – Здравствуй, здравствуй, – было видно, что Амир обрадовался старому знакомому. – Так возмужал! Ты как тут? – Да вот, Альку до дома с работы подкинули с ребятами. А тут и сватовство образовалось, – Космос попытался отшутиться и сгладить неловкость ситуации. – Близко его знаешь? – Амир Тигранович указал сигарой на Витю, оценивающе разглядывая его. – Не стыдно с ним Алию гулять пустить? – Нет, что вы! – было видно, что Космос старается представить друга в лучшем свете. – С первого класса вместе, дядь Амир. Пчела у нас, знаете, какой серьезный? А на Альку как смотрит, как бегает за ней… – Ну всё, кофӣ! (хватит!) – осадил Космоса Амир, но в его голосе уже не чувствовалось прежней суровости. – В таком случае под твою ответственность. Витя, хоть и пытался скрыть волнение, все же не мог сдержать легкой улыбки. Он обрадовался такому неожиданному повороту событий. Кажется, самый сложный рубеж был пройден. Дядя Амир, бросив на Виктора последний оценивающий взгляд, молча удалился в глубь подъезда, оставив Пчелкина наедине с его волнениями и надеждами. Ночь только начиналась, а вместе с ней и новая глава в жизни Виктора и Алии. ——————————————————————— На диване, словно изваяние печали, застыла Алия перед мерцающим экраном телевизора. В голове билась навязчивая мысль: "Неужели отец все-таки расправился с Пчелой?" Три года их романа промелькнули, как кадры кинопленки, и она всегда знала, что этот момент настанет. Но не так, совсем не так она представляла знакомство любимого с самым важным мужчиной в её жизни. Внезапно тишину разорвал щелчок ключа в замке. Сердце Алие замерло. На пороге возник отец, Амир, излучающий необъяснимое довольство. Она смотрела на него с надеждой, как путник на оазис в пустыне. – Ну что ты, не убил я твоего Витю, не убил, – произнёс Амир с отеческой издевкой, но в голосе сквозило облегчение. – И с Кавериным поговорю, отмажут и его, и Космоса. Вы бы нам с его родителями встречу организовали, что ли? Не по-людски как-то получается. Амир начал разуваться, словно сбрасывая с себя бремя переживаний. – Ты… ты на меня совсем не злишься? – робко спросила Алия, доставая из кармана спасительный ингалятор. Пшик разнесся по комнате, словно тихий вздох облегчения. – Злюсь, – Амир подошёл вплотную к дочери, его взгляд был полон любви и укоризны. – Злюсь, потому что последним узнал о выборе дочери. Да, не таджик, но и мама твоя была аваркой. Не скрывай от меня ничего, слышишь? Амир крепко обнял Алию, и в этом объятии она почувствовала прощение, понимание и нерушимую связь, которая сильнее любых предрассудков. Впервые за последние часы она смогла вздохнуть полной грудью, зная, что в её жизни есть место для любви и семьи, даже если порой они идут разными путями. P.p.s: очень хочется начать вести тт аккаунт с эдитами по фанфику для его раскрутки. Если ты была бы не против отыграть мою героиню в моем тик-ток аккаунте- напиши пожалуйста) заранее огромное спасибо