Из огня да в полымя

      Осень полноценно вступила в свои права. С деревьев на влажную землю посыпались пожелтевшие, отжившие свой короткий век листья. За пару дней налетевшие с севера ветра окончательно обнажили их ветви и принесли с собой затяжные холодные дожди. И только пик Цинцзин утопал в изумрудной листве вечнозелёного бамбука; казалось, там до сих пор царит лето.       Шэнь Цинцю уже вторую неделю вместе с Ло Бинхэ находился на пике и не собирался его покидать. Он решил, что никуда не уйдёт, пока не разберётся со своими снами. Почему-то в стенах родной школы ему было спокойнее, и гнетущее чувство опасности, преследующее его последнее время, притуплялось. Но, помимо этого, какая-то другая сила, которую лорд не мог объяснить, удерживала его здесь.       Каждое утро Шэнь Цинцю будил Ло Бинхэ, и второй лорд с болью в сердце видел напряжённое, сосредоточенное лицо своего ученика и застывший немой вопрос в его глазах. Полудемон не говорил этого вслух, но второй лорд прекрасно знал, что ученик волновался — не провёл ли наставник эту ночь в снах Ло Бингэ. Цинцю каждый раз отрицательно качал головой, и волна облегчения смывала с уставшего лица Ло Бинхэ тревогу. Но с наступлением вечера она возвращалась. После того, как второй лорд рассказал ему о происках коварного двойника, Ло Бинхэ окончательно потерял покой. С поистине маниакальным усердием полудемон пытался найти информацию о том, как оригинальный герой может взаимодействовать с учителем через свои сны. Как бы Шэнь Цинцю не ворчал и не отмахивался от участия и помощи Ло Бинхэ, тот твёрдо стоял на своём. Да и самому лорду становилось жутко от перспективы провести остаток жизни бесчувственным бревном, в то время как его душа будет заточена в бесконечном сне рядом с Ло Бингэ. Но выяснить, как Шэнь Цинцю попадает в сны неукротимого жеребца, не получалось. Единственным источником информации, обладающим неисчерпаемыми сведениями о сновидениях и всём, что с ними связано, был Мэнмо, но тот с твёрдой уверенностью заявлял, что это невозможно.       В один из дней Шэнь Цинцю, Ло Бинхэ и демон снов уже в который раз собрались вместе, чтобы обсудить наболевшую проблему.       — Может, тебе Ло Бингэ просто снится? — предположил Мэнмо. — Не, ну а что, — начал оправдываться он, немного смутившись от устремлённых на него гневных взглядов Шэнь Цинцю и Ло Бинхэ. — Ты перенервничал и теперь проецируешь свои страхи во сне. Это вполне нормально...       — Нет! — перебил его второй лорд. — Поверь, я могу отличить простой кошмар от погружения в чужой сон.       — Тогда я не знаю... — сокрушённо ответил Мэнмо, наверное, уже раз десятый за сегодня.       — Да почему ты такой бесполезный! — не сдержавшись, воскликнул Ло Бинхэ. — Получается, твой двойник из другого мира нашёл способ забрать моего учителя, а ты продолжаешь упорно твердить, что такое невозможно!       Мэнмо хотел было возразить, но неожиданно для себя не нашёл подходящих слов. Ло Бинхэ был прав: демон снов из альтернативного мира нашёл способ транспортировать Шэнь Цинцю в сны Ло Бингэ. Получается, как ни крути, он есть.       — Мне нужно подумать, — наконец, произнёс Мэнмо.       — Надеюсь, это не займёт много времени, — тихо пробормотал Бинхэ.       Усевшись в позу медитации, демон снов плотно закрыл глаза и замер, превратившись в каменное изваяние. Со стороны могло показаться, что он просто заснул, но на самом деле Мэнмо искал информацию, заглядывая в чужие сны. Он собирал сведения по крупицам: несколько строчек из древних книг, пара обронённых фраз, чьи-то неразборчивые записи... Мэнмо настолько быстро прыгал из сна в сон, что его образ, оставленный в иллюзии, созданной Ло Бинхэ, стал мутнеть и бледнеть. Когда он уже почти истончился и Цинцю подумал, что Мэнмо сейчас окончательно исчезнет, тот, напротив, стал ярче и отчётливее и спустя несколько мгновений открыл глаза.       — Ну, что скажешь? — сразу спросил Ло Бинхэ.       — Я ошибался, — нехотя признал Мэнмо. — Возможность и правда есть. Но для этого нужна вещь из другого мира, причём это должна быть очень личная вещь. Шэнь Цинцю, ты что-нибудь забирал с собой из мира Ло Бингэ?       — Нет, — покачал головой второй лорд. Но тут же запнулся. — Хотя... на мне была одежда демона и его заколка для волос.       — Это не подходит, — заверил его Мэнмо. — Больше ничего не было?       — Вроде нет... — растерялся Цинцю, напрягая память и стараясь припомнить день, который он провёл в покоях Ло Бингэ. Перед его глазами возник небольшой комод в гардеробной оригинального героя. Вот он выдвигает ящик за ящиком, беспардонно роясь в чужих вещах... Шэнь Цинцю вспомнил, как не удержался и прихватил с собой веер, решив заменить им потерянный аксессуар и полагая, что истинному владельцу он уже ни к чему.       — Веер, — в ужасе прошептал Цинцю. — Он принадлежал моему двойнику из того мира. Я его забрал.       — Учитель, — простонал Ло Бинхэ, моментально осознав всю степень опасности, нависшей над учителем, — зачем вы это сделали?       — Мой потерялся, вот я и решил его заменить.       — Вот мы и выяснили, каким образом Ло Бингэ забирает в свои сны Шэнь Цинцю, — с облегчением произнёс Мэнмо. — Теперь осталось дело за малым — уничтожить веер. Он и есть та самая ниточка, связующая два мира.       Казалось, что может быть проще... Как только они с Ло Бинхэ вернулись в реальность, Шэнь Цинцю с лёгким сердцем, предвкушая будущую спокойную жизнь, уверенным шагом направился к своей коллекции вееров, аккуратно разложенных на полках в гардеробной. Но, перебрав все образцы до единого, второй лорд так и не нашёл нужный. До самого вечера они с Ло Бинхэ искали треклятый веер, перерывая снизу доверху бамбуковую хижину, но тот словно сквозь землю провалился. За окном уже сгустились сумерки, и на пик, словно синий туман, стала надвигаться ночь. Второй лорд категорически отказывался отдыхать, пока не найдёт и не уничтожит веер, положив раз и навсегда конец своим страхам и волнениям, но усталость всё же брала верх. В очередной раз просматривая содержимое всех шкафов, комодов и тумб, стоявших в бамбуковой хижине, Цинцю понял, что это бессмысленно. Нужно просто вспомнить, куда он положил веер. Прикрыв глаза, лорд попытался восстановить последовательность своих действий по возвращению на пик и не заметил, как задремал, сидя на полу, рядом с открытыми дверцами изящной тумбы.       Шэнь Цинцю лишь на несколько секунд прикрыл глаза, а когда снова их открыл, то оказался уже не в бамбуковой хижине у себя на пике, а в дворце Хуаньхуа, в покоях Ло Бингэ. Их владелец тоже был тут: развалившись на своей огромной кровати, он с невозмутимым видом ел персики.       — Учитель, давно не виделись, — сладким голосом пропел Бингэ. — Я уже успел соскучиться.       — Не могу сказать того же про себя, — холодно произнёс Цинцю. — И в какую игру ты хочешь поиграть сегодня?       Несмотря на равнодушный вид, сердце Цинцю сжималось от нехорошего предчувствия. Они уже были в ролях учитель — ученик, преображались в заключённого и жестокого императора, так что на этот раз придумал Ло Бингэ?       — Учитель такой нетерпеливый, — строго проговорил демон, — но всему своё время. Совсем скоро вы узнаете, какая роль вам отводится. Тем более, нам больше нет нужды торопиться.       — Что так? — язвительно поинтересовался Цинцю.       — Учитель, помните, я в прошлый раз говорил, что могу навечно запереть вас в своём сне?       Шэнь Цинцю неуверенно кивнул головой.       — Так вот, я слов на ветер не бросаю. Надеюсь, вы успели попрощаться со своим жалким щенком, — на лице демона расплылась довольная улыбка.       — Что? — хрипло переспросил Цинцю, не веря своим ушам.       Ло Бингэ закатил глаза и демонстративно откусил персик, давая понять, что не собирается по двадцать раз повторять одно и то же.       — Зачем ты это сделал? — лорд в глубине души надеялся, что это всё неудачная шутка.       — Я же объяснял — вы мне нужны. И не раз в месяц... и даже не раз в день. А в любое время, когда я захочу. И делиться вами я ни с кем не собираюсь.       — Бингэ, — Цинцю, несмотря на охватившую его панику, постарался говорить спокойно, — так ты сделаешь только хуже. Неужели ты не понимаешь, что сейчас окончательно уничтожаешь те немногие тёплые чувства, что у меня к тебе были?       — А они разве были? — с издёвкой спросил Ло Бингэ.       — Были, — твёрдо ответил Цинцю.       Он вспомнил, как в его сердце шевелилась жалость к Ло Бингэ, которому не довелось узнать, каково это — когда тебя любят и заботятся о тебе. В какой-то момент он действительно хотел подарить демону немного ласки и постараться отогреть его ледяное сердце своим теплом. Наивный дурак! Ло Бингэ это было не нужно. Шэнь Цинцю только сейчас окончательно понял, что демон всё это время играл с ним.       — Ну что с того, были так были, — беспечно произнёс Бингэ. — У вас довольно времени, вы обязательно снова их ко мне испытаете.       — Нет, — твёрдо ответил Цинцю.       — Кто знает, время покажет, — пожал плечами Ло Бингэ.       Он неспешно поднялся с кровати и сделал несколько шагов к Шэнь Цинцю.       — Прежде чем мы продолжим, — взгляд демона упал на ложе, с которого он только что встал, красноречиво показывая обомлевшему Шэнь Цинцю, чем они в дальнейшем будут заниматься, — я хотел бы провести небольшую экскурсию по миру снов, в котором вам предстоит провести свою жизнь. В будущем я буду корректировать его под себя... ну и под вас, конечно. Что-то добавим, что-то, наоборот, уберём. Пойдёмте, учитель.       Шэнь Цинцю молча последовал за демоном, понимая, что сопротивляться бесполезно. Только надежда, что Ло Бинхэ всё же найдёт способ вернуть его в реальность, поддерживала второго лорда и не давала окончательно впасть в отчаяние. Он хотел думать, что Ло Бинхэ перероет весь пик, но найдёт и уничтожит проклятый веер.       — Мы сейчас, как вы уже догадались, во дворце Хуаньхуа. Я не стал полностью создавать всю местность, ограничившись лишь своими покоями и садом... Могу добавить сюда людей, или вы предпочитаете одиночество?       Шэнь Цинцю промолчал: безликие тени ему были не нужны.       — Я тоже считаю, что в первое время вам лучше побыть наедине с самим собой, — небрежно бросил Ло Бингэ. — Тем более что я буду вас очень часто навещать. Вы не успеете заскучать.       Последняя фраза прозвучала как угроза, и Шэнь Цинцю ещё больше приуныл. Полудемон направился прямиком через сад мимо распустившихся цветов, над которыми жужжали пчёлы, перенося пыльцу с одного растения на другой. Жаркие лучи солнца, монотонный гул и разливающиеся в воздухе весенние ароматы — всё было настолько реалистично, что второй лорд, не удержавшись, с удивлением посмотрел на Ло Бингэ.       — Вижу, вам нравится, — с довольной улыбкой произнёс демон. — Я старался сделать всё как можно реалистичнее, чтобы вы поскорее привыкли к вашему новому дому и не смогли отличить его от реальности.       — Да иди ты! — разозлился Цинцю. — Я что, сон с настоящим миром спутаю?       Бингэ загадочно улыбнулся и жестом позвал следовать дальше. Там, где императорский сад заканчивался, в реальном мире начинались жилые постройки, предназначенные для жён неукротимого жеребца. Они практически не отличались друг от друга, все дома были удобными и с роскошной обстановкой. Ло Бингэ не выделял никого из своих жён, предпочитая создавать для них одинаковые условия. Пожалуй, только старшие из них могли похвастаться особыми привилегиями. Но в мире грёз Шэнь Цинцю вместо просторной площади оказался на земле пика Цинцзин, покрытой зелёным ковром травы.       — Здесь я всё же решил немного оживить обстановку, — произнёс стоящий рядом Бингэ и указал на идущих впереди учеников, о чём-то оживлённо беседующих. — Это не воспоминания, — уточнил полудемон. — При желании вы можете с ними взаимодействовать.       Осмотрев пик, мужчины переместились в третье место, созданное Бингэ, — Царство демонов, снова в покои императора.       — Это для разнообразия, — уточнил оригинальный герой. — Я здесь ещё детально ничего не прорабатывал, но на первое время вполне сойдёт. Ещё есть темница, в которой вы были в нашу первую встречу, желаете тоже осмотреть?       Демон указал на дверь, ведущую в реальном мире во внутренние комнаты. Во сне же за ней, оказывается, скрывалась тёмная камера.       Шэнь Цинцю покачал головой.       — Вот и замечательно, — проворковал Бингэ. — Куда хотите отправиться — на пик или же во дворец? А может, вы хотите остаться здесь?       Демон приблизился ко второму лорду и, не скрывая своего желания, посмотрел тому в глаза.       — Отойди от меня, — зло процедил Шэнь Цинцю. — Я видеть тебя не хочу.       — Ничего страшного, вы скоро привыкнете, — спокойно ответил Бингэ.       После чего ловко, подхватив лорда на руки, отнёс того на кровать. Шэнь Цинцю от таких стремительных действий потерял дар речи. Способность говорить к нему вернулась уже в постели.       — Бингэ, отпусти меня! — яростно закричал он, отчаянно сопротивляясь. — Не смей ко мне прикасаться!       — Учитель, прекратите, — недовольно произнёс демон, подминая под себя второго лорда и не давая тому пошевелиться. — Вы так делаете только хуже.       — Кому? — взвыл Цинцю, уворачиваясь от настойчивых губ Ло Бингэ, скользящих по его скулам, подбородку и плавно спускающихся по шее, вниз к острым ключицам.       — Себе, конечно же, — усмехнулся демон.       — Бингэ, — взмолился Цинцю, понимая, что в этот раз он не проснётся и спасения ему ждать неоткуда, — я не могу и не хочу сейчас... Отпусти меня!       — Я хочу, — упрямо заявил Ло Бингэ. — Я себя уже еле сдерживаю. Ну же, будьте паинькой...       Цинцю судорожно всхлипнул. Ярость, охватившая его, внезапно испарилась, и её место заняла апатия. Конечно, всё, что произойдёт сейчас, — это просто сон. Но второму лорду не хотелось подвергаться насилию со стороны Ло Бингэ даже здесь.       «Ничего-ничего, — мысленно успокаивал он себя, — однажды он мне руки оторвал во сне, а когда я проснулся, всё было на месте».       Но неожиданно Бингэ остановился, встревоженный переменами в поведении Шэнь Цинцю.       — Учитель, что с вами? — осторожно спросил он. — Я сделал вам больно?       — Да, — тихо пробормотал Цинцю и закрыл глаза.       Перечитав целую кучу новелл и пересмотрев не меньшее количество дорам, Шэнь Цинцю в прошлой жизни, будучи ещё Шэнь Юанем, не раз представлял себя на месте доблестного воина, спасающего прекрасную девушку из лап отрицательного героя. Разумеется, он никак не мог представить, что ему предстоит примерить на себя совсем не ту роль, о которой он мечтал, и стать несчастной жертвой. Но всё же, имея довольно богатый опыт, второй лорд решил не идти по пути истеричных девиц и плеваться желчью в лицо своего мучителя, а сделал ставку на другое.       — Вы сами виноваты, — растерянно произнёс Бингэ, но всё же ослабил хватку и стал внимательно осматривать учителя, пытаясь найти повреждения на его теле.       — Я виноват, — согласился Цинцю, воспользовавшись растерянностью Ло Бингэ и освобождаясь из его мёртвой хватки. — Я виноват, — повторил он, — потому что поверил тебе. Я виноват, потому что желал тебе только добра и надеялся, что ты искоренишь в себе злобу на весь мир. Я ведь искренне жалел тебя... Делай свои дела, которые не можешь сдерживать, но знай, я не хочу этого и после никогда не буду относиться к тебе по-прежнему. Отныне ты будешь для меня только зверёныш, отродье и ублюдок.       Цинцю замолчал, внутренне содрогаясь и ожидая, что полудемон сейчас набросится на него, срывая одежду, или же оторвёт одну из конечностей — и что хуже, он не знал. Но Бингэ почему-то медлил.       — Хорошо, — вдруг сказал полудемон. — Вы можете мне не верить, но я не хочу, чтобы вы меня ненавидели и плохо думали обо мне. Я подожду, но моё терпение не безгранично...       «Ого, — чуть не сказал вслух Шэнь Цинцю. — Неужели тебя волнует моё мнение», — но вовремя прикусил язык. Стараясь не смотреть на оригинального героя, потому что один только его вид вызывал в душе Шэнь Цинцю бурю негодования, он осторожно поднялся с кровати. Любое неловкое слово могло спровоцировать новую вспышку гнева или кое-что похуже у Ло Бингэ, поэтому Цинцю предпочитал молчать.       — Я оставлю вас, — резко бросил Бингэ, озвучив желание второго лорда. — Дам время подумать и принять своё положение.       Шэнь Цинцю продолжал молчать, молясь всем богам, чтобы полудемон не передумал. Видимо, его всё же услышали, потому что Бингэ с лёгкой улыбкой растворился в воздухе, оставив после себя слабую фиолетовую дымку, которая быстро рассеялась, и второй лорд наконец остался один.       Время в мире грёз тянулось медленно. Оригинальный герой больше не появлялся, что одновременно радовало Шэнь Цинцю и тревожило. Одиночество, столь долгожданное в первое время, стало его тяготить, и лорд ловил себя на мысли, что не отказался бы даже от общества Ло Бингэ. Уже раз десятый он обходил доступные ему территории и в этот раз задержался в покоях императора в дворце Хуаньхуа. Сам лорд временно обосновался на пике: весёлый гомон голосов, разливающихся по горному хребту, радостные лица учеников, пусть и совершенно незнакомых, скрашивали унылые будни Цинцю и создавали иллюзию, что он не одинок.       Зайдя в боковую комнату с бассейном и огромной ванной, Цинцю невольно оказался во власти воспоминаний. Именно тут он предпринял опрометчивый поступок, присвоив себе чужую вещь. Вот и гардеробная, один в один как в его воспоминаниях, и комод, расписанный дивными птицами, стоит ровно на том же месте. Цинцю открыл нижний ящик и посмотрел на деревянные коробочки, в которых хранились веера и одна из которых была пустой. Совершенно неожиданно в голове Цинцю всплыла картинка, как он, раз пятый наткнувшись на этот веер с немного жутковатой аурой, психанул и закинул его к старым вещам Ло Бинхэ, хранившимся в маленькой боковой комнате.       — О нет, — простонал Цинцю. Его ученик никогда не догадается туда заглянуть! Ло Бинхэ будет искать везде, только не в своей маленькой комнате.       В этот вечер Ло Бингэ нанёс визит второму лорду. Цинцю к тому времени вернулся на пик и, как бы парадоксально это ни звучало, готовился ко сну — за это отдельное спасибо полудемону, который постарался, чтобы в мире грёз сменялись день и ночь.       — Учитель, как вы тут? Осваиваетесь? — спросил Ло Бингэ, возникнув на пороге бамбуковой хижины       — Конечно, уже освоился, — не скрывая злости, накопившейся за последнее время, ответил Цинцю. — Да я тут с ума схожу! Если меня впереди ждёт такая жизнь, я очень надеюсь, что моё бесчувственное тело кто-нибудь прикончит и освободит меня от мучений.       Лицо Ло Бингэ моментально стало серьёзным, но спустя несколько секунд прояснилось.       — Никто не решится на подобный шаг. А если и появятся желающие избавить вас от мучений, уверен, ваш ученик избавит их от жизни.       Ло Бингэ, не испытывая ни капли смущения, скинул верхний халат и сапоги и улёгся на кровати.       — Учитель, идите ко мне, — позвал он Шэнь Цинцю, устраиваясь поудобнее. Но, увидев испуганный взгляд лорда, усмехнулся. — Да не бойтесь, я не сделаю ничего, что выходило бы за рамки приличий.       Не желая провоцировать демона, Цинцю всё же его послушался и неуверенно лёг на кровать, тут же оказавшись в объятиях Ло Бингэ. Гневные слова и нецензурная брань уже были готовы сорваться с губ лорда, но полудемон быстро всё объяснил:       — Учитель, расслабьтесь, я просто хочу с вами полежать. Если вы мне отказываете в одном, то я воспользуюсь кое-чем другим.       — Чем? — Шэнь Цинцю с трудом удалось скрыть ужас, который он испытывал, находясь рядом с главным героем.       — Ушами, — тихо рассмеялся Бингэ и коснулся губами мочки второго лорда.       Следующие, как показалось Шэнь Цинцю, несколько часов Ло Бингэ рассказывал всё, что происходило в его мире. Периодически демон замолкал, ожидая реакции от второго лорда, и иногда вопросительно заглядывал в глаза, рассчитывая получить ответ на вопрос.       С этого момента так и повелось: до вечера Шэнь Цинцю бродил по миру грёз, а с закатом солнца, который, видимо, совпадал с закатом в реальности, к нему приходил Ло Бингэ с порцией новых рассказов и объятий, которые становились всё откровеннее и откровеннее. Какие чувства он испытывал к демону, Шэнь Цинцю не мог определить и сам. В те минуты, когда Бингэ доверчиво делился с ним своими сомнениями и даже переживаниями, второй лорд не мог испытывать к нему ненависть и злость, но, как только он вспоминал, где он и кто его здесь заточил, Цинцю понимал, что любое тёплое чувство, зарождающееся в его душе к этому монстру, нужно душить на корню и без сожаления.       В один из дней Шэнь Цинцю, как обычно, гулял между дворцом Хуаньхуа и пиком Цинцзин. В Царство демонов он предпочитал не заглядывать. И вдруг случайно обнаружил новый проход, которого точно не было раньше. Бингэ несколько раз поговаривал о том, что пора бы расширять территорию мира грёз. Видимо, он этим и занялся. Измученный однообразием и скукой, Цинцю, не задумываясь, свернул в спрятанный среди листвы коридор — и почти сразу яркий свет солнца померк, а второго лорда окружила темнота, холодная и липкая, с запахом страха, крови и гниющей плоти. Цинцю тут же собрался покинуть жутковатый уголок сна, как его остановил хриплый голос:       — Что ты прячешься, зверёныш? Неужели думаешь, что я тебя не услышу? Ты отрезал мне ноги, а не уши.       От этих слов Шэнь Цинцю чуть не подпрыгнул на месте и, медленно развернувшись, пошёл на звук голоса. Глаза уже привыкли к темноте, и перед вторым лордом предстал закованный в цепи его двойник, вернее — его укороченная версия. Своих ног Шэнь Цзю уже лишился. Может, Ло Бингэ, устав, просто заснул, и его воспоминания соединились с миром грёз, в котором был заточен Шэнь Цинцю. Может, просто произошла ошибка, и темница с оригинальным учителем Ло Бингэ случайным образом сформировалась в иллюзии. А может, его изуродованный двойник появился здесь не просто так, а в качестве напоминания, что с ним может произойти то же самое.       — Ты не ублюдок, — оторвал второго лорда от размышлений голос Шэнь Цзю. — Кто ты?       Шэнь Цинцю наклонился ближе к бледному, испачканному кровью и грязью лицу двойника, чтобы тот смог получше его рассмотреть.       — Я — твой двойник, — произнёс после некоторого раздумья второй лорд.       — Твою мать, — прошептал Шэнь Цзю. Оригинальный антагонист, непробиваемый ничем и никем, циничный до мозга костей, плюющийся ядом и продолжающий оскорблять главного героя, несмотря на пытки, сейчас был, мягко говоря, поражён. — Как такое возможно?       Шэнь Цинцю решительно не знал, о чём разговаривать с настоящим лордом пика Цинцзин. И первой его мыслью было убежать из этого места как можно скорее. Но в то же время у него появился план.       — Я, скажем так, твоя улучшенная версия, — прохладно произнёс Шэнь Цинцю, стараясь говорить в той же манере, что и главный антагонист, подвергая того во всё больший шок.       — Он уже убил Юэ Цинъюаня? — как бы между делом поинтересовался Цинцю у своего двойника.       — Он не сможет убить главу школы, — покачал головой Шэнь Цзю. — Юэ слишком крепкий орешек для него.       — Ты уверен? У главы школы есть одна слабость.       — И какая же? — насмешливо спросил Шэнь Цзю.       Второй лорд сел на холодные плиты пола камеры, чтобы его лицо оказалось напротив измученного лица двойника.       — Ты, — слабо улыбнулся он. — Ведь ты уже писал письмо с просьбой о помощи?       — Писал, — нервно произнёс Шэнь Цзю. — И что с того? Нужно быть полным идиотом, чтобы полезть в такую очевидную ловушку. Если Юэ Цинъюань таким является, туда ему и дорога.       Несмотря на злые, язвительные слова, по лицу антагониста пробежала тень сомнения, а глаза испуганно забегали.       — Глава школы не идиот, но пара деталей, отосланная ублюдком вместе с письмом, не даст ему со спокойной душой оставаться в школе, — Шэнь Цинцю опустил глаза туда, где должны были быть ноги двойника.       Будучи ещё Шэнь Юанем, он несколько раз перечитывал этот эпизод новеллы, матеря автора за столь бессмысленную и глупую смерть главы школы. И сейчас спокойно мог поддерживать беседу.       — Нет. Нет... — хрипло прошептал Шэнь Цзю. — Он не появится...       — Ты сам знаешь, он придёт и найдёт свою смерть. Хочешь помочь ему избежать расправы от рук ублюдка?       Шэнь Цзю молча кивнул. На его лице, обычно искажённом злобой, застыло необычное выражение растерянности.       Было, конечно, не очень хорошо вот так воспользоваться ситуацией, но Шэнь Цинцю, хладнокровно рассудив, что оригинальный антагонист всё равно давно мёртв, решил использовать его воспоминания в своих целях. Он посчитал, что если Ло Бингэ смог взаимодействовать с его снами, то и Шэнь Цзю вполне способен предстать перед его учеником. Ведь свой веер он оставил где-то в мире оригинального романа, и если хоть какая-то его часть сохранилась, то это вполне могло сработать.       — Что нужно сделать? — Шэнь Цзю облизал пересохшие губы.       — Всё просто... — второй лорд немного замялся, не зная, как преподнести информацию двойнику. — Ты предстанешь во сне перед ублюдком и скажешь... скажешь... — Шэнь Цинцю зажмурился и скороговоркой проговорил: — Веер в боковой комнате, в нижнем ящике комода.       — Что?! — воскликнул Шэнь Цзю. — Что за бред? Это больше похоже на переписку молодожёнов. Как это вообще поможет Юэ Цинъюаню?       «Никак, — грустно подумал Шэнь Цинцю. — Глава школы в этом мире всегда будет умирать, здесь уже никто и ничто не сможет его спасти. Но это поможет мне». Но вслух ледяным, не терпящим возражений тоном произнёс:       — Делай, что я сказал.       — Я всё же жду объяснений, — никак не успокаивался Шэнь Цзю.       — Юэ Цинъюань уже рядом, когда мы спасём его, я тебя всё объясню, — не моргнув глазом, солгал Шэнь Цинцю.       Он уже давно не чувствовал угрызений совести. Бингэ обманывал его постоянно, играл на чувствах, заставлял жалеть и тут же вонзал нож в спину. Шэнь Цинцю был уверен, что его измученный двойник оказался здесь не просто так, и грех было не воспользоваться ситуацией. Ведь в противном случае он сам сгинет в этом мире грёз.       — Хорошо, — согласился Шэнь Цзю.       — Тогда тебе нужно как можно скорее заснуть.       — Легко сказать, — усмехнулся Шэнь Цзю, но послушно закрыл глаза.       Второй лорд постарался устроить своего двойника поудобнее, но тот лишь отмахнулся, буркнув:       — Я уже так привык. И тебе лучше выйти, я не засну в твоём присутствии.       Шэнь Цинцю нехотя согласился. Конечно, будь он женщиной, Шэнь Цзю умолял бы его остаться и заснул бы гораздо скорее. Покинув камеру и оказавшись снова в цветущем саду двора Хуаньхуа, второй лорд понял, что наступил вечер, а это означало, что скоро появится Ло Бингэ. Стоило только подумать о нём, как тот предстал перед Шэнь Цинцю, чересчур возбуждённый, с вспыхивающими алыми проблесками в глазах и расползающейся демонической меткой на лбу.       — Учитель, как прошёл ваш день? — голос Ло Бингэ был напряжённым.       — Так же, как и всегда, — недовольно буркнул Цинцю.       — Вы не заметили ничего необычного? — шутливо поинтересовался полудемон, но за наигранно беззаботным тоном крылось беспокойство.       «Он знает», — пронеслось в голове у Цинцю.       — Что во сне, созданном тобой, может произойти необычного? — невозмутимо спросил второй лорд.       — Ну мало ли что, — почти не скрывая облегчения, рассмеялся Ло Бингэ. — Просто кое-что вышло из-под контроля... Но если вы ничего не заметили, значит, всё нормально.       Полудемон без стеснения обнял Шэнь Цинцю за талию и повёл в сторону своих покоев во дворце Хуаньхуа.       — Учитель, я сегодня целый день думал о вас. Пожалуй, я дал вам достаточно времени, чтобы принять ситуацию. Вы так не считаете?       Ло Бингэ был прав. Шэнь Цинцю казалось, что он уже провёл во сне не меньше, чем полжизни. Дни, похожие друг на друга, тянулись медленно и неспешно, однообразие сводило с ума, и только вечерние визиты оригинального героя, которых Цинцю одновременно страшился и ждал, разбавляли это липкое болота мира грёз.       — Значит, с разговорами покончено? — усмехнулся Шэнь Цинцю.       — Не навсегда. Мы ещё вернёмся к этому времяпрепровождению, а пока...       Лорд не заметил, как они оказались в покоях демона рядом с его огромной кроватью.       — Учитель уже делал это со мной, так почему он сейчас так категорически против? — прошептал Бингэ, увлекая Цинцю на ложе и бесцеремонно стаскивая одежду.       — Я думал, что в тот раз был мой ученик.       Бингэ ответ не понравился, и он больно ущипнул Цинцю за талию.       — Забудьте о нём. Теперь я ваш ученик.       Шёлк ханьфу, в которое был облачён Шэнь Цинцю, затрещал и легко разошёлся в руках Ло Бингэ.       — Учитель поистине великолепно сложен, — промурлыкал полудемон, поглаживая руками обнажённый торс Цинцю. — Как я раньше этого не замечал?       Цинцю обречённо закрыл глаза, понимая, что совсем скоро случится неизбежное. Лихорадочно пытаясь придумать, как выкрутиться из этой ситуации, он не сразу заметил, что склонившееся к нему лицо Ло Бингэ стало бледнеть. Образ полудемона, словно утренний туман, сжигаемый лучами солнца, истончался и становился прозрачным. Послышались знакомые голоса, настойчиво звавшие Цинцю, такие знакомые и родные, что у лорда увлажнились глаза от этих звуков. В минуты отчаяния он уже думал, что никогда больше их не услышит.       — Бингэ, — тихо позвал полудемона Цинцю. Всё это время он лежал без движения, как тряпичная кукла, позволяя раздевать себя. Но сейчас он вывернулся в руках Бингэ и, обхватив ладонями его лицо, произнёс: — Прощай.       После чего сам, поддавшись порыву, прижался губами к губам демона, увлекая того в последний поцелуй.       В ту же секунду перед глазами Шэнь Цинцю всё померкло, изображение вокруг будто пошло трещинами, и единственное, что чётко видел лорд, — это ярко-алые глаза Бингэ, холодные и злые, но и их скоро заволокла серая дымка...       Шэнь Цинцю проспал меньше суток, но ему казалось, что прошло не меньше года. Ну а Ло Бинхэ за это время и вовсе извёлся от беспокойства. Он буквально поднял на уши всю школу, заставив всех искать проклятый веер. А когда перед его глазами возник образ любимого учителя, лишённого ног, Ло Бинхэ подумал, что окончательно лишится рассудка. Однако всё же он нашёл в себе силы услышать послание наставника. Веер действительно оказался в маленькой комнате, в которой он жил, будучи учеником. Брезгливо схватив ненавистный предмет, Ло Бинхэ сразу сжёг его и окончательно разрушил связь между мирами.       — Учитель, а что вы делали в его сне? — спросил Ло Бинхэ у Шэнь Цинцю, уже, наверное, в десятый раз.       — Я тебе всё рассказал, — спокойно в десятый раз сказал Шэнь Цинцю. — Хочешь, повторю?       Они устроились на кровати в бамбуковой хижине на пике Цинцзин и, несмотря на глубокую ночь, не собирались спать.       — Я просто боюсь, вдруг вы что-нибудь упустили... — смущённо пробормотал Бинхэ.       — Ты наверняка хотел сказать не «упустил», а «утаил», — до Шэнь Цинцю, наконец, дошло, почему ученик так подробно всё выспрашивает.       — Нет, никогда, — вспыхнул Бинхэ. — Разве я посмел бы обвинять вас во лжи?       — Послушай, — Цинцю поцеловал ученика в лоб, — я ничего не упускал и ничего не утаивал. Надеюсь, ты понял, о чём я? — хитро улыбнулся второй лорд.       Бинхэ радостно закивал головой, и в его глазах промелькнуло облегчение.       — Кстати, я совсем не хочу спать, — произнёс Шэнь Цинцю. — А ты?       — Я тоже. Учитель, чем займёмся?       — Ночь длинная, неужели мы ничего не придумаем?       В глазах Ло Бинхэ вспыхнул огонёк, а губы расплылись в довольной улыбке.